Притча о неразумном богаче для детей

1 декабря. К воскресному Евангельскому чтению.

И сказал им притчу: у одного богатого человека был хороший урожай в поле; и он рассуждал сам с собою: что мне делать? некуда мне собрать плодов моих?

И сказал: вот что сделаю: сломаю житницы мои и построю бо’льшие, и соберу туда весь хлеб мой и всё добро моё, и скажу душе моей: душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись.

Но Бог сказал ему: безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил?

Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет (Лк. 12, 16-21).

Блаженный Феофилакт Болгарский

О богаче, у которого был хороший урожай в поле

(«Толкование на Святое Евангелие»)

Сказав, что жизнь человека не становится продолжительнее от изобилия имения, (Господь) приводит и притчу в подтверждение своих слов. И смотри, как Он изображает нам ненасытимые помыслы безумного богача. Бог творил свое намерение и явил особенное благоутробие. Ибо не в одном местечке, но во всем поле богача был хороший урожай; а он был так бесплоден в милосердии, что, прежде чем получил, удерживал уже за собою. — Посмотри и на удовольствия богача. Что мне делать? Не эти ли самые слова произносит и бедняк? Что мне делать? мне нечего есть, нечем одеться. Вникни, пожалуй, и в слова богача: что мне делать? мне некуда собрать плодов многих. Хорошо же спокойствие! И бедняк говорит: что мне делать? я не имею… И богач говорит: что мне делать? я не имею… Что же мы получаем от того, что очень много собираем? Спокойствием мы не пользуемся, и очевидно, смущаемся от забот; разве только собираем себе множество грехов. «Сломаю житницы мои и построю большие». А если на будущее лето урожай в поле будет еще более, ты опять сломаешь и опять построишь? И какая нужда ломать и строить? Утробы нищих, вот тебе житницы. Они могут и вместить многое, они и неразрушимы и нетленны, ибо небесны и божественны, так как питающий бедного — питает Бога. — Вот и еще безумие богача. «Хлеб мой и все добро мое» . Он не считает их даром от Бога, ибо, в противном случае, располагался бы относительно их, как приставник Божий, а считает их плодом собственных трудов. Посему, присвояя их себе, и говорит: «хлеб мой и добро мое» . Я, говорит, не имею никакого сообщника, не буду ни с кем делиться. Всё это добро — не Божие, а моё; посему я один буду и наслаждаться им, а Бога не приму участником в наслаждении им. Это явно безумно. — Посмотрим ещё далее. «Душа! много добра лежит у тебя на многие годы» . Сам назначает себе долголетнюю жизнь, как будто и долголетие он получил от возделываемой им земли. Неужели и это — произведение твое? Неужели и это — добро твое? «Ешь, пей, веселись» . Прекрасные же блага души! Есть и пить есть благо души неразумной. Впрочем, поелику ты и сам имеешь такую душу, то справедливо предлагаешь ей такие блага. Но благо души разумной состоит в том, чтобы уразумевать, рассуждать, увеселяться законом Божиим и благими размышлениями. Для тебя недостает, безумный, есть и пить, ты предлагаешь душе своей и следующее затем постыдное и скаредное удовольствие? Ибо очевидно, что Господь словом «веселись» обозначил страсть распутства, которая обыкновенно следует за пресыщением яствами и питиями (Филип. 3, 19. Ефес. 5, 18). «Но Бог сказал ему: безумный, в сию ночь душу твою возьмут у тебя» . Сказано так: «но Бог сказал ему» , не потому, будто бы Бог беседовал с богачом, а слова сии имеют такой смысл, что, когда богач так гордо помышлял в себе, тогда Бог сказал ему (ибо это подразумевает притча). Бог называет богача безумным, потому что он в душе своей полагал советы самые безумные, как мы показали. Ибо всякий человек безумен и суетен, как и Давид говорит: «суетится человек» , и причина сему та, что «собирает и не знает, кому достанется то» (Псал. 38, 7. 8). Ибо как не безумен тот, кто не знает, что мера жизни в руках одного Бога и что никто сам себе не может определить жизни? — Обрати внимание и на слово: возьмут. Страшные ангелы, как бы жестокие сборщики податей, возьмут у тебя душу твою против воли твоей, поелику ты из любви пожить присвоял себе здешние блага. У праведника не отнимают душу, но он предаёт её Богу и Отцу духов с радостию и веселием и не чувствует неприятности при отложении тела, ибо он тело имеет как бы лёгкую тяжесть. Но грешник, оплотянив душу, сделав ее телом и землею, чрезвычайно затрудняет отделение оной. Посему и говорится, что душу «возьмут» у него, как бы у какого упорного должника, преданного в руки жестоких сборщиков. Приметь и сие. Не сказал Господь: Я возьму душу у тебя, но «возьмут» . Ибо «души праведных в руце Божией» (Прем. Солом. 3, 1). И поистине от такового «ночью» истяжут душу, ибо он не имеет озаряющего света богопознания, но находится в ночи богатстволюбия и омраченный ею захватывается смертию. Так, кто собирает сокровища для себя, тот по справедливости называется безумным, и не успевает привесть в исполнение свои намерения, но в самое время составления планов решительно исторгается из среды живых. Но если бы он собирал для бедных и для Бога, с ним не было бы так поступлено. Посему будем стараться «богатеть в Бога» , то есть на Него уповать, Его считать нашим богатством и хранилищем богатства. Не будем говорить: блага «мои» , но: блага Божии. Если же блага Божии, то не будем отчуждать Бога от Его благ. Богатеть в Бога значит веровать, что если я и всё (своё) отдам и истощу, то и тогда ни в чем необходимом у меня не будет недостатка. Ибо сокровищница моих благ есть Бог: я отворяю и беру, что нужно.

Святитель Филарет Московский

Слово в неделю двадцать шестую по Пятидесятнице

(«Слова и речи, том 3»)

Тако собираяй себе, а не в Бога богатея. Лук. XII. 21

Евангелие в притче представляет нам человека богатаго и корыстолюбиваго, который, получив обильный урожай хлеба, не подумал ни о благодарении к Богу, ни о человеколюбии к ближним, нуждающимся в пропитании, но составлял себе план, куда положить множество хлеба и как сберечь его на многие годы, предполагая далее из корыстолюбиваго сделаться роскошным и ленивым. Провидение не имело причины беречь того, кто решился жить без пользы для других и во вред собственной душе: и потому на лета многа составленный план в самый день его составления рушился определением судьбы Божией: в сию нощь душу твою истяжут от тебе. Господь заключил сию притчу следующим возглашением: тако собираяй себе, а не в Бога богатея. Так обманывается в своих предположениях, так не успевает в своих намерениях, так сверх опасения теряет и свои сокровища, и себя, человек, который собирает богатство себе только, по своей жадности, чтобы сделать оное пищею своего корыстолюбия, роскоши, лености; который не в Бога богатеет.

Учение притчи о нелепости жаднаго, своекорыстнаго и самонадеяннаго богатолюбия, надеюсь, каждому из вас, братия, и вразумительно, и убедительно, без дальнейших объяснений и доказательств. Кто захочет богатеть так безумно, и так несчастно, как изображенный в притче? Надеюсь посему, что мысль ваша ищет более правильнаго и более благонадёжнаго отношения, какое было бы возможно между человеком и богатством. Приметьте же сие отношение в заключительных словах притчи: оно состоит в том, чтобы богатеть в Бога.

Но что значит: богатеть в Бога? Правило сие, по первому виду, не так ясно, как противоположная ему неправильность – собирать себе. Собирают себе, в житницу, в кладовую, в пазуху: но как богатеть в Бога, Который не берёт земнаго, вещественнаго богатства к Себе на небо, и не имеет в оном нужды?

Для кратчайшаго изъяснения правила: богатеть в Бога, скорее всего можно указать на близкий здесь пример. Богу во храм, на его созидание или на обновление, или на содержание его в потребном благоустройстве и в приличном благолепии, иной приносит часть богатства своего, а иной посвящает безкорыстный труд, который есть также собственность, не редко высоко ценимая между людьми, и первоначальное богатство, посредством котораго делаются богатыми небогатые. Что ж, отдающие таким образом свое богатство и свой труд Богу, беднеют ли, или богатеют? Словом Господним говорю: богатеют, как потому, что сим образом благословляется прочее их богатство, честно приобретённое, и благонамеренный труд, так и потому, что принесенное ими не перестает быть их достоянием, поелику Богу присвоять оное не нужно, не теряется, поелику похитить у Бога не можно, а сохраняется в невредимой пред очами Божиими целости, для их будущаго воздаяния. Вот один из способов богатеть в Бога.

Другой способ богатеть в Бога, Сам Иисус Христос излагает в следующих словах: продадите имения ваша, и дадите милостыню, сотворите себе влагалища неветшающа, сокровище не оскудеемо на небесех (Лук. XII. 33). Если мысль твоя не успокоивается на одном простом доверии к верному и непогрешительному слову Христову, и желает еще объяснения, как может поданное тобою нищему очутиться в сокровищнице небесной; и сие изъясняет тебе Господь другим Своим изречением: понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе (Матф. XXV. 40). На сии слова, написанныя в Евангелии, ты можешь смотреть, как на заемное письмо, которым Господь признал Себя должным тебе во всем, что ты подал, или что благотворительно сделал нуждающемуся ближнему. Обладатель мира, без сомнения, не имел нужды в сем ничтожном займе, не только для Себя, но и для тех, для которых делает оный: но такова дивная благость Его, что Он уничижает Себя до образа должника твоего, чтобы привлечь тебя к благотворению и чрез благотворение к блаженству; Он занимает у тебя безделицы, прах, тлен, которые ты называешь земными благами, чтоб иметь случай, без оскорбления Своего правосудия, платить тебе истинным благом, нетлением, блаженством, с такою лихвою, которой ты никогда исчислить не возможешь.

Против сего способа: богатеть в Бога, некоторые могут возразить, что им нельзя продать имение и обратить оное в милостыню: поелику оно нужно им для пропитания себя и семейства. Уважим сию отговорку столько, сколько она заслуживает быть уважена. Признаем, что о совершенной, произвольной нищете можно сказать то же, что сказал Господь о совершенном девстве: не вси вмещают словесе сего, но имже дано есть (Матф. XIX. 11). Осудим нерадение о домашних, и безчувственную холодность к родным, которая конечно уже не обещает человеколюбия и к чужим; – осудим строгостию Апостольскаго слова: аще кто о своих, паче же о присных не промышляет, веры отвергся есть, и невернаго горший есть (1 Тим. V. 8). Если тебе не дано свыше стремления к совершенной, добровольной нищете: оставайся, доколе будет угодно Богу, богатым, смиряя между тем себя мыслию о своём несовершенстве по духу, а не возносясь по мудрствованию плотскому. Пекись о родных, о семействе, по обязанности, по любви естественной; но не забывай, что сия степень любви положена, дабы восходить на высшую степень духовной любви к человечеству, и на высочайшую степень любви к Богу. Богатей в Бога, хотя частию твоего богатства, посвящаемаго на дела Богоугодныя и человеколюбивыя; остальное же, – берегись, по крайней мере, чтобы не собирать себе только из любостяжания, чтобы не умножать неправдою, чтобы не иждивать на роскошь и тщеславие. Освящай твое стяжание, не присвояя онаго себе, но признавая оное даром Провидения Божия, благодаря за оное Всещедрому Дателю Богу, не прилепляя своего сердца к даянию, но непрестанно вознося оное к Дателю, с готовностию возвратить Ему оное, когда премудрая судьба Его потребует.

После сего можно еще ожидать по настоящему предмету вопроса от тех, которые не пожертвовали богатством Богу, потому что не имели онаго. А нам, скажут, необидливый Бог неужели не дал способа богатеть Ему, хотя бы в некоторый замен бедности, претерпеваемой нами для себя? – Не сетуйте. Покажу и вам ваше богатство, которым если уметь будете владеть, не позавидуете никому из тех, которые почитаются богатыми. Посмотрите: вот открывает вашу неокрадомую сокровищницу Святый Апостол Иаков: слышите, говорит, братия моя возлюбленная, не Бог ли избра нищия мира сего богаты в вере, и наследники царствия, еже обеща любящим Его (Иак. II. 5)? Видите ли? – Богатство веры, наследие царствия Божия, – чего вам больше? Без сего богатства никакое другое не принесет пользы: при сем богатстве никакой урон, никакое лишение, не важны, потому что и кратковременны, и безмерно малы в сравнении с сокровищами веры, с наследием царствия небеснаго.

О богатстве веры всего паче попечемся, братие, и богатые, и бедные, чтобы и приобресть, и умножить оное, и не утраченным сохранить в непорочном житии: тогда без скудости, без зависти друг к другу, без изнурительных забот, в мирном уповании, ожидать будем наследия царствия, еже уготова Бог любящим Его. Аминь.

Святитель Феофан Затворник

Притча о разбогатевшем

(«Мысли на каждый день года»)

Сказав притчу о разбогатевшем, который собирался только есть, пить и веселиться, и за то поражён был смертью, не дожив до предположенных утех, Господь заключил: «Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет». «Так» , то есть, таковы бывают, или такая участь постигает и тех и других. Богатеющие с богозабвением только и думают о плотских утехах. Желающие избежать этой горькой участи пусть «собирают» не «себе, а богатеют только в Бога» . А так как богатство от Бога, то, когда оно течёт, и посвящай его Богу, и выйдет святое богатство. Все избытки разделяй с нуждающимся: это будет то же, что данное Богом возвращать Богу. Кто бедному дает, Богу дает. Истощая как будто богатство, таковой истинно богатеет, богатясь добрыми делами, — богатеет ради Бога, в видах угождения Ему, богатеет Богом, привлекая Его благоволение, богатеет от Бога, Который верного вмале поставляет над многими; богатеет в Бога, а не себе, ибо не считает себя хозяином, а только приставником и расходчиком, вся забота которого состоят в том, чтобы удовлетворить всех приходящих к нему с нуждою, а что-либо особенно истратить на себя боится, считая это неправым употреблением вверенного ему достояния.

Митрополит Антоний Сурожский

Неделя 26-я по Пятидесятнице. Притча о безумном богаче

(«Воскресные проповеди»)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Конец сегодняшнего Евангелия – предупреждение о том, о чём мы все могли бы знать всё время: что за плечами у нас стоит смерть, и что многое-многое из того, что мы делаем, погибнет после нас как ненужное, как тленное.

Но значит ли, что предупреждение Христово о смерти, стоящей за нашими плечами, должно нас испугать и лишить сил творческих? Нет, наоборот! Отцы говорили: Имей постоянную память смертную, – не в том смысле, чтобы мы этой смерти боялись и жили как бы под нависшей над нами тенью, а в том смысле, что только сознание, что жизнь коротка, что она может кончиться в любое мгновение, способно дать каждому мгновению окончательное значение, а всей жизни – сознание, что надо спешить делать добро, спешить жить так, чтобы, когда бы ни застигла нас смерть, она застигла нас в момент торжества жизни.

Как бы мы жили, с какой глубиной, с какой интенсивностью, если бы это сознание в нас было постоянно, если мы знали бы, что слова, которые я сейчас говорю вам, могут быть последними: как бы я их говорил, как бы вы их слушали! Если у кого из нас было бы сознание, что человек, с которым мы сейчас общаемся, через несколько минут может умереть – как бы мы заботились, чтобы наши слова, наши действия по отношению к нему были завершением всей любви, всей заботливости, на какие мы способны, чтобы они были торжеством всего самого великого, что между нами есть…

Мы потому живём плохо, потому столько говорим пустых слов, слов гнилых, слов мёртвых, потому столько поступков совершаем, которые потом в нашей душе, как рана, горят, что мы живём, словно пишем только набросок жизни, которую мы будем жить «когда-нибудь», позже, когда сможем этот черновик превратить в окончательную повесть. Но это не так, смерть приходит, набросок остается черновиком, жизнь не прожита, а только замарана, и остается жалость о человеке, который мог бы быть велик, и оказался таким малым, ничтожным…

Вот о чём говорит сегодняшнее Евангелие: не о том, чтобы мы боялись смерти, а о том, чтобы мы знали: потому, что она может прийти в любое мгновение, каждое мгновение должно быть совершенно, каждое слово должно быть словом жизни, чтобы в нем веяло Духом, чтобы оно могло войти в вечность, и каждый наш поступок должен быть, по отношению к каждому из нас, таким, чтобы он давал жизнь и выражал всю полноту, всю глубину, всю силу любви, благоговения, которые должны быть у каждого из нас по отношению к каждому и ко всем.

Вдумаемся в это, и если так будет, тогда каждый поступок, каждое слово приобретёт масштаб вечности и засияет вечностью. Аминь.

Протоиерей Александр Шаргунов

Неделя 26-я по Пятидесятнице

(«Евангелие дня»)

Берегитесь любостяжания — говорит сегодня всем людям Христос — ибо жизнь человека не зависит от изобилия его имений. Наблюдайте за собой, чтобы в сердце ваше не проникли принципы мира сего, чтобы они не стали господствовать в нём. Счастье человека не зависит от богатства. Жизнь души, вне всякого сомнения, не связана с богатством, потому что её потребности невозможно удовлетворить ничем материальным. Да и жизнь тела не заключается в том, чтобы иметь материальное изобилие. Можно жить весело и легко, довольствуясь малым. Как говорит Писание, лучше блюдо с зеленью и со святой любовью, чем роскошный пир с ненавистью (Притч. 15, 17).

И с другой стороны, как говорится, все предлежит богачу — но не дал ему Бог здоровья, и не может он ни к чему прикоснуться. Можно иметь все богатства земли и быть самым несчастным человеком на свете. Чтобы предостеречь нас от опасности любостяжания, от которой погибает мир, Господь рассказывает притчу о жизни и смерти одного богатого человека. И оставляет нам самим судить, был ли этот человек счастлив.

Его богатство заключалось в изобилии плодов земных. У него было много земли, и его земля была плодородной, и он приобретал всё больше и больше, пока не получил совершенно неслыханный урожай. Он даже растерялся от такого успеха, и жизнь его мгновенно лишилась покоя и дневного, и ночного. «Что мне делать, — рассуждал он сам с собой, — и некуда мне собрать плодов моих» .

Господь на небесах видит и знает все наши намерения и помышления сердечные, и мы ответственны за них пред Господом. От того, что мы глубоко помышляем иногда в себе, как бы делая окончательный выбор, может решиться наша конечная участь, земная и вечная. Так, по всей вероятности, и произошло с этим богачом: по внутреннему его состоянию определён был Господом ему смертный приговор.

Этот человек, получив богатый урожай, естественно, собирается расширить свои зернохранилища. И может быть, многие спросят: а в чём, собственно, дело? Человек ведь на самом деле получил хороший урожай, и он должен о нем позаботиться, чтобы ничего не пропадало.

И мы видим, какие рождаются у этого человека планы. «Вот что я сделаю, — говорит он, — сломаю житницы мои и построю большие, и соберу туда весь хлеб мой, и все добро мое, и буду жить в довольстве и покое» . Он откровенно хвастается, он полон самодовольства, решительно и бесповоротно определяет: вот что я сделаю. А не подумает о том, чего от него хочет в такой важный момент жизни Бог.

Его поведение — открытый вызов всему, чему учит слово Божие. Он идёт путём, прямо противоположным тому, что мы знаем из учения Христова. Его решение, поэтому, вполне безумное. Безумие было с его стороны, говорят святые отцы, плоды земные называть своими плодами, своим добром. Всё, что мы имеем, дано нам в долг. Но всё это принадлежит Господу Богу, а мы только приставники при добре Господнем.

Ему и в голову не пришло при таком избытке поделиться с теми, кто ничего не имеет. Вместо того, чтобы принести благодарение Богу за радостную возможность давать другим, чтобы и другие вместе с ним радовались и благодарили Бога, он прилагает все усилия, для того чтобы всё сохранить для одного себя.

Он ведёт себя как вор, у Бога укравший. И краденое хочет сокрыть в надежном месте. Безумием была с его стороны уверенность, что добра хватит на многие годы, в то время как в один час всё может быть сожжено дотла. Может быть, от удара молнии внезапной, нечаянной грозы. А может быть, от тли, которая неприметно все изъест.

Я знал одну бабушку, которая во время войны хранила в амбаре за десятью замками «на чёрный день» зерно, когда внуки её недоедали. А потом наконец открыла и увидела, что вместо зерна осталась одна труха, и в ней копошатся черви.

Помню также рассказ одного благочестивого человека. Он со слезами изумления и благодарности рассказывал о том, как буквально за несколько дней до революции сгорела у его отца большая мельница. Вначале все были в ужасе, а потом увидели, что это спасло его и всю его семью от гибели, когда всех, имеющих богатство, в этом селении расстреляли или сослали на гибель в концлагерь.

Уместно вспомнить в связи с этим наставление святых отцов о том, что когда при нечаянной утрате земных богатств мы благодарим Бога, Он вменяет нам это благодарение в добровольную раздачу богатства нашего как милостыни.

Притча о безумном богаче напоминает нам, на каких шатких основаниях стоит этот безумный мир, в котором мы живем, где все определяется земным успехом, и вся мудрость жизни заключается в том, как достигнуть этого успеха. Нам понятно, что эта притча о большевиках, о новых русских, о сегодняшней Америке, об американизации и маммонизации всего сегодняшнего мира.

Безумный богач — это современный преуспевающий в какой угодно области человек. Он знает, какую новейшую технику употребить, как обработать, как удобрить почву, если речь идет конкретно об этом деле, какие семена выбрать для более благоприятного урожая. И так во всех областях жизни, в любой сфере. Это самое главное для человека. Человек этому научился, он достигает успеха. И кажется, все общество может этому научиться.

Кажется, нет предела богатству этого человека и этого общества. Оно стоит как беспощадный идол, ослепляя ум и воображение новыми грандиозными проектами перестройки мира. Америка сейчас, кажется, достигает успеха в самой высочайшей степени. Время от времени Господь ставит человека, народы перед крушением всего, пока всё не сокрушит, пока не остановит нас совсем и не напомнит нам о главном — о нашей бессмертной душе.

Самое большое безумие безумного богача было сказать своей душе: «Душа, покойся, ешь, пей, веселись» . Как будто человек живёт, чтобы есть! Если бы он сказал: «Тело мое, покойся, ешь, пей, веселись, у тебя хватит добра на многие годы», в этом был бы еще какой-то смысл. Но что душе от какого угодно количества зерна или золота? Разве может душа питаться подобной пищей? Если бы у этого человека была душа свиньи, она могла бы удовлетвориться тем, чтобы есть и пить. Потому что душа человека может питаться только правдой и добром, делами милосердия, которые она совершает, чистотой, молитвой, словом Божиим, любовью, Богом.

Когда Господь говорит: «Примите, ядите, сие есть Тело Мое» , и когда Он говорит: «Пийте от нея вси» , тогда душа вместе с телом может есть, и пить, и веселиться о Господе на многие годы и на веки вечные. А надежды только на земное счастье безумны. Приходит день, когда Бог называет самого носителя этих надежд именно таким именем: «Безумный, в сию ночь душу твою возьмут у тебя, а то, что ты собрал, кому достанется?»

Ев. От Луки 12: 13-21 » Некто из народа сказал Ему: Учитель? скажи брату моему, чтобы он разделил со мною наследство. Он же сказал человеку тому: кто поставил Меня судить или делить вас? При этом сказал им: смотрите берегитесь любостяжания, ибо жизнь человека не зависит от изобилия его имения. И сказал им притчу: у одного богатого человека был хороший урожай в поле; И он рассуждал сам с собою: что мне делать? некуда собрать мне плодов моих. И сказал: вот что сделаю: сломаю житницы мои и построю большие, и соберу туда весь хлеб мой и все добро мое. И скажу душе моей: душа! Много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись. Но Бог сказал ему: безумный? В сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил? Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет».
Иисус говорит, что не зависит жизнь от изобилия имения. Вот так изречение! Как раз таки, нам кажется, от недостатка изобилия имения она то и зависит. Мы жалки, несчастны, неудовлетворенны, нас все обманывают, вводят в заблуждение, по этой причине, недостатка нашего имения. От него нам кажется и зависит наша жизнь. Мы были бы независимы, более спокойны, больше времени уделяли семье, Богу, Церкви. Но Иисус здесь говорит и показывает, что жизнь человека не зависит от изобилия его имения. Что Он не пришел делить наследство, богатство, распределять его между людьми. А нам казалось, что Он не должен, а Он обязан распределить богатство этого мира между Его верными учениками, между божьими детьми, ведь наша жизнь так зависит от от «богатства имения» или скорее от его недостатка, а тут заявление Его что жизнь не зависит от изобилия имения. От чего же тогда она зависит? Почему человек всегда чем то недоволен? Если бы наши супруги были бы верующими, вот тогда наша жизнь изменилась бы, мы бы вздохнули полной грудью настоящую Божью жизнь. А верующие супруги думают вот если бы наши супруги были бы более христианскими: послушными(мужья), любили больше (жены), было бы все по-другому. Дети(повзрослевшие) христиан, недовольны отношением родителей, родители детей. Другие христиане думают вот если бы Церковь была бы другая, другие служители, учение, другие прихожане, в конце концов, другое христианство, то мы бы давно вознеслись к Богу и все бы давно закончилось и мы бы были на небе. Как много факторов, от которых зависит жизнь христианина. От чего же она на самом деле зависит?
» Бог сказал ему: безумный! В сию ночь душу твою возьмут у тебя…» Становится более понятно от Кого зависит наша жизнь или от чего: «Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет». Картина проясняется. А НЕ В БОГА БОГАТЕЕТ. Во что мы богатеем? Жизнь человека зависит от того, насколько он богатеет в Бога. Жизнь человека зависит от присутствия Бога или отсутствия, опять таки же Бога в его жизни. Жизнь человека зависит от того насколько много Бога в его жизни, а не от недостатка чего-либо или кого-либо или от всего остального. Иисус не пришел разделить богатство для детей Божьих, Он пришел быть богатством для них. Чтобы человек понял, что его жизнь зависит не от состояния супругов, детей, родителей, Церкви, мира, денег, работы, а от того насколько он богатеет в Бога. Если человек думает, что его жизнь зависит от случайностей или стечения обстоятельств или чего угодно только не от Бога, то он «безумный!» и действительно не знает когда возьмут его душу. А если он в Бога богатеет, то (ст.36) «и вы будьте подобны людям, ожидающими возвращения господина своего с брака, дабы, когда придет и постучит, тотчас отворить ему». Им есть Кого ждать, им есть в Кого богатеть, им есть Кому отворить двери.

> БОГОМ БОГАТЕЙТЕ: Лк 12:15-21 > (<№61 по Согласованию>) > «Берегитесь любостяжания, ибо жизнь человека не зависит от изобилия > его имения», — говорит Иисус истину, в общем-то, прописную. В устах > многих Его последователей эта истина оборачивалась ханжеским: > «О душ`е надо подумать!», а то и революционным: «Собственность есть > кража». Ведь сказано нечто отрицательное: жизнь зависит > не от изобилия, а… От души? от скудости? от чего зависит жизнь > человека? Иисус не был бы Спасителем, если бы дал ханжеский ответ: > Он отвечает неожиданно, так неожиданно, что не всякий, читающий > Евангелие, осознаёт всю новизну Его ответа. > Спаситель рассказывает анекдот о богаче; только богач у него > не смешон, как обычные герои анекдотов, а, скорее, величественен. > Бог благословил его: он богат, а у него еще и «был хороший урожай > в поле». Благословение Божие он выдержал и сумел собрать урожай > до зернышка — история России подсказывает нам, что воинствующим > безбожникам это никогда не удается. И, наконец, он обращается > к своей душе, умоляя ее: «Душа! много добра лежит у тебя на многие > годы: покойся, ешь, пей, веселись». Между тем, ну что упрашивать > самого себя веселиться? Веселись — и всё! Так и делают большинство > людей: едят и пьют, не дожидаясь приглашения, и уж тем более > не разговаривают сами с собой. Но совершенно ясно, что этот человек > при всём своем богатстве не веселился; хороший урожай был для него > лишь очередным, не первым поводом ощутить глубокую внутреннюю > раздвоенность своего существа. Хочется есть — а кусок в горло > не идет. Хочется радоваться — а что-то или кто-то внутри мешает, > и идет сплошная хандра. «Душа», «совесть» — по-разному называют > нечто, сидящее внутри нас, часть нас, но часть упрямую и вредную. > Сделана удачная гадость, собран отличный урожай, дочиста обобран > ближний дурак — а «нечто» мешает вволю порадоваться. Или я совсем > бессовестный и бездушный — но тогда разве я — это я? тогда я уже > какой-то нечеловек, чёрт, сатана. > Богач — совестлив, и даже настолько совестлив, что не пытается > заглушить совесть раздачей милостыни. Хотя чего уж проще: распредели > часть нажитого по беднякам, и оставь себе ровно столько, чтобы было, > что есть и пить, радуясь тому, как удалось всучить совести взятку. > Богач не в первый раз говорит со своей душой, а та всё молчит: у нее > нет языка, она — сплошные чувства. Он вопит: веселись, а в ответ > накатывает угрюмость и тоска. И совершается чудо: ночью, в час, > когда все спят — кроме тех, кто ворочается с боку на бок — богач > слышит голос Божий. Он оказывается в одном ряду с великими > пророками, величие которых — в чуткости и беспокойстве. Господи, > да наверное каждый мог бы услышать глас Божий, если бы старался > расслышать, и очень многим людям Господь беззвучно кричит: > «Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется > то, что ты заготовил?!» — а они не слышат. > «Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога > богатеет» — заканчивает Иисус притчу. А как, собственно, «так»? > Что, все они слышат откровения? или все они внезапно умирают? > Конечно, нет. И мы вынуждены вернуться за ответом к началу притчи: > «Жизнь человека не зависит от изобилия его имения». Вот оно — самое > страшное «так»: разрывается связь между внутренней жизнью человека > и внешней, между его душой и духом, между самим человеком > и его ближними. Ведь не сказано, что у богача не было наследников: > но его богатство давно разорвало все родственные связи, оставив лишь > алчущих его смерти. Кстати, алчная жизнь не зависит и от скудости > имения: ведь скудость — всего лишь изобилие, только отрицательное. > И у тысяч нищих жизнь совершенно не зависела от их нищеты, и была > такой же алчной, пустой и гнусной, как у богачей. Гибель — в распаде > человека на дух, душу и тело, гибель — в разрыве межчеловеческих > связей, гибель — в том, что никакая милостыня, никакие молитвы Богу > не могут восстановить жизнь в ее полноте. > Но где же выход? От чего же зависит жизнь? Если бы Иисус был просто > учителем этики, Он бы сказал: собирайте сокровища для людей. > Но Он знает, что это — не подлинная глубина, что милостыня может > быть лишь следствием подлинного ответа. Он мог бы сказать: собирайте > сокровища для души: будьте культурными, будьте верующими, заботьтесь > о своем спасении. Так говорят все религии — но не Христос. > Он говорит: в Бога богатейте. Собирайте сокровища для Бога. > И этот ответ был бы садистическим, ханжеским издевательством, > если бы под Богом имелся бы в виду тот Единый Бог, в которого верует > почти всё человечество: абсолютно непохожий на человека, высший, > чуждый, недосягаемый. Но эти слова произносит Сам Бог — абсолютный, > высший, непохожий на нас — и одновременно не чуждый, досягаемый > в каждом из людей, Бог, ставший человеком. > Так притча выводит нас к главной истине христианства: спасение — > не в нашем устремлении к Богу и людям, не в нашем попечении о своей > душе или о ближних. Спасение — в том, что Бог устремился к нам. > «В Бога богатейте» — такое имел право сказать лишь Бог, > обогатившийся вочеловечением. Трудное, важное, невозможное — > совершил Сын Божий: Он стал человеком. Ибо невозможно Творцу стать > творением, трудно Великому вместиться в крошечное, но только это > и важно. Нам Господь оставил легкое, второстепенное, простое — жить > в Боге самим и любить других людей, обращаясь к Христу в них. > От воплощения Христова мы видим в них пространство Бога, место, > где обитает Христос, не сливаясь с человеком, но и не покидая его. > Спасение и легкость — в том, что с рождества Христова мы ищем > не духовных ценностей, а Духа, мы обретаем в себе и в других > не образ Божий, но Бога. Благодаря Богочеловеку мы можем быть > уверены: наша любовь к самому себе и к ближнему не будет > безнадежной, принесет плоды, ибо откликнется Бог, и вслед за Ним, > вместе с Ним откликнется душа, возрадуется и возвеселится. Мы отдаем > всё Христу — а Он передает людям наши скромные дары, не растворяя их > в Своей милости, но, тем не менее, делая человеческое добро стократ > более сильным, более умным, более проникновенным — тем настоящим > богатством, в котором не только слышится «Бог», но в котором > Бог является истоком и концом. Спасение есть не что-то от Бога, > но Сам Бог, ибо Он не чужд нам, а целиком воспринял человеческую > природу (заметьте — не природу верующих в него людей, а вообще > всех!), дав нам единственное радостное богатство: жизнь в Отце, > Сыне и Святом Духе.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *