Церковная православная иерархия

Церковная иерархия

Церковная иерархия — совокупность церковных должностей и чинов снизу доверху в порядке их подчиненности. Со II в. установились следующие названия степеней (санов) священства: нижние саны — кувуклисий (держал во время богослужения жезл архиерея, а также являлся блюстителем кувуклии — раки с мощами), анагност (чтец), иподиакон (младший служитель), диакон (служитель), протодиакон (первый служитель), архидиакон (старший служитель) — таинств не совершают, помогают при совершении богослужений, в крайнем случае (например, при смертельной опасности) могут крестить, как, впрочем, и всякий мирянин; средние саны — иерей (священник), протоиерей (первый священник, он же протопоп), протопресвитер («первый старец», настоятель соборного храма) — совершают все таинства, кроме хиротонии — рукоположения, посредством которого возводят в сан диакона, священника или епископа; высокие саны — викарный епископ, епископ («надзиратель»), архиепископ («старший надзиратель»), митрополит («житель столицы»), патриарх («старший отец») — имеют полную власть в своей епархии. Совершают все таинства, в том числе возводят в сан епископа, но только вдвоем или втроем.

Византийский словарь: в 2 т. / . СПб.: Амфора. ТИД Амфора: РХГА: Издательство Олега Абышко, 2011, т. 2, с.495.

Далее читайте:

Византия (краткая справка).

Хронологические таблицы и по векам — | IV | V | VI | VII | VIII | IX | X | XI | XII | XIII | XIV | XV |

Константинопольские патриархи (биографический справочник).

Несколько слов о проекте

Данный интернет-проект называется «Иерархия церквей» и, как видно из самого названия, посвящен иерархии христианских церквей. При этом сайт изначально ограничивается только частью христианского мира. Долгое время в сферу интересов проекта попадали только церкви, признающие апостольское преемство у епископов. Однако в конце 2009 года было решено расширить сферу интересов сайта, ограничив его уже церквями, использующими Литургию в любой форме, а также тесно связанными общинами (например, мимикрирующими под православие). На пограничье интересов оказались пресвитерианские церкви, которые практически литургию никогда не используют, однако для них было сделано исключение из-за тесной связи с реформатством. За пределами интересов сайта остается значительная часть протестантизма, особенно позднего и крайнего, не принимающего литургических форм богослужения. Кроме самой иерархии, тут также представлены краткие истории церквей и по мере сил приводятся описания обрядовых отличий. И история, и обрядовые особенности даны в кратком, достаточно простом изложении, которое предназначено для тех, кто впервые знакомится с предметом.

Официальный блог сайта — Иерархия литургических церквей, ранее являвшийся моим личным блогом. Сообщения в блоге не будут ограничиваться новостями сайта а скорее будут посвящены событиям которые в новостной ленте сайта не отображаются.

Новости проекта

30 марта 2020

Добавлена новая православная организация — Викариатство для православных христианских общин славянской традиции. К англиканским церквям добавлена Церковь Исповедующих Англикан Аотеароа/Новой Зеландии.

13 января 2020

К движениям внутри РПЦ добавлено исчезнувшее движение среди коми Бурсьылысь. В разделе Украинской греко-католической церкви добавлена Апостольская администратура для католиков византийского обряда в Казахстане и Средней Азии.

5 декабря 2019

К православным церквям добавлены Православная Церковь Украины и воссозданная Украинская Православная Церковь Киевский Патриархат, к реформированны православным церквям добавлена Соборная Православная Апостольская Церковь.

УДК 94 (476) «17 — 18»

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРАВОСЛАВНОЙ ИЕРАРХИИ БЕЛОРУССКИХ ЗЕМЕЛЬ В 1796 — 1825 ГОДАХ

П.В. ШЕВКУН

Витебский государственный университет им. П.М. Машерова, г. Витебск, Республика Беларусь

Введение. К концу XVIII века белорусские земли были включены в состав Российской империи. Православная церковь на них состояла из двух епархий, входящих в состав Русской православной церкви: Белорусской (Могилёвской) — с центром в Могилёве и Минской — с кафедрой в Минске. К этому времени завершилась унификация их устройства с устройством собственно российских епархий. Они были отнесены ко второму классу с количеством церквей 637: в Белорусской — 386, в Минской — 251 . Управление было сосредоточено в консисториях, подчинявшихся епископам, в духовных правлениях и благочиниях, из которых состояли епархии.

Вместе с тем, православная церковь Беларуси, являясь государственной, уступала господствующее положение в регионе экономически и по количеству прихожан католичеству и униатству. В этих условиях перед православной иерархией Беларуси стояли задачи двоякого рода: с одной стороны — проводить необходимые мероприятия для реализации указов распространяемых на всю Русскую православную церковь, частью которой являлись и белорусские епархии; с другой -предпринимать все возможные меры по укреплению позиций церкви в регионе.

Данную проблематику, в основном, затрагивают работы историков периода Российской империи. Среди них можно выделить исследования П.С. Горючко, Г.Я. Киприановича, М.О. Кояловича, И.М. Покровского, С.Г. Рункевича. Результаты современных научных поисков представлены в работах следующих белорусских ученых: В.А. Тепловой, Е.Н. Филатовой, С.Я. Куль-Сельверстовой. Среди российских ученых наиболее значительные исследования проведены Е.А. Вишленковой, Ю.Е. Кондаковым, С.В. Римским. Труды дореволюционных историков концептуально устарели и во многом тенденциозны. Однако введенный ими в научный оборот архивный материал и ряд сделанных выводов не утратили своей актуальности и сегодня. В трудах современных российских учёных ситуация в православных епархиях Беларуси затрагивается лишь эпизодически. Белорусские исследователи концентрируют свое внимание на общих вопросах российской конфессиональной политики в Беларуси, не выделяя в качестве самостоятельного предмета изучения историю белорусского православия в рассматриваемый период.

Цель работы состоит в том, чтобы охарактеризовать наиболее значимые направления деятельности белорусской православной иерархии в 1796 — 1825 годах.

Основная часть. Основными тенденциями правительственной политики в отношении Русской православной церкви в конце XVIII — начале Х1Хвека было усиление государственного контроля за наиболее важными сторонами церковной жизни и постепенная централизация управления. Одной из первоочередных задач в правление императоров Павла I и Александра I являлось повышение статуса лиц духовного сословия. С этой целью государство стремилось наладить действенный контроль над поведением духовенства, его благонадежностью, улучшить материальное благосостояние, повысить образовательный и нравственный уровень духовенства.

В русле реализации правительственных решений по усилению контроля и укреплению дисциплины епископ Афанасий (Вольховский) закрывает два монастыря в Могилёве и Шклове, чтобы их монахи и монахини не были «в тяжесть народу, и в поношение чину монашескому бродя по миру, испрашивали подаяние» . 14 августа 1805 года белорусский епископ Анастасий (Братановский) писал своей консистории: «Узнал я, что с выданными на церкви Могилёвской епархии для испрашивания милостинного подаяния книгами арендаторы оных бродят по другим епархиям, наводя скуку своими прошениями тамошним жителям, светскому, а паче духовному начальству». Епископ под угрозой штрафа запретил сбор пожертвований по другим епархиям .

Ужесточился контроль со стороны консисторий за духовными правлениями. Так, на пинское духовное правление в 1799 году был наложен штраф за самовольный, то есть без ведома епархиальных властей, вызов священников из приходов для совершения богослужения в Пинской соборной церкви .

Наиболее пристальное внимание епархиальное руководство уделяло контролю за священнослужителями. 30 декабря 1796 года епископ Афанасий (Вольховский) писал, что поскольку «…многие священники пьянствуют, не в свои дела вмешиваются и прочие оказывают неустройства, а духовные правления … не смотрят, то предписать им указами, дабы впредь за подведомственными священниками накрепко наблюдали, как себя вести будут.» . Периодически составлялись ведомости о поведении священно- и церковнослужителей по епархиям. Духовные консистории следили за непревышением священниками своих полномочий. Среди подобных нарушений были наиболее распространенными произвольное увеличение платы за требы и самовольное венчание крепостных крестьян. Особое внимание уделялось благонадёжности священнослужителей, так как не редки были случаи подстрекательства и участия духовенства в неповиновениях крестьян помещикам. Наблюдало руководство епархий и за выполнением обязанностей духовенством в приходах: регулярном совершении служб в торжественные дни, чтением проповедей, исполнением треб только в своих приходах .

Вместе с тем духовное руководство собирало сведения о материальном обеспечении церковнослужителей. Рассматривало и инициировало дела о наделении приходских церквей участками земли. С событиями войны 1812 года связано значительное число дел о получении помощи и компенсаций за потерю имущества, разрушения в ходе боевых действий и оккупации .

В рамках повышения образовательного уровня духовенства и его роли в просвещении населения епархиями закупалось значительное колличество литературы, периодических изданий, открывались новые учебные заведения. Так, в 1817 году в Слуцке были открыты приходское и уездное училища. В связи с деятельностью Библейского общества, учрежденного в России в 1813 году, духовные правления обязывались приобретать Библию. Минское епархиальное руководство вело ведомости количества учеников, обучающихся в Минской и Черниговской семинарии, Киевской Академии. Ученики семинарий подготавливали и читали проповеди в праздничные дни. Семинарские правления обязывались обеспечивать обучение закону Божьему во всех учебных заведениях военного и гражданского ведомств .

Забота о защите привелегий православной церкви являлась наиболее актуальной проблемой церковной администрации в Беларуси. Ряд дел в Минской духовной консистории был вызван захватом помещиками фундушевой (церковной) земли. За 1807 — 1809 годы большинство дел связано с имущественными конфликтами. У логишинского священника Кудревича слуги князя Любец-кого отобрали дом, выбросив имущество и «причинив ему побои». В Борисовском правлении из шести дел в трех говорится об использовании помещиками церковной земли, в одном — о «побитии крестьянами священнического скота» . Стремилось ограничить епархиальное руководство и чрезмерное влияние общественности и светских лиц на духовенство. В Белорусской епархии епископ Афанасий (Вольховский) упразднил Полоцкое, Невельское и другие древние церковноприходские братства. Их влияние на духовенство было достаточно сильным и не вписывалось в общую тенденцию централизации управления в рамках Русской православной церкви. Духовным правлениям запрещалось награждать духовенство по представлениям прихожан, а помещикам -вмешиваться в выборы церковных старост .

Однако реализация правительственных указов, решение экономических проблем, устранение непосредственного влияния светских лиц на деятельность приходского духовенства зависело, с точки зрения местной иерархии, от сохранения привелегий православной церкви как государственной в регионе, где были очень сильны позиции униатства и католичества.

Православное духовенство Беларуси наиболее эффективным способом укрепления позиций церкви считало масштабную государственную поддержку мероприятий, направленных на привлечение униатов в православие. Такая поддержка была оказана в последние годы правления Екатерины II.

От нового императора Павла I, вступившего на престол после смерти Екатерины II, ожидали скорейшей выработки официальной позиции по этому вопросу. Неопределенность в нем только усиливала религиозную конфронтацию и увеличивала количество дел в государственных учреждениях по разбору межконфессиональных конфликтов. 18 марта 1797 года был издан манифест «О не стеснении свободы тем, кои сами от других исповеданий к Православной Церкви присоединиться пожелают». Манифест оставлял двоякое впечатление, поскольку, с одной стороны, в нём настаивалось на сохранении спокойствия и порядка в обществе, с другой — была очевидна его направленность против помещиков и духовенства римско-католического исповедания, которые «совращают из благочестия и чинят препятствия к принятию оного» . В этих условиях белорусский епископ Анастасий (Братановский) предложил план наиболее эффективного решения

униатского вопроса с точки зрения усиления православия в регионе. Трактуя положения манифеста как направленные на сохранение спокойствия церкви, он предлагал решительные меры, среди которых было предложение объявить всех униатов православными, а разделённые приходы сделать «всецело благочестивыми». Также им предлагалось ввести запрет на строительство новых униатских церквей и каплиц, удалить униатских священников из смешанных приходов, запретить перевод униатов в католичество . Ответом на предложения епископа стало дальнейшее уточнение правительственной политики в отношении православной церкви в Беларуси. По поручению императора, генерал-прокурор П. Лопухин написал письма Петербургскому и Новгородскому митрополиту Гавриилу (Петрову) и белорусскому губернатору, где разъяснял, что единственным средством привлечения униатов должен быть образ жизни священников. Они обязаны отличаться «добродетельным житием, пристойным сану их поведением и благонравием» . Сенатским указом от 1 февраля 1800 года были закреплены административные меры, направленные на защиту православной церкви . Общим смыслом указа было не установление «тишины и спокойствия» православной церкви, как ее понимал Белорусский епископ, то есть путем фактической ликвидации унии, а прекращение религиозной конфронтации, обострившейся в Беларуси в конце правления Екатерины II.

В июле 1797 года Минскому епископу Иову (Потёмкину) было разрешено контролировать ведение метрических книг униатскими священниками. Эта мера подчиняла их православному архиерею и содействовала укреплению положения православной церкви. Однако с открытием 28 апреля 1798 года Брестской униатской епархии такая практика прекратилась. Ответом на жалобу Иова (Потёмкина) по этому поводу стало отмеченное в указе от 1 февраля 1800 года нарушение привилегий православной церкви вследствие отмены этой практики. Тем не менее, прежнее положение восстановлено так и не было .

В марте 1801 года российским императором стал Александр I. Воцарение нового императора давало надежды белорусской иерархии на изменение политики в униатском вопросе. 4 июля 1801 года епископ Анастасий (Братановский) отправил на имя императора письмо с просьбой о возобновлении политики Екатерины II по присоединению униатов. 4 августа 1801 года последовал ответ митрополита Амвросия (Победова) по поручению императора, в котором подчеркивалась недопустимость принуждения униатов к принятию православия, а привлекать в православие допускалось только демонстрацией человеколюбия, гласом поучений, примерной жизнью духовенства. Указ Священного Синода предписывал белорусским иерархам руководствоваться мыслями Государя и указом от 24 сентября 1797 года . Это подчеркнуло принципиальную преемственность политики Павла I и Александра I в отношении православной церкви в Беларуси.

Отсутствие прямой заинтересованности властей в деле превращения православной церкви в доминирующую в крае конфессию сказалось на осуществлении различных церковных проектов, требующих финансовой поддержки государства. В городе Себеже в 1787 году священник С. Ли-хина с церковным старостой и городским головой инициировали постройку новой каменной церкви, вместо сгоревшей в 1771 году, но денег не хватило. 17 февраля 1799 года епископ Анастасий (Братановский) представил Св. Синоду рапорт, в котором писал: «В приходе всего до 300 домов. Так как возведены уже стены, то уменьшить здание против плана уже невозможно, а оставить без окончания таковое нужное, богоугодное и немалой суммы уже стоящее начатое здание — будет положившим на оное доброхотные вклады в огорчение, разноверцам в радость, а простодушным крестьянам в повод к соблазну.». Однако указом Св. Синода от 25 августа 1799 года было отказано в выделении государственных средств на окончание строительства . В 1804 году помещику Невельского повета Витебской губернии И.А. Карташёву также отказали в просьбе построить церковь в его селе, в связи с недостатком прихожан . Центральные власти очень осторожно относились к просьбам с православной белорусской стороны об особом к ним отношении. В ответ на предложение епископа Анастасия (Братановского) о выделении 4,5 тысяч рублей на починку старых и постройку нового здания могилёвской семинарии из казны было отпущено лишь 1,5 тысячи рублей. В 1802 году он вновь просил увеличить содержание могилёвской семинарии на 1 тысячу рублей в год. В этом епископу также было отказано, так как «на другие весьма многие отпускается на содержание их таковая же сумма и на некоторые гораздо ещё и меньшая…». Отмечалось, что Белорусский архиерейский дом «.имеет выгоды, каких прочие архиерейские дома не имеют». Указание на то, чтобы впредь епископ не утруждал подобными представлениями императора, подчеркнуло позицию государственной власти о пределе возможных льгот православным епархиям бывшей Речи Посполитой .

В этих условиях сохранение позиций православной церкви, занятых в последние годы правления Екатерины II, стало наиболее актуальной задачей православной церкви в Беларуси. Здесь можно выделить комплекс проблем, связанный с предотвращением влияния католических помещиков и униатских церковно и священнослужителей на православные приходы.

Строительство униатских и католических церквей помещиками было довольно распространенным явлением в первой половине XIX века . Белорусский православный епископат пытался бороться с этой практикой. Минское духовное правление протестовало против возведения униатских каплиц помещиками И. Корсаком и А. Скирмунтом. Протест был связан с опасением, что «народ собирается и без сомнения может из православия развратиться в униатскую веру» . Священник села Рубежевичи жаловался на то, что постройка помещиком Лиходеевским костёла привела к тому, что крестьяне «начали развращаться и ныне в церковь вельми редкие из них приходят» . Приход был присоединен к Русской православной церкви из унии в 1794 году.

Епархиальное руководство пресекало исполнение церковных обрядов униатским духовенством среди православных. Священник села Белевичи Слуцкого повета был сослан в Старчицкий Петропавловский монастырь за письменную просьбу к униатскому священнику обвенчать православную пару . Консистория добивалась сответствующих распоряжений в адрес своих духовных лиц и со стороны униатской иерархии. Было установлено соглашение между Минским православным епископом Иовом (Потёмкиным) и Брестским униатским епископом И. Булгаком о том, чтобы униатские священники не появлялись вблизи православных приходов и не проводили свою пропаганду . С целью предотвращения недоразумений в униатские консистории предоставлялись списки церквей, переведенных в православие. В свою очередь православные консистории стремились упорядочить практику переходов в православие. Это существенно ограничивало свободу действий миссионеров и сказывалось на количестве присоединений к православию из униатства и католичества. В деле о переходе разных лиц в православие по Минской епархии в 1797 -1799 годах только несколько связаны с его принятием униатами и католиками. В нем также указывается порядок присоединения: должно быть объявлено добровольное желание, засвидетельствованное городскими или земскими властями, желательно письменное прошение и изучение догматов .

Занятая скорее оборонительная позиция, направленная на сохранение достигнутых в предыдущее правление результатов, вынуждала следить и за действиями собственных священников. Епархиальное руководство стремилось максимально ограничить их во вмешательстве в униатские или католические приходы, допуская это только на основании распоряжений центральных властей. В 1819 году домановический благочинный священник Речицкого повета И. Смолич в письме в консисторию просил, чтобы у ксендза каноника И. Ходкевича была отнята помещицкая власть над крестьянами и костёл. В противном случае, отмечал И. Смолич, никто к благочестивой церкви не придёт. Губернское правление предписало поехать члену нижнего земского суда совместно с протоиереем Сосиновским в деревню Кудровичи и «испросить о желании жителей, желают ли они быть благочестивыми». В рапорте протоирея Сосиновского сказано, что «крестьяне и не думали присоединяться к православию» .

Существенное внимание уделялось в епархиях сотрудничеству с гражданскими властями. Периодически составлялись ведомости о нерешенных делах, среди котрых выделялись дела нерешённые из-за отсутствия содействия гражданских властей. В подобной ведомости за 1813 год пять дел связаны с экономическими проблемами и конфликтами, семь — с религиозным противостоянием между православными, католиками и униатами . Это свидетельствует о том, что проблема сохранения позиций православной церкви, наряду с экономическими спорами, являлась наиболее актуальной.

Заключение. В условиях осуществления правительственной конфессиональной политики, направленной на поддержание религиозного статус-кво в Беларуси, православным архиереям оставалось только использовать все имеющиеся ресурсы для сохранения достигнутых позиций и добиваться от правительства запретительных мер на участившиеся переходы униатов в католичество, в надежде на изменение политики в будущем.

Православные епархии Беларуси в 1796-1825 годах развивались в рамках единой структуры Русской православной церкви и были вовлечены в процессы ее модернизации, инициируемые властями Российской империи. Они проявлялись в мероприятиях, направленных на повышение социальной активности церкви путем укрепления дисциплины на различных уровнях церковной иерархии, усилении контроля над духовенством, наряду с совершенствованием его образовательного уровня. Специфика положения православной церкви в Беларуси заключалась в наличии вли-

ятельных христианских конфессий: католичества и униатства. Сохранение и укрепление позиций православия в противостоянии с ними являлось одной из основных задач православной иерархии в регионе. В отличие от позиции российской власти в этом вопросе, которая зачастую менялась при смене правителя, православное духовенство увязывало благополучие церкви в Беларуси с превращением ее в доминирующую конфессию путем ликвидации униатства.

ЛИТЕРАТУРА

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1. Покровский, И.М. Русские епархии в XVI — XIX вв., их открытие, состав ипределы: В 3 т. / И.М. Покровский. — Казань: Центр. тип.,1913. — Т. 2. — 968 с.

8. Дело о получении и исправлениями духовными правлениями указа консистории о ежемесячном сообщении в консисторию о случаях волокиты при исполнении судебными органами требований духовных правлений (1807 — 1808 гг.) // НИАБ. — Фонд 136. — Оп.1. -Д. 1901. -Л. 2 об.

11. Горючко, П.С. Из истории воссоединения униатов Белоруссии 1795 — 1805 годов / П.С. Горючко. -Киев: Тип. И.И. Горбунова, 1902. — 76 с.

-Л. 2.

17. Дело о строительстве костёла в селе Рубежевичи Минского повета (1799 — 1800 г.) // НИАБ. — Фонд 136. — Оп.1. -Д. 1085. -Л.11.

19. Рункевич, С.Г. История Минской архиепископии (1793 — 1832) / С.Г. Рункевич. — СПб.: Тип. А. Ка-танского, 1893. — 623 с.

20. Дело о переходе лиц разного вероисповедания в православие по епархии (1797 — 1799 г.) // НИАБ. -Фонд 136. — Оп.1. -Д. 693. -Л.46.

THE BASIC LINES OF ACTIVITY OF THE ORTHODOX HIERARCHIES OF THE BELARUSIAN LANDS IN 1796 — 1825

P. V. SHEVKUN

4. Церковная организация

4.1. Иерархия. Во главе русской церкви стоял митрополит, назначаемый Константинопольским патриархом, что свидетельствовало о ее определенной зависимости от Византии. В подчинении киевских митрополитов находились епископы, управлявшие церковью на определенных территориях – епископствах. В их распоряжении находились городские и сельские священники – так называемое белое духовенство. Наряду с белым существовало черное духовенство – монахи, ведущие совсем иную, чем простые люди, жизнь, т. е. духовную, посвященную служению Богу (отсюда одно из названий монаха – инок). Монахи брали на себя обет безбрачия, из них выбирали высших иерархов церкви. При своей затворнической жизни они пользовались огромным авторитетом и оказывали влияние на политическую жизнь страны. В монастырях создавались летописи, разрабатывались церковные уставы, регулирующие не только церковную, но и семейную, бытовую жизнь русских людей.

4.2. Десятина. Долгое время, начиная с эпохи Владимира, церковь существовала за счет десятины – десятой части от всех налогов, отчислявшейся в ее пользу. Постепенно у церкви появились собственные села и земли, в основном за счет дарений князей, а позже и бояр, надеявшихся таким способом искупить свои грехи. Первые известные историкам вотчины принадлежали церкви.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Заявление принято на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви 15 октября 2018 года в Минске (журнал № 71).

С глубочайшей болью Священный Синод Русской Православной Церкви воспринял опубликованное 11 октября 2018 года сообщение Константинопольской Патриархии о принятых решениях Священного Синода Константинопольского Патриархата: о подтверждении намерения «предоставить автокефалию Украинской Церкви»; об открытии в Киеве «ставропигии» Константинопольского Патриарха; о «восстановлении в архиерейском или иерейском чине» лидеров украинского раскола и их последователей и «возвращении их верующих в церковное общение»; об «отмене действия» соборной грамоты Константинопольского Патриархата 1686 года, касающейся передачи Киевской митрополии в состав Московского Патриархата.

Эти беззаконные решения Синод Константинопольской Церкви принял в одностороннем порядке, проигнорировав призывы Украинской Православной Церкви и всей полноты Русской Православной Церкви, а также братских Поместных Православных Церквей, их Предстоятелей и архиереев к всеправославному обсуждению вопроса.

Вступление в общение с уклонившимися в раскол, а тем паче отлученными от Церкви равносильно уклонению в раскол и сурово осуждается канонами Святой Церкви: «Если… кто из епископов, пресвитеров, диаконов или кто-либо из клира окажется сообщающимся с отлученными от общения, да будет и сам вне общения церковного как производящий замешательство в церковном чине» (Антиохийского Собора правило 2; Апостольские правила 10, 11).

Решение Константинопольского Патриархата о «восстановлении» канонического статуса и принятии в общение бывшего митрополита Филарета Денисенко, отлученного от Церкви, игнорирует ряд последовательных решений Архиерейских Соборов Русской Православной Церкви, правомерность которых не подлежит сомнению.

Решением Архиерейского Собора Украинской Православной Церкви в Харькове от 27 мая 1992 года митрополит Филарет (Денисенко) за невыполнение клятвенно данных им перед крестом и Евангелием на предшествующем Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви обещаний был смещен с Киевской кафедры и запрещен в священнослужении.

Архиерейский Собор Русской Православной Церкви определением от 11 июня 1992 года подтвердил решение Харьковского Собора и изверг Филарета Денисенко из сана, лишив всех степеней священства, по следующим обвинениям: «Жестокое и высокомерное отношение к подведомственному духовенству, диктат и шантаж (Тит. 1. 7-8; Апостольское правило 27); внесение своим поведением и личной жизнью соблазна в среду верующих (Мф. 18:7; I Вселенского Собора правило 3, VI Вселенского Собора правило 5); клятвопреступление (Апостольское правило 25); публичная клевета и хула на Архиерейский Собор (II Вселенского Собора правило 6); совершение священнодействий, включая рукоположения, в состоянии запрещения (Апостольское правило 28); учинение раскола в Церкви (Двукратного Собора правило 15)». Все рукоположения, совершенные Филаретом в запрещенном состоянии с 27 мая 1992 года, и наложенные им прещения были признаны недействительными.

Несмотря на неоднократные призывы к покаянию, после лишения архиерейского сана Филарет Денисенко продолжал раскольническую деятельность, в том числе и в пределах иных Поместных Церквей. Определением Архиерейского Собора Русской Православной Церкви 1997 года он был предан анафеме.

Означенные решения были признаны всеми Поместными Православными Церквами, в том числе и Константинопольской Церковью. В частности, Святейший Патриарх Константинопольский Варфоломей 26 августа 1992 года в ответе на письмо Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II по поводу низложения митрополита Киевского Филарета писал: «Наша Святая Великая Христова Церковь, признавая полноту исключительной по этому вопросу компетенции Вашей Святейшей Русской Церкви, принимает синодально решенное о вышесказанном».

В письме Святейшего Патриарха Варфоломея Святейшему Патриарху Алексию II от 7 апреля 1997 года об анафематствовании Филарета Денисенко указано: «Получив уведомление об упомянутом решении, мы сообщили о нем иерархии нашего Вселенского Престола и просили ее впредь никакого церковного общения с упомянутыми лицами не иметь».

Ныне, спустя более двух десятилетий, Константинопольский Патриархат по политическим мотивам изменил свою позицию.

В своем решении оправдать лидеров раскола и «узаконить» их иерархию Священный Синод Константинопольской Церкви ссылается на несуществующие «канонические привилегии Константинопольского Патриарха принимать апелляции архиереев и клириков из всех автокефальных Церквей». Эти претензии в том виде, в каком они ныне Константинопольским Патриархом осуществляются, никогда не имели поддержки полноты Православной Церкви: они лишены оснований в священных канонах и прямо противоречат, в частности, 15 правилу Антиохийского Собора: «Если какой-нибудь епископ… судим будет от всех епископов той области, и все они согласно произнесут ему единый приговор, — таковой другими епископами отнюдь да не судится, но согласное решение епископов области да пребывает твердым», — они также опровергаются практикой решений Святых Вселенских и Поместных Соборов и толкованиями авторитетных канонистов византийского и нового времени.

Так, Иоанн Зонара пишет: «Константинопольский признается судьей не вообще над всеми митрополитами, но только над подчиненными ему. Ибо ни митрополиты Сирии, ни палестинские, ни финикийские, ни египетские не привлекаются помимо воли на его суд, но сирийские подлежат суждению Антиохийского Патриарха, палестинские — Иерусалимского, а египетские судятся Александрийским, которым они рукополагаются и которому подчинены».

О невозможности принятия в общение осужденного в иной Поместной Церкви говорит 116 (118) правило Карфагенского Собора: «Кто, быв отлучен от общения церковного… прокрадется в заморские страны, дабы принятым быть в общение, тот подвергнется извержению из клира». О том же говорится и в каноническом послании Собора к Папе Келестину: «Те, которые в своей епархии отлучены от общения, да не явятся восприемлемыми в общение твоею святынею… Какие бы ни возникли дела, они должны оканчиваемы быть в своих местах».

Преподобный Никодим Святогорец в своем «Пидалионе», который является авторитетным источником церковно-канонического права Константинопольской Церкви, толкует 9-е правило IV Вселенского Собора, отвергая ложное мнение о праве Константинополя на рассмотрение апелляций из других Церквей: «Константинопольский Предстоятель не имеет права действовать в диоцезах и областях других Патриархов, и это правило не дало ему права принимать апелляции по любому делу во Вселенской Церкви…» Перечисляя целый ряд аргументов в пользу этого толкования, ссылаясь на практику решений Вселенских Соборов, преподобный Никодим делает вывод: «В настоящее время… Константинопольский Предстоятель есть первый, единственный и последний судья над подчиненными ему митрополитами — но не над теми, которые подчиняются остальным Патриархам. Ибо, как мы сказали, последний и всеобщий судья всех Патриархов — это Вселенский Собор и никто другой». Из вышесказанного следует, что Синод Константинопольской Церкви не имеет канонических прав для отмены судебных решений, вынесенных Архиерейским Собором Русской Православной Церкви.

Присвоение себе полномочий отмены судебных и иных решений других Поместных Православных Церквей — лишь одно из проявлений нового ложного учения, провозглашаемого ныне Константинопольской Церковью и приписывающего Патриарху Константинопольскому права «первого без равных» (primus sine paribus) со вселенской юрисдикцией. «Такое видение Константинопольским Патриархатом собственных прав и полномочий вступает в непреодолимое противоречие с многовековой канонической традицией, на которой зиждется бытие Русской Православной Церкви и других Поместных Церквей», — предупреждал Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 2008 года в определении «О единстве Церкви». В том же определении Собор призвал Константинопольскую Церковь «впредь до общеправославного рассмотрения перечисленных новшеств проявлять осмотрительность и воздерживаться от шагов, могущих взорвать православное единство. Особенно это относится к попыткам пересмотра канонических пределов Поместных Православных Церквей».

Акт 1686 года, подтверждающий пребывание Киевской митрополии в составе Московского Патриархата и подписанный Святейшим Константинопольским Патриархом Дионисием IV и Священным Синодом Константинопольской Церкви, пересмотру не подлежит. Решение об его «отзыве» канонически ничтожно. В противном случае было бы возможно аннулирование любого документа, определяющего каноническую территорию и статус Поместной Церкви — вне зависимости от его древности, авторитетности и общецерковного признания.

В Синодальной грамоте 1686 года и иных сопутствующих ей документах ничего не сказано ни о временном характере передачи Киевской митрополии в ведение Московского Патриархата, ни о том, что данный акт может быть отменен. Попытка иерархов Константинопольского Патриархата в политических и своекорыстных видах пересмотреть данное постановление спустя более трехсот лет после того, как оно было вынесено, противоречит духу священных канонов Православной Церкви, не допускающих возможности пересмотра установившихся и не оспариваемых на протяжении длительного времени церковных границ. Так, правило 129 (133) Карфагенского Собора гласит: «Если кто… обратил какое место к кафолическому единению и в продолжение трех лет имел оное в своем ведении, и никто оного не требовал от него, то после да не будет оное от него взыскуемо, если, притом, в сие трехлетие существовал епископ, долженствующий взыскать, и молчал». А 17 правило IV Вселенского Собора устанавливает тридцатилетний срок давности для возможного соборного рассмотрения споров о принадлежности даже отдельных церковных приходов: «Приходы в каждой епархии… должны неизменно пребывать под властью епископов, заведующих ими — и в особенности, если в продолжении тридцати лет бесспорно они имели их в своем ведении и управлении».

Да и как возможна отмена решения, действовавшего на протяжении трех веков? Это означало бы попытку почитать «яко не бывшей» всю последующую историю развития церковной жизни. Константинопольский Патриархат как будто не замечает, что Киевская митрополия 1686 года, о возвращении которой в его состав заявлено ныне, имела пределы, существенно отличавшиеся от современных границ Украинской Православной Церкви, и охватывала лишь меньшую часть последней. Киевская митрополия наших дней как таковая включает в себя город Киев и несколько прилегающих к нему районов. Наибольшая же часть епархий Украинской Православной Церкви, особенно на востоке и юге страны, была основана и получила развитие уже в составе автокефальной Русской Церкви, являясь плодом ее многовековой миссионерской и пастырской деятельности. Нынешнее деяние Константинопольского Патриархата — попытка похитить то, что никогда ему не принадлежало.

Деяние 1686 года положило предел двухсотлетнему периоду вынужденного разделения в многовековой истории Русской Церкви, которая, несмотря на менявшиеся политические обстоятельства, неизменно сознавала себя единым целым. После воссоединения Русской Церкви в 1686 году на протяжении более трех столетий ни у кого не возникало сомнений, что православные Украины являются паствой Русской Церкви, а не Константинопольского Патриархата. И сегодня, вопреки давлению внешних антицерковных сил, эта многомиллионная паства дорожит единством Церкви всея Руси и хранит верность ей.

Попытка Константинопольской Патриархии решать судьбу Украинской Православной Церкви без ее согласия является антиканоническим посягательством на чужие церковные уделы. Церковное правило гласит: «Да соблюдается и в иных областях и повсюду в епархиях, дабы никто из боголюбезнейших епископов не простирал своей власти на чужую епархию… да не преступаются правила отцов, да не вкрадывается под видом священнодействия надменность мирской власти, и да не утратим постепенно и неприметно той свободы, которую даровал нам Своей Кровию Господь наш Иисус Христос, освободитель всех человеков» (III Вселенского Собора правило 8). Под осуждение этого правила подпадает и решение Константинопольской Патриархии об учреждении по соглашению со светскими властями своей «ставропигии» в Киеве без ведома и согласия канонического священноначалия Украинской Православной Церкви.

Лицемерно оправдываясь стремлением к восстановлению единства украинского Православия, Константинопольская Патриархия своими безрассудными и политически мотивированными решениями вносит еще большее разделение и усугубляет страдания канонической Православной Церкви Украины.

Принятие в общение раскольников и анафематствованного в другой Поместной Церкви лица со всеми рукоположенными ими «епископами» и «клириками», посягательство на чужие канонические уделы, попытка отречься от собственных исторических решений и обязательств, — все это выводит Константинопольский Патриархат за пределы канонического поля и, к великой нашей скорби, делает невозможным для нас продолжение евхаристического общения с его иерархами, духовенством и мирянами. Отныне и впредь до отказа Константинопольского Патриархата от принятых им антиканонических решений для всех священнослужителей Русской Православной Церкви невозможно сослужение с клириками Константинопольской Церкви, а для мирян — участие в таинствах, совершаемых в ее храмах.

Переход архиереев или клириков из канонической Церкви к раскольникам или вступление с последними в евхаристическое общение является каноническим преступлением и влечет за собой соответствующие прещения.

С прискорбием вспоминаем предсказание Господа нашего Иисуса Христа о временах прельщения и особых страданий христиан: И, по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь (Мф. 24:12). В условиях столь глубокого подрыва основ межправославных отношений и полного пренебрежения тысячелетними нормами церковно-канонического права Священный Синод Русской Православной Церкви считает своим долгом выступить на защиту фундаментальных устоев Православия, на защиту Священного Предания Церкви, подменяемого новыми и чуждыми учениями о вселенской власти первого из Предстоятелей.

Призываем Предстоятелей и Священные Синоды Поместных Православных Церквей к надлежащей оценке вышеупомянутых антиканонических деяний Константинопольского Патриархата и совместному поиску путей выхода из тяжелейшего кризиса, раздирающего тело Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви.

Выражаем всестороннюю поддержку Блаженнейшему Митрополиту Киевскому и всея Украины Онуфрию и всей полноте Украинской Православной Церкви в особо трудное для нее время. Молимся об укреплении ее верных чад в мужественном стоянии за истину и единство канонической Церкви в Украине.

Просим архипастырей, духовенство, монашествующих и мирян всей Русской Православной Церкви усилить молитвы о единоверных братьях и сестрах в Украине. Молитвенный покров Пресвятой Царицы Небесной, преподобных отцов Киево-Печерских, преподобного Иова Почаевского, новомучеников, исповедников и всех святых Церкви Русской да пребудет над всеми нами.

Патриархия.ru

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *