Религия сущность

В философии религии представлен широкий спектр различных подходов к пониманию природы религии — как апологетических, так и критических. В эпоху Нового времени, когда философия отмежевалась от теологии и вступила с ней в конкурентные отношения, а вместо господствовавшего прежде теологического подхода к описанию религии начинает развиваться подход к религии как объекту исследования, философская критика религии выступила уже как неотъемлемый момент самого философского способа мышления. Философское изучение религии пытается понять, какие имеет религия основания в человеческом опыте, а также требует подтверждения обоснованности тех или иных религиозных положений. В разных концепциях природа религии рассматривается сквозь призму фундаментальных принципов того или иного философского направления. Теологи и объективные идеалисты придерживаются объективно-идеалистического подхода, в рамках которого сущность религии выводится из наличия в мире сверхъестественных сил. Осознание конечности и ограниченности человеческого существования приводит к поискам безусловного. Термин «спасение'» и означает «обретение утерянной целостности», устранение раздробленности, отчужденности существования, понимается как воссоединение и восполнение. С позиции антропологического подхода предмет религиозного поклонения представляет собой фантастический образ, созданный в сознании людей и в определенной степени отражающий их собственную сущность. В рамках социологического подхода религия понимается как та или иная форма общественного сознания или результат исторического развития общества, атеистический же подход определяет религию как искаженное отражение действительных реальных отношений людей и господствовавших над ними внешних сил.

С точки зрения материалистов эпохи Просвещения религия есть следствие обмана и невежества людей, нагромождение лжи и фантазии, выдумка ради укрепления власти над другими людьми. Они утверждают, что религия нс является опорой нравственности, а, требуя слепой покорности, способствует, скорее, только падению нравов. Исчезновению же религии должны способствовать результаты просвещения человеческого общества.

Однако же такие представители эпохи Просвещения, как Руссо и Лессинг, непосредственно связывали религию и нравственность. Историю человечества Лессинг представлял себе как прогресс в моральном воспитании человеческого рода. Религии, с точки зрения Лессинга, являются определенными ступенями в этом воспитании человеческого рода.

Иммануил Кант (1724—1804) также видел основу религии в чувстве нравственного долга. Религия тождественна морали, но отличается лишь по форме. Религия есть законодательство разума, призванное придавать моральное влияние на человеческую волю для исполнения долга при помощи создания разумом идеи Бога. Религия, по Канту, вытекает из морали, а мораль неизбежно ведет к религии и расширяется до идеи обладающего властью морального законодателя. Поэтому истинная религия есть познание человеческих обязанностей как божественных заповедей. Кант проводит границу между моральной религией и религией богослужебной.

Богу угоден только моральный образ жизни, а не автоматическое следование ритуалам, которое Кант называет лжеслужением. Если, по Канту, вера моральная — это вера действенная, свободная, живая, то церковная, богослужебная вера способна подавлять подлинную человеческую свободу, прививать привычку к лицемерию.

Иммануил

Кант

С точки зрения Гегеля, религия является одной из трех форм проявления Абсолютного духа, наряду с искусством и философией. Абсолютный дух достигает истинного, совершенного знания о себе самом, проходя по ступеням вначале созерцания в искусстве, где он являет себя через конкретные формы созерцания чувственных образов, далее через язык воображения и деятельность чувства и представления в религии и затем через язык понятий и деятельность чистой мысли в философии. Гегель представлял религию чем-то вроде формы, предваряющей философию, через которую самосознание единого с миром Абсолюта находит свое выражение пока еще в образах и символах. Философия является высшей понятийноразумной формой, в которой достигается возвышение конечной сущности человека к бесконечному. Конечный дух, по Гегелю, есть лишь момент развития Абсолютного духа, поэтому религия есть знание божественного духа о себе через опосредование конечного духа. Поскольку последняя цель и философии, и религии, по Гегелю, — откровение Абсолюта через разум, постольку религия автором рационализируется, включая и момент понимания мистического как спекулятивного. Разумное мышление, в отличие от рассудочного, состоит именно в том, что оно содержит в самом себе противоположности как идеальные моменты, поэтому все разумное Гегель считает возможным назвать мистическим, что означает лишь то, что оно выходит за пределы рассудка.

По Шлейермахеру, сущность религии — это чувство зависимости от бесконечного. Не через разум, не через рациональную сферу человек может соприкасаться с Богом, а только через чувства. Если сущность религии раскрывается в чувстве восторга перед бесконечной вселенной и в поклонении ей, то каждый религиозный человек любой традиции по-своему и в разных, взаимодополняющих друг друга формах выражает это чувство.

Людвиг Фейербах (1804—1872) полагает, что религия есть первая форма постижения человеком самого себя, она не имеет своего собственного содержания, и человек в религии обращается лишь к самому себе, к своей собственной сущностиГ Мыслитель рассматривает религию в качестве продукта человеческого воображения: учение о Боге сводится к познанию человеком тех или иных качеств своей же собственной природы, освобожденной от конечных, индивидуальных границ, которые объективируются

и проецируются вовне. Человек наделяет Бога предикатами бесконечности, безусловности, независимости, которые являются предельными характеристиками человеческого разума и воли, или придает статус божественности человеческому чувству любви. Тайна религии, считает мыслитель, сокрыта в присущем человеку религиозном творчестве, связанном с потребностями избежать страхов и страданий, а также со стремлением к счастью.

Людвиг

Фейербах

Карл Маркс (1818—1883), следуя мысли Фейербаха, также говорит, что человек создает религию, которая есть лишь самосознание и самочувствие самого человека, который или еще не обрел себя, или уже снова себя потерял. Речь идет о потерянности и самоотчужденности человека, живущего в искаженных условиях социальной действительности. Как следствие, человек ищет некоего возмещения для самого себя в иллюзорной области, религия становится всеобщим основанием для утешения и оправдания. Мир, государство и общество порождают религию как превратное миросозерцание, и религиозное убожество есть в то же время выражение действительного убожества и протест против него. Это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира, дух бездушных порядков, опиум народа. По Марксу, религия в будущем, при изменении социальных условий существования, будет упразднена.

Карл

Маркс

Для понимания сущности религии представителями направления философии жизни характерны психологизм и иррационализм. Поэтому неслучайно, что наиболее истинной формой религии для ряда представителей данного направления является мистицизм. Наиболее отчетливо эту мысль выражает Бергсон, раскрывающий понятие динамической религии. Динамическая религия ведет к преображению каждой индивидуальной души, избавляя ее от тревоги и неуверенности, и к преображению социума и человечества. Основа этой религии сверхъестественна, это творческий жизненный порыв или божественная любовь, которую воспринимают особо одаренные личности и передают ее остальным. Динамическая религия выражается, прежде всего, в мистицизме, и деятельность «великих мистиков» способствует становлению божественного человечества. От динамической религии Бергсон отличает статическую, ярче всего выраженную в магии и мифотворчестве. Если суть динамической религии заключена в мистике, цель которой — соединение человека с Творцом, то статическая религия имеет уже не сверхъестественную основу, а биологическую, и служит она, прежде всего, сохранению того или

иного общества и несет в себе защитные функции, предохраняя социум от распада, а индивида от страха и неуверенности. Она привязывает человека к жизни, а индивида к обществу. Бергсон ставил перед человечеством задачу создания единой динамической религии, которая включала бы в себя наиболее важные элементы существующих мировых религий.

Освальд

Шпенглер

Подобным образом и Освальд Шпенглер (1880— 1936) видит высшую точку развития религиозности в мистическом христианстве, а низшую — в обрядовости, языческом мировоззрении, магии. В основу его морфологии культуры положен принцип биоцентризма с вытекающей из него закономерностью гибели каждой культуры. Каждая из описываемых Шпенглером культур религиозна, религия является душой каждой культуры. Пра- символ каждой культуры — эго некий род любви, посредством которой она созерцает бога, охватывая его, вбирая в себя. Однако же любая религия, тем не менее, умирает, уступая место атеистическому мировоззрению, после чего гибнет и сама культура. Религиозное миросозерцание зарождается через интуитивное переживание душой процесса жизни и своей судьбы. Шпенглер говорит, что религия — это бодрствование живого существа в те мгновения, когда оно преодолевает существование: когда оно овладевает им, отрицает его и даже уничтожает. Религия — это потусторонность, жизнь в сверхчувственном и с ним, и такое ощущение жизни нельзя подменять ни моральной проповедью, ни социальной этикой. Фундаментальными ощущениями религии, согласно Шпенглеру, являются страх и любовь, поэтому в своей морфологии истории религии он разделяет два типа мифологии — мифологию страха и мифологию любви.

В центре философской антропологии Мартина Бубера находится не изолированный индивид, а человек, стремящийся к постоянному диалогу Я с вечным Ты или Богом. Поиски Бубера направлены на раскрытие того измерения, где отношения человека и Бога определяются «живой верой», в которой человек в конкретности своей личности стоит перед Богом. Религия не является ни догмой, ни предписанным ритуалом, а постоянным пребыванием перед бездной взаимного отношения с Божественным таинством. Религия, по Буберу, всегда основывается па двойственности Я и Ты. Бубер часто противопоставляет живую религиозность религии как застывшей догматике, в которой всегда остается что-то от безличного отношения Оно. Настоящую эпоху мыслитель характеризует как «затмение Бога», поскольку в самую сердцевину религиозной жизни проникает процесс субъективации веры, когда отношение «Я — Ты» замещается на «Я — Оно».

Согласно Эммануэлю Левинасу, путь к Богу лежит через этическое отношение к Другому, религиозный опыт является опытом этическим, смысл его — в фундаментальной ответственности за Другого. Бесконечность открыта лишь этическому взгляду, пишет мыслитель, она не познается нами, а сообщается с нами. Другого пути у религии быть нс может. Этика — есть само видение Бога. Знать Бога — значит знать, как надлежит поступать. Лицо Другого, пробуждая в нас ненасытное сострадание, свидетельствует о Боге. Общение с Богом опосредовано другой личностью, другим человеком, через которого Бог командует, а мы отвечаем в присутствии Другого на некий «приказ». На первый взгляд, позиция Левинаса обнаруживает некоторое родство с кантовской, однако же она подразумевает, что содержание долженствования не всеобще, а всегда уникально. Метафизика Левинаса утверждает множественность и различие самого бытия, Другой в его концепции есть указание на бесконечность и неисчерпаемость. Не автономия, а гетерономия в основе этики Левинаса.

С тем или иным подходом к пониманию сущности религии тесно связано и представление об основе религии или о предпосылках, под влиянием которых она возникает. Чаще всего в качестве предпосылок возникновения религии выделяются социально-психологические, гносеологические, а также личностно-экзистенциальные факторы.

К социально-психологическим факторам относятся страх, вызванный ощущением бессилия перед разрушительными природными силами, перед их мощью, стихийностью и непредсказуемостью, а также страх перед явлениями социального порядка, такими как значимость социальных законов и норм, общественного и группового мнения, традиций, обычаев, экономическое принуждение, политический гнет, войны.

К гносеологическим факторам относятся ограниченность чувственного и рационального познания, интуиция, способность воображения, способность мышления к абстрагированию, обобщению, а также образность и диалогизм мышления.

К личностно-экзистенциальным факторам относятся осознание конечности и хрупкости своей индивидуальной жизни, ответственность за самоопределение, ощущение безысходности в кризисной ситуации, чувство одиночества и заброшенности, потребность в общении, а также переживание всесторонней зависимости от других.

Давид Юм (1711 — 1776) указывает, что первоначальные религиозные представления были вызваны заботами о житейских делах, непрестанными надеждами и страхами, тревожной заботой о счастье, которые побуждают к действию ум человека, чтобы подвести к какому-нибудь заключению относительно невидимой разумной силы.

Давид

Юм

Человеческое воображение действует, создавая представления о неведомых силах, от необъяснимого действия которых зависит само балансирование человека между жизнью и смертью, изобилием и нуждою. При этом, считает Юм, люди обладают склонностью представлять все существующее подобным себе и приписывать каждому объекту тс качества, с которыми они близко знакомы. Человечество, находящееся в полном неведении относительно причин и в то же время весьма озабоченное своей будущей судьбой, тотчас же признает свою зависимость от невидимых сил, обладающих чувством и разумом.

О. Шпенглер детализирует различные виды глубинного страха, присущего человеку, которые и являются основой зарождения религии. Страх перед пространством и населяющими его неизвестными силами порождает представления о духах природы, которые на более высоких стадиях религии превращаются в представления о богах. Из страха перед потоком времени, его непредсказуемостью возникают культы предков, которые затем перерастают в представление о духе народа, духе государства. А и из страха перед смертью возникают представления о бесконечности существования души.

Фейербах также отмечает, что корнем, основой религии является страх, но к этому утверждению, уже под влиянием идей Шлейермахера, добавляет еще чувство зависимости. Если человек чувствует зависимость от смены времен года, то, как следствие, возникают первые религиозные праздники, связанные с урожаем, если человеческое существование непосредственно зависит от животных, то возникают их культы, и т.д. Фейербах пытается показать, что точкой отсчета всегда остается сам человек: в первую очередь, важна проекция наиболее значимых его интересов, а затем уже включаются механизмы взаимодействия с этими силами. Цель религии — сделать природу понятной, податливой, соответствующей человеческой потребности.

Социальные причины, искажения общественного бытия людей, порождающие отчуждение как источник и первооснову религии, выделяет и подчеркивает Маркс. Превратный мир порождает религию как превратное мировоззрение, поэтому сама религия и является той сферой иллюзорной реальности, которая тем не менее помогает человеку выжить в этих условиях, являясь основанием для утешения и оправдания.

В более поздний период развития религии, когда уже представления о высшей реальности обрели ценностные, этические характеристики, религия по преимуществу становится средством решения трагических противоречий и вечных проблем индивидуального человеческого существования, поэтому важнейшими становятся личностно-экзистенциальные факторы. Как пример можно привести рассматриваемую выше категорию П. Тиллиха «мужество быть».

  • Фейербах Л. Сущность христианства // Фейербах Л. Избранные философские произведения : в 2 т. Т. 2. М., 1955. С. 52.

Религия как явление, присущее человеческому обществу на протяжении всей его истории и охватывающее до настоящего времени подавляющую часть населения земного шара, оказывается, тем не менее, областью, мало понятной для очень многих людей. Одной из причин этого, казалось бы, странного факта служит то обстоятельство, что религию, как правило, оценивают по ее внешним признакам, по тому, как она практикуется ее последователями в культе, в личной и общественной жизни. Отсюда проистекает масса различных трактовок религии, усматривающих ее существо либо в элементах, являющихся в ней второстепенными, незначительными, либо даже в ее искажениях, которых не избежала ни одна религия.

Поэтому вопрос о том, что составляет существо религии, какие признаки являются в ней определяющими, а какие несущественными, требует особого рассмотрения.

Религия имеет две стороны: внешнюю – как она представляется постороннему наблюдателю, и внутреннюю, которая открывается верующему, живущему в соответствии с духовными и нравственными принципами данной религии. С внешней стороны, религия представляет собой, прежде всего, мировоззрение, включающее в себя ряд положений (истин), без которых (хотя бы без одного из них) она теряет самое себя, вырождаясь или в колдовство, оккультизм и подобные псевдорелигиозные формы,

являющиеся лишь продуктами ее распада, извращения, или в религиозно-философскую систему мысли, мало затрагивающую практическую жизнь человека. Религиозное мировоззрение всегда имеет общественный характер и выражает себя в более или менее развитой организации (церкви) с определенной структурой, моралью, правилами жизни своих последователей, культом и т.д. С внутренней стороны, религия – это непосредственное переживание Бога.

Предварительное понимание религии дает и этимология данного слова. Существует несколько точек зрения на происхождение слова «религия».

Сам термин имеет латинское происхождение: (от лат. religio – совестливость, благочестие, благоговение, святость, богослужение). Так, знаменитый римский оратор, писатель и политический деятель I веке до н. э. Цицерон считал, что он является производным от латинского глагола relegere (вновь собирать, снова обсуждать, опять обдумывать, откладывать на особое употребление), что в переносном смысле означает «благоговеть» или «относиться к чему-либо с особым вниманием, почтением». Отсюда и самое существо религии Цицерон видил в благоговении перед высшими силами, Божеством. Эта мысль Цицерона верно указывает на то, что благоговение является одним из важнейших элементов в религии, без которого религиозность превращается в ханжество, лицемерие и пустое обрядоисполнение, а вера в Бога – в холодную безжизненную доктрину. В то же время нельзя согласиться с тем, что благоговение перед чем-то таинственным и даже перед Богом составляет сущность религии. Сколь ни велико и необходимо благоговение в религии, тем не менее, оно представляет собой лишь одно из чувств, присутствующих в религиозном отношении человека к Богу, и не выражает его сущности.

Известный западный христианский писатель и оратор Лактанций (†330 г.) считает, что термин «религия» происходит от латинского глагола religare, означающего «связывать», «соединять». Поэтому и религию он определяет как союз благочестия человека с Богом. «С тем условием,– пишет он, – мы и рождаемся, чтобы оказывать справедливое и должное повиновение порождающему нас Господу, Его одного знать, Ему следовать. Будучи связанными сим союзом благочестия, мы находимся в соединении с Богом, от чего получила название и самая религия… Так имя «религия» произошло от союза благочестия, которым Бог соединил с Собою человека…». Это определение Лактанция раскрывает самое существенное в религии – то живое единение духа человека с Богом, которое совершается в тайниках сердца человеческого.

Подобным же образом понимает существо религии и блаженный Августин (†430 г.), хотя он считает, что слово «религия» произошло от глагола reeligere, т.е. воссоединять, и сама религия означает воссоединение, возобновление когда-то утерянного союза между человеком и Богом. «Его-то ища, – пишет он, – или лучше, вновь отыскивая (от чего, кажется, получила название и религия), мы стремимся к Нему любовью, чтобы, когда достигнем, нам успокоиться». Таким образом, происхождение слова «религия» указывает на два основных его значения: соединение и благоговение, – которые говорят о религии как о таинственном духовном союзе, живом, благоговейном единении человека с Богом.

Происхождение термина выводит нас на ряд определений, которые соответствуют сущности религии как культурного феномена. Вот, например, определение, данное русским философом, князем С.Н. Трубецким, в бытность им ректором МГУ: «Религия может быть определена как организованное поклонение высшим силам… Религия не только представляет собою веру в существование высших сил… но устанавливает особые отношения к этим силам: она (религия

– прим. авт.) есть, следовательно, известная деятельность воли (человека – прим. авт.), направленная по отношению к этим силам.».

Интересное определение религии дает еще один известный русский философ и филолог А.Ф. Лосев: » Религия всегда есть то или иное самоутверждение личности к вечности».

Таким образом, суммируя все вышеизложенные определения, итоговое определение может выглядеть примерно таким:

Религия – это совокупность взглядов на мир, которые чаще всего основываются на вере в Бога, сотворившего мир и человека, давшего человеку в Откровении знание; религиозные верования составляют мировоззренческий, интеллектуальный компонент религии. Это затем совокупность действий, составляющих культ, в которых религиозный человек выражает свое отношение к Богу и вступает с Ним в мистическую связь в молитве, жертвоприношении. Это, также, совокупность норм, правил поведения, которым должен следовать человек как требованиям, предъявляемым ему Богом. И, наконец, это объединения религиозных людей в те или иные организации, такие как церковь, община, монастырь, секта, орден.

Иными словами говоря, любая религия характеризуется сочетанием трех характеристик: 1) наличием религиозного учения; 2) наличием религиозной практики (культа); 3) наличием

религиозной организации.

Рассматривая определения и сущность религии, нам приходится сталкиваться с рядом непонятных терминов, сопутствующих данному явлению. Это относится к понятию «культ».

Культ – это совокупность действий, являющихся для представителей данной религии священными. Еще один термин является в обыденном языке синонимом религии. Это термин «Вера». Существует множество определений данного термина, как философских, так и специальных. Самым главным заблуждением в трактовке этого термина было его противопоставление термину знание. Однако в контексте религиозном эти два понятия неразрывно связаны. Я не могу верить тому, чего не знаю, и я не могу полноценно знать и познавать то, во что не верю. Например, если я не верю в научные методы познания мира, то никакие законы и эксперименты меня не убедят. И, наоборот, если я признаю и принимаю научное познание мира, тогда научная методика работает. Т.е. вера и знание должны находиться в смысловом единстве. Таким образом, вера – личностное самоопределение человека по отношению к имеющемуся у него знанию.

Известные исследователи феномена религии (Р. Отто, М. Шелер, М. Элиаде) отмечают, что без понятия священного не существует религии, чаще всего оно конкретизируется и персонализируется (олицетворяется) в определенном представлении о Божестве и Божественном — Боге (или богах, духах), хотя иногда персонализации и не происходит, тогда священное конкретизируется как определенная безличная «Высшая Сила», некий «Абсолют» и все, что с ним связано (культ, богослужение и т.п. — то есть определенный сакральный жизненный континуум). Впрочем, в самом общем смысле, можно сказать, что идея Бога (олицетворенного или обезличенного) является началом и смыслом любой религии.

Значение религии

Религия — это не только представление о Боге, не только сознание. Это также реальная жизнь, жизнедеятельность людей — культ, богослужение, церковная организация, а кроме того — это формы и принципы организации общественной жизни, которые в той или иной степени базируются на религиозных основаниях. Итак, религия — это мировоззрение, основывающееся на вере в Божественное, и соответствующая (небудничная) сфера жизнедеятельности человека, связана с ее отношением к Священному.

Здесь уместно напомнить, что до недавнего времени господствующая у нас тогда марксистская идеология рассматривала религию как форму общественного сознания, определяющуюся отражением действительности с помощью иллюзорно-фантастических образов, представлений, понятий. С этой точки зрения, религия искажает реальные отношения в природе и обществе, наделяет их вымышленными качествами и способностями, она является «опиумом для народа». По этой логике получается, что большая часть человечества большую часть своей истории прожила в состоянии массового гипноза и безумия. Фактически марксизм никогда не поощрял научно беспристрастного анализа религии, всегда исходя лишь из идеологического задания «отменить религию».

Возникновение и необходимость религии

Далее мы поговорим об исторических предпосылках возникновения религии. Но с точки зрения обще-философской религия становится необходимой и возможной, во-первых, потому, что человек испокон веков нуждается выйти за пределы этого мира, найти нечто такое, что было бы выше, лучше, более сознательным, чем он сам и этот мир, найти спасение и утешение, предмет веры.

Во-вторых, сам этот мир, при условии всего своего несовершенства, представляет собой нечто прекрасное и высокоорганизованное, и его существование и качества не могут быть объяснены только естественными законами. Беспристрастный и неограниченный взгляд на Вселенную дает основания утверждать, что он является не только хаосом слепых природных сил, но и космосом, то есть строем, который могла создать и организовать лишь некая высшая, сверхъестественная сила.

В-третьих, религия возникает на основе актов религиозного опыта, в которых Бог сам, своей волей и благодатью появляется человеку. Эти акты удивительные, и не каждому выпадает счастье их иметь, но то, что кто-то не имеет такого опыта, не дает основания отрицать его реальность, — так же как отсутствие у любого опыта альпинизма не дает оснований отрицать существование Монблана. Таким образом, существование религии становится возможным и необходимым потому, что Бог есть, это начало и конец любой религии, ее содержание и основание. Поэтому и существование религии в определенной степени уже служит доказательством существования Бога, — собственно, того, что не нуждается в доказательствах. Бог является реальностью, которую нельзя доказать, — но он сначала есть, а уже потом возникают все его существования.

ИНТЕГРАЦИЯ ОБРАЗОВАНИЯ

ТОЧКА ЗРЕНИЯ

РЕЛИГИЯ И ШКОЛА РОССИИ: СУЩНОСТЬ ПРАВОСЛАВНЫХ ПЕДАГОГИЧЕСКИХ ТРАДИЦИЙ

А.А. Гагаев, зав. кафедрой гуманитарных дисциплин РИМ

МГУ им. Н.П. Огарева, профессор,

П. А. Гагаев, зав. кафедрой русского языка и литературы Пензенского

ИПКиПРО, профессор

Действующий Закон РФ «Об образовании» (ст. 2 п. 4) определяет школу как светское учреждение. В соответствии с положениями данного закона школа обязана исключить из своего бытия все, что ние понятий светского и несветского (ре-с формальной точки зрения может трак- лигиозно-ценностного) образования.

думающего педагога отечественной школы. Попытаемся поразмышлять над обозначенной проблемой.

Прежде всего выявим общее содержатоваться как осуществление того или иного религиозного культа (или подви-жение к этому воспитанника). С этим не приходится спорить, это следует принять как данность, как нечто сложившееся и в обозримом будущем не готовое преобразоваться в том или ином ценностном отношении.

Возможно, качественные характеристики первого и второго укажут путь к их логико-правовому совмещению.

Светское образование есть образование, в основании которого лежит опыт осмысления индивидом — личностью мироздания и человеческой истории на рациональной основе. Познающая духоввательнои традиции, строго ограничивает предмет своего всматривания во ВсеВместе с тем для человека, мысляще- ность, обретающая себя в этой образо-го в категориях культуро- и личностно ориентированного видения человеческой истории, полагаем справедливым и дру- ленную и человеческую историю. Пред-гое, прямо противоположное приведенному выше суждение: школа как социокультурный институт не может уклониться от решения проблемы предоставления

метом последнего является то, от чего она

познающая духовность

может,

по М. Хайдеггеру, «отстраниться», из чего она может себя абсолютно выде-воспитаннику опыта переживания — ос- лить, всмотреться в него как объект и на мысления оснований бытия материнской этой основе познать его, «схватить» не-для него культуры, к каковым, по Н.Я. Данилевскому, и относится религиозная составляющая бытия человека определенной культурно-исторической традиции. Игнорирование школой всей полноты социокультурного опыта ловечества, включающего в себя феномены религиозно-ценностного осмысления человеком мироздания и себя самого,

кие возникшие в ходе его формирования общие черты. Вселенная и человеческое общество в этой образовательной традиции являют себя в становящейся духовности, выступают преимущественно как че- некие сложившиеся, ставшие, пришедшие, во всяком случае в своих основах, к собственному пределу величины. Определяя характер образования в отечевлечет за собой обеднение духовной жиз- ственной школе как светский, закон в

ни воспитанника, общую неразвитость лице его авторов, полагаем, де-факто

его творческих способностей. ориентировался именно на данную тракКак в умозрении совместить эти с товку указанного понятия,

аксио-гносеологической точки зрения не- Религиозно-ценностное образование совместимые положения? А совместить есть такое, в основании которого лежит

их следует, ибо жизнь — реальная и пол- опыт осмысления мироздания и человеная — к этому подвигает, как писал ког- ческой истории на религиозно-ценностда-то П.Ф. Каптерев, всякого честного и ной основе. Содержанием этого опыта,

А.А. Гагаев, П.А. Гагаев, 2002

если ориентироваться на мировые религии (иудаизм, христианство, ислам, буддизм), а именно их бытие, их воздействие на человека удерживаем мы в своем анализе, является вся полнота бытия Вселенной и человеческой истории. Иными словами, предметом данного вида образования являются не отдельные стороны мироздания, постигаемые на рациональной или иной отдельной основе, а само мироздание и человек в нем или с ним (последнее утверждается в зависимости от избрания той или иной религиозной ак-сио-онто-гносеологии) как живые становящиеся едино-множественные боговдохновенные личностные духовности. Передача-усвоение этого опыта осуществляется посредством обращения к ин-туитивно-религиозно-логическим формам познания, основывающимся на иной, чем в светской образовательной традиции, гносеологии. Указанная гносеология зиждется на признании живой целостности мира, коей и определяется перспектива познания ее человеческой духовностью. Индивид, духовным усилием восстановивший свое единство со всем мирозданием, прозревает в себе самом как одно из своих проявлений, видимое и принимаемое им в мироздании как живом и целом. Полагаем, Закон РФ «Об образовании» в лице его авторов именно эту образовательную традицию категорически не ввел в бытие современной отечественной школы.

Различия в названных образовательных традициях очевидны: предмет образования (мир и человек в их сложившихся формах бытия и человек и мир как живые становящиеся образования) и метод его постижения (рациональноопытный и иррационально-религиознологический). А вот в чем их единство? Его-то закон неоправданно не увидел. Единство этих образовательных традиций в том, что обе они стремятся подвинуть индивида к овладению такими гносеологиями, какие бы позволили ему удержать мир и себя самое в их полноте и дальности. Наука в ее сегодняшнем прочтении, а она есть основание содержания современного образования, последовательно освобождается от одностороннего сугубо рационального всматривания в предмет своего исследования. Современная наука, по И.П. Павлову, А. Эйнштейну и иным, осознает ограниченность знания, видит невозможность на его основе оживить, постичь познаваемое человеком. В поисках полноты и цельности бытия она обращается к феноменам, которые в силу своей онтологии могут послужить достижению этой цели. Речь идет прежде всего об интуиции и воображении, феноменах, возникающих тогда, когда познающая духовность намеренно не отстраняет себя от предмета исследования, а, напротив, единится с ним, живет его жизнью и прозревает его как одно из своих проявлений в мироздании как живом и целом образовании. Иными словами, наука нашего времени обращается к гносеологии, органичной для религиозного постижения мироздания. Ранее это со свойственной ему чуткостью ко всему живому обнаружил П.Ф. Каптерев.

Заметим, что многие из выдающихся ученых нашего времени подчеркивали связь глубоких научных интуиций с религиозным мироощущением их авторов. Так, П. Тейяр де Шарден считал, что лишь религиозное сознание могло предвидеть происшедшее с человечеством в веке XX.

Выделим и другое, чрезвычайно важное в контексте настоящей статьи: современная наука, в поисках полноты и цельности бытия обращаясь к новым для себя иррациональным гносеологиям, последовательно начинает осознавать себя как некую абсолютную с аксиологической точки зрения духовность. Стремясь удержать мир в его полноте и цельности, наука в лице своих гениальных представителей прозревает в нем — мире — черты боговдохновенности, абсолютности. Научные судьбы И.П. Павлова, П.А. Флоренского, В.И. Вернадского, А- Эйнштейна, П. Тейяра де Шардена и других выдающихся ученых последнего столетия свидетельствуют об этом.

Аксиологическая духовность имеет содержанием архитипические ценности, а они — содержательная форма науки,

Й88888Й888 ИНТЕГРАЦИЯ ОБРАЗОВАНИЯ

образования, тогда как наука — форми- бующие своего полного осуществления

рованное содержание или открывающее в форме жизни. В-четвертых, ценностн

творчество как воплощение типа куль- репрезентируют тождество и различие

турно-типических, космо-психо-логиче-ских (в России — православие в совместимости с иными религиями) систем ценрасово-этнических и культурно-типиче-ских параметров человека независимо от генезиса эволюционирующих фил, по-ностей. Открывающая способность чело- этому они содержат инварианты совместимости разнородного, и это и есть всечеловеческая форма ценностей. В-пятых, ценности по генезису, субстрату, т.е. семиотическому отношению, всегда культурно-типичны, будучи в различной мере

века основана на символической функции, а символическое отношение имеет основой как раз ценности.

Семиотическое отношение является фундаментом для формирования понятия ценностей. В структурном плане под цен- совместимыми и не совместимыми с ценностными системами иных культурноисторических типов.

Ценности, являясь символическим воплощением архетипа духовности и формы жизни, создают саморазвивающу-юся символическую систему как высшую психическую функцию символического творчества (они — системная определенность, эмерджентность символов, их конструктивно-системный прототип). Иными словами, ценности и есть структурно-символическая форма творческой активности человека как активности само-развивающейся системы символов в сознании человека культурно-типического

ностями понимаются:

1) фиксирование и отрицание в знаковом творчестве интенсионалов, 2) в окружающем множестве экстен-сионалов, 3) сообразно наследуемому архетипу духовности и детерминации со стороны формы жизни (потребности, интересы, мотивации), 4) при первичности самостоятельного конструирования интенсионалов в зна-ково-символическом творчестве, семиотическом отношении к миру, 5) содержащему целевую функцию:

— истины и правды,

— тождества с целостностями разно- (православие в совместимости с иными го рода и уникальностями, религиями, органическая функция, сим— сохранения систем «мы» и «я» в волика) или чисто общечеловеческого ха-жизни (культурный тип, человечество, рактера (механическая функция творчества как повторения западного культурного опыта, западной эволюционной филы).

Конечно, и православная форма ценностей имеет недостатки: апофатизм

человек),

— развивая их по этапам социальнодемографического цикла в развивающейся системе потребностей и интересов.

— в конкретных определениях фор- мышления (прагматическая модель истимы жизни, событий, ситуаций, процес- ны), недооценка свободы и антиномичсов, в схемах всеобщей и обще-личной ности мышления, абсолютизация фенопричинности.

рефлексии

Ценности в такой форме, во-первых, дооценка эволюционной модели мышления, ограничения символической функтрансцендентальны согласно природе семиотически-целевого отношения (априорны). Во-вторых, они уникальны в человеке, формируя (содержа) его уникальный семиотический тип творчества. Ценностная схема человека адекватна его типу творчества и открывающей способности, представляя собой достаточное основание оснований —

ции мышления. Но эти недостатки суть только моменты развертываемой в православии культурно-типической символической функции творчества (антино-мичный тип содержательной логики познания и открытия).

Символически-знаково-ценностная

формальных способность человека формирует его способностей разума и рассудка. В-тре- продуктивное и репродуктивное, твор-тьих, они трансцендентны, ибо абсолют- ческое воображение и творческую спо-ны, суть идеалы — понятия, е1с105.

тре- собность суждения.

№ 4,2002

Выводом из сформулированного те- коимся, ибо ею определялись и опредезиса о содержании светского и религиозного образования является следующий: первое в его современном прочтении с аксиологической и логико-гносеологи-ческой точек зрения не противоречит второму. Именно не противоречит, а не тождественно. Различия, разумеется, есть и в аксиологии, и в гносеологии, но они не разводят эти феномены абсолютно, а обусловливают их живое событие

ляются основные линии развития русскои культуры в истории человечества. Полагаем, опираясь на ранее осуществленное нами исследование (см.: Гага-ев П.А. Философия школы России: Идея человека в русской культурно-историчес-кой традиции. История русских философско-педагогических учений XVIII—

XX веков. Пенза, 1998. С. 19—123; Гага-ев А.А., Гагаев П.А. Художественный

(сосуществование), событие на единой текст как культурно-исторический феноценностно-гносеологической основе. Раз- мен. Теория и практика прочтения: Учеб.

рушение этого события (сосуществова- пособие. М., 2002), что искомый фенония) влечет за собой резкое сужение пред- мен являет себя прежде всего как некое

мета постижения для индивида и, как глубоко живое и становящееся, некое

следствие этого, его духовную неразви- единое и глубоко множественное и во

всем этом полное смысла, во всем этом глубоко соборно-личное и потому светло обращенное к человеческой духовности как своему центру.

Мироздание и человеческая история отечественной душе в веках виделись не безжизненно ставшим, пришедшим к своему пределу (как это в значительной мере характерно для европейской души),

тость.

Высказав эти мысли, поразмышляем о том, как в современном образовании в границах допустимого могут быть удержаны феномены религиозного мироощущения — феномены определенной аксио-гносеологической природы. Решение этого вопроса, полагаем, связано с представленностью в содержании образования картины мироздания, органичной а живым становящимся образованием.

Старшие славянофилы И.В. Киреевский, А.С. Хомяков.

для определенной культурно-исторической традиции (в понимании этого термина И.Я. Данилевским). Образ мира в любой развитой культурно-исторической традиции (древнеегипетской, индийской, европейской, русской, арабской, китай, развивая святоотеческую традицию, писали о новых началах современной философии, началах, подвигающих человеческую духовность всмотреться в себя как живое становящееся в

ской и пр.) — живой и целый, что обус- абсолютном живущее целое. Н.Ф. Федоловлено прежде всего наличием у носителей культурной традиции интуиции бо-говдохновенности всего и вся, интуиции живой связи всего и вся, интуиции личного, подлинно живого начала во всем и

ров человеческую историю, а она в его интуициях есть история всего мироздания, трактовал не как «факт», а как «проект», как некое живое и становящееся в высоком, абсолютном. Лишь Бог, по

вся. Отчетливое представление в содер- B.C. Соловьеву, может быть назван сущим, мир и человеческая история суть абсолютные становящиеся. В.В. Розанов в своих трудах понимает и принимает мир лишь в его потенциальном императивном бытии. Космологические интуижании образования указанной картины мира и есть онтология допустимого с этико-правовой точки зрения поддержания органичного для воспитанников отечественной школы мироощущения, того мироощущения, без которого невозмож- ции К.Э. Циолковского, В.И. Вернадско-ны в последующем ни нравственное бы- го, А.Л. Чижевского и других русских

ученых также свидетельствуют о пред-Какой же видится картина мирозда- расположенности отечественной души в ния в русской христианско-православной культурно-исторической традиции? О

тие, ни глубокое познание.

привнесении в жизнь отечественной школы именно этой традиции мы беспоуказаннои традиции воспринимать и принимать мироздание.

Постигала и принимала отечественная душа себя и мироздание, учась у друИНТЕГРАЦИЯ ОБРАЗОВАНИЯ

гих культур и народов, как глубоко еди- Друг другу и определяют творческое абное и глубоко множественное образова- солютное бытие всего мироздания и разние. Истина есть «то, что есть (сущее)», писал B.C. Соловьев. И продолжал: «Но есть —

если истина есть все, тогда то, что не есть Носова о возможности другой жизни на

все <…> не есть истина, потому что оно и Венере, и в философско-исторических

концепциях старших славянофилов, Н.Я. Данилевского, К.Н. Леонтьева,

социально-философских умозрениях А. Зиновьева, и в субстратной рефлексии

мичности, общезначимости и личнозна- А.А. Гагаева, и в иных отечественных чимости, однородности и разнородности, научных феноменах.

Становящаяся живая едино-множественная Вселенная переживалась, понималась и принималась отечественной душою как некое обращенное к высокой цели, как некое полнящееся высоким смыслом (телеологическая природа ми-характерна для русской гносеологии (под роздания) образование. Вселенная изна-русскими мы понимаем русский гипер- чально была «беременна» стремлением

простоты и сложности, самосогласован-ности и несамосогласованности (коррекции символик), системности и хаотичности, становления (незаконченности никогда) и интервальной завершенности, полноты. Приведенная трактовка истины

этнос и культурно-историческии тип, и суперэтнос, основанный на 5 субстратах — тюрках, ирано-аланах, угро-финвосстановить (разрушенную по тем или иным причинам ранее или отсутствующую) присущую ей онтологию, свое

нах, евразийцах, славянах; с идентифи- светлое единство, полноту своего бытия,

кациеи в школе: я русскии и тюрок, я русский и осетин, я русский и угро-финн, я русский и славянин и т.п., это относится к любым этносам России и, естественстать достойной некоего непостижимого, но с непреодолимой силой обращающего на себя взор человеческого замысла. Вселенная потенциально близка чено, к совместимости православия с ис- ловеческой духовности. Она едина с челамом, иудаизмом, язычеством, зороастризмом, но при материнской основе арловеком в своей предрасположенности к абсолютному, явлению себя как едино-хетипа русской духовности — правосла- множественной, как личной, как собор-вия). В ней, полагаем, выражено искание но-личной, как той, каковая жаждет прии V/ и _

русской отечественной душой мировоззрения ка^лубоко единого и в этом потенциально соборного феномена.

Отыскивая единство всего и вся, русская отечественная душа связывала это единство с множественной природой мироздания и человеческой истории. Мир множествен, с онтологической точнимать единичные абсолютные решения и отвечать за них пред собою и своими духовностями. Вселенная близка человеку как выражению своего продвижения к абсолюту, к своему пределу. И предел этот светел, духовен, иррационален, ли-чен, соборно-личен.

В центре Вселенной видела и прини-ки зрения представлен многими и мно- мала отечественная душа человека, его

гими отдельными духовными мирами Они есть условие жизненности всего мироздания, его светлой открытости

соборно-личную духовность. В человенастроения и все глубины мироздания, все их светлые реиному юному, энергичному, высоко- шения и врачевания. Единство и множему, аосолютному. Их живое соборное ственность мира, его становящаяся жиединство, их вопрошания и отвечания вая природа, его предрасположенность к

высокому смыслу, его энтелехия — все это полноту свою обретает только в человеке, в его духовности. Человеку — разуму — суждено стать последним движением живой Вселенной, последним не в пространственно-временном, но вне-временно-внепространственном — абсолютно-духовном отношении.

Магистральный путь развития рус-ско-отечественной педагогики — выведение модели науки в воспитательно-образовательной форме из антропологии и ценностей русского культурно-исторического типа и построение на этой основе открывающей способности человека в школе.

Очерченная картина мироздания и человека в нем, а вернее мироздания с человеком как его идеальным пределом, и определена в своих основах, с нашей точки зрения, христианско-православной аксио-гносео-онтологией.

Полагаем, приведенные нами особенности отечественного взгляда на мироздание не противоречат современной (европейской) научной картине мира, созданной А. Эйнштейном, В. Гейзенбергом, Э. Шредингером, П.Тейяром де Шарденом, О. Шпенглером, А. Тойнби и другими европейскими учеными. Ее важнейшие параметры определяют содержание образования в общеобразовательной школе России начала третьего тысячелетия.

Отчетливое психолого-педагогически взвешенное представление в содержании общеобразовательных дисциплин в школе России указанных феноменов (физика ставшего и становящегося мира, математика ставшего и математика становящегося, геометрия одно- и многоосновного мира, история едино-множественного с культурно-исторической точки зрения человечества, история как «факт» и история как «проект», биология как наука о потенциальном бытии неживой косной природы, человек как ищущая абсолютных ценностей духовность, человек как центр Вселенной и пр.) и составит, по нашему мнению, основу для этикоправового, не нарушающего положения закона «Об образовании» о светском характере воспитания диалога педагога и воспитанника по проблемам ценностных вопрошаний русской христианско-право-славной культуры. Без этого диалога, подчеркнем, отечественная школа не в состоянии решить главную для себя, по И.В. Киреевскому, К.Д. Ушинскому,

B.В. Розанову, П.Ф. Каптереву,

C.И. Гессену и иным глубоким мыслителям отечественной педагогики, задачу — задачу поддержания и развития у «дитяти» (воспитанника)способности творить в рамках родной и иных культур как «положительных деятелей» истории единомножественного человечества.

Размышляя о решении проблемы удержания в духовной жизни воспитанника отечественной школы логико-ценностных структур, выражающих собою религиозно-православный взгляд на мироздание и человеческую историю, следует остановиться на положении о необходимости представленности в образовательном процессе такого феномена, как глубокое осмысление воспитанником отечественной картины мира. Поверхностное осмысление Вселенной как живой и становящейся, едино-множественной, смыслосодержащей, соборно-личной и во всем этом обращенной к духовности человека не только не подвигнет личность к абсолютному, но, напротив, отвратит ее от себя как таковой. Глубокое же знание (опыт осмысления вопрошаний развитой культурной традиции), как когда-то писал А.С. Хомяков, «смиряет» человека, обращает его к истинному, полнит его душу созидающей силой.

Православную традицию в педагогике представляют:

В8888Й8888ЯЙ88 ИНТЕГРАЦИЯ ОБРАЗОВАНИЯ

ние в сочетании с наукой является основным для России, но оно почти не представлено в педагогике;

2) ветхозаветное направление в педагогике и дидактике («Домострой»);

идеи культурно-типической субстратно-Это направле- сти интеллекта и сознания, психологии

тождества и различия культурно-типических интеллектов (К. Юнг).

Педагогики (этнокультурные) и педагогические Теории не допускают интегрирования как медицинские мировоз3) абстрактная традиционно христи- зренческие методологии в силу того, что

анская педагогика, ориентированная на Св. Писание вообще; наиболее представлена в педагогике;

4) ортодоксальная и реакционная православно-христианская педагогика в традициях Св. Серафима Саровского, К.П. Победоносцева, Николая I, Николая II, официальной церкви, оправдывающая в лице Николая II массовые убийства, исключающая безусловные ценности истины, свободы, добра, общего блага, справедливости, равенства, право на сопротивление угнетению, долга, враждебная духу науки и учению Христа;

являются индивидуальными стилями для индивидуальных этнокультурно-неповторимых групп людей, и когда мы школу одного рода механически соединяем с программами для этнокультурных групп иного рода — школа утрачивает форму целостности — и исчезает ее воспитывающий, а затем на этой основе и обучающий эффект.

Ничего более дикого нельзя было придумать, как отказаться от воспитания и издать закон об ОБРАЗОВАНИИ без идеи ВОСПИТАНИЯ русского, православного, ибо воспитание — семиотиче5) культурно-типическая православ- ская содержательная форма для образоная педагогика в традиции М.В. Ломоно- вания как формированного содержания;

сова, Н. Лобачевского, К.Д. Ушинского; без содержательной формы исчезает фор6) стихийная культурно-типическая мированное содержание — научность обпедагогика, реализующая традиции славянства, тюрок, угро-финнов, ирано-алан, евразийской расы, русского нароа в целом;

7) западнически ориентированная педагогика, заимствующая инновации с Запада;

разования и мотивация на научное образование, исчезает само образование.

Государственная направленность российской (не русской) школы к общече-ловечности при отрицании архетипично-сти является внутренней причиной исчезновения воспитательного эффекта в

8) восточно ориентированная педаго- школе (и социализирующего эффекта), гика, заимствующая инновации с Восто- Свертывается вообще открывающая спока (Е. Рерих, Р. Штейнер);

собность интеллекта. Необходимо разви9) традиционная государственная со- вать и углублять собственный архетип

ветская педагогика, не имеющая русской ценностной базы, но имеющаяся в человеке

учителе

русскии дух;

духовности, и он из себя будет создавать структуры, эквивалентные западным по результатам, по значимости в области

10) активно антирусская педагогика, науки и творчества, но другие как опера-отрицательно, враждебно относящаяся к ции, смыслы.

культурно-типической традиции русской Предпосылкой глубокого осмысления педагогики. Такова идея Б.С. Гершун- воспитанником школы отечественного

ского об «исправлении» архетипа русской духовности в либеральном аспекте.

взгляда на мироздание и человеческую историю является наличие учителя, обЭ. Шпрангер, М. Шелер, Н.Я. Дани- ретшего себя как личность (духовность)

воспитание и образование должны отка- духовность в той или иной культурно-исзаться от порочной идеи XVIII—XIX, торической традиции означает выявить

XX вв. об общечеловечности образова- в себе, принять, разделить определенный

ния и воспитания и должны исходить из взгляд на мироздание, человека, его нравственное и творческое бытие, принять указанный феномен и на его основе привнести или привносить в него же, творя его как некое одновременно традиционное и новое, свой индивидуально-неповторимый, по В.В.Розанову, вклад. Такого учителя, как это было в истории России, всегда востребует современная куль-туро-ориентированная школа. Разумеется, сформулированное положение не исключает, а, напротив, предполагает (культуры, культурно-исторические типы как исторические индивидуальности по аксиологическому основанию своему обращены к иным культурным мирам) открытость учителя отечественной школы иным культурно-историческим традициям.

Должны заявить, что отказ в теоретической педагогике от термина «русская школа» и его замена термином «отечественная школа» по политико-идеологическим соображениям — не безболезненный в гносеологическом и политико-этническом отношении факт, реальность. Термин «русская школа» суть социокультурный перформатив, формирующий внутреннюю психологическую тождественность славян, тюрок, угро-финнов, ирано-алан, евразийцев и их религий, которые содержат инвариантные ценности, а термин «отечественная школа» суть перформатив, который формирует подсознательную интенцию усиления не осевых, несовместимых ценностей в религиях. Политико-этнический термин «отечественная школа» разрушает идентификацию: я русский и татарин, я русский и мордвин, суживая общерусское культурное и воспитывающее, образовательное пространство, порождает в психологии центробежные тенденции в подрастающих сознаниях.

Мы не знаем, что творим, когда отказываемся от материнского для всех народов термина «русская школа» в России и заменяем его пустым и антинаучным — «отечественная школа», ибо в России нет множества народов, а есть великий русский народ в составе славян, тюрок, угро-финнов, ирано-алан, евразийцев, народ, который основой имеет православие, а в исламе, иудаизме, буддизме и язычестве — общие по месторазвитию ценностные инварианты.

Следует также осознать, что дело не в введении курсов православной культуры или Закона Божия (что, конечно, недопустимо в силу его противоречия науке), но в необходимой педагогико-пра-вославной форме воспитательно-образовательного акта (совместимого с культурно-типическими актами ислама и т.п.), православно-педагогических теориях воспитательно-образовательного процесса (культурно-типическая картина природы и человека, этика, форма истины и формы истины, культурно-типическая педагогика и дидактика, развивающие естественную способность суждения, культурно-типический учитель в диалоге и идентификации с этнокультурным человеком и гражданином мира в единстве). Отсутствие именно педагогикоправославной формы воспитательно-образовательного акта как социокультурного феномена жизни школы создает простор для католицизма, протестантизма, язычества, сектантства, фанатичной формы ислама и иных религий, которые не совместимы с русским архетипом духовности, евразийскими инвариантами ценностей, и потому их утверждение разрушает творческую способность именно русского человека.

В ученике формируется только репродуктивная, а не продуктивная способность символической функции, творчества. Усвоение структур чужого архетипа духовности без развития своего собственного свертывает творческую способность русского народа. Заимствованное же должно быть только частью собственного архетипа духовности при исключении несовместимого. Аккультурация эффективна только в единстве с реторсией внутри собственного космо-пси-хо-логоса.

Необходимы восстановление и развитие русской культурно-типической традиции К.Д. Ушинского и Н.Я. Данилевского в педагогике, так как мышление наших учителей не русско-культурно-типическое, а западнически-профанное. В этом суть исчезновения как воспитывающего эффекта школы, так и свертываЙ8888Й8888Й8Я88 ИНТЕГРАЦИЯ ОБРАЗОВАНИЯ !8ЙЙЙЙЙЙЙЙ8^^

ния в ней открывающей способности интеллекта.

Итак, школа России в соответствии с законом «Об образовании» есть учреждение светское. Вместе с тем она как институт культуры (социокультурный институт), имея целью поддержание и развитие у своих воспитанников способностей творить в рамках родной и иных культур, а значит, культуры общечеловеческой, обязана предоставить последним — воспитанникам — возможность пережить и в этом ввести в свою духовную жизнь те аксио-гносеологические феномены, с которыми исторически связывалось творчески-нравственное бытие материнской, в нашем случае русской христианско-православной, для

воспитанника культуры как «положительного деятеля » (Н.Я. Данилевский) человеческой истории. Связь ряда таких этик, аксио-гносеологических феноменов (понимание человека и мироздания и пр.) с религиозным мироощущением несомненна. Безупречное с логико-правовой точки зрения осмысление их в образовательном процессе возможно при последовательном рассмотрении в качестве главного предмета постижения для воспитанников русской картины мироздания как феномена, удерживающего в себе всю полноту культурно-творческого бытия человека. Это педагогический метод интегрирования православия в воспитание и образование.

Поступила 14.10.02.

ПЛАН

Введение . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 3-4

Заключение . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .27-28

Список использованной литературы . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 29

Введение

Религия существует много веков, по-видимому, также долго, как существует человечество. Своеобразные религии существовали в древнем мире у египтян, греков, вавилонян, евреев и других народов. В настоящее время широкое распространение получили так называемые мировые религии. Мировыми религиями принято обычно называть те, которые, хотя и зародились в одной этнической среде, перешагнули однако за ее рамки и распространены в настоящее время среди народов разных государств и разных языков. Таких религий известно всего три: христианство, ислам, буддизм. Помимо них продолжают существовать национальные религии, которые сложились в рамках определенных государств и этнических общностей и так и не вышли за эти рамки. Таковы были религии государств древнего Востока и античного мира – египетская, вавилонская, сирийская, финикийская, иранская, греческая, римская и другие. В настоящее время сохранились лишь немногие национальные религии, почти все они в странах Азии: это даосизм и конфуцианство в Китае, синтоизм в Японии, индуизм в Индии, зороастризм среди потомков древних иранцев, иудаизм среди евреев, и некоторые другие.

Религия сопровождала историю всех народов с истоков цивилизации и пронизывала едва ли не все сферы человеческого бытия, проникая в глубины сознания и даже подсознания людей. Религия – особая сторона духовного мира, главный признак которой – вера в сверхъестественные силы и существа. Религиозная вера неизменно связана с поклонением святыням, божествам, служением им при помощи особых, верованиями установленных сакральных действий-ритуалов. Религиозная вера и ритуалы составляют органическое единство, без которого не может быть религии. Верования, специфические для каждой религии, составляют их духовное ядро. Все остальное в них – осуществление этого духовного, идеального начала.

Для большинства верований характерно многобожие, политеизм, но некоторые, особенно развитые религии, отличает монотеизм. Бог в них выступает как верховное, над миром возвышающееся существо, творец и управитель мироздания. Идея Бога (или божеств) составляет само средоточие верований.

В учениях великих мировых религий есть черты сходства. Особенно это относится к монотеистическим религиям – иудаизму, христианству, исламу. Едина их мировоззренческая основа и очень близки между собой формы cуществования. Это устные или письменные сказания, предания, мифы и легенды о божественных силах и существах, изредка чудовищных и звероподобных, чаще человекоподобных.

Религия, которая считает себя саму единственным подленником, оказывается в тупике. Глубины каждой религии едины в истинном, так же, как все люди едины в Боге, но единство религий еще не означает их равенства, равенства всех течений. Во всякой мировой религии есть некое духовное ядро, есть труднодоступная глубина. Это глубинное ядро каждой религии гораздо ближе к глубинному ядру другой мировой религии, чем к своей собственной переферии. И в каждой религии путь открывается только великому личному усилию.

Религия является закономерным результатом развития культуры, ее необходимой составной частью на всех этапах развития человечества. Различные вероисповедания аккумулировали в себе достижения мировой культуры и в значительной мере являются хранителями культурного наследия народов и государств. Поэтому люди должны признавать права на существование и равноценность иной мировоззренческой системы, иного типа мышления, иных ценностных установок, проявлять терпимость, уважать взгляды и позиции друг друга и, конечно, отказаться от любых видов силового давления и иных форм воздействия.

  1. Религия как сфера духовной жизни

С появлением религии жизнь человека приобрела смысл и упорядоченность. С тех пор история стала делиться на 2 части — собственно историю — войны, заговоры, борьба за власть, восстания, свержения и священную историю, т.е. взаимоотношения Бога и человека.

Бог открывался множество раз и для каждого народа индивидуально. Так, например, Бог Шива в Древней Индии — языком танца творил мир, и каждое его движение имело скрытый смысл. У других народов Бог творил мир словом. В этом случае через мистические слова «ом» и «аум» мир обрел свое бытие. Евангелие от Иоанна начинается так: «Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово был Бог». Тем не менее, настоящего облика Бога не видел никто, поскольку он не вмещаем в человеческом сознании — иначе он не был бы Богом. От него исходят законы, правила жизни. Однако у разных народов разное количество богов, так в индуизме их 1000, а в иудаизме — 1. Но в каждом конкретном случае лежит вера и возможные общие мировоззрения. Так их всех объединяет вера в зримое и в незримое — духовное, божественное.

Почти у всех религий существует общее понятие — земная жизнь — временная и человек должен быть спасен. Одни из них учат спасению от жизни, другие от смерти, т.е. от смерти души. Спасение души для многих религий составляет основную задачу. Вследствие этого, Человек в ней не только биологическое существо, а в первую очередь — духовное, обладающее бессмертной душой. Оно является носительницей личности, ума, сердца и воли. Поэтому во всех религиях содержится учение о загробном существовании человека. Так, например, смысл христианства заключается в следующем: «Верь, человек, что тебя ожидает вечная жизнь!» По этим учениям каждый из нас стоит перед выбором: верить в вечную жизнь или верить в абсолютный закон смерти.

С эволюцией человеческого общества развивались различные способности. У одаренных людей открывался дар ясновидения, ясно слушания и дар пророчества. Из этой категории людей выходили шаманы, жрецы, маги. В свою очередь, особо одаренные становились вестниками, пророками. Их духовный опыт и откровения были настолько сильны, что показывали пути решения важных для человечества проблем. Например, Будда в своей первой проповеди говорил: «Существует страдание, существует причина страдания, существует путь прекращения страдания», Иисус утверждал: «Я есть Путь, и Истина, и Жизнь… Я пришел, чтобы имели Жизнь, и имели с избытком».

В религии духовная жизнь верующего человека стоит выше социальных, эстетических и других ценностей. Она имеет огромное, вселенское и космическое измерение, а духовное совершенствование важнее мирских забот.

Современная религия это не только установленные обряды, церемонии, запреты, но и кодекс морали и права, входящий в законодательство и в международные отношения. Ныне она представляет огромные организации, политические партии и профсоюзы вероисповедного направления, духовные школы и богословские факультеты в университетах.

Сегодня много говорят о духовности. В свое время замечательный русский философ и ученый, священник П.А. Флоренский предупреждал о кризисе духовного пути культуры. Он писал об этом в начале 20 века и теперь, спустя 50 с лишним лет, после его мученической кончины в лагерях уничтожения (1937 г.), мы вновь обращаемся к поискам вечных истин, к истинам подлинной духовности. Нам всем необходимо осудить науку ненависти, вернуться к милосердию, добру и любви, к общечеловеческим ценностям во всех сферах. Ведь нам, нашим детям и внукам, суждено жить в мире, где разная вера будет определять поведение больших масс людей, в мире едином, взаимозависимом: строить жизнь в изоляции невозможно. И поэтому этот мир может быть только миром диалога — цивилизаций, культур, теорий, идеологий. Приходит потребность во взаимопонимании.

В феврале 1998 года в Пятигорске прошла международная конференция «Межрелигиозный мир и согласие как условие мирного будущего народов Северного Кавказа». Последователи различных религий, ученые, общественность обсуждали вопросы взаимодействия, сотрудничество в интересах обеспечения мирного будущего. Каждой нации, каждому человеку нужен мир и согласие. Поэтому в каждом из нас должно быть развито чувство милосердия, гуманизма, доброжелательности, терпимости к людям, к их традициям и верованиям.

  1. Структура религии

Слово «религия» вошло в обиход в первые века христианства и подчеркивало, что новая вера — не дикое суеверие, а глубокая философская и нравственная система.

Религия может быть рассмотрена в разных ракурсах: с точки зрения психологии человека, с исторической, социальной, с какой угодно, но определение этого понятия будет в решающей степени зависеть от главного: признания существования или несуществования высших сил, т. е. Бога или богов.

Религия — очень сложное и многоплановое явление, имеющее свою структуру.

1. Изначальным элементом всякой религии является вера. Верующим может быть человек образованный, много знающий, но может быть и не имеющий никакого образования. По отношению к вере первый и второй будут равны. Вера, идущая от сердца, многократно ценнее для религии, чем идущая от разума и логики! Она предполагает в первую очередь религиозное чувство, настроение, эмоции. Вера наполняется содержанием и питается от религиозных текстов, изображений (например, икон), богослужений. Важную роль в этом смысле играет общение людей, так как представление о Боге и «высших силах» может возникнуть, но не сможет быть облечено в конкретные образы и систему, если человек находится в изоляции от сообщества себе подобных. Но подлинная вера всегда проста, чиста и обязательно наивна. Она может рождаться стихийно, интуитивно, из созерцания мира.

Вера вечно и неизменно пребывает с человеком, но в процессе общения верующих людей между собой она часто (но совершенно не обязательно) конкретизируется. Возникает образ Бога или богов, имеющих конкретные имена, названия и атрибуты (свойства) и появляется возможность общения с Ним или с ними, утверждается истинность священных текстов и догматов (вечных абсолютных истин, принимаемых на веру), авторитет пророков, основателей церкви и священства.

Вера всегда была и остается важнейшим свойством человеческого сознания, важнейшим способом и мерилом его духовной жизни.

2. Наряду с простой чувственной верой может существовать и более систематическая, специально разрабатываемая для данной религии совокупность принципов, идей, понятий, т.е. ее учение. Это может быть учение о богах или Боге, об отношениях Бога и мира, Бога и человека, о правилах жизни и поведения в обществе (этики и морали), о церковном искусстве и т.п. Создатели религиозного учения — специально образованные и подготовленные люди, многие из которых обладают особыми (с точки зрения данной религии) способностями общаться с Богом, получать некую высшую информацию, недоступную остальным. Религиозное вероучение создается философами (религиозная философия) и теологами. В русском языке может применяться полный аналог слова «теология» — богословие. Если религиозные философы занимаются наиболее общими вопросами устройства и функционирования божьего мира, то богословы излагают и обосновывают конкретные аспекты данного вероучения, изучают и толкуют священные тексты.

3. Религия не может существовать без какой-либо религиозной деятельности. Миссионеры проповедуют и распространяют свою веру, теологи сочиняют научные труды, преподаватели преподают основы своей религии и т.д. Но стержень религиозной деятельности — это культ (с лат. возделывание, уход, почитание). Под культом понимается вся совокупность действии, которые совершают верующие с целью поклонения Богу, богам или каким-либо сверхъестественным силам. Это обряды, богослужения, молитвы, проповеди, религиозные праздники.

Обряды и другие культовые действия могут быть магическими (от лат.- чародейство, колдовство, волшебство), т.е. такими, с помощью которых особые люди или служители культа пытаются таинственным, непознаваемым способом воздействовать на окружающий мир, на других людей, изменить природу и свойства тех или иных предметов. Иногда говорят о «белой» и «черной» магии, то есть колдовстве с привлечением светлых, божественных сил и темных сил дьявола. Однако магические колдовские действия всегда осуждались и осуждаются большинством религий и церквей, где считаются «происками нечистой силы». Другая разновидность культовых действий — символические обряды, которые только изображают или имитируют действия какого-либо божества с целью напоминания о нем.

Можно выделить также определенную группу обрядов и других религиозных действий, которые явно не относятся к колдовству или волшебству, но, с точки зрения верующих людей, содержат сверхъестественный, таинственный и непостижимый элемент. Они обычно направлены на то, чтобы «раскрыть Бога в себе самом», соединиться с ним путем «растворения в Боге» собственного сознания. Такие действия обычно называют мистическими. Мистические обряды могут воздействовать не на всех, а только на посвященных во внутренний смысл данного религиозного учения. Элементы мистики присутствуют во многих религиях, в том числе и великих мировых. Некоторые религии (как древние, так и современные), в учении которых преобладает мистический элемент, религиоведы так и называют — мистическими.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *