Религиозное образование

Козырин А.Н., профессор, д.ю.н.,

профессор Государственного университета –

Высшей школы экономики,

директор Центра публично-правовых исследований

Государственная политика Российской Федерации в области образования: понятие и законодательные принципы

Ключевые слова:

государственная политика в области образования, образовательная реформа, законодательство об образовании, принципы государственной политики

Аннотация:

В статье рассмотрены понятие и общие начала государственной политики Российской Федерации в области образования. Подробно охарактеризованы такие принципы, закрепленные в Законе РФ «Об образовании», как гуманистический характер образования, приоритет общечеловеческих ценностей, единство федерального культурного и образовательного пространства, общедоступность образования, его светский характер, свобода и плюрализм в образовании, а также демократический, государственно-общественный характер управления образованием и автономность образовательных учреждений.

Образование представляет собой сферу общественной жизни, где самым тесным образом переплетаются интересы государства и граждан. Вот почему образовательная политика и крупномасштабные реформы в этой сфере, проводимые в настоящее время российским правительством, представляют интерес не только для чиновников, занятых в системе управления образованием, преподавателей вузов, школьных учителей, но и практически для всех российских граждан разных возрастных категорий, которые составляют самый многочисленный «класс» – обучающихся (школьников, студентов, аспирантов и докторантов, слушателей различных курсов дополнительного образования, программ профессиональной переподготовки и т.п.).

Государственная политика в сфере образования представляет собой совокупность различных мероприятий, действий, решений и т.д. государственных органов, объединенных общей целью – поступательным развитием российского образования.

Российская Федерация провозглашает область образования одним из приоритетов государственной политики (п. 1 статьи 1 Закона РФ «Об образовании»), что непосредственно вытекает из конституционной нормы, в соответствии с которой человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина составляют обязанность государства (статья 2 Конституции РФ).

Государство заинтересовано в неуклонном развитии сферы образования, так как с этим напрямую связаны не только вопросы соблюдения прав и свобод человека и гражданина, но и успешное развитие российской экономики, социальное благополучие нации, а также состояние национальной безопасности.

Таким образом, сфера образования представляет собой объект правового регулирования не только в связи с реализацией конституционного права на образование и иных основных прав и свобод человека и гражданина, но и как отрасль экономики, от состояния которой во многом зависит будущее государства, одна из важнейших составляющих социально-культурной жизни общества, а также как фактор национальной безопасности.

Курс на приоритетность сферы образования государство реализует посредством:

создания развитой нормативно-правовой базы, формирования самостоятельной отрасли законодательства в сфере образования (нормативная составляющая государственной политики в сфере образования);

финансирования системы образования и создания благоприятных экономических предпосылок для развития российского образования (финансово-экономическая составляющая государственной политики в сфере образования);

формирования оптимальной структуры организации и управления образованием (организационно-управленческая составляющая государственной политики в сфере образования);

подготовки научно-педагогических кадров для сферы образования (кадровая составляющая государственной политики в сфере образования);

укрепления связи образования и науки (академическая составляющая государственной политики в сфере образования);

развития международных контактов и академической мобильности (международная составляющая государственной политики в сфере образования).

Основополагающим государственным документом, устанавливающим приоритет образования в государственной политике, стратегию и основные направления его развития, является Национальная доктрина образования в Российской Федерации, утвержденная Постановлением Правительства РФ от 4 октября 2000 года № 751. Доктрина определяет цели воспитания и обучения, пути их достижения посредством государственной политики в области образования, ожидаемые результаты развития системы образования на период до 2025 года.

Организационной основой государственной политики Российской Федерации в области образования является Федеральная целевая программа развития образования.

Для упорядочения действий, предпринимаемых в рамках государственной образовательной политики, используется метод программирования, результатом которого становится система программ средне- и долгосрочного развития образования, разрабатываемых на различных уровнях (федеральном, региональном, ведомственном, муниципальном, на уровне образовательного учреждения). При этом ключевой программой, безусловно, является Федеральная целевая программа развития образования, разрабатываемая и утверждаемая Правительством РФ. Ею определяется стратегия реформирования системы российского образования и намечаются важнейшие мероприятия по ее реализации.

Действующая программа – «Федеральная целевая программа развития образования на 2006-2010 годы» – утверждена Постановлением Правительства РФ от 23 декабря 2005 года № 803. Положение об управлении Федеральной целевой программой развития образования на 2006-2010 годы было утверждено Приказом Минобрнауки России от 19 декабря 2008 года № 391.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Закона РФ «Об образовании» доклад Правительства РФ о ходе реализации Федеральной целевой программы развития образования должен ежегодно представляться палатам Федерального Собрания РФ и публиковаться в официальном печатном органе.

Оформляя основы правового регулирования государственной политики в области образования, законодатель установил запрет на создание и деятельность организационных структур политических партий, общественно-политических и религиозных движений и организаций (объединений) в государственных и муниципальных образовательных учреждениях, органах управления образованием (п. 5 статьи 1 Закона РФ «Об образовании»).

Данный запрет в целом соответствует Конституции РФ (ст. ст. 13, 14, 28 и 29) и направлен на исключение влияния указанных структур на содержание и порядок деятельности государственных и муниципальных образовательных учреждений, органов управления образованием в целях защиты конституционных прав обучающихся. Следует отметить, что запрет не распространяется на частные образовательные учреждения (даже в том случае, если такое учреждение имеет государственную аккредитацию).

Норма, закрепленная в пункте 5 статьи 1 Закона РФ «Об образовании», не исключает для педагогов, должностных лиц, иных работников государственных, муниципальных образовательных учреждений и органов управления образованием возможность входить в организационные структуры политических партий, общественно-политических и религиозных движений и организаций (объединений) индивидуально.

Принципы (то есть общие, основополагающие начала), которыми государство обязано руководствоваться при формировании и реализации своей образовательной политики, в том числе и при формировании законодательства в области образования, закреплены в статье 2 Закона РФ «Об образовании».

1. Гуманистический характер образования, приоритет общечеловеческих ценностей, жизни и здоровья человека, свободного развития личности; воспитание гражданственности, трудолюбия, уважения к правам и свободам человека, любви к окружающей природе, Родине, семье.

Данный принцип устанавливает рамки, в которых определяется содержание образования, формируются методы образования, важнейшие установки образовательной политики. Он полностью соответствуют положениям Конституции РФ, устанавливающим правовой статус личности.

Российское образование имеет давние и богатые традиции. Названные принципы максимально полно их учитывают, подытоживая достижения отечественного образования, его нацеленность на общечеловеческие и универсальные ценности.

Свободное развитие личности в качестве принципа образовательной политики государства означает признание за ней собственной позиции и права на самоопределение в процессе образования.

2. Единство федерального культурного и образовательного пространства; защита и развитие системой образования национальных культур, региональных культурных традиций и особенностей в условиях многонационального государства.

Принцип, вытекающий из конституционного определения Российской Федерации как федеративного и многонационального государства, нашел свое развитие как в самом Законе РФ «Об образовании» (статьи 6, 28, 29, 31 и др.), так и в иных законодательных актах (например, в Федеральном законе от 30 апреля 1999 года № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации», Федеральном законе от 17 июня 1996 года № 74-ФЗ «О национально-культурной автономии» и др.).

3. Общедоступность образования, адаптивность системы образования к уровням и особенностям развития и подготовки обучающихся, воспитанников.

Этот принцип является одной из важнейших гарантий реализации конституционного права на образование. Каждый, независимо от его пола, возраста, национальной принадлежности, вероисповедания, местожительства, экономического достатка, имеет доступ к получению образования в рамках, установленных законом.

В ряде случаев для обеспечения общедоступности образования необходимо адаптировать систему образования к особенностям развития и подготовки обучающегося или воспитанника, например образовательные учреждения компенсирующего вида для детей со сложными (комплексными) нарушениями в развитии. Постановлением Правительства РФ от 12 марта 1997 года № 288 было утверждено Типовое положение о специальном (коррекционном) образовательном учреждении для обучающихся, воспитанников с отклонениями в развитии.

Профессиональное образование инвалидов осуществляется в соответствии с государственными образовательными стандартами на основе образовательных программ, адаптированных для обучения инвалидов (см., например, письмо Минобразования России от 25 марта 1999 года № 27/502-6).

Адаптивность системы образования к особенностям развития и подготовки обучающихся, воспитанников проявляется также и в создании образовательных учреждений, реализующих образовательные программы повышенной сложности.

4. Светский характер образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях – принцип, вытекающий из положений статьи 14 Конституции РФ: «Российская Федерация – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом».

В статье 4 Федерального закона от 26 сентября 1997 года № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» закрепляется, что в соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства государство обеспечивает светский характер образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях.

При этом каждый имеет право на получение религиозного образования по своему выбору индивидуально или совместно с другими (статья 5 того же Закона).

Воспитание и образование детей осуществляются родителями или лицами, их заменяющими, с учетом права ребенка на свободу совести и свободу вероисповедания.

Религиозные организации вправе в соответствии со своими уставами и с законодательством Российской Федерации создавать образовательные учреждения.

По просьбе родителей или лиц, их заменяющих, с согласия детей, обучающихся в государственных и муниципальных образовательных учреждениях, администрация указанных учреждений по согласованию с соответствующим органом местного самоуправления предоставляет религиозной организации возможность обучать детей религии вне рамок образовательной программы.

5. Свобода и плюрализм в образовании.

Образование в демократическом обществе должно быть свободным, обеспечивающим плюрализм мнений, взглядов и убеждений. В противном случае невозможно воспитать подлинно свободную и независимую личность, гарантировать многие конституционные права и свободы (свобода мнений, творчества и т.д.).

Конечно, свободу и плюрализм в образовании не следует воспринимать как вседозволенность, пропаганду и реализацию идей, запрещенных законом (расовая, религиозная и национальная вражда и нетерпимость, фашизм, пропаганда войны и т.д.).

Данная норма нашла свое развитие в пункте 3 статьи 3 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», в котором закрепляется, что автономность, самостоятельность высших учебных заведений проявляется в предоставлении студентам, педагогическим и научным работникам определенных академических свобод – свободы педагогических работников излагать учебный предмет по своему усмотрению, выбирать темы для научных исследований и проводить их своими методами, а также свободы студента получать знания согласно своим склонностям и потребностям.

Предоставление академических свобод нацелено на создание оптимальных условий для научного и педагогического творчества, поиска истины, ее свободного изложения и распространения.

Очевидно, что цели образовательной деятельности, осуществляемой высшими учебными заведениями, не могут быть достигнуты в отсутствие свободы выбора мировоззренческой, нравственной и идеологической основ образования, свободы в определении методики обучения, свободы научно-исследовательского и педагогического творчества, свободного поиска, изложения и распространения информации. В сфере высшего и послевузовского образования, где самым тесным образом переплетены образование и наука, названные свободы традиционно именуются академическими свободами.

Анализируя норму об академических свободах в сфере высшего и послевузовского образования, уместно вспомнить статью 44 Конституции РФ, в соответствии с которой «каждому гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества, преподавания».

В Федеральном законе «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» не содержится определения академических свобод. Понятие академических свобод раскрывается законодателем через перечисление наиболее важных составляющих таких свобод, а также субъектов права – носителей академических свобод.

Академические свободы предоставляются не всем субъектам образовательных правоотношений, а только:

а) научно-педагогическому персоналу высшего учебного заведения, включающему профессорско-преподавательский состав (декана факультета, заведующего кафедрой, профессора, доцента, старшего преподавателя, преподавателя, ассистента) и научных работников высшего учебного заведения;

б) студентам высших учебных заведений.

Научно-педагогический персонал вуза наделяется свободой излагать учебный предмет по своему усмотрению, выбирать темы для научных исследований и проводить их своими методами. Данная норма находит развитие в ряде последующих статей Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании». Так, в соответствии с пунктом 4 статьи 20 этого Закона научно-педагогические работники вуза наделяются правом определять содержание учебных курсов в соответствии с государственными образовательными стандартами высшего и послевузовского профессионального образования; выбирать методы и средства обучения, наиболее полно отвечающие их индивидуальным особенностям и обеспечивающие высокое качество учебного процесса, и т.д.

За студентами вуза закреплена академическая свобода получать знания согласно своим склонностям и потребностям.

Студенты вузов наделяются правом участвовать в формировании содержания своего образования при условии соблюдения требований государственных образовательных стандартов высшего образования (ст. 16 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании»). И это право может быть ограничено только условиями договора, заключенного между студентом и лицом (физическим или юридическим), оказывающим ему содействие в получении образования и в последующем трудоустройстве.

Участие студента в формировании содержания своего образования осуществляется путем выбора факультативных и элективных курсов, предлагаемых кафедрами и факультетом, через реализацию студентом права осваивать помимо учебных дисциплин по избранным направлениям подготовки любые другие учебные дисциплины, преподаваемые в данном вузе, в порядке, предусмотренном его уставом, а также преподаваемые в других высших учебных заведениях (по согласованию между их руководителями) и т.д.

Академические свободы влекут за собой академическую ответственность.

На субъектов образовательных правоотношений, которым предоставлены академические свободы, законом возлагаются соответствующие обязанности.

Так, студенты высших учебных заведений обязаны овладевать знаниями, выполнять в установленные сроки все виды заданий, предусмотренных учебным планом и образовательными программами высшего профессионального образования, соблюдать устав вуза и т.д. (п. 8 ст. 16 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании»).

Педагогические и научные работники высших учебных заведений обязаны развивать у студентов самостоятельность, инициативу, творческие способности, обеспечивать высокую эффективность педагогического и научного процессов, формировать у обучающихся профессиональные качества по избранному направлению подготовки, гражданскую позицию, способность к труду и жизни в условиях современной цивилизации и демократии (п. 5 ст. 20 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании»).

Предоставление высшим учебным заведениям основных академических свобод является общепризнанным принципом образовательного права и закрепляется в ряде международно-правовых документов высших учебных заведений.

В Великой хартии европейских университетов (Болонья, 18 сентября 1988 года) они отнесены к фундаментальным принципам университетской жизни.

В этом авторитетном источнике современного европейского образовательного права закрепляется: «Университет, будучи в центре различно организованных обществ в силу разнообразных географических условий и различий исторического развития, является автономным учреждением, которое критическим образом создает и распространяет культуру через научные исследования и образование. Чтобы адекватно реагировать на нужды современного мира, он должен иметь моральную и интеллектуальную независимость по отношению к любой политической и экономической власти, реализуя свою деятельность в области исследований и образования». Государственная власть и университеты (каждый в соответствии со своей компетенцией) должны гарантировать фундаментальный принцип жизни университетов – свободу исследований, образования и подготовки.

В статье 2 «Всемирной декларации о высшем образовании для XXI века: подходы и практические меры» устанавливается, что в соответствии с Рекомендацией о статусе преподавательских кадров высших учебных заведений, принятой Генеральной конференцией ЮНЕСКО в ноябре 1997 года, высшие учебные заведения, их сотрудники и студенты должны «пользоваться полной академической свободой и автономией, понимаемыми как комплекс прав и обязанностей, будучи при этом полностью ответственными и подотчетными перед обществом».

В Рекомендации ЮНЕСКО «О статусе научно-исследовательских работников» зафиксировано, что академическая свобода, под которой следует понимать свободное распространение информации о результатах, гипотезах и критических высказываниях, является неотъемлемой частью научного процесса и обеспечивает наибольшую гарантию точности и объективности научных результатов.

6. Демократический, государственно-общественный характер управления образованием; автономность образовательных учреждений.

Демократизм управления образованием предполагает выборность органов управления (например, избрание ректора, деканов факультетов, заведующих кафедрами в высших учебных заведениях), коллегиальный характер управления (педагогический совет, ученый совет и т.д.), представительство в органах управления образованием обучающихся, представителей общественных организаций и т.д., публичность и гласность при принятии управленческих решений, создание системы эффективного контроля и т.д.

Управление образованием носит государственно-общественный характер. Это означает активизацию общественного участия в управленческой деятельности: общественность получает представительство в органах управления образованием, создаются различные общественные органы управления образованием (попечительские, родительские советы и т.д.).

Закрепляя данный принцип, законодатель формулирует также положение об автономности образовательных учреждений, являющееся одним из важнейших принципов государственной политики в области образования.

Использование понятия автономии образовательного учреждения необходимо для более строгого разграничения компетенции государственных органов управления образованием и органов управления учреждениями образования.

Данный принцип можно прокомментировать на примере его реализации в деятельности высшего учебного заведения.

В пункте 1 статьи 3 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании») под автономией высшего учебного заведения понимается его самостоятельность в подборе и расстановке кадров, осуществлении учебной, научной, финансово-хозяйственной и иной деятельности.

Автономия высшего учебного заведения проявляется в самых разных сферах.

В рамках действующего законодательства Российской Федерации высшее учебное заведение осуществляет разработку и принятие устава, в котором закрепляются основные положения, регулирующие его жизнедеятельность. Значительными полномочиями обладает вуз в сфере организационно-кадровой политики. Он самостоятельно определяет структуру управления, решает вопросы распределения должностных обязанностей, штатного расписания, подбора, приема на работу и расстановки кадров и т.д.

Им самостоятельно формируется студенческий контингент. Однако, реализуя данные полномочия, вуз должен руководствоваться установленными для него контрольными цифрами и квотами, оговоренными лицензией.

Высшее учебное заведение самостоятельно в осуществлении образовательного процесса в рамках, очерченных уставом, лицензией и свидетельством о государственной регистрации. Вуз разрабатывает и утверждает образовательные программы, учебные планы, программы учебных курсов; организует методическое обеспечение образовательного процесса; осуществляет контроль успеваемости и промежуточную аттестацию студентов.

К компетенции вуза относится ряд вопросов оплаты труда работников: установление ставок заработной платы и должностных окладов работников в пределах собственных финансовых средств (с учетом установленных ограничений), надбавок и доплат к должностным окладам работников, определение порядка и размеров премирования работников вуза и т.д.

Высшее учебное заведение осуществляет материально-техническое обеспечение образовательного процесса, оборудование учебных помещений в соответствии с установленными требованиями и в пределах собственных финансовых средств. Им создаются также необходимые условия нормального функционирования подразделений общественного питания, медицинских учреждений и т.д.

Понимаемая таким образом автономия высшего учебного заведения становится реальной правовой категорией, активно используемой в процессе правоприменения. По данному вопросу начинает формироваться судебно-арбитражная практика. В этой связи особого внимания заслуживает решение Верховного Суда РФ от 29 ноября 2002 года № ГКПИ02-1254.

Рассматривая гражданское дело по жалобе г-на Юдина Г.П. об отмене пункта 8 Постановления Правительства РФ от 28 апреля 1994 года № 407 «О первоочередных мерах по поддержке системы образования в России», в части разрешения государственным образовательным учреждениям высшего профессионального образования самостоятельно устанавливать размеры платы за проживание в общежитиях и коммунальные услуги, Верховный Суд РФ решил оставить жалобу без удовлетворения, ссылаясь, среди прочего, на норму Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», закрепившую принцип автономии высшего учебного заведения. В мотивировочной части своего решения Верховный Суд РФ отмечает, что в соответствии законодательно закрепленным принципом автономии высшего учебного заведения и исходя из особенностей экономики среднего профессионального и высшего профессионального образования, Закон РФ «Об образовании» в статье 42 предоставил право образовательным учреждениям устанавливать порядок и размеры оплаты за проживание в общежитиях, за предоставляемые коммунальные, бытовые и другие услуги, непосредственно не связанные с образовательным процессом.

Принцип автономии высшего учебного заведения не должен пониматься как некая гарантия «бесконтрольности» и «безнаказанности» вуза: он не означает выведения вуза из-под контроля органов, наделенных соответствующими полномочиями, и предполагает применение установленных законом санкций (неблагоприятных последствий) в случае нарушения вузом условий образовательной деятельности, предусмотренных лицензией.

Автономность вуза предполагает его ответственность за свою деятельность перед личностью, обществом и государством. Принцип автономности воспроизводится в Типовом положении об образовательном учреждении высшего профессионального образования (высшем учебном заведении) Российской Федерации, а также, как правило, повторяется в уставе высшего учебного заведения.

В установленном порядке высшее учебное заведение несет ответственность за ненадлежащее выполнение функций, отнесенных к его компетенции, качество образования, за реализацию образовательных программ в неполном объеме. Ответственность вуза предусматривается и за жизнь и здоровье его студентов и работников во время образовательного процесса, нарушение прав и свобод участников образовательных правоотношений.

Контроль за соответствием деятельности вуза целям, предусмотренным его уставом, осуществляют в пределах своей компетенции учредители вуза и уполномоченный федеральный орган исполнительной власти, выдавший ему лицензию на ведение образовательной деятельности.

Рассмотренные в статье принципы государственной образовательной политики имеют особое практическое значение: они намечают основные направления развития образования и образовательного законодательства, с их помощью устраняются различного рода противоречия, коллизии, восполняются пробелы нормативного регулирования. Используются принципы и в практике правоприменения – судами, органами управления образованием, иными правоприменителями.

В настоящее время, когда ведется интенсивная работа по подготовке проекта нового федерального закона об образовании, принципы государственной политики Российской Федерации в области образования могут и должны стать гарантией преемственности в законодательном регулировании образовательных отношений и его нацеленности на реализацию конституционного права каждого на образование.

Библиографический список:

Вестник ПСТГУ

IV: Педагогика. Психология

2010. Вып. 2 (17). С. 15-25

Религиозное воспитание в православной традиции:

ЦЕЛИ, СОДЕРЖАНИЕ И СТРУКТУРА1 Т. В. Склярова

В статье рассматриваются представления о религиозном воспитании отечественных исследователей начала XX в. Приведенные данные сопоставляются с современными дискуссиями о значении и содержании религиозного образования, цели и структуре религиозного воспитания и его взаимосвязи с процессом религиозной социализации.

Из истории вопроса

История отечественной педагогики изобилует теоретическими и практическими материалами, посвященными религиозному воспитанию. Классики российской педагогики Н. И. Ильминский, П. Ф. Каптерев, С. И. Миропольский, Л. Н. Мод-залевский, Н. И. Пирогов, С. А. Рачинский, К. Д. Ушинский полагали религиозное воспитание в православной традиции краеугольным камнем построения всей системы отечественного образования и воспитания. Исторические события начала XX в. способствовали коренному изменению позиций официальной педагогики в отношении значения религиозного воспитания. Все чаще и увереннее стали высказываться суждения о сути и содержании религиозного воспитания в духе разговора двух булгаковских персонажей тридцатых годов прошлого века: «Берлиоз же хотел доказать поэту, что главное не в том, каков был Иисус, плох ли, хорош ли, а в том, что Иисуса-то этого, как личности, вовсе не существовало на свете и что все рассказы о нем — простые выдумки, самый обыкновенный миф»2. Так, например, Педагогический словарь 1960 г. понятие «религиозное воспитание» относит к статье «Церковь и школа»3. Собственно понятия «религиозное воспитание» практически не существует, приводятся некоторые факты, которые получают определенный комментарий. Статья начинается с признания: да, в известные периоды общественно-исторического развития между школой и церковью устанавливалась определенная связь, но сущности этих двух институтов противоположны друг другу. «Задачи школы в принципе непримиримы с задачами церкви, борьба за выполнение школой своих объективных задач есть

1 Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ. Проект № 0 9-06-00346а.

2 Михаил Булгаков. Белая гвардия. Театральный роман. Мастер и Маргарита. М., 1973. С. 425.

3 Педагогический словарь : В 2 т. Т. 2. М. : Изд-во АПН, 1960. С. 259.

борьба против церкви и ее задач»4. Однако дальнейший обзор развития школьного дела в Западной Европе, в условиях Халифата и на Руси показывает в статье тесную связь школьного образования с религиозным воспитанием в названных исторических условиях. Однозначность и конкретику формулировки главной задачи школы как борьбы против церкви и религиозности можно, конечно, объяснять сегодня особенностью исторического времени, в которое составлялся цитируемый словарь. Однако такая установка в отношении взаимодействия школы и религиозных институтов продолжает преимущественно доминировать в сознании педагогов, воспитанных в условиях государственного атеизма. В этой связи научный и практический интерес представляет сравнение воззрений на религиозное воспитание отечественных педагогов начала XX в. с современными дискуссиями о значении и содержании религиозного воспитания, а также взаимоотношений церкви и школы.

Для исторического обзора нами выбраны позиции двух ученых, каждый из которых широко известен работами, не относящимися к собственно религиозному воспитанию. Однако оба рассматриваемых автора имели свою точку зрения на религиозное воспитание и сформулировали ее в соответствующих работах.

Моисей Матвеевич Рубинштейн — выпускник философского отделения Фрейбургского университета (Германия, 1905). Наряду с научной работой занимался организационно-педагогической и преподавательской деятельностью. Исследовал проблемы теории личности, социальной психологии, педагогической психологии, психологии юношества, проблемы взаимодействия семьи со школой. В 1913 г. журнал «Вестник воспитания» опубликовал объемную статью М. М. Рубинштейна «О религиозном воспитании».

Вопрос о религиозном воспитании М. М. Рубинштейн называет вопросом, неотступно требующим от педагогов ответа, невзирая ни на какие особые условия жизни. «Тот, кто утешает себя мыслью, что он просто устранился от решения этой роковой жизненной проблемы, в сущности, отдал решение ее в руки слепого случая, отдал своих детей на произвол судьбы со всеми его тяжкими последс-твиями»5.

Почему проблема религиозного воспитания называется ученым «роковой»?

«В наше время… необходимость коснуться этих вопросов тем более сильна, что воспитание для нас выросло в могучий фактор общественного строительства. Крепкие духом и твердые своей верой люди устойчивых эпох не испытывали всего трагизма душевного смятения и мучительной нерешительности, которые тяготеют в вопросе о религиозном воспитании над нами, людьми переходного времени, отставшими от одного берега и не приставшими к другому. Для нас это поистине роковой вопрос, потому что речь в нем идет не только о детях, но им все снова и снова ставят нас, взрослых, лицом к лицу с вопросом о том, верим ли мы сами, чем живы мы, взрослые. А мы трепещем этого вопроса, потому что сплошь и рядом у нас по совести не хватает сил сказать ни да, ни нет, и разъедающая душу струя скептицизма льется в детскую душу, отравляя ее на

4 Педагогический словарь : В 2 т. Т. 2. С. 642.

5 Рубинштейн М. М. О религиозном воспитании // Вестник воспитания. 1913. № 1. С. 76.

наших глазах сомнением и нерешительностью, и мы часто бессильны помочь горю»6.

Отмечая, что «у нас нет истинной непосредственной веры», автор статьи, вместе с тем, пишет: «.уже одно то, что среди наиболее крупных естествоиспытателей встречается до крайности мало лиц, отвергающих религиозную жизнь, могло бы заставить нас глубоко задуматься над этим вопросом»7. Так же, как и К. Д. Ушинский, М. М. Рубинштейн признает, что зачастую с верой борется не наука, а «самонадеянное полузнание», наука же действительно страшна, «но не для веры, а для суеверия»8. По мнению педагога и психолога, человеческие споры о том, что такое абсолют, не отменяют признания того, что жизненное миросозерцание немыслимо без абсолюта. «Без абсолюта нет конечного смысла ни в познании, ни в практической деятельности, ни в творчестве». Для сторонников нерелигиозного мировоззрения абсолют также существует — это материя с ее механическими законами. Объясняя таким образом свою точку зрения, М. М. Рубинштейн ставит в статье две цели: наметить свою точку зрения на религиозную жизнь и отклонить ложные опровержения религии, ссылаясь на которые, хотят исключить и религиозное воспитание.

Признавая ценность религиозной жизни, автор отмечает, что, во-первых, неверующему человеку трудно воспитывать детей; во-вторых, вопрошания детей о Боге и вопросы взрослых о Боге далеко не тождественны, хотя и соотносимы друг с другом. М. М. Рубинштейн предлагает взрослым оставить свои сомнения в отношении детей и перенести рассуждения о необходимости религиозного воспитания в другую плоскость: «детской психологии, детской жизни и ее интересов», то есть рассматривать эту проблему с точки зрения «нормального созревания человеческой деятельности»9.

Опираясь на различия психики детей и взрослых, автор последовательно доказывает необходимость религиозного воспитания в первую очередь для нормального психического развития ребенка. В детской психике религиозная потребность, по мысли М. М. Рубинштейна, проявляется в следующих факторах.

Во-первых, у всех детей возникает вопрос о личном (курсив мой — М. Р) Создателе мира, так как иной путь возникновения мира ребенку труднопонятен.

Во-вторых, это потребность ребенка в обращении к Творцу, в общении с Ним, то есть потребность в молитве. Автор приводит случай из своей педагогической практики: «Мальчик Шура 5 лет с необычайной настойчивостью и давно добивался ответа на вопрос о Боге. Как-то странно даже было видеть, как краснощекий, полный и живой мальчик то и дело возвращался к этому вопросу, видимо, не находя себе успокоения. Взрослые пытались вести его в нерелигиозном духе, на короткое время он как будто удовлетворялся «естественными” объяснениями, но потом все начиналось снова. Но вот однажды он вернулся с прогулки и, сияя, заявил, что теперь он знает, что Бог есть, что молиться нужно вот так — и он перекрестился — и что Бога нужно любить больше всех. Вмес-

6 Рубинштейн М. М. О религиозном воспитании… С. 77.

7 Там же. С. 84.

8 Там же.

9 Там же. С. 87.

то мудрствовавших лукаво родителей, дававших ответы, не отвечавшие детской психике, ответ дал дворник. То есть, в конце концов, родители устранились и уступили место дворнику, а тот разрубил гордиев узел без малейшего усилия, по традиции. И вот что характерно — с этих пор все сомнения и тревоги у мальчугана отпали.»10

Третий аргумент — это морально-нравственное развитие детей, которое в ситуации организованного религиозного воспитания получает надежную опору в системе координат «что такое хорошо, что такое плохо».

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Полемизируя с противниками религиозного воспитания, кто аргументирует свою позицию болезненным страхом детей перед судом и карой Божией, автор приводит свой аргумент. «Как показывают исследования детей, даже в наше время с его тягостной и в корне ложной постановкой религиозного воспитания, страх, ужас перед Богом стоит далеко позади доверия и любви к Нему»11. Моральные основания религиозного воспитания мыслятся ученым именно как основания любви к Богу и желания добра в поступках из подражания своему Творцу.

Какова полемика М. М. Рубинштейна со сторонниками традиционного религиозного воспитания, в частности — православного?

Первый предмет полемики — традиционное приобщение детей к «церковному культу», по мысли педагога, очень быстро выхолащивает молитвенный восторг и вносит суетность мира в церковные обряды.

Второй — это высказанное ученым убеждение в том, что религиозное воспитание детей должно носить общечеловеческий характер. «Общечеловечность» христианства автор объясняет тем, что представление о Боге в христианстве помогает объединить представления о мире, людях, животных, не дробя их, а демонстрируя деятельное проявление Божией любви.

Третий — требование внеконфессионального религиозного воспитания: Единый Бог, как Бог добра, совершенства и любви, единый мир и единство мира, природы и людей — такова платформа для воспитания детей12. С первым аргументом охотно соглашались ранее и соглашаются ныне, в том числе православные педагоги и священнослужители. Они приводят, правда, иные причины остывания молитвенного настроя и внесения суетности в церковную жизнь. Но в целом данная проблема, как проблема «привыкания» к таинственной жизни Церкви, характерна для православной конфессиональной педагогики.

Второй аргумент также, с определенными условиями, принимается религиозной педагогикой. «Общечеловечность» представлений о Боге выражается в православной педагогике, в частности, в том, что маленьких детей начинают знакомить с религиозным материалом, показывающим человеческие качества Христа, Божией Матери, святых. Понятность и наглядность изучаемого материала, а также признание общечеловеческой значимости религиозного воспитания — есть одно из условий правильно организуемого процесса конфессионального образования.

10 Рубинштейн М. М. О религиозном воспитании… С. 90—91.

11 Там же. С. 93.

12 Там же.

Третий аргумент, о внеконфессиональности религиозного воспитания, до настоящего времени является дискуссионным. Так, например, православный богослов и психолог профессор В. В. Зеньковский писал о том, что внеконфес-сиональное религиозное образование не может обеспечить самого главного в деле религиозного воспитания — передачи ребенку опыта жизни конкретной религиозной традиции. И потому приоритеты в выборе школы родителями были расставлены им однозначно — или религиозная, церковная, школа или внерели-гиозное учебное заведение13.

С другой стороны, Ф. Н. Козырев, исследующий современные проблемы религиозного образования и воспитания, убежден в том, что религиозная педагогика должна быть неконфессиональной14. Объясняет свою точку зрения Ф. Н. Козырев следующими аргументами: неконфессиональностью системы педагогических наук, принципом светскости школы, обеспечением оптимального единства и плюрализма в образовательном пространстве, антагонизмом научного религиоведения и богословия, необходимостью межконфессиональ-ного сотрудничества и освобождением учителя от необходимости демонстрации внешних форм религиозного благочестия15. Все названные исследователем аргументы не отражают внутреннего содержания религиозного воспитания, а обращены к внешним признакам проявления религиозного аспекта в педагогической действительности.

Подводя итог рассмотрению своих воззрений на значение религиозного воспитания, М. М. Рубинштейн ставит перед педагогом парадоксальную на первый взгляд задачу: «Если у нас, взрослых, истинной религии часто нет, то тем более необходимо обогатить ею наших детей»16.

Алексей Федорович Лосев, отечественный философ и филолог, историк античной философии, переводчик, исследователь герменевтики, философии мифа, выражая свое отношение к проблеме религиозного воспитания, отметил, что «в проблеме религиозного воспитания проявилась вся глупость и безнадежное мещанство интеллигентских душ»17. Дискуссии о том, можно ли заставить человека верить, есть ли Бог или нет и другие рассуждения на тему свободы совести автор назвал «домашними дрязгами и пересудами болтунов и кумушек, владевших русской печатью, университетами и самосознанием», заключив: «Слава Богу, что большевики закрыли газеты».

Свою позицию по отношению к религиозному воспитанию ученый выразил однозначно: «Я не буду говорить, есть ли Бог или нет. Не буду говорить даже о важности и нужности религии и религиозного воспитания. И самые эти вопросы считаю для себя кощунственными и недостойными»18. Выразив надежду,

13 Зеньковский В. В. Проблемы воспитания в свете христианской антропологии. М., 1993.

14 Козырев Ф. Н. Религиозное образование в светской школе. СПб., 2005. С. 507.

15 Там же. С. 507-509.

16 Рубинштейн М. М. О религиозном воспитании. С. 123.

17 29 марта 1921 года в педагогическом кружке Нижегородского университета А. Ф. Лосевым был сделан доклад о том, какими методами осуществлять религиозное воспитание (см. : Лосев А. Ф. О методах религиозного воспитания: Доклад в педагогическом кружке Нижегородского университета, 29 марта 1921 г. // Путь православия. 1993. № 1. С. 214-229).

18 Там же. С. 215.

что собравшиеся слушатели знакомы с религией не из «Русских ведомостей» или «Русского слова», но по деятельному опыту собственного сознания, А. Ф. Лосев выдвинул три основных тезиса религиозного воспитания.

1. Религия не есть часть чего-нибудь — мировоззрения, жизни, творчества. Если она есть, она захватывает все. Принцип мистической всепроникновеннос-ти, по мысли Лосева, распространяется на науку, любовь, ненависть и даже на пищу и питие. Поэтому религиозное воспитание понимается автором как вопрос о религиозном устроении жизни, «особой организации просвещения ума и сердца и, следовательно, всего жизнеощущения и жизнедействия»19.

2. Религия не есть обязательно что-нибудь законченное и завершенное, данное как известное достижение в мировоззрении или в жизни. Это принцип творческой текучести чистого религиозного опыта. Поэтому религиозное воспитание касается религиозного устроения корней религиозной жизни, инстинктов и аффектов.

3. Религия не относится к чисто интеллектуальным операциям, она глубже сознания, его форм и функций. «Есть нечто биологическое в ликованиях и страстных вожделениях религиозной души». Это принцип духовной телесности, основанной на просветлении конкретного животного инстинкта. Поэтому религиозное воспитание обращено на воспитание конкретного самочувствия в религии, которое переживается человеком в телесной и инстинктивной сферах, проявлением чему может быть осознание зависимости всего высшего и духовного от религиозного просветления плоти.

Сформулированные три принципа и, соответственно, три цели религиозного воспитания дают основания для определения методов религиозного воспитания. Необходимость согласования методов религиозного воспитания с психологией ребенка названа автором аксиомой. Выделены три возраста детства: до 6-7 лет — возраст инстинктов; от 7 до 12 лет — возраст привычек, от 13 до 18 — возраст соединения инстинктов и сознательно-критической мысли.

Первый возраст детства, 6—7лет, восприимчив к конкретно-чувственному опыту, но не внешнему, а сокровенно переживаемому. Такой опыт ребенок осваивает в интимной глубине семейных отношений. «В красоте и тайне семейных отношений кроется истинное познание Бога. Если нет этого, то бесплодно натаскивать возраст 7-12 лет, и трудные вывихи ожидают юную душу в 13-18 лет»20. Что приобретается в данном возрасте посредством религиозного воспитания? Христианское (в отличие от языческого) понимание отношений Бога и сотворенного Им мира, трудное учение о Промысле Божием. Отношения и различия в самом Божестве как взаимоотношения отцовства и сыновства. Воспитание нравственной стойкости, основанной на понимании любви даже до смерти, до страдания.

Возраст 7—12 лет: «Я не знаю, как воспитывать тех, у кого не было семьи и которые не восприняли узрения отцовства и материнства»21. Но если семейное воспитание было, то, по мысли Лосева, в этом возрасте возможно полное

19 Лосев А. Ф. О методах религиозного воспитания… С. 215.

20 Там же. С. 218.

21 Там же. С. 219.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

исключение религиозного воспитания и обучения. «И тут я случайно схожусь с атеистами», — заявляет ученый. Вместе с тем, он отмечает, что в таком возрасте полезно изучение молитв, привыкание к богослужению и обрядовой стороне, постижение колоссальной роли культа. Парадоксальным образом Лосев выводит внешние проявления религиозности из содержания обязательного религиозного воспитания. Религиозные устои в семье им также отмечаются как внешние стороны благочестия — пироги по воскресеньям, родительское благословение перед путешествием, молитва перед ответственным делом, благодарственные молебны.

Для старшего возраста, 13—18 лет, Лосев указывает на необходимость соединения инстинктов и сознательно-критической мысли. В этом возрасте религиозное воспитание вводит в постижение полноты и ограниченности времени, пространства, приводит к осознанию себя в религиозной жизни человечества. Полемическим оказывается вопрос «Как же жить в этом мире с такой религией и таким Богом?» Ответ на него не менее полемичен: «Жить нельзя. Жизнь — жертва. Поэтому христиане всегда чувствовали конец мира. Выстрадать все противоречия жизни и встретить после страданий и тоски новое снисхождение Христа — в этом последнее оправдание религии и, следовательно, религиозного вос-питания»22.

Заданные А. Ф. Лосевым координаты религиозного воспитания показывают, во-первых, приоритет семейного воспитания в религиозном становлении личности; во-вторых, значимость воспитания привычки в религиозной жизни; в-третьих, необходимость соединения интеллектуальной, эмоциональной и физиологической составляющих личности человека для полноценной религиозной жизни.

Рассмотренные взгляды на религиозное воспитание М. М. Рубинштейна и А. Ф. Лосева помогают сравнить общие черты дискуссий о сути и содержании религиозного воспитания с современными особенностями воззрений педагогов на значение религиозного воспитания.

Ценностные основания религиозного образования и воспитания сегодня

Одной из животрепещущих проблем сегодня является проблема введения в содержание российского общего образования предметов, ориентирующих школьников в том, «что такое хорошо и что такое плохо». В июле 2009 г. на встрече Президента России Д. А. Медведева с Патриархом Московским и всея Руси Кириллом и лидерами других религиозных конфессий было принято решение о введении в общеобразовательных школах России преподавания новых предметов духовно-нравственного содержания. Такими предметами были названы четыре предмета религиозного содержания: основы православия, ислама, иудаизма, буддизма, а также два внерелигиозных предмета: светская этика и история мировых религий. В результате выполнения поручения Президента России для экспериментальной апробации в ряде российских регионов Министерством образования и науки РФ был разработан единый учебный курс, включающий в

22 Лосев А. Ф. О методах религиозного воспитания… С. 221.

себя шесть названных предметов в качестве отдельных модулей. Предлагаемый Минобрнауки РФ для эксперимента новый учебный курс (не существующий в образовательном пространстве России и не имеющей сложившейся практики) нацелен на единую методологию преподавания и будет реализовываться в двух пограничных четвертях — последней четверти 4 и первой четверти 5 классов. Выбор времени преподавания и экспериментальных регионов, в большинстве из которых не сложилась устойчивая практика преподавания основ религиозной культуры, на наш взгляд, крайне неудачен для проведения эксперимента. Однако эти обстоятельства могут быть объяснены признанием значимости духовнонравственного воспитания и образования, которое не зависит от времени года и региона. Серьезные сомнения у специалистов вызывает целесообразность выбора унифицированной методологии построения учебных модулей, в том числе и модулей религиозного содержания. Разработчики нового курса попытались все внутреннее много- и разнообразие религиозных культур упорядочить в соответствии с абстрактной формулой «духовно-нравственного развития» детей. Суть методики проста — все религии в конечных своих основаниях учат добру, а то разнообразие, которое они в себе имеют и несут своим последователям, — добру не служит, поэтому его нужно убрать из школьного содержания. Все модули (в которые превратились первоначально заданные Президентом предметы) выстроены по единой методологии — детям нужно успеть поведать о Родине, семье, труде, войне, природе, экологии. То есть посредством религиозной культуры нужно решить все те же задачи воспитания, понимаемые так же конкретно — нужно научить детей любить Родину, семью, беречь природу и быть трудолюбивым. И здесь возникают разногласия.

Так, для православного миропонимания все названные ценности очень важны и значимы. Но над ними существует другой уровень смыслов и соответствующих им ценностей. Именно сакральные ценности религиозной культуры определяют устойчивость и эффективность религиозного воспитания, понимаемого широко, как совокупность содержания, формы и методов передачи религиозной традиции обращения человека к Богу и общения человека с Творцом мира. Уникальность религиозного воспитания, его несводимость к другим типам воспитания (например, семейному и социальному) и видам воспитания (например, эстетическому, патриотическому и нравственному) обусловлена тем, что только религиозное воспитание ориентирует ум, чувства и волю человека в ценностной системе координат: истина — ложь, прекрасное — безобразное, добро и зло. Эти абсолютные ориентиры составляют суть религиозного воспитания, содержанием которого является передача опыта жизни человека с Богом.

Цель и структура религиозного воспитания в православной традиции

Целью православного воспитания о. В. Зеньковский называл подготовку ребенка к жизни в Вечности, составной частью чего является подготовка к жизни земной.

Критерием верно устроенного религиозного воспитания в Православии полагается его иерархичность (то есть приоритет Закона Божия над человеческими

законами) и внутренняя непротиворечивость. Священомученик Евгений Ел-ховский23 так наставлял своего сына: «Поступок твой не должен противоречить трем основным правилам. он должен быть в полном согласии с Законом Божи-им, твоей собственной совестью и пользой людей. Если он будет противоречить хоть одному из этих правил, то, значит, он будет нехорош». В приведенной цитате прослеживаются два уровня нравственных ориентиров — законы, данные человеку Богом, и правила, установленные людьми. Структура религиозного воспитания в Православии отражает эту двухуровневую составляющую. Она состоит из духовно-мистического и рационального уровней религиозного воспитания.

Духовно-мистический уровень религиозного воспитания отражает уникальность отношения человека к Богу и с Богом — богообщение — и обусловлен спецификой понимания духовной жизни в Церкви. Можно предположить, что духовный уровень определяют следующие моменты: подготовка и участие в церковных таинствах, церковная и домашняя молитва, покаяние, воспитание чувства благоговения и почитания святынь24.

По учению Православной Церкви, человек призван к богообщению в течение всей своей земной жизни. Личностное общение человека с личностным Богом актуализирует все сферы бытия человека — телесную, душевную и духовную. Главным событием в жизни человека в христианстве является Евхаристия. Православие (единственное из христианских конфессий) допускает детей к полноправному участию в таинстве Евхаристии практически от рождения. Можно утверждать, что это важнейшее богословское положение содержит в себе ответ на первейший вопрос всех воспитательных систем — готовится ли ребенок к жизни или уже живет «здесь и сейчас». Православное миропонимание признает за ребенком все права полноценной личности, и в качестве основного — право на общение с Богом.

Рациональный уровень отражает образовательную компоненту религиозного воспитания — это все то, чему можно научить ребенка и что можно контролировать, диагностировать, прогнозировать. Рациональный уровень определяют, по нашему мнению, следующие компоненты: информационный, нравственного научения, деятельностный.

Информационная составляющая нравственного воспитания характеризует тот объем знаний, который воспитанники получают по Священной истории, истории Церкви, богословию, церковному искусству (музыке, иконописи, литературе, живописи, архитектуре и т. п.).

Нравственное научение содержит в себе основы воспитания христианского нрава. Воспитанников учат в собственном житейском опыте вычленять проявления духовного мира. Формируются добродетельные навыки и полезные привычки, ребенка учат бороться с порочными наклонностями в своем характере и пагубным влиянием со стороны окружающей действительности.

23 Страницы истории России в летописи одного рода (Автобиографические записки четырех поколений русских священников) 1814-1937. М. : Отчий дом, 2004. С. 7.

24 Склярова Т. В. Православное воспитание в контексте социализации. М. : ПСТГУ, 2006. С. 8.

Деятельностная составляющая нравственного воспитания содержит в себе весь комплекс «добрых дел».

Вся названная сфера подробно раскрывается в уроках православной культуры, предметное содержание которой давно разработано и апробировано в формате многих учебников и пособий.

Связь религиозного воспитания с процессом социализации

Наряду с религиозным воспитанием и образованием всегда имеет место процесс религиозной социализации отдельной личности и групп людей. Вхождение в религиозную традицию, освоение вероучения, правил и норм религиозной культуры предполагает интеллектуальное освоение ее наследия, имеет определенный спектр ограничений поведения, а также правила регуляции эмоциональной сферы верующего человека. Освоение человеком религиозной традиции побуждает его, с одной стороны, приспосабливаться к новым нормам и правилам, а с другой — усваивая религиозный мировоззренческий «формат», человек определенным образом обособляется в окружающем его обществе. Этот процесс и представляет суть религиозной социализации — процесс вхождения человека или группы людей в религиозный уклад жизни, усвоение ими религиозных ценностей и норм поведения и, как следствие, изменение взаимоотношений с обществом, обусловленных исповедуемыми религиозными законами25.

Очевидно, что религиозное воспитание не тождественно религиозной социализации так же, как религиозное образование не тождественно религиозному воспитанию. Поэтому изучение в школе религиозной культуры не ведет автоматически к воспитанию школьника в религиозной традиции, но способствует ориентации в смыслах человеческой культуры и деятельности.

Таким образом, религиозное образование, воспитание и социализация не тождественны, но определенным образом взаимосвязаны и взаимообусловлены и одинаково важны для понимания процесса передачи культуры и вероучения религиозной традиции.

Зададим теперь вопрос: способны ли и каким образом религиозные образование, воспитание и социализация содействовать духовно-нравственному оздоровлению общества? Из анализа предложенного материала можно сделать вывод о том, что способны. Является ли это оздоровление общества конечной целью научения подрастающего поколения основам религиозной культуры и освоения ими религиозной традиции? Вероятнее всего — нет.

Во-первых, не существует отвлеченной духовной нравственности, вся религиозная нравственность конкретна, а духовный мир имеет положительный и отрицательный полюса. Во-вторых, религиозное воспитание, как мы видели, имеет другую, неземную цель. Поэтому и результаты религиозного воспитания и проявления религиозной социализации могут значительно отличаться от доминирующих в обществе норм поведения. Например, некоторое дети, познакомившиеся с основами православной культуры в школе, просят своих родителей

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

разрешить им не есть мясо в пост. Вопреки нарастающим угрозам, священник продолжает свою проповедь, вплоть до физической расправы с ним в храме. Такое поведение статистическим большинством может быть расценено как НЕнормальное. Но именно это поведение ориентирует общество на высшие проявления человеческого в человеке.

Ключевые слова: Религиозное воспитание, конфессиональность и внекон-фессиональность религиозного образования.

Religious upbringing in the Orthodox tradition:

PURPOSES, CONTENTS AND STRUCTURE T. V. Sklyarova

Документы, необходимые для представления, если Вы желаете получить вид на жительство в Латвийской Республике для осуществления религиозной деятельности:

Необходимо предъявить действительные в Латвийской Республике проездные документы и представить следующие документы:

До представления документов Вашему приглашающему необходимо заверить вызов в территориальных отделениях Управления по делам гражданства и миграции.

Если вместе с Вами в страну въезжает Ваш cупруг и несовершеннолетний или находящийся на попечении ребёнок, дополнительно необходимо представить документы, подтверждающий родство, и нотариально заверенный или в присутствии должностного лица управления или представительства подписанное согласие на проживание ребенка в Латвийской Республике того родителя, который не въезжает в Латвийскую Республику.

Ларцева Л. , эксперт журнала

Журнал «Учреждения физической культуры и спорта: бухгалтерский учет и налогообложение» № 4/2019 год

Пожертвованием признается дарение вещи или права в общеполезных целях (ст. 582 ГК РФ). В качестве пожертвований могут выступать как денежные средства, так и иные объекты имущества. С 01.01.2019 доходы в виде пожертвований отражаются в бухгалтерском учете по-новому. Об этом и не только расскажем в статье.

Характерной чертой пожертвований является их безвозмездность. На принятие пожертвования не требуется чьего-либо разрешения или согласия.

При пожертвовании имущества юридическим лицам жертвователь вправе установить условие об использовании такого имущества по определенному назначению. В этом случае организация, принимающая пожертвование, должна вести обособленный учет всех операций по использованию пожертвованного имущества. Стоит отметить, что если использование имущества в соответствии с указанным жертвователем назначением невозможно (к примеру, вследствие изменившихся обстоятельств), то оно может быть использовано по другому назначению лишь с согласия жертвователя, а в случае смерти, ликвидации жертвователя – по решению суда (п. 3, 4 ст. 582 ГК РФ).

Использование пожертвованного имущества не в соответствии с обозначенным жертвователем назначением или изменение этого назначения с нарушением вышеприведенных правил дает право жертвователю, его наследникам или иному правопреемнику требовать отмены пожертвования (п. 3, 4 ст. 582 ГК РФ).

Договорные отношения.

При принятии пожертвования зачастую возникает вопрос: надо ли такие операции оформлять договором? Поскольку пожертвование – частный случай дарения, ГК РФ обязывает оформлять указанные операции письменно, если одновременно выполняются два условия:

1) одаряемый является юридическим лицом;

2) стоимость дара превышает 3 000 руб.

Исходя из этого, если стоимость дара больше 3 000 руб., передача пожертвования учреждению спорта должна быть оформлена письменно.

Кроме того, целесообразно оформлять письменный договор и в том случае, когда жертвователь установил условие об использовании пожертвованного имущества по определенному назначению. Наиболее простым способом зафиксировать такое назначение является его указание в договоре, подписанном обеими сторонами.

Во всех остальных случаях сделка по передаче пожертвования может быть совершена устно.

Возможность устной передачи пожертвований не распространяется на недвижимое имущество. При дарении недвижимости письменный договор оформляется в обязательном порядке, поскольку такой договор подлежит государственной регистрации (п. 3 ст. 574 ГК РФ).

Кроме того, важно отметить, что наличие письменного договора при принятии пожертвования (даже в тех случаях, когда его оформление необязательно) поможет правильно квалифицировать такие поступления в целях налогового учета и избежать претензий со стороны налоговых органов.

КОСГУ для учета пожертвований.

С 2019 года для отражения доходов в виде пожертвований применяются новые статьи КОСГУ:

1) в части денежных поступлений:

  • статья 160 «Безвозмездные денежные поступления капитального характера» – согласно п. 7 Порядка № 209н на данную статью относятся денежные пожертвования, которые направляются на приобретение (создание) основных средств, нематериальных активов, непроизведенных активов;

  • статья 150 «Безвозмездные денежные поступления текущего характера» – денежные пожертвования на иные цели;

2) в части неденежных поступлений – статья 190 «Безвозмездные неденежные поступления в сектор государственного управления», которая также детализирована на поступления текущего и капитального характера.

При применении перечисленных статей необходимо также учитывать категории жертвователей: организации госсектора, прочие организации, физические лица, нерезиденты и т. д. Для них преду­смотрены разные подстатьи. К примеру, при поступлении от физических лиц (резидентов РФ) денежных пожертвований на приобретение основных средств используется подстатья 165 «Поступления капитального характера от иных резидентов (за исключением сектора государственного управления и организаций государственного сектора)», при поступлении имущества в виде оборудования – подстатья 197 «Безвозмездные неденежные поступления капитального характера от физических лиц» КОСГУ. При аналогичных поступлениях от коммерческих организаций используются подстатьи 165 и 196 («Безвозмездные неденежные поступления капитального характера от организаций (за исключением сектора государственного управления и организаций государственного сектора)») КОСГУ соответственно.

Напомним, до 2019 года пожертвования отражались по статье 180 «Прочие доходы» (подстатья 189 «Иные доходы») КОСГУ.

Бухгалтерский (бюджетный) учет.

В бухгалтерском учете бюджетных (автономных) учреждений операции, связанные с поступлением пожертвования, отражаются в рамках приносящей доход деятельности – по коду вида финансового обеспечения (КВФО) 2. При этом денежные средства, поступившие в виде пожертвования, расходуются бюджетными (автономными) учреждениями самостоятельно.

У казенных учреждений источником обеспечения всех расходов являются средства соответствующих бюджетов, поэтому операции по поступлению денежных пожертвований отражаются по КВФО 1 «Бюджетная деятельность». Как правило, пожертвования денежных средств в пользу таких учреждений перечисляются в бюджет жертвователями. Казенные учреждения не вправе самостоятельно распоряжаться указанными средствами (расходовать их). Вместе с тем стоит отметить, что суммы пожертвований, зачисленные в бюджет, впоследствии могут быть доведены казенным учреждениям в виде дополнительных лимитов бюджетных обязательств для осуществления целевых расходов (Письмо Минфина РФ от 17.05.2011 № 02-03-09/2016).

С учетом новых статей (подстатей) КОСГУ для отражения доходов в виде пожертвования применяются и новые аналитические счета. Рассмотрим обновленные корреспонденции счетов по поступлению пожертвований.

Бюджетные (автономные) учреждения

Казенные учреждения

Дебет

Кредит

Дебет

Кредит

Денежные пожертвования

Начислены доходы по договору пожертвования, предусматривающему условия о целевом расходовании средств

2 205 50 000

2 205 60 000

2 401 40 150

2 401 40 160

1 205 50 000

1 401 10 150

1 401 40 150

Начислены доходы при принятии пожертвования без условий по их использованию

2 205 50 000

2 205 60 000

2 401 10 150

2 401 10 160

Поступили денежные пожертвования учреждению

2 201 34 510

2 201 11 510

2 201 27 510

2 205 50 000

2 205 60 000

Зачислены суммы пожертвований в бюджет:

отражаются администратором доходов бюджета, осуществляющим полномочия по администрированию кассовых поступлений в бюджет

1 210 02 190

1 205 50 000

отражаются администратором доходов бюджета, осуществляющим отдельные полномочия по начислению и учету платежей в бюджет (на основании извещения (ф. 0504805))

1 304 04 190

1 303 05 730

1 303 05 830

1 205 50 000

Списаны в доход текущего года суммы пожертвований при представлении жертвователю отчета о достижении целевых показателей

2 401 40 150

2 401 40 160

2 401 10 150

2 401 10 160

1 401 40 150

1 401 10 150

Неденежные пожертвования

Приняты к учету объекты имущества (объекты нефинансовых активов), полученные в виде пожертвования, на основании договора, акта при-
ема-передачи (акта дарения), подтверждающих безвозмездность передачи жертвователем имущества и факт получения объектов

2 100 00 000

2 401 10 190

2 401 40 190

2 100 00 000*

2 401 10 190*

* Для казенных учреждений данная проводка применяется в части отражения безвозмездно полученного имущества. По нашему мнению, ее можно использовать и для отражения имущества, принятого в виде пожертвования.

Коммерческая фирма по договору пожертвования перечислила спортивной школе (бюджетное учреждение) на лицевой счет денежные средства в размере 100 000 руб. на ремонт спортивного зала. Согласно условиям договора школа обязана отчитаться в целевом использовании указанных средств. Кроме того, по этому же договору фирма безвозмездно передала спортивные тренажеры на сумму 50 000 руб. (иное движимое имущество).

В бухгалтерском учете данные операции отразятся следующим образом:

Дебет

Кредит

Сумма, руб.

Начислены доходы в виде денежного пожертвования на основании заключенного договора

2 205 55 564

2 401 40 155

100 000

Поступили на лицевой счет школы денежные средства в виде пожертвования

2 201 11 510

2 205 55 664

100 000

Забалансовый счет 17
(статья 155 КОСГУ)

Отражены доходы текущего периода на основании отчета о целевом использовании средств пожертвования, предоставленного жертвователю

2 401 40 155

2 401 10 155

100 000

Приняты к учету спортивные тренажеры, поступившие в виде пожертвования

2 101 34 310

2 401 10 196

50 000

При принятии к учету пожертвованных объектов нефинансовых активов, стоимость которых не указана в договор пожертвования учреждениям, определяется их текущая оценочная стоимость на дату принятия к бухгалтерскому учету, признаваемая справедливой стоимостью названного объекта, увеличенная на стоимость услуг, связанных с их доставкой, регистрацией и приведением их в состояние, пригодное для использования. Порядок определения такой стоимости установлен п. 25 Инструкции № 157н.

Определение текущей оценочной стоимости нефинансового актива осуществляется методом рыночных цен на основании данных о сделках с аналогичным или схожим активом, совершенных без отсрочки платежа, и определяется в сумме денежных средств, необходимых при продаже (приобретении) указанных активов на дату принятия к учету.

Определение текущей оценочной стоимости в целях принятия к бухгалтерскому учету объекта нефинансового актива производится на основе цены, действующей на дату принятия к учету (оприходования) имущества, полученного безвозмездно, на данный или аналогичный вид имущества. Сведения о действующей цене должны быть подтверждены документально, а в случаях невозможности документального подтверждения – экспертным путем.

При определении текущей оценочной стоимости в целях принятия к бухгалтерскому учету объекта нефинансового актива комиссией по поступлению и выбытию активов, созданной в учреждении на постоянной основе, используются:

  • данные о ценах на аналогичные материальные ценности, полученные в письменной форме от организаций-изготовителей;

  • сведения об уровне цен, имеющиеся у органов государственной статистики, а также в средствах массовой информации и специальной литературе;

  • экспертные заключения (в том числе экспертов, привлеченных на добровольных началах к работе в комиссии по поступлению и выбытию активов) о стоимости отдельных (аналогичных) объектов нефинансовых активов.

В случае если данные о ценах на аналогичные либо схожие материальные ценности по каким-либо причинам недоступны, в целях обеспечения непрерывного ведения бухгалтерского учета и полноты отражения в бухгалтерском учете свершившихся фактов хозяйственной деятельности текущая оценочная стоимость признается в условной оценке, равной 1 руб. При этом указанные материальные ценности, соответствующие критериям признания активов, отражаются учреждением на балансовых счетах в условной оценке «один объект – один рубль».

После получения данных о ценах на аналогичные либо схожие материальные ценности по объекту нефинансового актива (материальной ценности), отраженные на дату признания в условной оценке, комиссией учреждения осуществляется пересмотр балансовой (справедливой) стоимости такого объекта.

Налоговый учет.

В соответствии с п. 2 ст. 251 НК РФ при определении базы по налогу на прибыль не учитываются целевые поступления на содержание некоммерческих организаций и ведение ими уставной деятельности, поступившие безвозмездно на основании решений органов государственной власти и органов местного самоуправления и решений органов управления государственных внебюджетных фондов, а также целевые поступления от других организаций и (или) физических лиц и использованные указанными получателями по назначению. При этом налогоплательщики – получатели названных целевых поступлений обязаны вести раздельный учет доходов (расходов), полученных (понесенных) в рамках целевых поступлений.

К целевым поступлениям на содержание некоммерческих организаций и ведение ими уставной деятельности относятся, в частности, пожертвования, признаваемые таковыми в соответствии с гражданским законодательством РФ (пп. 1 п. 2 ст. 251 НК РФ).

Из вышеприведенных норм законодательства следует, что для целей исчисления налога на прибыль организаций поступившие пожертвования вправе не учитывать только некоммерческие организации при условии, что такие пожертвования получены и использованы на общеполезные цели, совпадающие с уставными целями некоммерческой организации (письма Минфина РФ от 30.10.2018 № 03-03-06/3/77988, от 12.10.2018 № 03-03-06/3/73409).

В соответствии с пп. 8 п. 3 ст. 50, ст. 123.22 ГК РФ, ст. 9.1 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» одними из форм некоммерческих организаций являются государственные (муниципальные) учреждения – бюджетные, автономные и казенные учреждения.

Таким образом, в случае получения учреждением доходов в виде пожертвования, признаваемого таковым в соответствии с ГК РФ,
названные доходы не учитываются при формировании базы по налогу на прибыль организаций при соблюдении условий, установленных ст. 251 НК РФ, то есть такое пожертвование должно быть использовано по целевому назначению, а налогоплательщик – получатель пожертвования обязан вести раздельный учет доходов (расходов), полученных (понесенных) в рамках целевых поступлений (письма Минфина РФ от 30.10.2018 № 03-03-06/3/77988, 03-03-06/3/73409).

Пожертвования, полученные на содержание некоммерческих организаций и ведение ими уставной деятельности и использованные не по целевому назначению, включаются в состав внереализационных доходов и облагаются налогом на прибыль в общеустановленном порядке на основании п. 14 ст. 250 НК РФ.

Кроме того, согласно указанному пункту налогоплательщики, получившие имущество (в том числе денежные средства), работы, услуги в рамках целевых поступлений (то есть пожертвования), по окончании налогового периода представляют в налоговые органы по месту своего учета отчет о целевом использовании полученных средств в составе налоговой декларации (в составе налоговой декларации заполняется лист 07 «Отчет о целевом использовании имущества (в том числе денежных средств), работ, услуг, полученных в рамках благотворительной деятельности, целевых поступлений, целевого финансирования» (далее – отчет)). Суммы пожертвования указываются в отчете под кодом 140. При этом пожертвованные основные средства, нематериальные активы и другое имущество отражаются в отчете по рыночной стоимости.

* * *

Учреждения спорта имеют право получать пожертвования в виде как денежных средств, так и иного имущества. Принятие пожертвований, по нашему мнению, целесообразно оформлять письменным договором даже в тех случаях, когда законодательством данная обязанность не установлена (например, при пожертвовании движимого имущества стоимостью менее 3 000 руб.). Такой договор пожертвования учреждениям необходим при квалификации проверяющими полученного имущества как пожертвования, а также при закреплении условий его использования, установленных жертвователем. Кроме того, наличие договора позволит избежать претензий со стороны налоговых органов.

Для отражения доходов в виде пожертвований с 2019 года применяются новые статьи КОСГУ: 150, 160, 190 (вместо статьи 180). Названные статьи используются в разрезе видов поступлений (текущие и капитальные), а также источников поступлений (организации госсектора, иные организации, физические лица и т. д.).

С учетом новых кодов КОСГУ скорректирован и порядок отражения указанных доходов на аналитических бухгалтерских счетах.

В целях исчисления налога на прибыль учреждения имеют право не учитывать пожертвования на основании пп. 1 п. 2 ст. 251 НК РФ при соблюдении следующих условий:

  • имущество поступает безвозмездно;

  • пожертвования используются на содержание и ведение уставной деятельности учреждения, то есть на предусмотренные в уставе цели и задачи, направленные на достижение общественных благ;

  • пожертвование израсходовано по целевому назначению;

  • налогоплательщик – получатель пожертвования ведет раздельный учет доходов (расходов), полученных (понесенных) в рамках целевых поступлений.

В пункте 6 ч. 1 ст. 3 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» подчеркивается, что одним из основных принципов государственной политики и правового регулирования отношений в сфере образования является светский характер образования в государственных, муниципальных организациях, осуществляющих образовательную деятельность. Конституция РФ определяет, что никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной (ч. 1 ст. 14) и гарантирует каждому свободу совести, свободу вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними (ст. 28).

Данные положения означают, что религиозные организации отделены от государства, образование в государственных и муниципальных образовательных организациях имеет светский характер, а обязательное религиозное образование является недопустимым. Изучаемый же в рамках школьной программы предмет «Основы религиозных культур и светской этики» не является религиозным образованием, а имеет культурологическую направленность «в целях формирования и развития личности в соответствии с семейными и общественными духовно-нравственными и социокультурными ценностями» (ч. 1 ст. 87 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации»). Преподавание светской этики, не упомянутой в указанном Федеральном законе, можно рассматривать как преподавание учебного предмета, альтернативного учебным предметам, направленным на получение обучающимися знаний «о нравственных принципах, об исторических и культурных традициях мировой религии (мировых религий)» (там же).

Право выбора между указанными выше предметами — за родителями (законными представителями) обучающихся (ч. 2 ст. 87 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации»). При этом должна соблюдаться и общая норма, изложенная в п. 1 ч. 3 ст. 44 рассматриваемого Федерального закона № 273-ФЗ: «Родители (законные представители) несовершеннолетних обучающихся имеют право выбирать до завершения получения ребенком основного общего образования с учетом мнения ребенка, а также с учетом рекомендаций психолого-медико-педагогической комиссии (при их наличии) факультативные и элективные учебные предметы, курсы, дисциплины (модули) из перечня, предлагаемого организацией, осуществляющей образовательную деятельность».

Таким образом, ни религиозное образование, ни изучение основ религиозной культуры (культур) в государственных и муниципальных образовательных организациях не является обязательным и не может быть обязательным.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *