Царствия божия не наследуют

Глава шестая

1Кор.6:1. Как смеет кто у вас, имея дело с другим, судиться у нечестивых, а не у святых?

Многие судились в денежных тяжбах пред эллинскими судьями, как законоведцами. Поэтому старается исправить это зло, которое представилось уму его случайно. Ибо, упомянув о любостяжателях, вдруг воскипел ревностной заботливостью о зараженных таковым грехом. И смотри, какое негодование показывает с самого начала, называя это дело дерзостью и беззаконием. Не сказал: у неверных, но: «у нечестивых»; ибо всякий тяжущийся обыкновенно ищет справедливости, поэтому апостол показывает, что они не найдут ее, потому что неправедны, говорит, судьи эллинские, как же они тебя будут судить справедливо? Святыми называет верных, самыми наименованиями показывая различие между первыми и последними; ибо одни нечестивы, а другие святы.

1Кор.6:2. Разве не знаете, что святые будут судить ( κρινοΰσι ) мир?

Поскольку верные, как люди неученые, казались неспособными разбирать тяжбы, то сообщает им вес и важность: во-первых, назвал их святыми, потом сказал, что они будут судить мир. Не так, впрочем, это должно представлять, будто они займут места судей и будут произносить приговоры (судить будет Господь); нет, они только осудят ( κατακρινοΰσιν ). В самом деле, если они, будучи подобны всем прочим, оказались уверовавшими, а эти не уверовавшими, то не осуждение ли это для неверных?

1Кор.6:2. Если же вами будет судим мир, то неужели вы недостойны судить маловажные дела ?

Смотри, не сказал: от вас суд приимет, а «вами будет судим» ; потому что вы, уверовавшие, были примером для мира. Изречение «недостойны судить маловажные дела» имеет такой смысл: кажется, коринфяне стыдились быть судимыми от внутренних; посему говорит: напротив, стыдно вам тогда, когда вы судитесь у внешних; ибо эти судилища худые, а не такие, каковы внутренние.

1Кор.6:3. Разве не знаете, что мы будем судить ангелов, не тем ли более дела житейские?

Ангелами называет бесов. Итак, мы и бесов осудим, если, несмотря на то, что облечены плотью, окажемся совершеннее их, не имеющих плоти.

1Кор.6:4–5. А вы, когда имеете житейские тяжбы, поставляете своими судьями ничего не значащих в церкви. К стыду вашему говорю: неужели нет между вами ни одного разумного, который мог бы рассудить между братьями своими? ( ανά μέσον του αδελφού αυτού )

Желая отклонить их от внешних судилищ, говорит: может быть, кто-либо скажет, что в Церкви нет никого мудрого, который мог бы разбирать тяжбы. Но если, по вашему мнению, нет в Церкви ни одного мудрого, то лучше поставляйте судьями уничиженных, нежели неверных. Впрочем, я сказал это к вашему стыду, если в самом деле так мало мудрых у вас, что суд производить должны люди простые и необразованные. Слова «между братьями своими» присовокупил для того, чтобы показать, что в таком случае, если бывает тяжба с братом, не нужны многоразличные сведения, потому что братское расположение всего более содействует к прекращению спора.

1Кор.6:6. Но брат с братом судится, и притом перед неверными.

Сугубое зло: одно – то, что он производится с братом, другое – то, что он производится пред неверными.

1Кор.6:7. И то уже весьма унизительно для вас, что вы имеете тяжбы между собою.

Прежде запрещал судиться у неверных, а теперь запрещает и самый суд, говоря: «и то уже весьма унизительно для вас» , то есть предосудительно и постыдно, «что вы имеете тяжбы» , то есть спорные дела, друг с другом (это значат слова «между собой» ). Апостол сказал это с особенной выразительностью, ибо мы, христиане, должны почитать друг друга братьями.

1Кор.6:7–8. Для чего бы вам лучше не оставаться обиженными? для чего бы вам лучше не терпеть лишения? Но вы сами обижаете и отнимаете, и притом у братьев.

Много обвинений. Первое то, что они не умеют переносить обид; второе то, что, напротив, сами обижают; третье то, что обижают братьев. Хорошо было бы, говорит, и не обижать, и не терпеть обид; но если следует избрать одного из двух, то лучше терпеть обиды.

1Кор.6:9. Или не знаете, что неправедные Царства Божия не наследуют?

Заключает увещание угрозой, усиливая речь и спрашивая их о предмете, известном всем.

1Кор.6:9. Не обманывайтесь.

Здесь намекает на тех из коринфян, которые говорили, что Бог человеколюбив и не будет наказывать, но введет в Царство. Посему говорит: «не обманывайтесь» : ибо и в самом деле явное самообольщение и заблуждение здесь ожидать всяких благ, а там подвергнуться казни.

1Кор.6:9. Ни блудники.

Того, кто уже осужден, ставит на первом месте.

1Кор.6:9. Ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии.

Малакиями называет тех, над которыми совершают постыдное, а потом перечисляет и совершающих постыдное.

1Кор.6:9–10. Ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют.

Многие спрашивают, почему поставил пьяниц и злоречивых наряду с идолослужителями и с теми, которые совершают непотребные дела? Потому, что и Христос признал повинным геенне того, кто скажет брату своему: «безумный» (Мф.5:22), и потому опять, что иудеи от пьянства дошли до идолослужения. Далее, теперь идет речь не о наказании, но о лишении Царствия; Царствия же лишаются равно все таковые грешники, а будет ли различие в их наказаниях, об этом рассуждать здесь не место.

1Кор.6:11. И такими были некоторые из вас; но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего.

Размыслите, говорит, от каких зол освободил вас и какие блага даровал вам Бог. И вы подвержены были всем выше исчисленным порокам, но Он очистил вас от них, и не только очистил, но и освятил. Каким образом? Оправдав вас; сначала омыл вас, потом, оправдав, освятил, не именем того или другого учителя, но именем Христа и Святым Духом. То есть Троица даровала вам эти блага; ибо сказав, что Бог освятил именем Христа и Святым Духом, выражает не другое что-нибудь, но именно Троицу.

1Кор.6:12. Все мне позволительно, но не все полезно.

Так как и прежде говорил о соблудившем и скоро опять будет говорить о нем же, то вводит речь и о чревоугодии: ибо от чревоугодия преимущественно происходит страсть блудодеяния. Итак, говорит: позволено мне есть и пить, но вредно для меня принимать пищу и питие не в меру.

1Кор.6:12. Все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною.

Я, говорит, господин над пищей и питием; но если буду употреблять их не в меру, то из господина сделаюсь их рабом. Ибо кто пользуется ими как должно, тот господин над ними; напротив, кто впадает в неумеренность, тот уже не господин, а раб их, потому что в этом случае пресыщение делается его тираном. Видишь ли, как того, кто почитал себя властелином, апостол показал подвластным? Смотри: каждый из коринфян говорил: мне можно предаться наслаждениям; а апостол говорит: ты предаешься им не потому, чтобы имел власть над ними, а потому, что сам подлежишь их власти. Ибо доколе остаешься невоздержанным, не ты имеешь власть над чревом, но чрево над тобой.

1Кор.6:13. Пища для чрева, и чрево для пищи.

Чревом называет чревоугодие, а не член нашего тела; пищей же – неумеренное употребление пищи. Итак, смысл слов такой: неумеренное употребление пищи находится в дружбе и родстве с чревоугодием, и наоборот. И то и другое не может привести нас к Христу, напротив, преданных себе пересылают взаимно одно к другому, – неумеренность к чревоугодию, а чревоугодие к неумеренности.

1Кор.6:13. Но Бог уничтожит и то и другое.

Не чрево, но чревоугодие, и не пищу, но неумеренность в пище. В слове «уничтожит» некоторые видят предсказание о состоянии будущего века, то есть что там не будет нужды ни в пище, ни в питии. Если же там и умеренное употребление пищи не будет иметь места, то тем паче упраздняет неумеренность и чревоугодие. Сказав, что вместе с упразднением пищи упразднится и чрево, выразил ту мысль, что вместе с насыщением прекращается желание большего. По словам же других, он запечатлел свое увещание молитвой о том, чтобы упразднились, то есть прекратились, и неумеренность и чревоугодие.

1Кор.6:13. Тело же не для блуда, но для Господа, и Господь для тела.

Из этих слов видно, что апостол говорит о чревоугодии по поводу речи о блуде. Ибо следовало бы сказать так: тело же не для брашен и не для чрева. Но он не так сказал, а как? «не для блуда» , показывая, что бывает следствием телесных наслаждений, именно – блуд. А смысл слов его такой: тело, говорит, не для того создано, чтобы утопать в наслаждениях и впадать в блуд, но для того, чтобы повиновалось Христу, как главе своей, а Господь управлял им, как глава.

1Кор.6:14. Бог воскресил Господа, воскресит и нас силою Своею.

Не смутись, услышав, что Бог воздвиг Господа; ибо апостол говорит так, снисходя к ним, как младенцам. И поскольку об Отце, как источнике, все единодушно имели самые высокие понятия; то и воскресение относит апостол к Отцу, и объявляет, что и нас Он воскресит. Ибо как Он воздвиг главу нашу, разумею Христа, так воздвигнет и прочие части тела, то есть нас. Далее, в подтверждение своих слов присовокупил: «силою Своею» , как бы так говоря: не усомнитесь в том, что говорю, ибо сила Божия, совершающая великие дела, исполнит и это. А что воскресение Христа относит к Отцу, как виновнику, это видно из того, что говорил Господь о Самом Себе: «разрушьте храм сей, и в три дня воздвигну его» (Ин.2:19). И еще о Нем же написано, что Он явил Себя живым (Деян.1:3). Итак, хотя Он и Сам воскресил Себя, но это дело приписывается Отцу как виновнику.

1Кор.6:15. Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы?

Опять обращается к прежде предложенному увещанию относительно блуда. Между тем, вооружает слово свое великими ужасами.

1Кор.6:15. Итак отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы?

Не сказал: соединить с блудницей, но, что, ужаснее, «сделать членами блудницы» . В самом деле, кто не ужаснется, слыша эти слова, то есть отторгнуть члены у Христа и сделать их членами блудницы?

1Кор.6:15–16. Да не будет! Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею ? ибо сказано: два будут одна плоть.

Показывает сказанное, то есть каким образом члены Христовы делаются членами блудницы. Чрез сообщение, говорит, мужчина делается едино с блудницею; потому и члены его, которые были членами Христовыми, становятся членами блудницы.

1Кор.6:17. А соединяющийся с Господом есть один дух с Господом.

Смотри, как и самыми наименованиями блудницы и Христа продолжает и усиливает обвинение. Говорит, что «соединяющийся с Господом» делается не иным чем, как «духом» , так как не совершает ничего плотского, то есть становится духовным. Ибо единение с Господом подает ему освящение Духа. Показал в этих словах и то, каким образом верные делаются членами Христовыми.

1Кор.6:18. Бегайте блуда.

Предписывает бегать блуда, как некоего гонителя, от которого мы ни на одну минуту не можем быть безопасными, и напрягать все силы к тому, чтобы удерживаться от оного.

1Кор.6:18. Всякий грех, какой делает человек, есть вне тела, а блудник грешит против собственного тела.

Блуд, говорит, оскверняет все тело, поэтому-то соблудившие обыкновенно и в бани ходят, свидетельствуя тем, что тело их осквернено. Итак, блудник грешит против самого тела, оскверняя и грязня оное. Хотя и убийство, кажется, телом же совершается, однако оно оскверняет не все тело; ибо можно бросить или камнем, или деревом, или другим каким-либо веществом, но сделать блуд без тела невозможно: поэтому оно всегда оскверняется. Впрочем, у апостола было намерение представить тяжесть этого греха в увеличенном виде, так как его касается настоящее увещание; ибо блуд отнюдь не есть порок, худший всех прочих пороков. Знаю и другие решения по этому предмету. Таково следующее решение: блудник грешит против собственного тела в том отношении, что смешивается не по желанию произвести детей, как при совокуплении с законной женой, но напрасно портит его излиянием семени и тем обессиливает его. Другое решение: блудник грешит против женщины, с которой смешивается, так как она становится чрез это его телом, почему если смешивается с нею незаконно, то грешит против нее. Впрочем, решение великого Иоанна Златоуста лучше всех: разумею – первое решение. Далее, некоторые, изъявляя сомнение, спрашивают: что же? зависть разве не сушит тела? и разрешают опять этот вопрос так: зависть есть страсть, а не действие. Апостол же говорит теперь о действии (ибо вот его слова: » всякий грех, какой делает человек» ), а не о страсти. В самом деле, зависть не производится нами, но бывает в нас.

1Кор.6:19. Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа, Которого имеете вы от Бога?

Устрашает еще более, – и величием дара, то есть Духа, и достоинством сообщившего дар, то есть Бога. Вы, говорит, храм, и притом святой: ибо вы – храм Святого Духа. Не оскверняйте же святого храма и не делайте бесполезным дара Божия; ибо от Бога имеете дар и Духа.

1Кор.6:19–20. И вы не свои. Ибо вы куплены дорогою ценою.

Вы, говорит, под Владыкой и ничего не имеете своего, само тело не ваше. «Ибо вы куплены дорогою ценою» , то есть Кровию Христовой. Посему члены ваши подлежат другому Владыке, и на что Ему угодно, на то и должно обращать их деятельность. Говоря это, не уничтожает свободного произволения, но показывает, что Бог, Которым мы искуплены, по праву требует от нас служения Себе.

1Кор.6:20. Посему прославляйте Бога и в телах ваших.

Итак, поскольку вы куплены, говорит, то прославьте Бога в теле вашем, то есть совершая телом добрые дела и соблюдая его святым и чистым. Ибо прославление Бога состоит в том, когда люди видят ваши добрые дела и вследствие того прославляют Его.

1Кор.6:20. И в душах ваших.

Показывает, что не телом только должно избегать блуда, но и душой, так, чтобы и мысленно не оскверняться (ибо душой назвал мысль). В Евангелии (Мф.5:2) запрещено и то прелюбодеяние, которое остается только в сердце.

1Кор.6:20. Которые суть Божии.

Непрестанно напоминает, что мы не принадлежим самим себе, а находимся под владычеством Бога, Который искупил и душу и тело наше.

Читаем Апостол. 28 февраля. Все мне позволительно, но не все полезно

Аудио

Святой Церковью читается Первое послание к Коринфянам. Глава 6, ст. 12–20.

12. Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною.

13. Пища для чрева, и чрево для пищи; но Бог уничтожит и то и другое. Тело же не для блуда, но для Господа, и Господь для тела.

14. Бог воскресил Господа, воскресит и нас силою Своею.

15. Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет!

16. Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею? ибо сказано: два будут одна плоть.

17. А соединяющийся с Господом есть один дух с Господом.

18. Бегайте блуда; всякий грех, какой делает человек, есть вне тела, а блудник грешит против собственного тела.

19. Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои?

20. Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии.

(1 Кор. 6, 12 – 20)

Мы достаточно давно не читали Послания апостола Павла, и это одно из самых ранних, самых интересных, наполненных парадоксами и спорами с воображаемыми собеседниками. В этом отрывке мы в частности и видим такой диалог с воображаемым собеседником, этот литературный прием называется «диатриба». Очень важно понимать, что это именно воображаемый собеседник, потому что мысли, которые апостол озвучивает в качестве мыслей своих оппонентов, ни в коем случае нельзя приписать самому Павлу. В данном синодальном переводе это никак не выделено, а в новых переводах такие места текста стараются оформить в виде диалога и беря определенные слова в кавычки, чтобы было понятно, что Павел имеет в виду слова каких-то собеседников.

В 12-м стихе, с которого начинается сегодняшний отрывок, мы как раз и видим прием диатрибы: Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною. Мы помним, что в церкви, находившейся в Коринфе, городе довольно распущенных нравов, была целая группа христиан, не совсем правильно понимавших свободу во Христе. По-латински «свобода» звучит как «либертас», и в библеистике этих христиан принято называть либертинистами. Они полагали, что во Христе Иисусе позволительно делать все. Раз Христос освободил людей, то можно все и нет ничего запрещенного. Их лозунг так и звучал: «Все мне позволительно». Коротко, ясно, конкретно. Этот лозунг и звучит в 12-м стихе, причем дважды.

Апостол Павел понимал опасность такого подхода к вседозволенности. Конечно, он сам учил, что Христос освободил нас от рабства греху, смерти и даже от рабства тому же закону. Мы много говорили об этом и еще будем говорить при чтении Послания к Римлянам. Но это не означало, что жизнь и стяжание свободы во Христе должны приводить человека к полной вседозволенности, анархии. Поэтому в этой дискуссии Павлу было важно не противоречить самому себе: поскольку он сам говорит о свободе во Христе, то не должен перечеркнуть эту свободу. Мы помним, что в Послании к Галатам Павел настойчиво говорит христианам Галатии: «Вы призваны к свободе и не приклоняйтесь больше под ярмо рабства». Это была принципиальная позиция Павла. Поэтому говорить нечто другое он не мог, но ему надо было каким-то образом вступить в дискуссию, чтобы увещевать либертинистов. И в конце концов мы получаем диалог с короткими тезисами с одной и второй стороны в начале, когда коринфские либертинисты заявляют: Все мне позволительно, а апостол Павел отвечает: но не все полезно. Они повторяют: Все мне позволительно, а Павел уточняет: но ничто не должно обладать мною.

Далее, в 13-м стихе и ниже, мы можем найти еще примеры диатриб, диалогов с воображаемым собеседником, но за недостатком времени не успеем подробно поговорить обо всех. Поэтому сегодня остановимся на 12-м стихе и постараемся понять его, а об остальных мыслях этого отрывка, может быть, поговорим в другой раз.

Все мне позволительно, но не все полезно. Посмотрим, каким путем идет апостол Павел. Поскольку он сам не раз говорил в своих Посланиях, что во Христе даруется свобода, то не может противоречить коринфянам напрямую. Если бы Павел хотел на корню зарубить их позицию, то ответил бы: «Нет, не все мне позволительно, есть что-то, что запрещено». Но он понимает, что так ответить нельзя, поскольку это будет явным противоречием самому себе. Поэтому он заходит с другого конца, соглашается принципиально: «Да, все позволительно, но не все полезно». Либертинисты вновь говорят: «Так ведь все позволительно», и снова Павел подтверждает: «Да, позволительно, но ничто не должно обладать мною».

Посмотрите, дорогие братья и сестры, как разворачивает дискуссию апостол Павел: он действительно соглашается, что во Христе Иисусе мы вышли из сугубо законнического миропонимания, вышли из давления буквы закона, но это ни в коем случае не означает, что христиане должны поступать вседозволенно, что они не должны руководствоваться чем-то в своей жизни. Христианин призван всегда руководствоваться принципом любви: все должно быть пронизано любовью. И, конечно же, в жизни есть много вещей, которые противоречат принципу любви, которые не созидают и не полезны как для самого человека, так и для окружающих. Мало того, есть вещи, впадая в привязанность к которым, мы попадаем к ним в рабство. Об этом мы говорили недавно, читая соборное Послание апостола Петра: «Если ты к чему-то привяжешься, то будешь тому рабом. И если что-то будет обладать тобой, человек, то о какой свободе может идти речь?» – здесь круг замыкается. Да, все позволительно, но не все полезно. Да все позволительно, но ничто не должно обладать мной. Если ты будешь делать все, что угодно, то можешь попасть в ситуацию, когда что-то будет обладать тобою, и значит, уже не может быть речи ни о какой свободе. Вот как тонко, глубоко смог построить свои доводы апостол Павел. При этом мы видим, что он не погрешил против самого себя, против истины христианской проповеди, не отозвал коринфян обратно в ветхозаветное миропонимание. Даже почувствовав опасность, что коринфяне сейчас могут утвердиться в этой вседозволенности, не стал вновь ставить их в законническое состояние, говоря: «Это нельзя и то нельзя, а вот это можно». Нет, Павел не спустился на такой уровень дискуссии, он остался на уровне христианской свободы, христианской истины, но при этом просто подвел коринфян к пониманию того, что если они будут пользоваться свободой, совершенно не соразмеряя ее с принципом любви, то в конце концов станут рабами чего-то и тогда наступит конец их свободе.

Напоминаю о необходимости для нас с вами ежедневно читать слово Божие, потому что в нем заключена великая отрада, утешение и наставление. Храни вас всех Господь!

Иерей Михаил Ромадов

«…Злоречивые… Царства Божия не наследуют»

О СКВЕРНОСЛОВИИ

«Скверна — мерзость, гадость, пакость, все гнусное, противное, отвратительное».
В. Даль

Печально и неприятно сквернословие как всякий грех, но особенно печально то, что по своей обыденности и распространенности многими за грех и не считается. Слово — звук, живущий доли секунды и пропадающий в пространстве, почти нематериальное понятие. Однако Священное Писание предупреждает:»…злоречивые… Царства Божия не наследуют» (1 Кор. 6; 10)

Слово — это дар Божий, то, что уподобляет человека Создателю. Самого Спасителя мы называем Божественным Словом. Одним творческим словом Господь создал наш прекрасный мир, вселенную. Словом Господь сотворил землю, небеса, людей, животных. И словом мы, любимое создание Божие, пытаемся оскорбить все творение Божие. А Писание говорит: «Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе…». (Еф. 4; 29)
Но нечистые, матерные слова произносит не только невоспитанный или раздраженный вином и ссорой человек, но и вполне порядочный, образованный. Зачастую даже женские и детские уста оскверняются гнилыми словами. Есть тропическое растение — стапелия, цветы его — само совершенство формы и цвета. Но невероятно! От ярко-оранжевых светящихся лепестков исходит запах гниющего, разлагающегося мяса. Когда сталкиваешься с матерной бранью, всегда вспоминай оранжерею, нежные восковые лепестки и страшное зловоние над ними. Не случайно Господь называет эти слова «гнилыми». Блудные грехи смердят перед Богом. А сквернословие по своей тематике относится к блуду и тоже смердит вонючим, гнилым запахом.
И вся эта вонь поднимается к Богу, и Он этот запах вдыхает. Разве не должно быть нам стыдно и горько за матерные слова?
Видимо, не все понимают, какая беда для общества, да и для каждого из нас кроется в скверной брани. Мистические корни этого явления уходят в далекую языческую древность. Люди дохристианской эпохи, чтобы оградить свою жизнь от злобных нападок демонического мира, вступали с ним в контакт. Демона либо ублажали, превознося его и принося ему жертвы, либо пугали его. Так вот, пугали демона именно скверной бранью, демонстрацией сквернос¬ловия. Подобное можно наблюдать в начале драки. Когда противники, делая свирепую гримасу, кричат друг другу о своей жестокости, о своей гневливой невменяемости, о готовности совершить тот или иной гнусный поступок. То есть придают себе более скверности, чем есть на самом деле, для страха или от страха. Так они призывали демона матерными словами, демонстрируя свою одержимость, свою готовность к единению с ним.
Так называемый мат являлся языком общения с демоническими силами, таковым он остался и до нашего времени. Не случайно в филологии это явление именуется инфернальной лексикой. Инфернальный лексикон значит адский, из преисподней, а это исключительно — силы зла. Единственная цель демонов — погубить человека, завладеть его душой. Демон может завла¬деть только нераскаявшимся человеком-грешником, который не осознает свой грех. И если человек сквернословит, он сам вершит себе приговор и отдает себя в руки диавола, «ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься». (Мф. 12; 37)
В медицинской практике известны случаи, что при параличе, при полной потере речи, когда человек не может выговорить ни «да», ни «нет», он может, тем не менее, совершенно свободно произносить целые выражения, состоящие из непечатной брани. Явление странное, но не единичное. Получается, что так называемый мат проходит по совершенно иным нервным цепочкам, чем остальная речь. Не бес ли, используя греховный навык человека, оказывает ему такое «благодеяние», демонстрируя свою власть над частично омертвелым телом? А после смерти власть демона над душой станет полной и окончательной.
Сквернослов не только отдает свою душу во власть бесов, он еще влияет на состояние души окружающих его людей. Злоречие ожесточает его, он не щадит ни стыдливости женщин, ни детской чистоты. А ведь любая информация преобразует, изменяет сознание. Как же может преобразовать сознание скверная брань? Раз услышанное слово живет в нас до конца жизни. Разрушая юношескую стыдливость и возбуждая нечистые пожелания, сквернословие мостит дорогу к разврату. Целомудрие и чистота не смогут ужиться со скверными словами. Дети, не довольствуясь отвлеченными звуками, обязательно будут стремиться узнать значение хоть раз услышанного слова. Растление «малых сих» лежит на совести сквернослова, и «…горе тому человеку, через которого соблазн приходит».(Мф.18; 7)

Просмотры (1357)

Толкования Священного Писания

Ст. 9-10 Или не весте, яко неправедницы царствия Божия не наследят? Не лстите себе: ни блудницы, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни сквернители, ни малакии, ни мужеложницы, ни лихоимцы, ни татие, ни пияницы, ни досадители, ни хищницы царствия Божия не наследят

Слова: или не весте, яко неправедницы царствия Божия не наследят, относятся к предыдущему,– к убеждению, чтоб воздерживались от обид готовые обижать, и чтоб, таким образом, не было подаваемо повода к тяжбам. Обиды, или неправды, в житейских делах, подающие повод к тяжбам, на вид могут казаться и не так важными; но как они исходят от неуважения к правде, или разлюбления правды, и тем обличают покривление совести и испорченность сердца, то, как бы ни был маловажен предмет их, они делают их нечистыми и в царствие Божие негожими; ибо туда не войдет ничто нечистое. Кончив это, Апостол обращается к обличению греховной и страстной жизни вообще.

Не льстите себе,– не заблуждайтесь, не обманывайтесь, не льстите себя пустыми надеждами, будто грех ничего. «Здесь Апостол разумеет некоторых, говоривших, как и ныне многие говорят: Бог человеколюбив и благ, Он не мстит за преступления, нам нечего бояться, Он никогда не накажет ни за какой грех. Посему и говорит: не льстите себе. Ибо крайнее обольщение и заблуждение – надеясь приятного, получить противное и думать о Боге так, как не думают и о человеке. Потому пророк говорит от лица Божия: вознепщевал еси беззаконие, яко буду тебе подобен: обличу тя и представлю пред лицем твоим грехи твоя (Пс. 49, 21)» (святой Златоуст). Как ни нелепы такие мысли, однако ж все грешники всегда их держат. Враг уж так набивает им в голову. Только, когда, по милости Божией, начнут каяться, сознают, что были в обмане, и ясно видят, что у Бога милость милостью, а правда правдою. Благ Он беспредельно; но и праведен не меньше. Потому страха Его да убоимся.

Раскрывши грешникам глаза, закрытые лестию, Апостол теперь перечисляет их по родам, подобно тому, как делал выше, когда изгонял их из общества христианского (5, 10–11). И тех всех снова поминает, и прибавляет новых, не то позволяя предполагать, что, кроме этих, другим грешникам дверь в царствие будет открыта, а то давая разуметь, что, подобно этим, и всем другим нарушителям заповедей входа туда не будет.

Ни блудники: безженные, с безмужными блудницами предающиеся любострастию; ни идолослужители, которые, позволяя себе вкушать идоложертвенное, впадают там и в другие непотребства, с тем соединенные; ни прелюбодеи, которые нарушают верность супружеского ложа; ни сквернители,– в подлиннике нет сего слова: полагать надо, что оно прибавлено к непонятному следующему: малакии,– так чтобы читать: ни сквернители – малакии, под коими кажется надо разуметь тех, кои сами себя сквернят блудными сластьми, или рукоблудников; ни мужеложники, когда мужчина мужчину имеет вместо женщины для удовлетворения блудной похоти; ни лихоимцы, жадные до имения, чтоб все больше и больше иметь, не разбирая средств, как то: непомерный рост, обман в торговле, разные хитрости в оборотах; к ним же причисляются и скупцы, которые, имея много, и сами тем не пользуются, как должно, ни с другими нуждающимися не делятся; ни татие– воры, окрадывающие дома, лавки, церкви, тайно, прикрываясь большею частию ночною темнотою; ни пияницы, не те только, которые всегда пьяны, или пьют запоем, но и те, которые вообще любят пьянственное веселье, в каком бы виде оно ни было сочиняемо,– осуждаемое, как произвольное себя одурение разгорячением крови и поставление себя в такое состояние, в котором бывают готовы на все; ни досадители – бранчивые и драчливые, наругатели и насмешники, от которых житья и проходу никому нет, это и в грубом, и в тонком виде; ни хищники, которые, подобно хищным зверям, рыщут по дорогам и заседают в тайных, чтоб напасть на кого и ограбить – разбойники; сюда же относятся и те, которые опустошают карманы, и те, которые насильно удерживают плату какую-нибудь. Два рода перечислено грехов – похоти плотской в самых срамных видах, и любостяжания со всеми неправдами. Из грехов раздражения и гневливости только один – досадительство, которое, впрочем, может исходить и от безгневной охоты досадовать другим.

Все такие царствия Божия не наследят. И в добром обществе такие нетерпимы, не только в пресветлом и пречистом царствии Божием. Выставляет же сие Апостол, вероятно потому, что многие из веровавших коринфян принадлежали к низшему классу и прежде были опутаны дурными привычками. Опыт кровосмесника показал, что возможны и в других ниспадения к прежним делам. Почему и пишет ко всей Церкви: изгонять таких из христианского общества, а тех, которые могли подвергнуться падениям вновь, устрашает геенною. Ибо ничто столько не сильно отрезвить и отвратить от приманок привычного греха, как сознание опасности потерять царствие и восприятие в чувство страха попасть в геенну. Что действительно цель у Апостола та, чтобы предотвратить, видно из того, что он говорит вслед за сим:

Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла, истолкованное святителем Феофаном.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *