Сокур зосима

Когда патриарх Пимен решил послать о. Зосиму главой миссии в Японию, тот отказался, помня совет духовника: «Твой путь – быть рядовым сельским батюшкой»

Отца Зосиму Сокуру (1944-2002) на Украине почитают, как в России – о. Николая Гурьянова. Схиархимандрит Зосима был духовником Донецкой епархии, предсказал войну на Украине и очень не советовал враждовать двум странам – России и Украине.

Он был рожден в тюремной больнице, пережил 4 клинических смерти, вышел живым из камеры пыток. Перед смертью говорил: «Когда я умру, вы будете знать – часы на моем столике в алтаре остановятся». Часы остановились 29 августа 2002 года в 23 часа 45 минут.

Чудом уцелевший

Иван (так звали отца Зосиму до монашества) появился на свет в тюремной больнице в 1944 году. Его мать отбывала заключение за «религиозную пропаганду», а отец в тот же год был убит на фронте. После освобождения мать будущего старца Мария Ивановна поехала жить в городок Авдеевку Донецкой области к своей сестре.

Из детских воспоминаний отца Зосимы: «Крестьянская семья у нас была. Помню, копаем огород, картошку убираем. Первое ведерко накопали: «Отнеси батюшке ведерко в церковь, нашего труда картошечки”. Второе ведерко накопали: «Там матушки у нас больные, уже старенькие, беспомощные – отнеси”… Там уже третье ведро накопали. «… Харитиночка бедная, скрученная, болящая лежит уже двадцать лет неподвижно, понеси им, чтоб было кушать чего”. Так и учили добру».

В детстве много раз старец был на краю гибели и чудом оставался жив. Много болел, три раза чуть не попал под поезд.

Был случай, когда он собирал уголь на железной дороге. Неожиданно с двух сторон от мальчика помчались поезда, а он, оказавшийся между двух составов, увидел, что третий мчится прямо на него. Бежать было некуда. Иван упал на рельсы, успев только крикнуть: «Господи!». Паровоз проехал над ребенком, оставив его абсолютно невредимым.

В школьные годы Ваня Сокур стерпел немало насмешек от одноклассников. Советские учителя только подзадоривали: «Вы там побейте этого «попа”, чтоб он в церковь не бегал!» Мальчишки и рады колотить, а Иван только улыбался и просил: «Ну ладно, хватит. Давайте я буду вас благословлять».

«Не твой путь»

В Киево-Печерской Лавре. Фото с сайта lifekiev.com

Окончив сельскохозяйственный техникум, Иван год работал ветеринаром. Казалось, трудно было найти специальность, которая больше бы не соответствовала его душевным качествам. У него было сердобольное сердце, которое физической болью отзывалось на страдание каждого существа. Как-то в раннем детстве он спас от кошки воробья, выхаживал его, но тот помер. Иван долго плакал, никак не мог успокоиться.

Вскоре Иван стал послушником в Киево-Печерской лавре.

Духовник лавры старец Валентин (Семисал) предсказывал, что ему много раз будут предлагать стать епископом и один раз главой Русской церкви в Японии, но не в этом воля Божия и нужно будет отказаться: «Это не твой путь.

Твой путь – быть рядовым сельским батюшкой». Позже это предсказание сбылось.

В 1975 году Иван принял монашество с именем Савватий. Учился в Ленинградской семинарии, потом академии. Как сам вспоминал, любимым местом была библиотека.

«Стремитесь к знаниям — и будете всегда полезны и интересны, — уже лежа на смертном одре, говорил старец. — Когда ещё глаза хорошо видели – я постоянно читал. Когда стал плохо видеть, скорбел, но Бог сотворил чудо, и я уже лучше вижу. Правило уже сам вычитываю: в 4 часа утра, когда этот безумный мир спит, как хорошо молиться…».

После окончания Ленинградской академии о. Савватий служил в поселке Александровка Марьинского района Донецкой епархии. Хотя приход был очень бедный, и храм нуждался в реставрации, отец Савватий не брал деньги за требы. Он говорил, что пусть сто человек не заплатят, но Господь пошлет одного, который все покроет.

В камере пыток

Фото: wikimedia.com

Советским властям не нравилось, что у отца Савватия собиралось много людей. Они забирали священника в сельсовет, где его били и принуждали босыми ногами подолгу стоять на холодном цементном полу. А через какое-то время посадили в тюрьму.

Однажды после избиений еле живого отца Савватия бросили в камеру пыток.

В одном из вариантов советская камера пыток выглядела так: без окон, стены обтянуты резиновым покрытием и непрерывно играет тихая монотонная изматывающая музыка – это назвалось «музыкальная шкатулка».

Обычно на следующий день заключенные в такой камере начинали терять рассудок: бросались на стены, кричали. Отец Савватий выдержал трое суток, но позже говорил, что, если бы не молитва, то он сошел бы с ума.

После заключения у отца Савватия были отбиты легкие, вырос горб, он стал часто и много болеть.

А когда начинался разговор о том, что все попы в годы советской власти «работали на КГБ», о. Савватий только показывал на свой горб – как «след сотрудничества».

На приходе

На приходе. Отец Савватий. Изображение с сайта novom.ru

После тюрьмы о. Савватий вернулся в свой храм, в который уже стали приезжать отовсюду. Вспоминает схимонахиня Фомаида: «Меня с трудом уговорили поехать в Александровку, одна старая матушка упросила, чтобы я её сопровождала: «Там монах служит: какая там молитва!» Выехали под Покров. Всю дорогу шел дождь, и я, грешница, всё время ворчала в автобусе: не всё ли равно в каком храме молиться, служба везде одинаковая.

Мокрые, продрогшие, мы вошли в храм. Стала около дверей, везде темно, только алтарь светится. Я услышала только два слова Батюшки: «Мир всем».
Я такого никогда не слышала и не знала, что есть такая молитва. Я как заплакала — и всю службу проплакала. Служба как одно мгновение прошла…».

Уже тогда было известно о молитвенной помощи о. Савватия, дарах исцеления.

«Во время службы в храм зашла женщина, — вспоминает схиигумен Лазарь, — и вдруг начинает кричать, лаять. Гляжу: Савватий выходит из алтаря и говорит:

— Бес, что ты мне мешаешь служить? Я Богу служу, замолчи сейчас же!..

Женщина успокоилась и тихо простояла всю службу около стеночки.

У одной семейной пары сына забрали служить в Афганистан. Давно не было писем. Отец пошел к старцу:

— У меня сын в Афганистане…
— Они там как на Голгофе, — говорит о. Савватий.
— Может, он уже и не живой — 3 месяца известий нету?
— Живой, живой… Приедешь до дому, получишь известие…
Когда отец приехал домой, увидел от сына письмо, что его перевели в другую часть…».

Надерзил

Как только начала восстанавливаться приходская жизнь, о. Савватия ждало ещё одно искушение: преставился предстоятель РПЦ в Японии, и в поисках достойной кандидатуры на должность нового предстоятеля сам святейший патриарх Пимен остановил свой взор на о. Савватии.

Его в срочном порядке вызвали в Москву. О. Савватий категорически отказался в вольных выражениях от престижного повышения, помня завет духовника.

Но святейший был непреклонен, и все документы уже были оформлены на отца Савватия как на нового предстоятеля РПЦ в Японии. Тогда вмешался Бог — на следующий день о. Савватий слёг с тяжелейшим воспалением лёгких. В Японию поехал другой священник.

«Не разделяемся»

Роман Минин, «Шахтерская молитва». Изображение: liveinternet.ru

В 1992 году отец Савватий принял схиму с именем Зосима. Он основал Свято-Успенскую Николо-Васильевскую обитель в селе Никольское Волновахского района Донецкой области. Сестринская община получила статус женского монастыря в честь святителя Николая, а братская – мужского монастыря в честь святителя Василия Великого.

Но схима для о. Зосимы не стала отрешением всего земного. О. Зосима был из тех священников, кто «вмешивается в политику».

Он предсказывал войну на Украине и призывал сохранять церковное единство. Оставил свое духовное завещание, где говорил: «Отходя в жизнь вечную, последнее слово глаголю вам, братья, сестры и все молящиеся в обители нашей: держитесь Русской Православной Церкви — в ней спасение».

А в обители отец Зосима говорил: «…Как хорошо: братия мирно, тихо стоят все вокруг престола, круг вечности образовали, молятся. Божественную литургию, — литургию мира, литургию любви, литургию единства, совершаем.

Не разделяемся, хоть среди нас есть и русские, и греки есть, и болгары есть, и цыгане есть… Так что мы не разделяемся по национальному фашистскому признаку, мы все являемся братьями и сестрами,.. единой семьей духовной, святой нашей Русской Православной Церковью.

И дай Господи, чтобы эта семья служила добрым примером и для государства нашего, чтоб мы не разделялись, а объединялись…»

В одной из бесед незадолго до смерти о. Зосима говорил: «Прости нас, Господи, за наше разоренное Отечество. Что нас, русских людей, делают искусственными врагами, — а ведь мы все в единой купели Киевской Руси, а не Украины, крещены. Днепр святой — для нас священная река. Днепр святой объединяет три нынешних народа. Днепр святой — это наш русский Иордан. Прости нас, Господи, что вражду мы сеем — москали, хохлы и прочие народы — когда мы все единая Русь».

«Если от тебя тяжело»

«Претерпевший до конца той спасется …» Автограф старца. Изображение с сайта fotopaterik.org

Как духовника, о Зосиму всегда отличала простота и трезвость. «В мистику не ударяйтесь — это душевредно, — предостерегал он. Главное наше чудо — это литургия, покаяние и молитва».

«Молитесь, но не замаливайтесь. Лучше недомолиться, чем перемолиться. Не ударяйтесь в крайности — крайности не от Бога.

Не унывайте, не предавайтесь отчаянию — нет греха, которое не врачуется покаянием: Бог милостив, долготерпелив и многомилостив».

«Чтобы на нас Господь не разгневался, всегда помогайте нуждающимся».

«В жизни нет тупиков, это все наша зацикленность на себе и своих проблемах».

«Бойтесь испортить друг другу настроение. Когда ты по своему бесчестию в тяжесть бываешь людям окружающим, когда от тебя, от твоих помыслов, от твоих греховных немощей, от твоего нытья начинают страдать и люди окружающие, — вот тогда присмотрись к себе, потому что ты не прав».

«Дом Милосердия простоит до скончания века»

Первое, что построил старец, возрождая те приходы, где довелось служить, была паломническая трапезная. Накормить, напоить человека он считал своими долгом, и всегда паломникам из далека, даже в самые трудные времена, готовили матушки «тормозок» на дорогу.

Его особым попечением пользовался Дом Милосердия, богадельня Свято-Успенской обители, где находилось около шестидесяти людей преклонного возраста. О. Зосима собрал под своё крылышко болезненных бабушек и дедушек, которые государством были обречены на жалкое существование.

Батюшка придавал Дому Милосердия особое значение в духовной жизни обители: «Дом Милосердия простоит до скончания века, здесь сам Господь ходит», — сказал как-то он.

Болезни и их преодоление для пользы ближнего

Старец Зосима. Изображение с сайта fotopaterik.org

После пребывания в «Музыкальной шкатулке» здоровье о. Зосимы совершенно расстроилось. На ногах появились раны, с которых сочилась кровь. Болезнь вначале никто не лечил, и рожистое воспаление прогрессировало настолько, что к 1995-му году раны на ногах доходили до костей, и почти постоянно была высокой температура: 39°, 40°, 41° — часто доходило и до 42°.

И в таком состоянии он служил и принимал людей.

Владимир, часто бывавший у старца, вспоминает: «Было уже начало двенадцатого ночи, когда я попал к батюшке, — он спрашивал, отвечал, как вдруг неожиданно отключился, закрыв глаза. Я замер, боясь потревожить усталого батюшку. Через минуты две-три отец Зосима пришел в себя и сказал: «Прости, у меня высокая температура – около 42 градусов, не выдерживаю: проваливается сознание”.

Получив наставление, около двенадцати я вышел от старца». Благословляя меня на сон грядущий, он произнес: «Ну, иди баиньки. А мне еще свое схимническое правило вычитывать”».

Схиархимандрит Зосима (Сокур) Иван Алексеевич Сокур (так звали старца в миру) родился 3 сентября 1944 года в селе Косолманка Свердловской области. В 1961 году окончил среднюю школу в городе Авдеевка Донецкой области. Затем учился в Донецком сельхозтехникуме и занимался гражданской работой. С 1968 по 1975 год учился в духовных семинарии и академии в Ленинграде. Академию окончил со степенью кандидата богословия и принял монашеский постриг с именем Савватий, был рукоположен сначала в иеродиаконы, затем – в иеромонахи. После учебы несколько месяцев прослужил в Одессе, после чего в декабре 1975 года был принят в клир Ворошиловградско-Донецкой епархии. В 1980 году возведен в сан игумена, в 1990-м – в сан архимандрита. 21 августа 1992 года был пострижен в схиму с именем Зосима.

Пять лет назад в Святое Воскресенье нам довелось поклониться православной святыне в селе Никольском Волновахского района, близ Донецка, где стараниями этого удивительного человека возрождены, даже созданы два монастыря. Почивший 29 августа 2002 года, в день попразднования Успения Богородицы, что и предсказал, 58-летний старец Зосима снискал немалую славу среди православных. И хотя его уже при жизни называли донбасским, донецким святым, о нем знали в Иерусалиме и на Святом Афоне, в Москве и Киеве. И приезжали к нему за спасительным словом, советом, помощью, благословением – порой весьма издалека. Теперь в часовню, где он покоится, стекаются люди просить молитвенной помощи старца – так же, как приходили к нему при его жизни.

Удивительно, но, в сущности, за 6 последних лет жизни отец Зосима, возродив и старые храмы, возвел посреди донецкой степи почти что лавру. Причем, как сказали бы сегодня, с «евростандартом». Здесь все благолепно – старые и новые храмы, современного вида жилые и административные строения и растительные насаждения. Березовая аллея здесь приведет вас к огромному белому собору Успения Богородицы – копии одноименного собора Московского Кремля. Мы стоим перед Успенским собором Никольского монастыря и вспоминаем итальянского зодчего Аристотеля Фиораванти, даровавшего нам эту московскую красоту и самого, в свою очередь, вдохновившегося Успенским собором древнего Владимира. Тогда в Успенском соборе в Никольском, как водится на Пасху, был открыт алтарь, открыт пасхальный праздничный хлеб, а также икона «Сошествие во ад», – единственный иконописный образ главного праздника Православия. Страшное название, не правда ли? Не к сегодняшней ли нашей жизни?

Схиархимандрит Зосима (Сокур) Мы помним слова старца Зосимы, всегда призывавшего православных Украины не покидать покровительства Московского Патриархата, а коль впавшие в ересь самосвятства отщепенцы продолжат речь о так называемой «поместной церкви», оставаться монастырями и даже отдельными приходами под каноническим омофором, а не уходить под самостийный, выдуманный амбициозными и тщетными умами.

Старец был удивительным подвижником и ревнителем Православия, прозорливцем, основателем Успенской Свято-Васильевской и Успенской Свято-Николаевской обителей в Донецкой епархии. Многие в России знали его, а на Украине его знали все и почитали, как знаменитого отца Николая Гурьянова, ездили к нему так же, как к отцу Николаю со всеми своими скорбями, получая исцеления и узнавая о своем будущем. Да и почил он через три дня после отца Николая. Дату кончины ему Господь открыл заблаговременно. В последние дни старец Зосима раздавал множество указаний (как потом стало понятно, посмертных) братьям и сестрам обителей, всем, кого встречал по пути на службу и с кем виделся в келлии. Одной женщине, например, сказал, чтобы она через 2 дня начала печь пироги и пекла бы их 40 дней без перерыва.

Философская мудрость, сила веры и знание пути для спасения души человеческой сделали его старцем уже в 40 лет. Ведь старец в Православии — это не старый, а мудрый человек, отличающийся прозорливостью и особым молитвенным даром.

Нечего нам ныть, что Бог жестокий, не простит, не помилует – ложь это всё. Бог долготерпелив и многомилостив, Бог всех нас ждет

Отец Зосима просил нас о покаянии, об исправлении нашей собственной жизни, говорил о том, что мы должны уныние и отчаяние полностью гнать от себя. «Свет Христов, радость Христова да сопутствуют нам. Нечего нам ныть, что Бог жестокий, не простит, не помилует – ложь это всё. Бог милостив, долготерпелив и многомилостив ко всем нам, Бог всех нас ждет. Ждет, простирает руки, чтобы мы пришли, дети заблудшие, в объятия Отчие. Отец Небесный прощает, милует и возвращает нам потерянное Царство Небесное».

Имевшие великое счастье общаться со старцем Зосимой возвращались в мирскую жизнь добрее, чище, светлее. Он лечил людские души, тем самым исцеляя тела. Он безгранично любил людей. Всех. И тех, кто пытал его, заставляя стоять сутками босиком на бетонном полу, и тех, кто посылал служить из прихода в приход, подальше от магистралей и цивилизации – чтобы быстрее сломить.

Он крестил детей своих палачей. Он пережил четыре клинические смерти. Он умирал, а потом вставал и служил

Он нес свой крест достойно, не колеблясь в вере. Он крестил детей своих палачей. Он пережил четыре клинические смерти и борьбу с болезнью. Он умирал, а потом вставал и служил. Врачи становились верующими, общаясь с ним и поражаясь его мужеству.

Он был духовным отцом священства всей Донецкой епархии, братии и сестер двух основанных им монастырей, а также любимым батюшкой множества мирян, повсюду следовавших за ним на протяжении четверти века.

Часовня-усыпальница о. Зосимы и Успенский собор в Никольском. Пасха 2009 «Меня всегда поражало его храмостроительство, – рассказывал митрополит Донецкий и Мариупольский Иларион (Шукало). – Куда бы он ни пришел служить, везде сразу же затевал капитальные ремонты и строительство. Помню, как в 1980 году, когда я служил еще псаломщиком в Свято-Успенском храме Донецка, на праздник Почаевской иконы Божией Матери мы поехали к отцу Савватию в Александровку на освящение нового престола. Ему удалось сделать этот престол в тот самый период, когда церкви в СССР только закрывали да разрушали. По тем временам это было чуть ли не сенсацией».

По сообщению журналиста С. Голохи, с благодарностью принимая помощь и пожертвования от меценатов, старец, однако, беспокоился не только о благолепии своей обители, но наказывал благодетелям позаботиться и о других храмах и монастырях. Сначала он благословил восстановить Свято-Успенский монастырь в донецком Святогорске, помочь отреставрировать русский Свято-Пантелеймоновский монастырь на Святой Горе Афон и Горненский монастырь Русской Миссии в Иерусалиме, и только потом было развернуто широкое строительство в Никольском.

«Первое, что мне врезалось в память, – вспоминал один паломник о батюшке, – это когда немощного старца под руки привели в «крестилку», он едва сидеть мог, и вот первые слова, которые я от него услышал: «Любовь превыше всего, – и опять повторил, – любовь превыше всего…”»

Что такое христианская любовь? Это когда всех жалко…

«Научись, – наставлял отец Зосима в записочке, – терпению и молитве. Живи чисто. Бог любит чистоту. Воспитывай в себе христианскую тихую любовь и жалость. Что такое христианская любовь? Это когда всех жалко…».

В проповеди о вечном блаженстве старец просвещал: «Господь такое уготовал вечное блаженство, что ни помыслить мы не можем, ни язык человеческий не может о нем рассказать – это глубокая тайна, иное измерение человеческого мышления, восприятия, совершенно непонятное чувство для живущих на земле. Лишь тогда, когда мы увидим это блаженство, тогда мы поймем, что Господь уготовал для всех любящих Его. Одно только можно сказать: это такое озарение восторга духовного, что на земле нет такого восторга. Когда ты восхитишься чем-то, когда ты поймешь что-то возвышенное, прекрасное – вот это состояние приблизительно что-то отдаленно напоминает… Господи, хоть частичку блаженств райских даруй и нам грешным по велицей милости Твоей!»

Прощание с отцом Зосимой «Было уже начало двенадцатого ночи, когда я попал к батюшке, – вспоминал раб Божий Владимир. – Он вел непринужденную беседу, шутил, как вдруг неожиданно отключился, закрыв глаза. Я замер, боясь потревожить усталого батюшку. Через две-три минуты отец Зосима пришел в себя и сказал слова, поразившие меня: «Прости, у меня высокая температура – около 42 градусов, не выдерживаю, проваливается сознание”. Получив наставление, около 12-ти я вышел от старца. Благословляя меня на сон грядущий, он произнес: «Ну, иди баиньки. А мне еще свое схимническое правило вычитывать”».

Весь 2001 год старец провел в реанимации. Только под великие праздники его на день-два доставляли в обитель. На Пасху того года схимника привезли из больницы в очень тяжелом состоянии. Возле храма несла дежурство реанимационная машина. Старцу становилось все хуже и хуже – он умирал. Врачи, которые были возле него, настаивали на том, чтобы немедленно вернуться в больницу. За 15 минут до полуночи отец Зосима облачился и отправился возглавлять Пасхальную службу.

Перед самой кончиной схимник сподобился некоего откровения. «Когда я умру, вы будете знать, – говорил старец братии, – часы на моем молитвенном столике в алтаре остановятся». В 23.45 остановилось сердце великого молитвенника. Без пятнадцати двенадцать остановились и часы на столике отца Зосимы в алтаре. «Так закончилось время его земной молитвы, так начался отсчет его молитвенного предстательства в блаженной вечности».

Виктор Янукович, познакомившийся с отцом Зосимой, будучи рядом на больничной койке, а потом обвенчанный старцем с супругой Людмилой, так сказал по кончине своего духовного наставника: «Отец Зосима – великий праведник. Человек с огромной душой, наделенный от Бога великим даром сострадания. Для меня знакомство и общение с отцом Зосимой всегда были большим счастьем. Этот человек обладал очень сильной верой и даром убеждения. Он умел по-отечески наставить, дать правильный совет. Я находил у него поддержку и понимание. Своей жизнью, верой, любовью к ближнему он вселял надежду и оптимизм в наши души. Учил не отчаиваться, не впадать в крайности, любить людей, свою родину, семью. Отец Зосима часто повторял: «Семья – ваш храм. Берегите его”. Он учил быть терпимым, великодушным к врагам, милосердным и справедливым. Отец Зосима был духовным символом православного Донбасса. Верил и нас учил верить в единство и духовное единение всех славянских народов, в торжество правды и веры».

Ко мне и после смерти приходите, как к живому, все расскажите – и я услышу, помогу.

Старец Зосима не только «был», но и остается духовным символом Донбасса. Отойдя в мир иной, отец Зосима продолжает духовно окормлять нас, во исполнение собственных слов: «А ко мне и после смерти приходите, как к живому, все расскажите – и я услышу, помогу».

Вход в часовню-усыпальницу о. Зосимы и Успенский собор в Никольском. Пасха 2009 В своем известном духовном завещании старец указал нам: «Аз, грешный схиархимандрит Зосима, основатель двух обителей – Успенского Свято-Васильевского мужского и Успенского Свято-Николаевского женского монастырей, оставляю последнюю свою волю: и по смерти моей свято и вечно, до последнего издыхания, храните все завещания, те священные традиции, ту особенность служб, записанные братьями и сестрами в монастырском уставе, сохраняя их до малейших подробностей и не допуская никаких отступлений. Строго держитесь Русской Православной Церкви и Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси. В случае отхода Украины от Москвы, какая бы ни была автокефалия, – беззаконная или «законная”, – автоматически прерывается связь с Митрополитом Киевским. Из существующих монастырей тогда образовать Дом Милосердия, который будет выполнять святые законы милосердия – служение людям до их погребения, и эту заповедь обители должны выполнять вечно. Никакие угрозы и проклятия не признавать, так как они не каноничные и беззаконные.

Твердо стоять за каноны Русской Православной Церкви. В случае отпадения от единства Русской Православной Церкви, – правящего архиерея не существует, монастыри переходят в ставропигиальное управление, под омофор Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси. Молю Бога и надеюсь, что Святейший Патриарх не откажет и примет под свой омофор. Если сие будет невозможно, то монастыри переходят под самостоятельное игуменское управление по подобию Валаамской обители начала нашего столетия, находясь под видом светлых будущих времен единства Украины и России, которые, глубоко верю, неминуемо наступят, с чем и ухожу в вечность.

…Отходя в жизнь вечную, последнее слово глаголю вам, братья, сестры и все молящиеся в обители нашей: держитесь Русской Православной Церкви – в ней спасение.

Могила старца Зосимы (Сокура). Пасха 2009 Всем даю из гроба прощение, Бог вас да простит и помилует по Его велицей и богатой милости. Кто приходил ко мне за духовным руководством, держитесь святой обители: братья и сестры помогут вам и наставят на путь спасения…

Подаю из гроба, бездыханный и безгласный, Мир, Любовь и Благословение Божие».

Митрополит Иларион в своем слове на годовщину блаженной кончины схиархимандрита Зосимы сказал: «Из уст в уста передавайте о его молитвах, поучениях, деяниях – из поколения в поколение, ибо среди нас жил воистину великий человек: духовник, монах, наставник, друг, брат и отец…»

Жизнь и блаженная кончина старца Зосимы «Прошу писать… ничего не искажая, дабы была восстановлена историческая правда моей прошедшей жизни». Из завещания схиархимандрита Зосимы На самом исходе минувшего лета отошел к Господу известный не только в Донбассе, но и далеко за его пределами схиархимандрит Зосима. Он был духовным отцом священства всей Донецкой епархии, братии и сестер двух основанных им монастырей, а также любимым батюшкой множества мирян, повсюду следовавших за ним на протяжении четверти века. В число его духовных чад входило немало известных бизнесменов и политиков, например — вице-спикер Верховной Рады Геннадий Васильев и премьер-министр Украины Виктор Янукович, которого старец самолично венчал. Наша справка Схиархимандрит Зосима (в миру Иван Алексеевич Сокур) родился 3 сентября 1944 г. в селе Косолманка Свердловской области. С 1951 года жил в г. Авдеевка Донецкой области, где в 1961 году окончил среднюю школу. Затем учился в Донецком сельхозтехникуме и занимался гражданской работой. С 1968 по 1975 гг. учился в духовных семинарии и академии г. Ленинграда. Академию окончил со степенью кандидата богословских наук. В том же 1975 г. принял монашеский постриг с именем Савватий и был рукоположен сначала в иеродиаконы, затем — в иеромонахи. После учебы несколько месяцев прослужил в Одессе, после чего 25.12.75 г. был принят в клир Ворошиловградско-Донецкой епархии. Всю свою дальнейшую духовно-пастырскую деятельность вел в Донбассе. В 1980 г. возведен в сан игумена, в 1990 г. — в сан архимандрита. 21.08.92 г. пострижен в схиму с именем Зосима. Преставился 29.08.02 г. Десять лет спустя Сам я впервые увидел батюшку в феврале 1992 года, в самый разгар церковной смуты, спровоцированной тогдашним предстоятелем Украинской Православной Церкви митрополитом Филаретом (Денисенко), которого впоследствии предали анафеме за учиненный раскол и другие прегрешения. Филарет стремился порвать с Русской Православной Церковью и навязать украинской пастве автокефалию. В то время, когда большая часть духовенства «страха ради иудейска» поддержала его или же заняла выжидательную позицию, отец Савватий (так звали старца Зосиму до того, как он принял великую схиму) был одним из немногих, кто твердо и непоколебимо стоял за единство Церкви. Батюшка открыто заявил, что «Филарету захотелось стать Патриархом» — мол, именно поэтому он и добивается автокефалии. К слову, еще в числе очень немногих священнослужителей, которые в те смутные дни и словом, и делом бескомпромиссно отстаивали единство Церкви, был и тогдашний благочинный Донецкого округа протоиерей о.Геннадий (Тимков). В самый напряженный период противостояния, когда выступившего против автокефалии правящего владыку Алипия отлучили от донецкой кафедры, он оказался в епархии самой заметной фигурой среди инакомыслящих и своими страстными проповедями вселял в людей надежду и укреплял стойкость. Всего на полтора месяца отец Геннадий пережил старца Зосиму и в неполных 49 лет скончался в самый канун праздника Покрова Пресвятой Богородицы. Говорят, что находившийся в последние время в коме протоиерей в день, когда отмечали сороковины со дня кончины батюшки Зосимы, неожиданно пришел в себя. Ему сообщили, что сегодня поминают новопреставленного схиархимандрита. А он ответил: «Я знаю, мы сегодня с ним ТАМ встретились». Меньше чем через неделю протоиерей тоже почил в Бозе… Узнав о кончине старца Зосимы, я вспомнил, что лет десять назад он давал мне разные советы, к которым я тогда сильно не прислушивался, ибо еще даже и крещен-то не был, а просто симпатизировал Православию и писал о нем в газетах. Несколько таких наставлений для меня батюшка продиктовал некой Валентине Ивановой, которая часто ездила к нему в село Никольское Волновахского района, где он уже тогда служил. Она записала их на листочках бумаги и принесла мне в редакцию. В этих маленьких посланиях батюшка перечислял мои грехи, обращался к Господу с просьбами вразумить меня, а также давал указания по поводу дальнейших газетных публикаций о Православии. Однако тогда я не придал всему этому особого значения. Лишь после смерти старца, перелопатив свои бумаги, я с трудом отыскал эти записки. В самом конце последней из них, датированной 23 ноября 1992 года, было написано: «Следующая статья будет о великих подвижниках последнего, нынешнего времени…» И вот только теперь, спустя десять лет, я выполнил этот наказ батюшки и написал статью об одном из подвижников «последнего, нынешнего времени». О самом схиархимандрите Зосиме. …И народ следовал за ним Старцем он прослыл едва ли не в 40 лет, если даже не раньше. В Православии ведь старец — понятие не возрастное. Так народ называет тех, кто видит грехи приходящих к нему людей, мудро наставляет своих духовных чад, отличается прозорливостью и особым даром молитвы… В Донбасс выпускник Ленинградской духовной академии, иеромонах Савватий (будущий Зосима) прибыл в середине 70-х — тогда ему шел 32-й год. В те самые глухие времена «застоя», когда Церковь плотно «опекали» органы, редко кто из священнослужителей отваживался на «вольности» — они ограничивались совершением богослужений и исполнением треб. Отец же Савватий принялся за дело энергично, ревностно и неформально. И хотя служить ему определили на отшибе Донецка — в поселке Александровка Марьинского района, уже очень скоро молва о молодом настоятеле храма св. Александра Невского стала быстро распространяться среди верующих областного центра и за его пределами. — Я с мамой тогда жила в Калининском районе Донецка, — рассказывает схимонахиня Феофания из основанного батюшкой Свято-Никольского монастыря. — До нас дошел слух, что в Александровке появился священник, который исповедует каждого по отдельности. Это в то время было большой редкостью — в основном практиковали общие исповеди. Мама попросила меня свозить ее туда. И вот на праздник Воздвижения мы выбрались. Впечатлила нас и сама служба, и проникновенная проповедь батюшки, и его радушие. Стали мы ездить в Александровку регулярно. Потянулись в александровский храм и другие верующие, тяготившиеся царившей тогда формальной церковностью и искавших подлинной духовной жизни. Постепенно вокруг отца Савватия образовалась целая группа духовных детей, которые во всем слушались его и помогали ему, а также следовали за ним везде, куда его переводили. Потом почти все они стали первыми насельниками основанных старцем обителей в селе Никольском Волновахского района. Так, наместником Успенского Свято-Васильевского мужского монастыря о.Зосима завещал назначить иеромонаха Фаддея, который с детства воспитывался на его глазах. Экономом монастыря служит послушник Виктор Иванович Григоренко, который с 1976 года был при батюшке, делил с ним все тяготы и помогал ему во всех хозяйственных делах. Много духовных чад старца живут и в созданной при обителях богадельне. «Когда-то эти старухи меня кормили, отдавали мне свои последние копейки, — говорил во время одной из своих проповедей о.Зосима. — А теперь моя очередь заботиться о них». Естественно, растущая популярность батюшки не могла понравиться компетентным органам, боровшимся с «религиозным дурманом». Праведный гнев вызывало у «чекистов» и то, что он не соглашался с ними сотрудничать. Иеромонаху стали всячески усложнять жизнь, настояли на его переводе в другой храм, затем — в третий, четвертый… Ссылали в дальние глухие села, в надежде на то, что почитатели о.Савватия отстанут от него. Но эффекта добились прямо противоположного — не только его прежние духовные чада следовали за гонимым священником, но к ним присоединялось и много новых верующих. Мучеников и страдальцев на Руси всегда любили. — Чтобы сломить батюшку, его переводили в основном зимой, причем в неотапливаемые полузаброшенные храмы, — вспоминает Виктор Иванович Григоренко. — Например, в декабре 1985 года отправили в село Андреевка Великоновоселковского района. Тогда на улице стоял 30-градусный мороз — и такая же температура была в тамошнем деревянном храме. Несмотря на это, батюшка служил литургию. Ноги в валенках мерзли, руки прилипали к чаше с Причастием — погреет он их немного у обогревателей, которые мы расставляли на полу, и продолжает дальше служить… Почти такие же морозы стояли, когда его — опять же в декабре! — направили в Никольское, но он и там сразу начал служить. А в каком ужасном состоянии был там старинный Свято-Васильевский храм! Когда батюшка вошел туда и открыл в алтаре Царские врата — одна створка отвалилась и рухнула. Полы были прогнившие, кровля вся дырявая — во время дождя так текло, что приходилось расставлять по всему храму тазы. Старец-строитель Но священник никогда не унывал и не опускал руки, а сразу же принимался приводить каждое новое свое место в Божеский вид. — Меня всегда поражало его храмостроительство, — говорит митрополит Донецкий и Мариупольский Иларион. — Куда бы он ни пришел служить, везде сразу же затевал капитальные ремонты и строительство. Помню, как в 1980 году, когда я служил еще псаломщиком в Свято-Успенском храме Донецка, на праздник Почаевской иконы Божией Матери мы поехали к отцу Савватию в Александровку — на освящение нового престола. Ему удалось сделать этот престол в тот самый период, когда церкви в СССР только закрывали да разрушали. По тем временам это было чуть ли не сенсацией. Вообще, по словам В.Григоренко, этот александровский храм стараниями батюшки изнутри стал выглядеть «как шкатулочка». Много чего он там понастроил, хоть власти это и запрещали. Например, часовеньку, которую соорудили над колодцем, вообще разобрали — дескать, «не положено». Даже в великоновоселковской Андреевке, где о.Савватий и полгода не прослужил, он успел обложить кирпичом храм и благоустроить домик для священника. После занимался благоукрасительством и в другой Андреевке (возле Снежного) — пока его не перевели в Никольское. А уж там его строительный талант проявился в полную силу. В первый же год отремонтировали храм: перекрыли крышу, восстановили иконостас и снесенную еще большевиками колокольню, провели электричество, расширили домик для священника, построили крестилку, потом сделали забор и ворота с арками, чертеж которых батюшка нарисовал сам. Поначалу специалистов на стройке почти не было, но зато приходили потрудиться во славу Божию по сто и более человек — как местные жители, так и приезжие духовные дети, многие из которых здесь жили неделями или месяцами. Так постепенно в Никольском стала как бы сама собой образовываться обитель. К концу 90-х здесь, по сути, на одной территории, были основаны сразу два монастыря: мужской Свято-Васильевский и женский Свято-Никольский. Подобных прецедентов в православном мире очень мало. Какими ударными темпами ведется здесь строительство в последние годы и сколько уже всего понастроено — с трудом поддается описанию, это надо только видеть. Приезжающие сюда впервые поначалу не могут поверить своим глазам – настолько увиденное не совпадает с устоявшимися представлениями о монастырях. Новый трапезный храм в память всех святых, в земле Российской просиявших, и остальные монастырские здания сделаны из светлого облицовочного кирпича, кровли – из зеленой металлочерепицы, окна и двери — из модного дорогого металлопластика. Во всех кельях и других помещениях установлены колонки, через которые транслируются совершающиеся в Свято-Васильевском храме службы – для тех монахов и обитателей богадельни, которые по каким-либо причинам не могут присутствовать на них. В кельях у монахов есть также магнитофоны с наушниками, чтобы они могли слушать записи с акафистами, канонами и другими песнопениями. Впрочем, не все технические достижения и современные технологии здесь принимают. Телевизоры и видеомагнитофоны старец Зосима заводить запрещал, и даже в своем завещании подчеркнул, что их «в монастыре никогда не должно быть». Согласно его последней воле, изложенной в этом завещании, строительство в обители продолжается и сегодня. Заложен фундамент еще одного храма, возводится гостиница для паломников и новая богадельня: в старой уже тесновато. Строится своя почта и даже свой пункт охраны правопорядка, разные хозяйственные помещения. Уже есть тут больница, библиотека, пекарня, мастерские, иконная лавка. Все это — тоже из дорогого кирпича, черепицы и металлопластика. Но так «по-богатому» здесь строят, конечно, не для того, чтобы монахи утопали в роскоши и наслаждались прелестями жизни. И в прежние времена храмы и обители всегда делали из самых красивых, добротных и долговечных материалов, стремясь отдать Богу все лучшее. Кстати, хотя кельи тут и сделаны в «евростиле», само убранство в них довольно аскетическое. Да и бывают в них насельники в основном только вечером и ночью – когда молятся и спят. Все остальное время они исполняют различные послушания или участвуют в богослужениях, которые тут длятся порой по шесть-семь часов кряду. Напрашивается вопрос: как, за какие средства и всего за несколько лет старцу Зосиме удалось почти на пустом месте возвести этот, как его шутливо называют, евромонастырь? Он не обивал пороги в поисках денег, не ходил на поклон в высокие кабинеты, не просил ничего ни у кого. Кроме Бога, которому неустанно молился. Благодетели находились сами: вдохновленные примером деятельной любви к Богу и людям, они предлагали бескорыстную помощь. Это были не те спонсоры, которые занимаются благотворительностью чаще всего из-за каких-либо маркетинговых соображений, желания набрать политические очки или просто из тщеславия. Обычно к отцу Зосиме приходили такие состоятельные люди, которые не афишировали свои добрые дела, а скорее наоборот, по евангельской заповеди, стремились скрыть их. Так, до сегодняшнего дня даже в самом Никольском очень мало кто знает, что обе здешние обители, а также многие храмы в Донецке и далеко за его пределами построены главным образом силами концерна «Энерго», который возглавляет Виктор Леонидович Нусенкис – духовный сын батюшки Зосимы. С благодарностью принимая помощь и пожертвования от меценатов, старец, однако, беспокоился не только о благолепии своей обители, но наказывал благодетелям позаботиться и о других храмах и монастырях. Сначала он благословил восстановить Свято-Успенский монастырь в донецком Святогорске, помочь отреставрировать русский Свято-Пантелеймоновский монастырь на святой горе Афон в Греции и Горненский монастырь Русской Миссии в Иерусалиме, и только потом было развернуто широкое строительство в Никольском. По благословению Зосимы (и, конечно, правящего владыки Илариона) также построены или продолжают строиться храмы Агапита Печерского, Иоанна Воина и Иверской иконы Божией Матери (в Донецке), церковь в честь благоразумного разбойника (в Селидовской исправительной колонии в поселке Острое). Кроме этого, схиархимандрит дал благословение на восстановление Свято-Донского монастыря в станице Старочеркасской Ростовской области и создание православной гимназии «Плесково» в Подмосковье. «По благословению легко жить» Вообще о благословении батюшки надо сказать особо. Некоторые и приезжали в Никольское прежде всего ради того, чтобы его получить. Здешние паломники и насельники охотно рассказывают истории из своей жизни – с разным содержанием, но с похожим финалом. Мол, долгое время у них что-то не ладилось на работе или дома, а вскоре после встречи со старцем Зосимой и его благословения они с удивлением начинали замечать, что казавшиеся неразрешимыми проблемы как бы сами собой рассеиваются, дела спорятся, болезни отступают, в общем — жизнь налаживается. Никакой особой мистики тут не было, просто старец умел с первого взгляда понять каждого человека, подсказать ему именно то, в чем он в данный момент нуждается, утешить, напитать благодатью. Ну и, конечно, горячо помолиться за каждого. Люди выходили от него радостные и окрыленные, у них возникало как бы второе дыхание, помогающее с легкостью преодолевать все трудности. Они воочию убеждались, что, как сказал эконом Виктор Иванович, «по благословению легко жить!» Желающих попасть на прием к Зосиме всегда было очень много. В основном в очередь к нему выстраивался бедный и болезный простой люд. Но нередко приезжали к старцу и бизнесмены, и генералы, и политики… Будучи губернатором Донецкой области, довольно часто бывал в Никольском с неофициальными визитами новый премьер-министр Украины Виктор Янукович. Более того — батюшка Зосима даже повенчал его с женой Людмилой Александровной, которая тоже любила посещать монастырь. Наведывался к старцу и вице-спикер Верховной Рады Геннадий Васильев. Для каждого у него находились нужные слова и ответы на мучающие его вопросы. Но, конечно, не всех они удовлетворяли. Ведь некоторые приезжали к старцу в надежде на то, что он одобрит их собственные, не совсем богоугодные замыслы. Над такими он подшучивал или вообще выгонял. Бывали просто анекдотические случаи. К примеру, одна старушка просила: «Батюшка, не хватает денег за свет заплатить — благословите отмотать назад показания счетчика»…. «Я не прозорлив, а прожорлив» Иногда схиархимандрит предупреждал приходящих к нему, что если они будут и дальше поступать «по своему хотению», а не по Божьему велению, то это может для них плохо кончиться. Так, по словам одного из близких к старцу монахов, в 1996 году дважды к нему приезжал известный тогда донецкий бизнесмен, народный депутат Украины Евгений Щербань. Выслушав его, батюшка дал ряд советов, однако высокий гость не внял им…. А спустя полгода Евгения Щербаня вместе с женой расстреляли в Донецком аэропорту. Вообще о прозорливости старца Зосимы ходят легенды. Сам он при жизни очень не любил такие разговоры. Однажды высказался об этом с присущим ему юмором: «Я не проЗорлив, а проЖорлив!» Между тем обитатели монастыря и миряне, знавшие схиархимандрита, подтверждают, что дар предвидения у него несомненно был. Однако они советуют относиться к рассказам о случаях прозорливости старца с благоразумной осторожностью, особенно — к восторженным «бабьим басням», в которых его изображают чуть ли не пророком. Конечно, больше всего впечатляет то, что о.Зосима предсказал свою смерть — с точностью до дня и часа. Еще задолго до кончины ему открылось, что умрет он в дни праздника Успения Богородицы. Где-то за год или два до своей смерти он распорядился каждую среду петь нараспев акафист Успению Божией Матери. Вообще, после Пасхи, этот праздник был у него самый любимый. За неделю до него батюшка отмечал день своего Ангела. В 2002 году прибывших его поздравить, в том числе владыку Илариона, Зосима неожиданно пригласил приехать и на Погребение Божией Матери (оно совершается на следующий день после Успения) — мол, Ее похороните и меня заодно. А в самый канун этой даты, когда старца увозили в больницу, он распорядился, чтобы чин Погребения на сей раз совершили вечером, а не днем, как в прежние годы. Уезжая, батюшка сказал: «Вы служите Погребение, а я к Литургии приеду». Так в точности и произошло. Он скончался в больнице в 11-45 вечера, как раз в те минуты, когда в Никольском заканчивалась погребальная служба, а гроб с его телом привезли в обитель рано утром, перед началом Литургии. — Отец Зосима предвидел и смерть моей мамы. — рассказывает владыка Иларион. — Она тяжело болела, была парализована. Я собирался ехать к ней в Луганск на второй день Пасхи, так как в сам праздник Светлого Христова Воскресения должен был служить в Мариуполе. А тут накануне звонит по телефону отец Зосима и так категорично заявляет: «Поезжайте, владыка, к маме прямо на Пасху, а то потом жалеть и каяться будете!» Я хоть и занят был в тот день и устал сильно, но все-таки послушал его и проведал маму в праздник — похристосовался с ней, съел освященное яичко… А буквально на следующий день она скончалась. Рассказывают, что батюшка не только предвидел какие-то отдельные события, а часто с первого взгляда на человека мог проникнуть в его душу, догадаться, что ее терзает и мучает. Одних смущало то, что он сходу начинал перечислять все их грехи, причем — не «взагалi», а конкретные, других удивляло, что он как бы читает их мысли… — Когда я впервые попала к отцу Зосиме, он, помимо прочего, предупредил, чтобы я боялась «травмы и отторжения», — вспоминает схимонахиня Ефросиния. — А мне как раз незадолго до этого пересадили почку, которую отдала мне моя мама. И вот когда через две недели после поездки в Никольское я спешила в больницу на процедуры, я упала прямо на проезжей части и порвала связку на ноге. Тогда же стала хуже работать и донорская почка… Потом я еще раз приехала в монастырь, стояла там в храме, молилась о том, чтобы Господь открыл мне Свою волю и помог определиться в жизни, и тут же корила себя за то, что все время бросает меня из стороны в сторону — то вправо, то влево. Я тогда раздумывала — то ли мне поступать в педучилище, то ли проситься в обитель. И в то же время боялась, что такая больная я ни там, ни там никому не нужна. Захожу я после этого к батюшке, а он и говорит: «Да тебе учиться, как мне жениться!» (А он ведь был монах, давший обет безбрачия). И продолжает буквально теми же словами, которые я перед этим мысленно произносила: «Ну чтобы тебя не бросало ни вправо, ни влево — я тебя подстригу в монахини». Чужую боль он принимал как свою Со схимонахиней Ефросинией батюшку Зосиму объединяла еще и общая болезнь — как и у нее, у старца тоже были большие проблемы с почками. Со временем у него развилась острая почечная недостаточность, и он жил только благодаря тому, что через день ему по четыре часа делали гемодиализ — с помощью аппарата «Искусственная почка» очищали кровь от токсинов и шлаков. Еще батюшка сильно страдал от остеомиелита костей ног, незаживающие язвы на которых у него появились еще тогда, когда он служил в Александровке. А в последнее время эта напасть так усугубилась, что он уже почти не мог сам ступать ногами, и его возили на коляске. Эти недуги сопровождались еще целым «букетом» других болезней. Периодически поднималась высокая температура — до 41 градуса. Довелось ему пережить даже клиническую смерть. Но несмотря на все эти невыносимые страдания, до самых своих последних дней он не переставал совершать Литургию, проповедовать, беседовать с людьми и еще строить сразу две обители. Даже из здоровых людей очень редко кто способен на такое. Едва после очередного тяжелого кризиса и обострения болезней отцу Зосиме становилось чуть лучше, как он сразу же становился веселым и рвался в храм, на службу. Его радостный дух и его стойкость поражали лечащих врачей, и они, глядя на старца и общаясь с ним, тоже обретали веру. Некоторые из них стали его духовными детьми. Потом он нередко пользовался этим «блатом» — просил знакомых докторов бесплатно полечить или сделать операцию страждущим, которые обращались к нему за помощью. Таким образом батюшка спас немало жизней. А других он просто вымаливал. Люди, находившиеся на грани жизни и смерти, рассказывали, что отчетливо ощущали его молитвенную помощь, которая помогла им выкарабкаться. Например, когда батюшка еще служил в Александровке, привезли к нему в храм женщину с Трудовских, которая была больна белокровием. Врачи сказали родственникам, что она уже безнадежна, не протянет и неделю — и выписали домой. Умирать. Просидела она в коляске всю Литургию, во время которой старец молился за нее у престола, — состояние заметно не улучшилось, но и не умерла за неделю, как предрекали. В следующее воскресенье женщина исповедалась и причастилась. Стало ей чуть лучше. В общем, месяца через два она уже ходила на службу своими ногами. И говорят, жива до сих пор, хотя с тех пор прошло уже больше 20 лет. Но чаще вспоминают более «заурядные» истории. Вроде такой. Молодой парень переусердствовал в занятиях со штангой, и у него вылезла паховая грыжа. Пожаловался отцу Зосиме. Тот пообещал помолиться за него. Утром парень проснулся — грыжи, словно и не бывало. Но потом, говорят, она появилась у самого старца. Вообще большинство духовных чад батюшки уверены в том, что потому он так сильно и болел, что принимал на себя чужие немощи и страдания. Обыкновенные чудеса Сам же Зосима ругал тех, кто отзывался о нем как о целителе. Его всегда возмущал этот не совсем здоровый интерес к чудесным исцелениям и прочим сверхъестественным явлениям. Он любил повторять: «Настоящее чудо это то, что Господь приводит в Свою Церковь великих грешников. Посмотрите, кто здесь в обители собрался? Бывшие воры, блудники, проститутки, в общем — всякий сброд, мусор рода человеческого. И все служат и молятся Господу!» Но самое главное чудо для верующих, постоянно подчеркивал отец Зосима, — это Евхаристия и служба Божия, на которой она совершается. Сам он очень благоговейно относился к богослужению и ко всему, что связано с Церковью. Еще в «застойные» времена, когда трудно было что-либо достать, он ходил по комиссионкам, ездил в Мариуполь, куда моряки привозили товары из загранки, — искал парчу и другие ткани для священнических облачений, сам мотался в Москву за церковной утварью и книгами. Очень любил, чтобы в храме было все благолепно. А лично себе вещей никогда не покупал. Ходил в латанном-перелатанном подряснике и выношенном полушубке. Еще батюшка собирал разные православные святыни, а также старинную утварь, древние намоленные иконы, ветхие ризы, хоругви, книги… Одних только частичек мощей святых в монастыре больше сотни — почти во всех иконах они есть. Удалось отцу Зосиме найти даже иконы, принадлежавшие святым, в частности, богородичный образ «Трех радостей», принадлежавший самому царю-страстотерпцу Николаю II. Каким-то образом попала в монастырь шляпа праведного Иоанна Кронштадтского, которую в день его памяти надевают на голову всем участвовавшим в богослужении. Кстати, царственные страстотерпцы и праведный Иоанн входили в число самых любимых батюшкиных святых. А дневник кронштадтского пастыря «Моя жизнь во Христе» был его настольной книгой. Он даже старался ему подражать. Тоже мечтал построить возле монастыря Дом трудолюбия, с разными мастерскими — иконописными, златошвейными, кузнечными, резьбы по дереву… Близко знавшие его говорят, что отец Зосима был близок святому праведнику и по духу — был такой же радостный, веселый и неунывающий. Своей пастве во время проповедей батюшка тоже не уставал повторять: «Никогда не унывайте, не оскорбляйте милосердие Божье своим нытьем. Будьте радостными и светлыми! Молитесь Господу, но только не перемаливайтесь, не безумствуйте в молитвах — не впадайте в эту духовную прелесть, которая приводит к еще большему унынию и отчаянию». Ему молятся как святому Схиархимандрит оставил множество духовных заветов. Когда в последние годы поняли, что кончина старца уже близка, некоторые монахи и миряне стали записывать его длинные проповеди. А те, кто просто внимал его словам, то и дело поражались, что во время этих обращенных ко всем проповедей батюшка давал очень конкретные ответы на волнующие их, но не высказанные вслух вопросы. Старец как бы видел сокровенные мысли и чаяния каждого. Поэтому многие, чтобы лишний раз не докучать своими проблемами тяжелобольному батюшке, даже перестали рваться к нему на прием, ибо не сомневались, что он их все равно услышит и вразумит. Нередко во время этих проповедей отец Зосима обличал — как стоящих в храме, так и всех тех, кого считал врагами Церкви. Особенно доставалось от него, как он их называл, «националистам-бандеровцам, филаретовцам, автокефалистам, сектантам, экстрансенсам»… Бывало, ругал и нерадивых православных попов. Он вообще был очень прямолинейным, резал правду-матку, невзирая на лица. Поэтому, конечно, нажил себе немало недоброжелателей. Многие взгляды старца расценивали как «неполиткорректные», не вписывающиеся в современные политические реалии. Порой приезжающих в обитель коробили и некоторые его довольно соленые шутки и крепкие словечки. Понятное дело, как и у всех, недостатков и грехов у батюшки тоже хватало — един Господь без греха. Даже и у святых угодников их было много. А ведь отец Зосима не святой! Впрочем, как знать… Некоторые еще при жизни считали старца чуть ли не святым. А как только схиархимандрит отошел к Господу, то возле гроба стали молиться не как об умершем, а как уже прославленному угоднику Божьему. И сейчас монахи и паломники приходят к часовенке, в которой покоится старец, не только для того, чтобы помолиться об упокоении его души, а чтобы попросить у почившего помощи и совета. Как привыкли делать это при его жизни. Одни говорят, что батюшка является им во сне, другие просто ощущают его живую помощь. — Отец Зосима говорил, что на том свете он уже не будет болеть, и поэтому там ему останется только молиться за всех нас, — рассказывает Зинаида Ивановна Онопчук, председатель общества инвалидов Киевского района Донецка. — И не только те, кто знал старца, чувствуют эту его молитвенную помощь. Жаловалась мне недавно на жизнь одна измученная беспросветной нищенской жизнью многодетная мать. Я ей посоветовала обращаться к батюшке — как к живому. Он пожала плечами — дескать, как я буду к нему обращаться, если я его никогда не знала?! А через некоторое время звонит мне такая радостная и говорит: «Попробовала я по вашему совету помолиться старцу — и действительно ощутила, что он где-то рядом и поддерживает меня». Это не единственный пример того, как даже абсолютно незнакомые с отцом Зосимой люди находят у него благодатное утешение. А потому поток паломников, приезжавших в Никольское увидеть и услышать старца, не иссякает и после его кончины. Часовня с могилой батюшки стала новой святыней обители. Сергей Голоха Этот материал позаимствован с сайта http://www.ortodox.donbass.com/

Старец Зосима Тип: символ
Направление: нравственный монизм, мирология

Персонаж романа Федора Достоевского «Братья Карамазовы».

этимология

Персонаж романа Федора Достоевского «Братья Карамазовы».

воззрения

Воззрения и высказывания старца Зосимы фигурируют в богословском модернизме наряду с цитатами из Писания и Святых отцов.

«Человек необходимо вступает в должное взаимодействие с социальной средой, обнимающей все стороны его бытия. И в этом взаимодействии осуществляются те бесконечные возможности, которые заложены в его богозданной природе… «Каждый из нас,— говорит у Ф. М. Достоевского старец Зосима, — виноват за всех и за вся на земле несомненно, не только по общей мировой вине, а единолично… Сие сознание есть венец пути… всякого на земле человека. Тогда лишь умилилось бы сердце наше в любовь бесконечную, вселенскую, не знающую насыщения»».

— митр. Никодим (Ротов)

«Совесть и являет нам самую сущность зла и неправды как разделения, как вины перед другими. Достоевский устами старца Зосимы сказал: «Каждый перед всеми во всем виноват…»».

— о. Александр Шмеман

коллективный грех

«Всякий пред всеми за всех и за все виноват».

суд и наказание

Старец Зосима учит о наказании грешников, как о добровольно ими избранном или необходимом по их внутренним мотивам. Этому предшествует категорический запрет на всякий суд в отношении других: «Помни особенно, что не можешь ничьим судиею быти».

Грешник по смерти «видит и лоно Авраамово, и беседует с Авраамом, как в притче о богатом и Лазаре нам указано». По словам Зосимы, грешник «и рай созерцает, и ко Господу восходить может».

Федор Достоевский устами Зосимы отрицает возможность материальных мучений грешников с телом, настаивая лишь на духовных муках: «мучение сие не внешнее, а внутри их». «Не внешнее» — поскольку происходит, по его учению, не от Суда Божия, а от того, что ко Господу нельзя взойти нелюбившему. Достоевский допускает возможность для таких грешников спасение через покорность и смирение перед возлюбившими их праведниками.

Нескончаемость адских мук Зосима признает лишь добровольную, для «гордых и свирепых. Для тех ад уже добровольный и ненасытимый; те уже доброхотные мученики».

Впоследствии это учение о спасении станет одним из оснований нравственного монизма.

тождество блаженства и святости

Старец Зосима в черновиках Достоевского:

«Жизнь есть рай. Ключи у нас… Люби грехи! Воистину жизнь есть рай».

цитаты

«Многие думают, будто отец Зосима в «Братьях Карамазовых» Достоевского более или менее точно списан с отца Амвросия. Это ошибка. От. Зосима только наружным, физическим видом несколько напоминает от. Амвросия; — но ни по общим взглядам своим — (наприм(ер), на перерождение государства в Церковь!), ни по методе руководства, ни даже по манере говорить — мечтательный старец Достоевского на действительного Оптинского подвижника не похож. Да и вообще от. Зосима ни на какого из живших прежде и ныне существующих русских старцев не похож. Прежде всего все эти старцы наши вовсе не так слащавы и сентиментальны, как от. Зосима.

От. Зосима это воплощение идеалов и требований самого романиста, а не художественное воспроизведение живого образа из православно-русской действительности…».

— Константин Леонтьев

Сноски

Дух небытия – чёрт стоит рядом с атеистом Иваном Карамазовым; святой старец Зосима озаряет своим светом путь Алеши. Для изображения праведника Достоевский пользуется набросками к «Житию великого грешника», в которых уже была обозначена «величавая фигура» св. Тихона Задонского. Архиерей Тихон в «Бесах» и странник Макар Долгорукий в «Подростке» непосредственно связаны с образом духовного отца Алеши. Поездка в Оптину Пустынь и изучение истории русского «старчества» помогли автору художественно оформить «монастырские» эпизоды романа.

Изображение монастыря в «Братьях Карамазовых» необыкновенно точно передает внешний вид Оптиной Пустыни. Вот как описывает ее прот. С. Четвериков. «Обитель стоит над рекой. Белые монастырские здания и голубые главы церквей с золотыми крестами видны издалека на зеленом фоне сосен и елей. У самой дороги – столб с иконой Богоматери. Яблоновый сад, гостиница, между четырьмя храмами – кладбище. Неподалеку от монастыря, за леском – скит, в котором живет старец Амвросий. Его келья – небольшой домик, выходящий окнами в цветник. Деревянное крылечко, тесные сени, увешанные лубочными картинками. Из сеней – узкий коридорчик, разделяющий домик на две половины. Первая дверь направо ведет в небольшую зальцу, парадную приемную старца. В этой комнате весь передний угол заставлен иконами, перед которыми теплятся лампадки. Стена увешана портретами известных подвижников, видами монастырей и другими картинами духовного содержания. Мебель состоит из старенького дивана, нескольких столов и стульев. По другую сторону коридора находится собственная келья старца. Неподалеку – пруд и пчельник».

Житие преподобного Амвросия Оптинского. Фильм

В романе Достоевского посетители входят в монастырские ворота… Миусов рассеянно смотрит на могильные камни около церкви. Скит, где живет старец Зосима, находится в шагах четыреста от монастыря через лесок… Он весь усажен цветами. «Было множество редких и прекрасных осенних цветов, пишет автор, везде, где только можно было их насадить. Лелеяла их, видимо, опытная рука… Домик, в котором находилась келья старца, деревянный, одноэтажный, с галереей пред входом, был тоже обсажен цветами».

Приемная старца Зосимы почти с фотографической точностью воспроизводит «зальцу» отца Амвросия. Достоевский все заметил, все запомнил: «Кожаный красного дерева диванчик, очень старинной постройки», «у противоположной стены четыре стула красного дерева, обитых черною, сильно протертою кожей», «горшки цветов на окне», «в углу много икон, одна из них Богородицы огромного размера и писаная, вероятно, еще задолго до раскола. Перед ней теплилась лампадка. Около нее две другие иконы в сияющих ризах». На стенах «несколько заграничных гравюр», а подле них «листы самых простонародных русских литографий святых, мучеников, святителей и проч., продающихся за копейки на всех ярмарках. Было и несколько литографических портретов русских современных и прежних архиереев».

«Спаленка» старца Зосимы столь же бедна, как и «собственная келья» О. Амвросия. «Это была маленькая комната, пишет автор, с необходимой мебелью: кровать была узенькая, железная, а на ней вместо тюфяка, один только войлок. В уголку у икон стоял аналой, а на нем лежали крест и Евангелие».

С такой же кропотливой точностью описываются в романе покои игумена и развалившаяся келья отца Ферапонта. Достоевский придает огромное духовное значение самой незначительной «фактической» подробности. Его реализм преображает, но никогда не искажает действительность. Наружностью своей Зосима очень напоминает о. Амвросия. Знаменитый оптинский старец в последние годы жизни поражал своей хилостью и болезненностью. Худощавый, бледный, немного сгорбленный, он отличался, однако, неиссякаемой жизнерадостностью. У него была реденькая бородка и небольшие, живые, добрые и проницательные глаза. Писатель пользуется этими чертами для создания образа Зосимы «Это был невысокий, сгорбленный человек, с очень слабыми ногами, пишет он, всего только шестидесяти пяти лет, но казавшийся от болезни гораздо старше, по крайней мере, лет на десять. Все лицо его, впрочем, очень сухенькое, было усеяно мелкими морщинками и особенно было много их около глаз. Глаза же были небольшие, из светлых, быстрые и блестящие, вроде как бы две блестящие точки. Седенькие волосики сохранились на висках, бородка была крошечная и реденькая, клином, а губы, часто усмехавшиеся – тоненькие, как две бичевочки… Нос не то, чтобы длинный, а востренький, точно у птички.

Внешне старец Зосима похож на о. Амвросия, внутренне он связан со св. Тихоном Задонским, которого Достоевский еще в шестидесятые годы «с восторгом принял в свое сердце».

Святитель Тихон Задонский. Любить, смиряться и прощать. Фильм

Житие воронежского святителя служит писателю матерьялом для жизнеописания старца. Любовь Зосимы к юному послушнику отражает привязанность св. Тихона к сыну помещика Бехтеева – Никандру. Тот бежит из дому в монастырь и в ту же ночь Святитель по вдохновению выходит к нему навстречу на берег Дона. Никандр 18-ти лет становится послушником и три года живет в келье Тихона.

Зосима посылает Алешу в мир; в житии Тихона мы читаем: «Василий Иванович Чеботарев, с переездом святителя Тихона в Задонск, поступил к нему келейником, но умер в Ельце мирянином, т. к. святитель почему-то не благословил его оставаться в монастыре». Митрополит Евгений сообщает, что Св. Тихон «часто приезжал к друзьям своим незваный и обыкновенно в такие для них случаи, когда его присутствие бывало для них по обстоятельствам очень нужно… сие случалось наипаче при раздорах семейств, при разделе наследств, при расстройстве детей и тому подобном». Возможно, что эти биографические данные внушили Достоевскому мысль о семейном собрании Карамазовых в келье старца Зосимы. У Тихона в монастыре были враги (у Зосимы – Ферапонт); его осуждали праздные любопытные (вроде госпожи Хохлаковой); он любил беседовать с простолюдинами. «Выйдет, бывало, на крыльцо или рундук келейный, посадит их около себя и разговаривает то о состоянии их жизни, а с престарелыми мужиками о прошедших временах». Так же и старец Зосима выходит на галерейку и беседует с «верующими бабами».

Писатель усердно читал религиозно-нравственное произведение св. Тихона, озаглавленное: «Сокровище духовное от мира собираемое» и подражал его слогу в своем «Житии в Бозе представившагося иеромонаха старца Зосимы». «Беседы и поучения» духовного отца Алеши выдержаны в религиозно-сентиментальном стиле XVIII века; архаизмы и церковнославянизмы сочетаются в них с ласкательно-уменьшительными именами. Автор художественно воспроизводит дидактически-повествовательный слог эпохи с ее культом «сердечности», слез радости и умиления, дружбы и благой природы. Вот как пишет св. Тихон «о любви к ближнему».

«Без любви нет нигде радости и утехи; где любовь, там всегдашний духовный мир и ликование. Любовью связанным душам и в темнице сидеть приятно, слезы друг о друге проливать сладостно; без любви и красные чертоги не разнствуют от темницы. Любовью домы, грады, государства стоят, без любви падают… О, блаженно то общество, тот град, тот дом, в котором взаимная процветает любовь! Раю земному, радости и сладости исполненному, подобно место, в котором любовь, как древо, сладкими плодами обилующее, пребывает. О, любы, любы, неоценненное сокровище любы! Всех благ мати, любы!»

Достоевского поразило вдохновенное учение св. Тихона о христианской любви и радостное приятие Божьего мира. Святитель чувствовал присутствие Творца в творениях и часто погружался в любовное созерцание природы. Летом он ежедневно гулял, ездил на тележке по лесу, косил траву для своей лошадки. Старец Зосима тоже учит, что любовь сердечная превращает мир в рай, что красота природы возвещает славу Творца.

Св. Тихон почитал в человеке образ Божий и верил в восстановление его в самом последнем грешнике. Он говорил, что вселенная постепенно приближается к Богу, что Христос уже одержал победу над смертью. «Сокровище духовное» полно радостного ожидания всеобщего воскресения.

Достоевский антрополог запомнил учение святителя о достоинстве человеческой личности. «Познавай, христианин, писал св. Тихон, благородие, честь, достоинство и преимущество души человеческой. Почтил Он нас в создании нашем, когда нас по образу своему и по подобию сотворил; но больше почтил, когда к нам, падшим и погибшим, Сам в образе нашем пришел и пострадал и умер за нас. Так дорого душу человеческую поставил Господь».

Алеша видит воскресшего Зосиму, пирующего на браке в Кане Галилейской; после этого видения он повергается на землю и переживает космический экстаз. Можно предположить, что идея этой сцены возникла у Достоевского при чтении записок о св. Тихоне его келейников В. Чеботарева и И. Ефимова. Первый из них передает следующий рассказ святителя:

«В месяце Мае ночь была весьма приятная, тихая, светлая; я вышел из кельи на крыльцо, которое на северную сторону было, и стоючи размышлял о вечном блаженстве. Вдруг небеса разверзлись и там такое сияние и светлость, что бренным моим языком сказать и умом понять никак не возможно; но только сие было кратко и небеса в своем виде стали, а я от такого чудного явления более горячее желание возымел к уединенной жизни». И. Ефимов дополняет: «И еще-де видение видел тот же друг: привели его к хрустальным и красоты предивной палатам и видел в оных столы убранные, пирующих и пение и лики, хоть и не уразумел стихов. «Хорошо ли? вопросили его. И отвещал: «Зело хорошо. – Пойди и заслуживай, был ему ответ».

Из безыскусных и простодушных записок келейников, Достоевский творит свою «Кану Галилейскую».

Но старец Зосима – не портрет Тихона Задонского. Писатель свободно перерабатывает житейный матерьял и создает новый тип святости, отличный и от «религии сердца» XVIII века и от старчества Оптинской Пустыни. Зосима – не представитель русского исторического монашества; он обращен к будущему, как провозвестник нового духовного сознания русского народа. В его религиозности – восторженное чувство божественности мира и богоподобия человека; он видит мистическое единство космоса и осиянность его Святым Духом (Красотой); отсюда его учение о том, что «все за всех виноваты». Старец живет в свете грядущего воскресения, верит что творение свободно вернется к Творцу и. Бог будет «всяческая и во всех». Вера его чужда догматизму; учение о человеке и о мире преобладает над учением о Боге; он говорит мало о церкви и ничего о мистическом сердце ее – евхаристии.

Старец Зосима. Иллюстрация И. Глазунова к роману Достоевского

Сокровищница православия неисчерпаема: Зосима не охватывает своим духовным взором всего ее богатства: он берет из нее только несколько жемчужин, но в руках его они загораются новым блеском.

В уста своего старца Достоевский влагает определение сущности религиозного чувства: слова эти принадлежат к величайшим человеческим словам.

«Бог взял семена из миров иных и посеял на сей земле и возрастил сад свой, и взошло все, что могло взойти, но взращенное живет и живо лишь чувством соприкосновения своего таинственным мирам иным; если ослабевает или уничтожается в тебе сие чувство, то умирает и взращенное в тебе».

Зосима учит о восхождении души к Богу. Ступени этой духовной «лествицы»: страдание, смирение, всеответственность, любовь, умиление, радость; вершина ее – экстаз. «Землю целуй и неустанно, ненасытимо люби, всех люби, все люби, ищи восторга и исступления сего. Омочи землю слезами радости твоея и люби сии слезы твои.

Исступления же сего не стыдись, дорожи им, ибо есть дар Божий великий, да и немногим дается, а избранным».

Достоевский воплощает в умилительном образе старца Зосимы свое экстатическое мироощущение.

Протоиерей С. Четвериков. Оптина Пустынь. Исторические очерки и личные воспоминания. Имка-пресс, Париж.

Р. Плетнев. Сердцем мудрые (О «старцах» у Достоевского). 2-ой «сборник о Достоевском под редакцией А. А. Бема. Прага. 1933.

Читайте также статьи: «Братья Карамазовы» – анализ, «Братья Карамазовы» – содержание по книгам, Федор Павлович Карамазов – характеристика, Образ Дмитрия Карамазова, Образ Ивана Карамазова, «Легенда о Великом Инквизиторе» – полный текст, «Легенда о Великом Инквизиторе» – краткое содержание, «Легенда о Великом Инквизиторе» – анализ, Иван Карамазов о Боге и слезе ребёнка, Иван Карамазов и чёрт — анализ сцены, Образ и характеристика Смердякова, Образ Алеши Карамазова.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *