Религиозный человек, это кто?

Это третье эссе из написанных мною по предмету «Социология».

Для того чтобы сделать вывод о том, одно и то же ли понятия «верующий человек» и «религиозный человек» нужно узнать подробные значения слов «вера» и «религия», а затем рассмотреть людей, которые верят, и которые следуют религии. Обратившись к толковому словарю русского языка, я прочитал следующее:

Религия – одна из форм общественного сознания, совокупность мистических представлений, покоящихся на вере в сверхъестественные силы и существа, которые являются предметом поклонении.

Вера – убеждённость, уверенность в ком-, чём-нибудь; убеждённость в существовании Бога; то же, что религия.

На деле же всё немного по-другому. Под религией мы понимаем какую-то форму, обряды. Под верой мы понимаем личную убеждённость, личное общение с Богом, без всяких посредников, форм и обрядов.

Человек религиозный всё делает по церковным уставам. Это не есть плохо, но и не совсем хорошо. Плохо, когда человек называет себя христианином, но совсем не ведёт такой образ жизни. Человек же верующий, исполняет то, что написано в Библии, служит Богу и людям.

Есть верующие, которые себя так называют лишь потому что родились в христианских семьях, но не исполняют ничего, что подразумевает в себе вера или религия. Так называемые номинальные или псевдохристиане. Таких людей подавляющее большинство в современном обществе. Мало кто считает себя атеистом, но в церкви появляется, в лучшем случае, по праздникам. В худшем – не появляется вообще, и даже иногда люди боятся церквей, каких бы там ни было: православных, католических, а уж тем более протестантских.

В Библии, в Священном писании, на которое опирается христианство о вере достаточно много сказано, чего нельзя сказать о религии. К примеру, «Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Послание к Евреям 11:1). И ещё «вера без дел мертва» (Послание от Иакова 2:26). Если углубится в рассмотрение понятия «верующий», то можно взять во внимание, что бесы (ангелы противника Бога – сатаны) тоже верят в Бога, но это не делает их верующими. Вера подтверждается делами, характеризующими эту веру. Какие это дела – можно узнать в Библии.

На основе всего этого можно с уверенностью сказать, что «религиозный человек» и «верующий человек» — это не одно и то же, хотя общие черты у них присутствуют.

Вопрос: Я верю в Б-га, верю, что Он един. Но есть вопрос, который ставит меня в тупик: почему тогда есть не одна, а много религий?!

Ответ: Вы задали важный вопрос. Религия – это некая практическая форма выражения человеческой веры. Поскольку люди разные, то естественно, что для каждого находится своя форма выражения его убеждений. Даже внутри одной конфессии формы выражения религиозных чувств будет отличаться у разных людей. Поэтому не удивительно, что разные народы по разному поняли свое предназначение в мире.

Когда мы говорим о мире науки, то в нем есть способы отличия утверждений истинных от ложных с использованием механизмов логики или экспериментальных проверок. Утверждения этические или эстетические – аппелируют к внутреннему миру человека. Еще более глубокие слои души затрагиваются способностью к вере.

Сказанное не означает, что в вопросах веры отсутствуют аргументы разума. В иудаизме, как известно, статус разума и интеллектуального исследования очень высок. Многие эпизоды еврейской истории можно назвать видом «исторического эксперимента», подтверждающего нашу веру. Но в вопросах веры подобных аргументов зачастую недостаточно и остается место для сомнения. Именно поэтому во многих религиях важное место занимает Синайское откровение – как аргумент, не оставивший сомнений.

Возвращаясь к поставленному вами вопросу – множественность религий выражает то, что единство Всевышнего все еще недостаточно раскрыто человечеству, и лишь во времена Машиаха оно будет раскрыто всем. Это одно из толкований слов символа еврейской веры «Слушай, Израиль: Г-сподь – Б-г наш, Г-сподь один!» – вера в единого Б-га, открытая нам на горе Синай, будет верой всех народов во времена Машиаха.

Русский

Морфологические и синтаксические свойства

падеж ед. ч. мн. ч.
муж. р. ср. р. жен. р.
Им. религио́зный религио́зное религио́зная религио́зные
Рд. религио́зного религио́зного религио́зной религио́зных
Дт. религио́зному религио́зному религио́зной религио́зным
Вн. одуш. религио́зного религио́зное религио́зную религио́зных
неод. религио́зный религио́зные
Тв. религио́зным религио́зным религио́зной религио́зною религио́зными
Пр. религио́зном религио́зном религио́зной религио́зных
Кратк. форма религио́зен религио́зно религио́зна религио́зны

ре-ли-ги-о́з-ный

Прилагательное, качественное, тип склонения по классификации А. Зализняка — 1*a. Сравнительная степень — религиознее.

Корень: -религи-; суффикс: -озн; окончание: -ый .

Произношение

  • МФА: (файл)

Семантические свойства

Значение

  1. относящийся к религии ◆ Религиозный обряд. ◆ Религиозный праздник. ◆ Религиозная традиция.
  2. проникнутый религией ◆ Религиозный человек. ◆ Религиозное население.

Синонимы

  1. духовный, набожный, богомольный, благочестивый; частичн.: церковный
  2. верующий

Антонимы

  1. атеистический, безбожный
  2. светский, гражданский, нерелигиозный, безрелигиозный

Гиперонимы

  1. мировоззренческий

Гипонимы

  1. христианский, католический, православный, протестантский; исламский, мусульманский, буддистский, иудейский, языческий, зороастрийский, синтоистский; этнорелигиозный, общерелигиозный

Родственные слова

Ближайшее родство

  • существительные: религия, религиозность
  • прилагательные: полурелигиозный, псевдорелигиозный, безрелигиозный, иррелигиозный
  • наречия: религиозно

Этимология

Фразеологизмы и устойчивые сочетания

  • религиозный культ

Перевод

Список переводов

  • Английскийen: religious
  • Испанскийes: religioso
  • Итальянскийit: religioso
  • Немецкийde: religiös
  • Польскийpl: religijny
  • Украинскийuk: релігійний
  • Французскийfr: religieux

Библиография

    Для улучшения этой статьи желательно:

    • Добавить хотя бы один перевод для каждого значения в секцию «Перевод»

    Распространение книг и переводов в румынском пространстве до появления современного государства было связано с институтом Церкви, с религией в целом. И не только книга и культура были прерогативами Церкви, об образовании и охране здоровья заботилась она же. У книг было двойное назначение: формировать в богословском и интеллектуальном плане человека Божьего и доносить религиозные поучения до всех верующих. Одной из характерных черт религиозной реформы в христианском мире XVI века стал перевод Библии на различные языки. Таким образом, престиж языков, на которых традиционно велось богослужение, совершались требы, латинского на западе и греческого и церковнославянского на востоке, уменьшался, поскольку рядовые люди хотели понимать, что говорилось во время религиозной службы.

    В христианском православном пространстве, в котором находились и румыны, в пространстве, которое контролировалось в геокультурном плане согласно османской модели, религиозная реформа распространялась медленно. Однако ощущались перемены, пришедшие с Запада; духовенство и иерархи Церкви становились все более восприимчивыми к устремлению верующих. Под влиянием лютеранства и кальвинизма православный дьякон Кореси перевел четыре христианских Евангелия и напечатал их с 1556 по 1583 годы в Брашове, в центральной части сегодняшней Румынии. Переводчик Поликарп Кицулеску рассказывает, как начиналась история переводов христианских священных текстов на румынский язык, начиная с сороковых годов XVII века: ”Забота и любовь проповедующих Евангелие к тому, чтобы верно и понятно передавать Слово Божье, привели к появлению переводчиков и их переводов, которые делались, чтобы просветить многих. Изучение источников переводов в румынском пространстве приводит к мысли, что их, очевидно, можно найти в византийской культуре. Несмотря на то, что румыны обратились в определенное время к славянской культуре, которая стала очень могущественной и повлияла на румынскую культуру, она не была полностью оригинальной, у нее тоже были византийские истоки. Тексты попадали в румынское пространство через Афон и Константинополь, через их окружение, учитывая, что и румыны зависели, через митрополию Унгровлахии, от Вселенского Патриархата в Константинополе. Это обращение к византийским текстам было своего рода подтверждением подлинности, и поэтому не шла речь об освобождении от славянских вариантов, но о непосредственном доступе к источнику.”

    Религиозная культура в румынском пространстве двигалась, хотя ещё робко, в направлении, открытом Реформацией. Историки сочли, что колебания были связаны с опасениями, что прозелитизм Реформации может распространиться в православной среде. В последующие века румынское православие будет все больше направляться к тому, что называют «румынизацией” литургического языка. Поликарп Кицулеску очерчивает этот процесс: ”Переход на румынский в религии означает, что появляется доступ к Божественному посланию для как можно большего числа людей. Хотя у румын не было литургии и богослужений на румынском языке, это не означало, что на румынском языке в церкви не говорили. Хроники, проповеди, толкования святоотеческих текстов были на румынском, они стали первыми сборниками текстов, которые печатались без всяких ограничений. Литургический сборник «Казания де ла Говора” был напечатан в 1642 году и открыл путь для текстов, объясняющих книги Писания и послание Евангелия. Так возникла необходимость создавать печатни, дополнить деятельность мастерских переписчиков, которые не прекращали свою работу вплоть до ХХ века.”

    Иерархи Церкви все более и более убеждаются, что переход от церковнославянского к румынскому языку только приближает верующих к Богу. Поликарп Кицулеску отмечает, что именно деятели Церкви поощряли переводы и печать изданий на румынском: ”Первые шаги в переходе на румынский в религии, во введении румынского языка в богослужения, которые обязательно велись исключительно на греческом, церковнославянском, древнем иврите и латыни, на священных языках, были предприняты с большой осторожностью, тактом и терпением. Митрополит Унгровлахии Штефан был ученым, книгочтеем, при его дворе, в столичной резиденции в Тырговиште, шли богословские споры, от него же нам осталась прекрасная рукопись, красиво украшенная, на трех языках — церковнославянском, греческом и румынском. Он смело заявляет о своем убеждении в предисловии, опубликованном в Тырговиште в 1651 году. Известно, что Митрополит Штефан был первым, кто произнес на румынском молитву Верую в храме, в памяти потомков именно он был инициатором стандартизации служб, чтобы все священники служили одинаково во всех церквах и монастырях его Митрополии.”

    По мере того, как исчерпал себя страх распространения религиозного прозелитизма, тенденция к открытости продолжилась, вплоть до появления полного издания в 1688 году в Бухаресте Библии на румынском языке. Рассказывает Поликарп Кицулеску: ”Ещё одним ученым иерархом первопроходцем был Митрополит Унгровлахии Феодосий. Он молчаливо поощрял введение румынского языка в церковную практику, его считают определенным консервативным фактором. В 1680 году под рукой Митрополита Феодосия увидело свет нечто новое по сравнению с трудами митрополита Штефана, который издавал разные книги по литургике, но не саму литургию с уставом, Типиконом, на румынском языке. Феодосий издал эту литургию с уставом на румынском, которая до этого существовала в рукописи, по его словам, «на благо всех священников и дьяконов”. Переведенный с греческого Устав был теперь напечатан на румынском языке. В Уставе есть ещё несколько тропарей и молитв на румынском, постепенно в него вносится все больше текстов на румынском. Митрополит Феодосий также благословил появление первого Священного Писания на румынском языке в 1688 году.”

    В начале XVIII века перемены стали необратимыми. Румынский язык заменил церковнославянский язык в православном богослужении в храмах.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *