Шон паркер фейсбук

После просмотра фильма «The Social Network» мне стало интересно, насколько реален персонаж Шона Паркера, изображенный в фильме. Статья в Vanity Fair во многом утолила мой интерес, а Паркер оказался даже любопытнее, чем я предполагала. Так что я не удержалась и перевела статью — все ее «много букв» того стоят.
Те, кто не смотрел фильм, а только планирует, учтите, в тексте будет немного спойлера.
В 19 Шон Паркер помог создать Napster. В 24 он стал президентом-соучредителем Facebook. В 30 лет он – любитель вечеринок, гений, знаток социальных сетей, стесняющийся прессы, перспективный миллиардер. А теперь еще и знаменитость после того как Джастин Тимберлейк сыграл его в фильме Дэвида Финчера «The Social Network».
Шон Паркер сидел на уроке, посвященном мировым цивилизациям в своей школе в Вирджинии, когда вдруг кто-то передал ему записку. Его отец, — было сказано в ней, — ждал его, чтобы поехать на прием к врачу-ортодонту. По спине Паркера пробежал холодок. У него не было ортодонта. Когда он вышел, отец рассерженно запихнул его в семейный минивен. К тому моменту, когда они приехали в их скромный загородный дом, группа агентов ФБР выносила документы и настольный компьютер из комнаты Шона.
Всего за несколько лет Паркер превратился из арестованного 16-летнего хакера, который взламывал компьютерные сети разнообразных международных корпораций и даже военные базы данных, в интернет-предпринимателя мирового уровня. В 1999 году он стал впервые известным, в 19 лет, благодаря помощи в создании Напстера своему еще более молодому другу, Шону Фэннингу. Этот сервис по свободному обмену музыкой в корне изменил музыкальную индустрию. Позднее Паркер сыграл значительную роль в качестве президента-соучредителя Facebook, социальной сети, в которой 500 миллионов человек проводят 700 миллиардов минут в месяц. Если бы он не присоединился к основателю, Марку Цукенбергу, в Пало Альто летом 2004 года, когда Facebook существовал всего 5 месяцев, сервис скорее всего не был бы настолько колоссальным, каким он является сегодня.
Паркера многие считают веб-оракулом; неоднократно его коллеги и знакомые использовали по отношению к нему слово «гений». Он разбирается не только в компьютерах и сетях, но и в том, как люди хотели бы внедрить их в свою жизнь. И, в результате, он стал невероятно успешным. Но есть, разумеется, и оборотная сторона. Паркер также славится тем, что не соблюдает сроки, пропускает встречи, может пропасть на несколько недель и избегает прессы. (Его решение о сотрудничестве с Vanity Fair скорее беспрецедентное исключение). Он был изгнан из Facebook после ареста за хранение кокаина в 2005 году (никаких обвинений выдвинуто не было). Даже среди тех, кто его поддерживает, он известен как человек, любящий уходить в загул.

Сейчас он на пороге нового уровня славы ввиду выхода фильма «The Social Network». Фильм повествует о первом годе существования Facebook, частично описывая «темную сторону» личности Паркера. Джастин Тимберлейк играет вкрадчивого и вероломного Паркера, который и в фильме и в жизни был основным ментором Цукенберга во время становления Facebook. Но согласно сценарию Аарона Соркина, Паркин оказывается также напористым, жадным и дальновидным манипулятором. «Миллион долларов – это не круто, — говорит Паркер в какой-то момент в фильме. – Ты знаешь что круто? Миллиард». Цукерберг, которого сыграл Джесси Айзенберг, изображен самоуверенным, злобным, и немного сексуально-одержимым.
Настоящий Паркер сложнее и интереснее, несмотря на отличные навыки Соркина и режиссера, Дэвида Финчера. В частности, Паркер – изысканный щеголь, а также довольно уникальная и необычная личность в анналах бизнеса 21 столетия. В 30 лет его состояние практически достигло миллиарда долларов, в основном благодаря акциям Facebook, которые ему все еще принадлежат. Самоучка, который едва закончил школу, он, тем не менее, очень умен. Будучи болезненным ребенком, чьи приступы астмы периодически отправляли его в больницу, он начал много читать с раннего возраста. Его отец, океанограф, начал учить сына программированию в возрасте 7 лет. Практически нет темы – в литературе, политике, медицине или технологиях, — на которую он не мог бы поддержать разговор и высказать свое мнение.
Он сконцентрировал и направил свои знания и инстинкты в область Интернет бизнес-стратегии, чтобы, как он сам говорит: «перестроить общество. Сейчас технологии, а не бизнес или государство, служат реальной движущей силой в масштабных изменениях в социуме». Также Паркер известен тем, что хорошо умеет предсказывать, куда направлен следующий виток развития технологий (и какой тип продукта или услуги будет востребован потребителями), так что компании часто приглашают его просто чтобы использовать его мозг. «Немногие люди так же умны как он», — говорит 26-летний Цукерберг, который до сих пор часто консультируется со своим бывшим партнером.
Но, несмотря на весь свой опыт в области веба, временами кажется, что Паркера привлекают только развлечения. Он – «programmer-as-rock-star», нередко проводящий время среди настоящих рок-звезд, ведет соответствующий этому стиль жизни. Обычно он встает очень, очень поздно, активно обсуждает вещи, которые ему интересны или посещает вечеринки – и затем спит большую часть следующего дня. По словам его давнего друга, айти-инвестора из Сан-Франциско, Рона Конвея: «То, что Шон настолько рассеян, и в то же время настолько талантлив – это нечасто встречающееся сочетание. Вероятно, он создаст еще пяток «судьбоносных» компаний, прежде чем ему надоест этим заниматься».
Опыт Паркера в хакерстве в старшей школе также сам по себе кинематографичен: эдакая домашняя версия сцены с Мэтью Бродериком из «WarGames».
Тинейджер всю ночь сидел в своей комнате, глубоко погружаясь в недра компании из списка Fortune 500, название которой он отказывается сообщать. В то время, по его словам, у него было хобби – взламывать различные виды организаций, собирая коллекцию .com, .edu, .mil и .gov доменов, в которые он проник по всему миру. Его целью было взломать по каждому типу компаний из списка стран, занимающихся отмыванием денег. Он утверждает, что попав внутрь, он обычно извещал системного администратора письмом (отправленным с собственной почты администратора), о тех уязвимостях, что он нашел.
К сожалению, именно этой ночью его отец спустился вниз в 5 утра. Паркер не очень хорошо учился в школе, периодически зарабатывая и высший балл, но чаще он отказывался заниматься, получая соответствующие оценки. «Все было продумано, — уверяет он. — Я хотел доказать себе, что я все держу под контролем – что я не был марионеткой. Я не хотел пресмыкаться перед системой». Увидев сына перед компьютером, отец Паркера, разозлившись, осознал, что еще один день в школе пойдет коту под хвост. «Ну и, — припоминает Паркер, — он выхватил клавиатуру из моих рук, выдернул ее из компьютера, и унес наверх. Я стал кричать ему: «Отец, ты не понимаешь что делаешь! Я должен разлогиниться!», но он мне не позволил». Из-за невозможности скрыть следы своего пребывания, взлом Шона Паркера был обнаружен, а его местонахождение выяснено при помощи его интернет-провайдера. В конечном счете, благодаря его юному возрасту, его лишь обязали к общественным работам.
Один из аспектов этой истории объясняет отношение Паркера к идее «восстания» и отсутствие негатива. Общественные работы, назначенные судом, он выполнял в библиотеке, вместе с другими подростками-нарушителями. Там он познакомился с девушкой, которую описал как «панк-рок принцесса». Однажды она написала свой номер телефона на руке Паркера – шариковой ручкой, он точно помнит, — и спустя несколько месяцев с ней он потерял девственность. «Я считал это невероятной, потрясающей иронией. Это был самый романтичный опыт в моей жизни, и все благодаря тому, что меня захватило ФБР».
Примерно в то же время Паркер онлайн познакомился с 15-летним Шоном Фэннингом, другим талантливым хакером. Фэннинг припоминает их первую беседу: «Практически сразу мы стали обсуждать вещи вроде теоретической физики. Мы обнаружили, что у нас много общего». Вместе с парой товарищей, они вскоре открыли компанию под названием Crosswalk, которая обеспечивала услуги в области интернет-безопасности, и предлагала консалтинговые услуги компаниям, которые могли бы в противном случае стать их целью. Они не преуспели. Паркер, между тем, начал работать программистом в крупной Интернет-компании неподалеку от дома, параллельно с этим заканчивая выпускной класс школы.
Вопреки желаниям родителей, Паркер решил не поступать в колледж, и когда Фэннинг рассказал ему о своем плане по созданию Напстера, он мгновенно согласился участвовать, став со-основателем и привнеся несколько ключевых идей. Он собрался и переехал в Сан-Франциско, хотя до этого никогда не жил вне дома, по словам его матери.
В свой первый год существования сеть по обмену музыкой вовлекла десятки миллионов энтузиастов. Паркер вскоре пристрастился к ночным клубам и рейв-тусовкам. Однако вскоре Напстер вызвал ярость у рекорд-компаний, и те начали судебное преследование проекта. Спустя 14 месяцев федеральный суд наложил запрет на скачивание пользователями файлов, защищаемых авторским правом. Электронные письма Паркера, в которых он беспечно обсуждал вероятность того, что пользователи нарушают закон, были предъявлены в суде и использованы юристами индустрии. Однако в результате апелляции судья позволил сервису продолжить существование, и это стало началом долгой и мучительной смерти Напстера. Паркер, впрочем, был изгнан из компании другими партнерами Фэннинга, постарше. Так начался цикл головокружительного успеха, за которым следовало унизительное падение.
В начале 2001 он пытался основать свою собственную Интернет-компанию, и восстановить свое имя. «У нее был потенциал стать не меньше Напстера», — говорит он. – Иначе мне просто было бы не интересно». Он понял, что его электронная адресная книга устарела. Возможно, всем был бы полезен сервис, который помог бы держать ее обновленной. Может ли это стать компанией? Однако идее потребовалось время на формирование, и еще более долгое время на поиск финансирования. «Я жил на диванах (друзей) примерно шесть месяцев, — рассказывает Паркер. – У меня не было дома. Я был полностью разорен. Я жил две недели дома у одного друга, и затем переезжал, потому что я не хотел становиться нахлебником». Его девушка в это время уговаривала его сдаться и пойти на работу в Старбакс.
В конце-концов Паркер и несколько его партнеров смогли получить небольшое финансирование от Sequoia, престижной инвестиционной компании. Компания под названием Plaxo открыла свои двери в ноябре. Довольно быстро она стала наиболее известным, благодаря своей надоедливости, сервисом в Интернете, бомбардируя невинных интернет-пользователей запросами на обновление информации в адресных книжках своих друзей. Для Паркера это была победа – триумф вирусного маркетинга. Но вскоре последовало и поражение. Ненадежность Паркера стала сказываться на его коллегах и инвесторах компании. Иногда он мог вовсе не прийти на работу. В начале 2004 он был уволен. Совет директоров компании впоследствии нанял частного детектива, чтобы выяснить, правдивы ли были слухи о том, что Паркер, в частности, поставлял наркотики коллегам. Паркер, который называет эти обвинения «нелепой, грязной кампанией» — вновь оказался на улице, и вновь был разорен.
Он стал общаться с некоторыми из своих новых друзей из Сан-Франциско, включая Джонатана Абрамса, программиста, основавшего Friendster в 2002, с целью помочь людям познакомиться. Паркер был восхищен Friendster-ом, ставшим в тот год первой социальной сетью, количество членов которой превысило миллион. Однако сервис стал трещать по швам, когда система перестала справляться с объемом трафика. Паркер, впрочем, почувствовал в этом отличную возможность.
Однажды, — эта сцена присутствует в фильме, — Паркер увидел Thefacebook, как он тогда назывался, на компьютере своей подружки, студентки Стенфорда. (В фильме она представлена как случайная девушка на одну ночь). Паркер к этому моменту уже пришел к выводу, что наибольший успех ждет социальную сеть, запущенную в относительно закрытом сообществе. Колледж казался идеальной средой. Он исследовал сайт, и отправил письмо парню, запустившему его – Марку Цукербергу, второкурснику Гарварда, с предложением встретиться.
Мэтт Колер, пришедший в Thefacebook сразу вслед за Паркером, восхищается, когда речь заходит об этом историческом письме. «Napster и Facebook – две одни из наиболее значимых компаний в Интернет-индустрии, и в обоих случаях Паркер заметил их раньше, чем кто-либо другой – кроме людей, что их, собственно, придумали».
Паркер неожиданно отправился в Нью Йорк, где встретился с Цукербергом за ужином, и они быстро нашли общий язык друг с другом. Несколько месяцев спустя, в июне 2004, они случайно столкнулись на улице в Пало Альто, где Паркер, безработный (но все еще разъезжающий на BMW 5й серии), жил с очередной подружкой. Цукерберг предложил ему въехать в летний дом, арендованный для Facebook. Поначалу Паркер спал на коврике, на полу в комнате со-основателя Дастина Московица, пока, по словам Московица, «отношения с моей девушкой не стали более серьезными, и мне пришлось его выставить». Пожалуй, в то время Паркер более чем когда-либо в своей жизни сосредоточился на одном проекте.
В то время Паркер верил в потенциал компании едва ли не больше, чем сам Цукерберг. Петер Тиль, миллиардер, менеджер хедж-фонда и со-основатель PayPal, который стал первым инвестором Thefacebook, говорил в то время: «Шон постоянно уверял, что Facebook будет чем-то по-настоящему большим. И даже если у Марка были какие-то сомнения, Шон был именно тем, кто пресекал их». В конце августа 2004 Цукерберг и Паркер отправились в отдел банка Silicon Valley, чтобы открыть счет для компании. За два месяца до начала осени Цукерберг все еще продолжал говорить о возврате в Гарвард, и эти двое продолжали свой спор, даже находясь в банке – вспоминает его старший вице-президент, Кен Ловлес. Паркер был уверен, что Цукербергу не стоит возвращаться (и тот бросил учебу). Московиц говорит: «Шон, вероятно, сделал для Facebook, не так много как он думает, но больше, чем о его роли думают другие».
Помимо роли боевого товарища Цукерберга, Паркер также работал на укрепление своей позиции партнера, чтобы то, что произошло с Паркером в Plaxo, не повторилось в Thefacebook. В финансировании, о котором Паркер вел переговоры с Петером Тилем, и во время более масштабной сделки семь месяцев спустя с инвестиционной компанией Accel Partners, Паркер сумел выторговать для Цукерберга то, что было неслыханным для венчурного старт-апа: абсолютный контроль основателя компании. Благодаря этому, Цукерберг до этого дня контролирует три из пяти мест в совете директоров (включая свое собственное). Без этого контроля, Facebook наверняка была бы продана либо Yahoo, либо Microsoft, директор которого, Стив Балмер, предложил $15 миллиардов за компанию осенью 2007 года – и в ответ получил лишь недоуменный взгляд от 23-летнего Цукерберга.
И вновь поведение Паркера привело его к краху. Во время отпуска в Северной Каролине в 2005 году он был арестован на вечеринке в своем доме по подозрению в хранении кокаина. И хотя формальных обвинений ему не предъявили, некоторые из инвесторов и сотрудников Facebook сочли, что Паркер больше не может эффективно работать в роли президента компании. Несмотря на огромное сожаление, тот согласился уйти.
Впрочем, даже учитывая унизительный уход, Паркер, к этому моменту, научился лучше справляться с ударами. Подтверждением чему является тот факт, что Цукерберг никогда лично не отрекался от него. «Я не думаю, что Шон действительно покинул Facebook, — говорит член совета директоров Тиль, — он остался вовлеченным во многие аспекты деятельности компании».
Работа с Паркером, по мнению нескольких его коллег, способна не только быть в удовольствие, но и приводить к фрустрации. Джо Грин, одноклассник Цукерберга по Гарварду, который нынче выступает партнером Паркера в Facebook-приложении под названием Causes – помогающем людям жертвовать средства некоммерческим организациям – впервые познакомился с Паркером 6 лет назад в том самом летнем доме в Пало Альто. «Я спал на диване, — припоминает Грин, — и тут пришел Шон чтобы одолжить денег на стрижку». Однажды, по словам Грина, когда они вдвоем опаздывали на самолет, Паркер попросту отказался оторваться от своей электронной почты. «Он сказал, что занят очень важной вещью, которая того стоит». Временами, уверяет Грин, единственный способ достучаться до Паркера – это «бомбардировка звонками», нужно позвонить 10-20 раз ему, пока Паркер, который редко слушает сообщения на автоответчике, не сообразит, что кто-то действительно хочет с ним пообщаться.
Рейд Хоффман, давний друг и основатель LinkedIn, занимающий вместе с Паркером места в совете директоров Gowalla – гео-сервиса для соц.медиа – припоминает как Паркер предложил новую интригующую концепцию компании во время их беседы в Давосе, Швейцарии. «Я сказал: «Чувак! Ты должен начать чаще приходить на совет директоров!» Это стиль Паркера – отличная идея, трудоголизм, и затем временное исчезновение».
«Почему мы все это терпим? – риторически спрашивает Грин. – По двум причинам. Он привносит значительную ценность, пока он там. И он очень лоялен. Когда вы действительно в нем нуждаетесь, он будет с вами. Это обеспечивает запас доверия».
В огромной квартире Шона Фэннинга, на 40 этаже здания, находящегося напротив знаменитого моста в Сан-Франциско (Bay Bridge), играет регги. Поздний вечер, Паркер вытягивается на стуле и начинает оплакивать скудость современной культуры, недостаток революционных идей и мыслителей масштаба, скажем, Джима Моррисона и Джека Керуака. «Они были способны на безрассудства, — говорит он, — способны были рисковать. Мы живем в крайне репрессивную эпоху, и мы отказываемся признавать, насколько она репрессивна, ведь нас убедили, что все те способы протеста, вроде прослушивания рок-музыки, больше не являются прибежищем сатаны. Курить траву теперь вроде тоже считается ок, и приемлемо в определенных кругах». По мнению Паркера, люди его положения просто обязаны делать все что могут с помощью предоставленных им инструментов – программ и Интернета – чтобы освободить общество при помощи технологии. По его мнению, очевидно, что предпринимательство и изобретательство послужат основой для социальных изменений.
Паркер пытался объяснить свою мысль, пока блуждал по улицам в поисках здания, где живет Фэннинг (несмотря на то, что оно самое высокое в этом районе). «Я думаю, что наилучший способ описать меня – это взять за основу архетип Локи», — начинает Паркер, — «я как Герой с Тысячей Лиц Джозефа Кэмпбелла. Я как злой дух-проказник. Он не стремится причинить вред, но очень хочет сбросить маску с традиционного, общепризнанного понятия об обществе. Эта «диссидентская» идея была очевидна в Напстере. Она заключалась в том, что король – индустрия контента – был голым, — и, подумав, добавляет, — Это все, вероятно, звучит ужасно претенциозно и нарциссично».
Да, звучит. Но пока сам Паркер мечется между низкой и высокой самооценкой, он может рассчитывать на большинство из своих друзей, которые восторженно о нем отзываются. Петер Тиль: «Я говорил Шону, что он может оказаться давно потерянным внуком Говарда Хьюза – потрясающий предприниматель, который как-то видоизменяет Соединенные Штаты, но остается не понятым обществом. Шон – один из величайших «серийных предпринимателей» своего поколения, кто-то, кто действительно изменяет мир и вращает колеса истории».
Паркеру легко заводить новых друзей, и он делает это довольно часто. Люди всех типов оказываются увлечены его идеями и энтузиазмом. «Шон – гений, без вопросов», — говорит Эштон Катчер, которого Паркер консультировал, когда актер создавал свою производственную компанию, ориентированную на Интернет. Основатель Википедии, Джимми Уэльс, познакомился с Паркером в 2008 и они стали проводить время вместе. «Он быстро соображает, — говорит Уэльс. – Он потрясающе увлечен и полон идей». Один из близких друзей Паркера, музыкант Шон Леннон, предполагает: «Его мозг похож на технологический эквивалент Александрийской библиотеки. Он действительно один из самых умных людей, которых я когда-либо встречал – и это еще преуменьшение. Он всегда говорит про потенциал компьютеров генерировать алгоритмы для мелодий, которые будут нравиться людям. Он верит, что это лишь вопрос времени, когда компьютеры научатся создавать музыку. Шон – человек искусства, «художник» от бизнеса».
Актриса и общественный деятель, Труди Стайлер, жена Стинга, пригласила Паркера и его тогдашнюю подругу на вечер филантропов и общественных деятелей, который пара проводила в своем Тосканском поместье в прошлом году. Там Паркер познакомился с Ларой Зискин, продюсером фильмов про Человека-паука и со-основателем благотворительной организации, посвященной борьбе с раком. «Выяснилось, что у Шона есть интерес к иммунологии, и вера в то, что это следующий фронт исследований в борьбе с раком», — говорит Зискин. «Он говорил об этом со столькими же людьми, что и я!» Теперь они друзья. Стайлер говорит, что впечатлена: «Он был так обходителен со всеми и добр. Существо высшего порядка. Я им очень горжусь». (Паркер, в то же время, панибратски общается с представителями мировой элиты и политики – но в своей собственной манере. Во время всемирного экономического форума в январе, он был разочарован уровнем ночной жизни в Давосе и предлагал устроить лучшую вечеринку всех времен, что видел форум, если бы ему позволили арендовать крупнейшую местную площадку и пригласить кое-кого из его друзей рок-звезд).
Любитель хорошей жизни, Паркер остается коллекционером элегантных белых ботинок, его гардероб полон костюмов от Тома Форда, а на вождение электро-спорткара Тесла, стоимостью в $100 000, кажется, никогда не хватает времени. Он проводит свои вечера то в квартире в Сан-Франциско, то в снимаемом им 5-этажном таун-хаусе в Нью Йорке. Среди его многочисленных «удобств» — ухоженный газон на балконе третьего этажа.
И хотя он практически не думает о том, чтобы нанять частный самолет для ночного перелета из Нью Йорка в Вашингтон, все же он довольно щедр. Когда его друзья организуют сбор средств на благотворительность, Паркер часто один из тех, кто жертвует наибольшую сумму. Будучи ценителем чая (в его коллекции более сотни видов), он дарит в подарок свои любимые сорта, которые он самостоятельно упаковывает и дарит в чайницах, заказанных из Японии. Он инвестировал в бизнесы самых разных людей, зачастую под влиянием эмоций. «Он один из самых щедрых людей, которых я знаю», — говорит другой знакомый, — и также один из самых непредсказуемых».
Сегодня Паркер проводит основную часть своего времени в поиске и управлении инвестициями для Founders Fund, венчурной компании Петера Тиля. Его текущая привязанность: лондонская музыкальная компания под названием Spotify, которая, по его мнению, сможет закончить то, что они с Фэннингом начали в Напстере, только в этот раз – легально. Впрочем, не все, чего касается Паркер, обязательно превращается в золото. Некоторое время назад он вкладывал средства в не очень удачный проект по производству одежды, расписанной вручную. Он также принимал недолгое участие в брейнсторминге с группой, которая включала его старого товарища Шона Фэннинга и 18-летнего основателя Chatroulette, Андрея Терновского, о том, как превратить этот вуайеристичный онлайн видео веб-сайт в полноценный сервис. И, да, когда он находится в Нью Йорке, он берет уроки игры на фортепиано у Шона Леннона.
И хотя у Паркера есть несколько значительных достижений для его возраста, он, на удивление, не чувствует себя достаточно уверенно. Как сообщили несколько друзей и знакомых, он приложил значительные усилия, зная, что репортер будет задавать вопросы и им, — в попытках написать им тексты ответов. («В основном, — утверждают они, — он хотел лишь, чтобы они охарактеризовали его сумасбродное поведение как «юношескую беспечность»).
«Если и есть какой-то триумфальный конец этой истории, я думаю, он заключается в том, каким окольным путем я пришел к тому, чего хотел», — заявляет Паркер, — я хотел получить возможность делать интересные вещи и быть достаточно богатым, чтобы оставаться свободным… И я в какой-то степени могу делать то, что хочу. Возможно, мне приходится работать больше, чтобы заслужить хорошее мнение о себе в глазах новых знакомых, которые слышали обо мне немало странных рассказов. Но, по крайней мере, я могу договориться с ними о встрече».
Дорога, о которой он говорит, была извилистой. «Для меня не существовало никакой волшебной сказки. Весь мой успех был рожден на основе моих поражений. В детских мечтах нам всегда уготована слава; реальность же намного более запутана и драматична».
Паркер встретился со своим экранным альтер эго, Джастином Тимберлейком, в клубе, после того как актер прочел сценарий Аарона Соркина. «Он сказал, что хочет узнать меня, — припоминает Паркер, — но я ответил: «Тебе это не поможет сыграть то, что написал Соркин. Этот человек в сценарии имеет мало общего со мной».
Действительно, Паркер Соркина получился мстительным, расчетливым и злым, совсем не таким как настоящий. Паркер по сценарию еще и жадный, что также не является качеством настоящего Шона. Больше чем деньги ему нужны одобрение и признание. «Я помог изменить мир, по меньшей мере, трижды», — говорит Паркер в какой-то момент, в качестве самооправдания. И добавляет с сожалением: «Я вечный аутсайдер». Поскольку фильм должен стать хитом, уж одна вещь изменится точно. Он получит определенное признание от того «поверхностного» общества, которое привык презирать, и станет знаменитостью. Как он с этим справится – уже другой вопрос.

В полночь Паркер подбросил меня к отелю и отправился домой. В этот день стало известно об отставке главы Apple Стива Джобса. Около шести утра еще не спавший Паркер пишет у себя на стене в Facebook цитату из Шопенгауэра: «Мы сожалеем о смерти своих врагов так же, как сожалеем о смерти друзей, поскольку нам не хватает их в качестве свидетелей нашего успеха». Через час Паркер наконец засыпает, но через несколько часов уже встает, и его ждет такой же насыщенный день, как вчера.

Взбалмошный, маниакальный и непредсказуемый, Паркер как никто другой умеет отпугивать инвесторов. «Венчурные капиталисты считают его непостоянной величиной, а им нравится, когда все просчитываемо и под контролем», — рассказывает один из основателей Facebook Дастин Московиц. Однако инвесторам нравятся большие идеи, а у Паркера их много. Создатель LinkedIn и один из самых успешных венчурных капиталистов последнего времени Рид Хоффман называет Паркера заносчивым визионером.

Паркер — катализатор блестящих идей. В комбинации с правильными людьми он становится топливом, без которого не создашь революционную компанию. Когда ему было 19, он поставил музыкальную индустрию с ног на голову, придумав Napster. Через два года его стартап Plaxo продемонстрировал потенциал социальных сетей, который он позже помог реализовать в роли президента Facebook. Из всех компаний его выгнали, но отрицать его влияние на них бессмысленно. Сейчас состояние Паркера превышает $2 млрд, хотя ему всего 31 год. В данный момент он помогает Spotify совершить новый переворот в музыке. В частности, именно он стоит за интеграцией сервиса с Facebook. За свою стремительную карьеру Паркер сумел обзавестись фантастическими связями. В той или иной степени Паркер успел поработать почти со всеми людьми, которые сейчас контролируют интернет.

Партнер фонда Menlo Ventures Шервин Пишвар так описывает Паркера: «Он улавливает сигналы и видит тренды, которые другие не заметят еще несколько лет». Паркер соглашается: «Многие вещи мне кажутся значимыми, когда они еще не являются таковыми для остального мира». Он предпочитает фокусироваться на реальных проблемах, а не изобретать что-то никому не нужное. Napster позволил отказаться от CD-дисков, сделав возможным обмен музыкой через интернет. Facebook заставил людей использовать в традиционно анонимном мире интернета свои реальные личности. Spotify — это попытка починить музыкальную индустрию, сломанную Napster.

«Он пытается понять, как меняется мир. И если, по его мнению, в какой-то области не хватает компании, которая идет в правильном направлении, он создает ее», — говорит о Паркере основатель Spotify Дэниел Эк. Паркер привык думать как исследователь. Спроси его о Plaxo, и он начнет рассказывать, как различные заболевания распространяются среди населения. Когда мы ели в японском ресторане, он объяснял, как правильно резать рыбу для суши, и рассуждал об идеальной плотности посадки риса на плантациях. Если ты поинтересуешься его любимой маркой наушников, Паркер начнет с лекции о том, как барабанные перепонки регистрируют звук. «Вместо запланированного часа мы проговорили больше трех», — вспоминает первую встречу с Паркером в 2002 году Хоффман. Дорси развивает мысль: «Это редкость — встретить человека, способного таким образом строить разговор. Я ценю беседы, после которых я начинаю сомневаться в своих идеях и знаниях».

У Паркера крайне сложные отношения со временем. Знаменитый венчурный инвестор Питер Тиль выделяет в нем такую черту, как «драматическое отсутствие пунктуальности». Так, Дэниел Эк назначает с ним встречу на 11:00, а своим сотрудникам велит собираться не ранее 13:00. Для этого феномена в Кремниевой долине даже есть свое имя: «Часовой пояс Шона». «Заставлять людей ждать и не выполнять свои обязательства — это плохо. Я, наверное, переживаю из-за этого еще больше, чем все думают, но я делаю это без злого умысла», — говорит Паркер. Когда перед ним стоит цель, он блокирует все остальное, погружая себя в работу буквально до состояния транса. В такие моменты весь мир замирает, а время проносится мимо. «Эта работа требует постоянных изменений графика, но я стараюсь сфокусироваться на том, что имеет в данный момент наивысшую ценность, и сделать это идеально».

Понятие идеальности Паркер доводит до крайности. В день, когда были назначены съемки для обложки Forbes, он подготовил два стеллажа итальянских костюмов. Двадцать рубашек ждут на диване. Ряды очков (солнцезащитных и нет) покрывают кофейный столик, на стульях — горы галстуков и подтяжек, а вдоль стены выстроились ботинки и мокасины в таком количестве, что позавидовал бы любой обувной магазин. Съемки назначены на 16:00, но Шон появляется лишь в половине шестого, зато в сопровождении свиты: стилист, парикмахер, гример, ассистент, пресс-агент, портной и его невеста Александра Ленас.

Во время съемок он переодевается чаще, чем звезда на сцене в Лас-Вегасе. От элегантных костюмов переходит к классической «тройке», а затем — к дизайнерским джинсам с повседневным кардиганом. Паркер по-настоящему увлечен: нужно сделать так, чтобы красный цвет его узкого галстука рифмовался с хипстерскими очками. В какой-то момент он объявляет обеденный перерыв. Десять минут спустя Паркер, который стремится похудеть, макает овощи в соус «Ранч». Соус жидковат, поэтому он добавляет сметаны, а ассистент пытается вернуть его в кадр. Съемка заканчивается в два часа ночи.

Спустя два дня я приезжаю домой к Паркеру в 11 вечера. Заказанный самолет должен вылететь в Сан-Франциско из Тетерборо, Нью-Джерси, ровно в полночь. Паркера нет, он встречается с Эком. Когда переваливает за полночь, я начинаю нервничать. Все остальные просто зевают. Паркер появляется в два ночи, но ему еще нужно принять душ и упаковать чемоданы. В 3:30 Cadillac наконец загружен вещами и жареными цыплятами из ближайшего ресторана. Взлетаем в четыре утра. Когда я просыпаюсь, под нами калифорнийская пустыня. Паркер сидит напротив и ест цыпленка, о диете уже забыл. «Хорошо спал?» — спрашивает он.

В Сан-Франциско приземляемся в 9 утра, и очередной Cadillac доставляет нас в округ Марин. Все собираются поспать еще пару часов перед тем, как Паркер начнет носиться по Кремниевой долине, встречаясь с коллегами и пытаясь завербовать лучших специалистов.

Путь Паркера в Кремниевую долину начался в тот день, когда отец, ученый из Национальной океанической ассоциации, научил его программировать на игровой приставке Atari 800. Шон был во втором классе. В старшей школе он уже взламывал сайты компаний и университетов, подписываясь при этом как dob — этот ник Паркер выбрал из-за любви к симметрии. Когда ему было 15, деятельность Паркера заинтересовала ФБР, в результате чего его приговорили к общественным работам. В 16 он выиграл приз на компьютерной выставке штата Вирджиния за разработку поисковой машины, и его пригласили на работу в ЦРУ.

Однако карьере в ЦРУ Паркер предпочел участие в стартапе Марка Пинкуса под названием FreeLoader. «Я не ходил в школу. Технически да, но на самом деле я ходил на работу». Паркер заработал $80 000 в свой выпускной год — этого оказалось достаточно, чтобы убедить родителей, что с колледжем можно и повременить. Он вместе с другим подростком, Шоном Фаннингом, начал работу над сервисом по обмену музыкой, который впоследствии превратился в Napster. В колледж Паркер так и не пошел, Napster заменил ему образование. «Я называю это Университетом Napster — интенсивный курс законодательства об интеллектуальной собственности, корпоративных финансов, предпринимательства и права», — говорит Паркер.

«Некоторые электронные письма, которые я написал еще подростком, теперь попали в учебники по праву». Эти письма, которые служили признанием того, что пользователи Napster воруют музыку, станут уликой в деле о правах на аудиозаписи, которое похоронит Napster. Но к тому времени Паркера уже отправили в ссылку в пляжный домик в Северной Каролине. «Я тогда еще не понимал, что, если тебя отправляют в бессрочный отпуск, это прелюдия к увольнению».

В Napster Паркер познакомился с инвестором стартапов Роном Конуэем. С тех пор Конуэй вкладывался во все идеи Паркера. В свой первый вечер в Сан-Франциско мы с Паркером навестили Конуэя на его террасе с видом на залив. Мы пили брунелло c прошутто. «Вместе мы прошли через ад», — говорит Конуэй, который финансировал в числе прочих Google, PayPal, Twitter и FourSquare.

Napster был скорее даже не компанией, а круглосуточным цирком, странным сплетением людей, которые участвовали в непрерывном движении. «Чему я научился в Napster, это тому, что делать нельзя», — рассказывает Паркер, в то время как Конуэй царапает что-то в своем блокноте. Он научился внимательно слушать Паркера. «Когда Шон стал президентом Facebook, то позвонил мне и сказал: «Тебе нужно хорошенько приглядеться к этой компании». Просто невероятно, что я мог бы быть Питером Тилем, говорит Конуэй, имея в виду инвестиции Тиля в Facebook, которые сделали того миллиардером. «Но я сказал: «Тебе нужно еще закончить дела в Plaxo, так что не рассказывай мне про этот Facebook». Он делает глоток вина и начинает смеяться, качая головой: «Об этом больно вспоминать».

Plaxo — это первая попытка Паркера создать настоящий интернет-бизнес. Сервис должен был помочь удобно обновлять и синхронизировать адресную книгу с любого компьютера. Возможно, это звучит скучновато на фоне Napster или Facebook, но Plaxo был одним из первых социальных онлайн-сервисов и дал дорогу компаниям вроде LinkedIn, Zynga и самого Facebook. «Plaxo — это вроде музыкальной инди-группы, которая неизвестна широкой публике, но является культовой для экспертов и музыкантов», — уверен Паркер.

История изгнания Паркера из Plaxo полна противоречивых деталей. По мнению самого главного героя, Рэм Ширам, перешедший в Plaxo из Google, выгнал его из собственной компании в результате хорошо спланированного заговора. Ширам отказался разговаривать с Forbes, однако сооснователи Plaxo Кэмерон Ринг и Тодд Мэсонис представляют все в ином свете. По их словам, Паркер оказал решающее влияние на этапе создания компании и привлечения финансирования, однако рутина ему быстро надоела. Мэсонис утверждает, что Паркер регулярно не появлялся на работе, а когда появлялся — только мешал. «Он приходил ближе к полуночи с компанией девушек, чтобы показать, что у него есть собственный стартап». Как бы то ни было, но выдворение Паркера из Plaxo было кровавым. Паркер утверждает, что инвесторы наняли частного детектива, чтобы следить за ним, его обвиняли в хулиганстве и употреблении наркотиков. «Конец истории печальный. Вероятно, нам следовало быть откровенными с Шоном и попросить его уйти открыто, — рассказывает Ринг. — С другой стороны, оглядываясь назад, все сложилось лучшим образом как для нас, так и для Шона».

Сам Паркер поначалу чувствовал, что друзья и соратники его предали. «Я потерял веру в человечество. Казалось, что я не могу никому доверять», — вспоминает он. Он хотел подать в суд, но потом решил, что процесс затянется на годы, и отказался от этой затеи. Тем более что на горизонте появилась значительно более интересная компания.

Когда девушка его приятеля впервые показала Шону Паркеру Facebook (в противовес версии со знакомством на одну ночь из фильма «Социальная сеть»), он уже был ветераном социальных сетей — благодаря Plaxo и в качестве консультанта Friendster. Он знал, что большой университетский рынок жаждет своей собственной социальной сети — уже существовало несколько мелких сайтов отдельных университетов, — и Facebook, выскочивший за пределы гарвардского кампуса, показался ему многообещающим вариантом. Он написал письмо на общий электронный адрес Facebook и встретился с Цукербергом и Эдуардо Саверином в китайском ресторане на Манхэттене.

Еще через пару недель он случайно наткнулся на Цукерберга с командой на улице в Пало-Альто и на некоторое время переехал в комнату Дастина Московица в арендуемом Facebook доме. «Это единственная вещь, которую фильм передал близко к правде», — мрачно замечает Адам Д’Анжело, директор по технологиям в ранние годы Facebook, с которым я встретился в Пало-Альто, в офисе его стартапа Quora. В целом Паркер совершенно непохож на героя Джастина Тимберлейка. «Картине просто был нужен антагонист, но настоящий Паркер — полная противоположность персонажу», — утверждают сотрудники Facebook.

В свои 24 Паркер был для Facebook ветераном бизнеса. Он свел юных основателей с благожелательно настроенными инвесторами вроде Тиля, Хоффмана и Пинкуса. «Шон оказал огромную помощь в процессе превращения Facebook из колледж-проекта в настоящую компанию», — пишет Марк Цукерберг в письме.

Д’Анжело воздает Паркеру должное за то, что именно он объяснил основателям Facebook: дизайн не менее важен, чем техническая сторона дела. Вместе с Аароном Ситтигом, старым другом по Napster, ставшим главным разработчиком Facebook, Паркер помог создать минималистичный дизайн социальной сети Цукерберга. Он был убежден, что сайт должен сосредотачивать пользователя на непрерывном потоке информации и задачи вроде добавления друзей должны отнимать как можно меньше внимания.

В августе 2005 года полицейские нашли кокаин в домике на побережье, снятом на имя Паркера. Несмотря на то что его не арестовали и не выдвинули каких-либо обвинений, инцидент обозначил начало заката его карьеры в Facebook.

По корпоративному соглашению директора Facebook не могут обсуждать, как и почему Паркера «ушли». Поговаривают, что у него было много сторонников и кокаиновый скандал спровоцировал раскол между основателями и инвесторами. Так или иначе, но Паркер решил, что будет лучше для Facebook, если он уйдет в отставку. Это был третий раз за пять лет, когда его вынуждали уйти из компании. После ухода из Facebook он переехал в Нью-Йорк.

Паркер, хотя уже и не числится в Facebook, продолжает оставаться консультантом Цукерберга по стратегии и нанимать ключевых сотрудников. Ситтиг говорит, что он все еще помогает с дизайном сайта и продолжает играть важную роль в новых разработках Facebook. Но, вероятно, наибольшим вкладом Паркера в социальную сеть стало создание корпоративной структуры, основанной на его опыте с Plaxo и обеспечившей Цукербергу полный и постоянный контроль в компании. Схема Паркера обеспечивает Цукербергу достаточное количество голосов в совете директоров, чтобы оставаться у власти так долго, как ему захочется.

Паркер в исполнении Тимберлейка — грубая и наглая личность, он обманом изгоняет из компании Эдуардо Саверина и лишает его части акций. Именно это больше всего огорчает Паркера в фильме Финчера: в Plaxo Паркер действительно пережил то, что выдуманный Саверин испытал на пленке. «Нет проблем, что меня изображают любителем вечеринок, поскольку я не вижу в этом ничего плохого. Но мне не нравится, что я выгляжу бездушным и неэтичным».

«Социальную сеть» начали показывать в октябре прошлого года, и коммерческий успех картины расстроил Паркера. «Фильм стал хитом, но мой образ там настолько далек от реальности, что мне действительно неприятно», — рассказывает Паркер. Непосредственно перед премьерой он порвал с девушкой, пережил операцию на колене, начал набирать вес и проваливался в депрессию. В результате стала страдать его работа в Spotify и Airtime, а также в фонде Founders Fund, для которого он ищет стартапы. Но вскоре ситуация наладилась: он взял небольшой отпуск, вылечил колено и познакомился со своей будущей невестой.

Несмотря на все свои достижения, Паркер в душе остается хакером и революционером, движимым не жаждой денег, а желанием подрывать сложившиеся устои. Он до сих пор не может забыть Napster. Через восемь лет после того, как правообладатели утопили сервис в антипиратских исках, Паркер все еще надеется воплотить видение Napster в жизнь. На этот раз, правда, он хочет, чтобы музыканты получали за свою интеллектуальную собственность деньги. Его ставка — союз шведского сервиса Spotify и Facebook.

Два года назад приятель рассказал ему о Spotify, который предлагает безлимитный онлайн-доступ к легальному музыкальному контенту. Он навел справки и через несколько дней написал основателю стартапа Дэниелу Эку, изложив ему свою философию идеального музыкального сервиса. При этом Паркер даже не пользовался Spotify. Эк оказался огромным фанатом Napster и был заинтересован в Паркере: «Он был одним из немногих, кто думал о музыке больше, чем я». После короткой переписки, протестировав сервис, Паркер был готов инвестировать. Эк, однако, уже получил в качестве инвестора гонконгского миллиардера Ли Кашина и не был заинтересован в новых денежных вливаниях. Паркеру пришлось доказывать свою необходимость. Он показал Spotify Цукербергу (впоследствии это станет началом сотрудничества) и договорился с боссами музыкальных лейблов Warner и Universal, которые лицензировали для шведского сервиса свои каталоги. В результате Паркер добился своего и вложил в Spotify $30 млн.

Дела Airtime тоже идут неплохо. Паркер скрывает подробности, но обещает удобный видеосервис, также выстроенный вокруг социального графа Facebook. Он хочет, чтобы делиться видео с друзьями было максимально легко. «Я просто хочу избавить людей от одиночества», — говорит Паркер. В Airtime будет видеочат случайных знакомств наподобие прошлогоднего хита Chatroulette. Airtime строится вокруг двух слов, ключевых в философии Паркера, — «делиться» и «исследовать».

Обилие проектов заставляет его проводить жизнь в дороге. Он постоянно летает из своей штаб-квартиры в Нью-Йорке в Лос-Анджелес, Сан-Франциско, Стокгольм и Лондон. В последний наш день я спросил у него, где он платит налоги. «Чертовски хороший вопрос. Я, кажется, не знаю», — ответил Паркер.

Завтра Паркер летит в столицу Швеции, чтобы следить за процессом интеграции Spotify с Facebook. На часах — 3:00. «Сегодня ночью надо еще обязательно зайти в тренажерный зал. Плюс у меня опять скопились мегабайты непрочитанных писем. Честно говоря, не могу сказать, сколько времени это может занять»

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *