Тщеславие это что такое

(1)3наменитый Энрико Спаргетти по справедливости считался любимцем богов и людей. (2)Сильный и прекрасный собою, он обладал чарующим голосом, уже при первом выступлении своём затмил всех других известных певцов и получил прозвище Орфей.
(З)Как и все певцы, не имеющие времени для литературных занятий, Энрико долгое время совсем не знал, кто такой Орфей, именем которого его называли; и однажды он обратился с вопросом по этому поводу к своему секретарю и другу, Гонорию ди Виетри.
— (4)Скажи мне, кто был этот Орфей, имя которого я так часто слышу как похвалу? (5)И неужели этот тенор был настолько лучше меня, что меня украшают его именем? (6)Я в этом сильно сомневаюсь.
(7) Высокообразованный Гонорий в ответ рассказал певцу миф об Орфее.
— (8)Деревья, — повествовал Гонорий, — привлекаемые силою прелестных звуков, толпились вокруг певца и давали ему тень и прохладу; очарованные скалы теснились к нему; птицы лесные оставляли свою чащу, а звери — свои трущобы и тихо и кротко внимали сладким песням Орфея…
— (9)Так это сказка! — со вздохом облегчения сказал гордый певец, но никак не мог примириться с тем, что, хоть и сказочный, Орфей стоит во мнении людей выше его, и, снова слыша его имя, каждый раз чувствовал как бы укол в самое сердце.
— (10)Я хочу доказать Орфею и его поклонникам, что я, Энрико Спаргетти, могу сделать не меньше, чем он. (11)К следующему воскресенью собери в моём загородном саду три или четыре дюжины ослов…
— (12)0слов! — воскликнул изумлённый и ужаснувшийся Гонорий, но певец гневно топнул ногой и закричал:
— Ну да, ослов! (13)Ты увидишь, что будет с ними, когда их слуха коснётся мой вдохновенный голос.
(14)Наступило воскресенье. (15)И вот — при громе аплодисментов показался на эстраде Энрико Спаргетти, несколько бледный, несколько взволнованный, но решительный и прекрасный в своей смелости.
(16)При первых же звуках чарующего голоса, превратившего всё земное в небесное, два осла сразу взревели, беспомощно захлёбываясь и стеная, в середине возвышая голос почти до раскатов пророческого крика и кончая теми же беспомощными и страдальческими выдыхами. (17)Энрико ..сделал аккомпаниатору знак переждать и дать господам ослам откричаться.
(18) Но лишь только певец снова открыл рот, уже не два, а десять, двадцать ослов нестройно взревели, путаясь в голосах друг друга и своими громовыми раскатами покрывая не только нежнейшее пианиссимо певца, но и самые его отчаянные форте. (19)Напрасно расстроенный Энрико повышал голос: уже все четыре дюжины ослов мрачно ревели, как в последний день земли.
— (20)Это невозможно! — говорил в уборной Энрико, в слезах припадая на грудь также потрясённого Гонория. — (21)Ах, Гонорий, а ведь над этой песенкой рыдал сам император бразильский! (22)Я сам — сам! — плакал для этих ослов, чего не делал даже для английской королевы… (23)Нет, я их проберу! (24)Долой лирику — я дам им драму. (25)Я их перекричу!
— (26)Пожалей голос, Энрико, я умоляю тебя! — плакал Гонорий.
— (27)А Орфей жалел? (28)Нет, я их перекричу! (29)Я их перереву!
(ЗО)Но и в этот раз все усилия Энрико оказались бесплодными; ослы ревели, как горная лавина, и напрасно, бегая по сцене, старался перекричать их божественный певец — слушателям был виден только его открытый рот.
(31) Так печально окончилось состязание Энрико Спаргетти с Орфеем, и молчаливо разъезжались приглашённые, когда Энрико сказал едва слышно ужаснувшемуся секретарю:
— Гонорий, пригласи доктора. (32)Кажется, я сорвал голос.
(33)К счастью, тревога оказалась ложною, и через месяц утомлённый гол.
знаменитого певца восстановился до прежнего блеска и силы. (34)В то время благодаря стараниям Гонория журналы вполне согласно объяснили непрерывный рёв ослов именно тем, что животные были восхищены и покорены чарующим голосом великого артиста. (35)И прозвище Орфея утвердилось за ним навсегда.
(По Л. Н. Андрееву*)
* Андреев Леонид Николаевич (1871-1919) — русский писатель, представитель Серебряного века русской литературы.

Имясла́вие

Ряд весьма различных церковных и околоцерковных учений, объединенных общим названием «имяславие» (или «имябожие», как предписал его именовать Святейший Синод) первоначально оформился в среде части русских монахов на Афоне после выхода в 1910-ом году второго издания книги схимонаха Илариона (Домрачева) «На горах Кавказа». Самым общим выражением учений «имяславцев» («имябожников») являлась формула «Имя Божие есть Сам Бог». Богословская трактовка этого учения, однако, имеет несколько вариантов, наиболее сложный из которых представлен в сочинениях иеросхимонаха Антония (Булатовича), в особенности в его «Апологии», в которой сказывается сильное влияние мнений околоцерковной российской интеллигенции — «высокопросвещенных российских богословов» (по-видимому круга Религиозно-философского общества памяти Вл.Соловьева). Именно этот вариант «имяславия», сильно отличающийся от более грубых построений некоторых афонских монахов-«имябожников», был затем поддержан многими представителями религиозно-ориентированной культурной интеллигенции и лег в основу построения «философии имени» (наиболее важные моменты которой были развиты о.Павлом Флоренским, о. Сергием Булгаковым и Алексеем Лосевым). Против него же были направлены и основные возражения.

Относительно происхождения учения «имяславцев» нужно отметить еще, что оно было вдохновлено далеко не только некоторыми положениями книги о.Илариона «На горах Кавказа», поскольку это сочинение первоначально не носило догматического характера. Как отмечал раньше С.В.Троицкий, встать на несвойственную им теоретическую почву подвигла монашествующих сторонников о.Илариона прежде всего имевшая довольно тенденциозный характер критика книги в рецензиях инока Хрисанфа и других авторов, помещенных в журнале «Русский Инок» за 1912 год. Зарождающееся учение, которое еще отсутствует в книге о.Илариона, было впоследствии развито при помощи «высокопросвещенных российских богословов».

По мере своего развития движение «имяславцев» привело к существенным беспорядкам на Афоне в 1912-1913 гг. и разделению монашествующих на две партии. Восставшие монахи-имябожники, в частности, свершили ряд бесчинств, свергли настоятеля Андреевского скита игумена Иеронима, избрали вместо него о.Давида и в дальнейшем не подчинялись решениям афонского Протата и других вышестоящих духовных и светских властей. Эти беспорядки были прекращены по требованию греков только после частично насильственного выдворения монахов-«имябожников» в Россию.

Движение и учение «имябожников» с момента его возникновения вызвало целый ряд суждений Церкви. В сентябре 1912 года вселенский патриарх Иоаким III направил настоятелю русского монастыря св.Пантелеимона послание, в котором называл новое учение об имени «безсмысленным и богохульным» и советовал его сторонникам «отстать от душевредного заблуждения и перестать спорить и толковать о вещах, которых не знают». В следующем, 1913 году учение «имяславцев» было разобрано комиссией из преподавателей Халкинской богословской школы во главе с митрополитом Селевкии Германом. После того как комиссия признала учение неправильным, Синод осудил его как хульное и еретическое, а новый вселенский патриарх Герман V отправил на Афон соответствующую грамоту (датированную 5 апреля).

В мае 1913 года к вопросу об «имяславии» обратился Синод Русской Церкви. Состоялось экстренное заседание под председательством ныне канонизированного священномученника митрополита Владимира (Богоявленского). На нем было заслушано три независимо подготовленных доклада — архиепископа Никона (Рождественского), архиепископа Антония (Храповицкого) и С.В.Троицкого — в которых учение «имябожников» признавалось неправославным. По итогам заседания единогласно было принято постановление, осуждающее учение «имябожников». Решение Св.Синода излагается в Послании, составленном архиепископом, впоследствии патриархом, Сергием (Страгородским). Этот богословский документ первостепенной важности выдвигает серьезные возражения против разбираемого учения и в то же время избегает крайностей и неточностей ранних его обличителей (вроде инока Хрисанфа).

В том же году в поддержку постановлений Св.Синода и патриархов в официальных изданиях Церкви было немало выступлений видных церковных деятелей, из которых следует отметить проповеди протоиерея Иоанна Восторгова (священномученик, канонизирован) и богословские сочинения С.В.Троицкого (в особенности его фундаментальную работу «Учение св.Григория Нисского об именах Божиих и имябожники», до сих пор, кстати, не переизданную).

В августе 1913 года, после высылки «имябожников» с Афона, Св.Синод выпустил новое постановление, еще более строгое в каноническом отношении, против сторонников нового учения и принял «Формулу обращения для возвращающихся к учению православной Церкви имябожников». По монастырям России была разослана бумага с осуждением «имябожия» с предложением подписать ее (известен, например, такой документ, подписанный всеми старцами Оптиной Пустыни, находившимися на тот момент в обители). Судя по сообщениям в журнале «Русский инок», в июле 1913 года постановление по «имябожникам» было активно поддержано на Валааме. О том, что решение Синода было принято знаменитым афонским старцем Силуаном, с самого начала отказавшегося участвовать в спорах, боясь «ошибиться в мысленном рассуждении», косвенно свидетельствует утверждение в его жизнеописании, составленном архимандритом Софронием (Сахаровым) Здесь говорится, что в конце концов по вопросу об именах «было найдено правильное догматическое понимание» (ведь после синодального послания других богословско-догматических определений не было).

В 1914 году вопрос об «имяславии» еще раз был поднят в официальном порядке. В этом году состоялся церковный суд под председательством Московского митрополита Макария (Невского) над некоторыми «имяславцами». По итогам этого суда с них были сняты ранее наложенные прещения. Этот эпизод очень важен в том отношении, что сторонники «имяславия» до сих пор рассматривают это решение как оправдательное для учения в целом. Между тем для этого нет оснований. Суд даже не имел полномочий входить в разрешение богословско-догматической стороны вопроса. Разъяснения смысла этих решений содержится в определениях Синода от 10-24 мая 1914 года и от 10 марта 1916 года, в которых подтверждается старое суждение относительно «имябожия», а также в специальном постановлении св.патриарха Тихона и Синода Российской Церкви в октябре 1918 года, где учение вновь осуждается. Относительно суда митрополита Макария патриарх Тихон пишет вот что:

«…1) постановление Московской Синодальной Конторы от 7 мая 1914 г., почитаемое иеросхимонахом Антонием оправдательным для самого учения имябожников, в действительности является лишь постановлением о принятии в общение некоторых, поименованных в сем постановлении афонских иноков, причастных к имябожническому учению, привлеченных к суду Московской Синодальной Конторы и изъявивших подчинение Св.Церкви, по надлежащем испытании верования их, с прекращением о них судебного дела и разрешения священнослужения тем из них, кои находились в священном сане, — 2) что таковое именно постановление Московской Синодальной Конторы по указанному делу было утверждено Св.Синодом по определению от 10-24 мая 1914 г. за №4136, с поручением при этом Синодальной Конторе и Преосвященному Модесту приводить увещеваемых иноков к сознанию, что учение имябожников, прописанное в сочинениях иеросхимонаха Антония (Булатовича) и его последователей, осуждено Святейшим Патриархом и Синодом Константинопольской Церкви и Св.Синодом Церкви Российской, и что, оказывая снисхождение к немощам заблуждающихся, Святейший Синод не изменяет прежнего суждения о самом заблуждении…».

Далее патриарх передал вопрос на рассмотрение Поместного Собора, который, однако, не успел вынести какого-либо решения до своего закрытия и как отмечает современный исследователь А.Г.Кравецкий «дальше предварительного сбора материала подотдел (организованный для обсуждения вопроса об «имябожниках») продвинуться не успел и любая реконструкция характера решений, которые могли быть подготовлены, не имеет под собой оснований».

Такова вкратце история рассмотрения высшей церковной властью вопроса об учении «имяславцев».

Эти решения в дальнейшем были поддержаны в сочинениях и выступлениях ряда выдающихся архиереев. Из них упомяну для примера, еп.Варнаву (Беляева), который в своей работе «Основы искусства святости» полностью принимает решения Св.Синода и патриархов и несколько раз очень резко отзывается об учении «имябожников». Кроме того он так говорит о характерном для них, и в частности, для о.Павла Флоренского, способе отношения к решениям Церкви: «…В глазах подобных лиц, да еще в священном сане, иногда даже синодальные послания с обличениями их еретических мнений являются не более как «полемической» литературой (См. Флоренский П. Столп и утверждение истины…С.783, прим.746.)».

Архиепископ Серафим (Соболев) дал развернутую богословскую критику «имябожнического» учения в своей работе против софиологии Вл.Соловьева, о.Сергия Булгакова и о.Павла Флоренского («Новое учение о Софии Премудрости Божией». София, 1935.). В этой работе три главы (№18, 19, 20) посвящены опровержению учения «имяславцев» (поскольку для о.Сергия и о.Павла «софиология» и «имяславие» представляли некий единый комплекс идей).

Таким образом, осуждение «имябожия», проведенное на самом высоком иерархическом уровне было совершенно открыто и документально поддержано целым рядом выдающихся архиереев и других церковных деятелей. Со сторонниками учения дело обстоит несколько иначе. Апологеты «имяславия» обычно утверждают, что его поддерживали некоторые известные епископы — часто называются имена архиепископа Феофана (Быстрова) и епископа Феодора (Поздеевского) — но при этом ссылаются они только на устные свидетельства самих же «имяславцев» или на малодоступные рукописи (как в случае с архиепископом Феофаном). В последнем случае при этом также возникает ряд недоумений. Например, единственно изданные (и притом крайне неудачно, без каких-либо комментариев и пояснений) рукописи Владыки Феофана (Быстрова) «Об именах Божественных» и «Имя Божие», на которые ссылаются как на якобы явно «имяславские», в действительности представляют из себя просто неупорядоченный набор выписок и цитат в ту и другую сторону и не дают представления о мнении самого Владыки (который, кстати, всегда подчеркивал, что в догматических вопросах требуется большая осторожность и точность). Предположение о том что архиепископ Феофан был сторонником учения «имябожников» как такового (а не некоторых его положений, в числе которых есть и несомненные) тем более странно, что этот почитаемый архиерей активно и совершенно открыто выступал против «софиологии» о.Павла Флоренского и о.Сергия Булгакова, как выше упомянуто, тесно связанной у этих авторов с «имяславием». Надо думать, что позиция владыки не совпадала с крайней анти-имяславской точкой зрения, вроде той, что высказывал митрополит Антоний (Храповицкий), но считать, что он поддерживал «имяславскую» формулу, а тем более учение о.Антония (Булатовича) или о.Павла Флоренского нет никаких оснований.

В отношении Феодора (Поздеевского), утверждения о его поддержке спорного учения как такового, также вызывают серьезные сомнения: владыка, несомненно, был в очень хороших личных отношениях с о.Павлом Флоренским и с некоторыми другими «имяславцами», но, например, в письме о.Павлу от 28 января 1914 года просит его снять главу «София» и откровенно «имяславские» места. В противном случае Владыка отказывался от оппонирования. Такая позиция может быть, конечно, вызвана разными причинами, но, несомненно, она говорит не в пользу гипотезы об «имяславстве» епископа Феодора.

Вне сомнений лежит только сочувственное отношение к «имяславию» у митрополита Вениамина (Федченкова), высказанное уже после войны в его мемуарах. Это отношение дано, однако, не в богословской форме, а только в порядке выражения некоторого общего настроения.

При явным образом отсутствующей поддержке со стороны архиереев, учение «имяславцев» было, однако, очень тепло встречено со стороны некоторой части церковной интеллигенции, в основном «соловьевского» направления (здесь кроме упомянутых о.Павла Флоренского, о.Сергия Булгакова и А.Ф.Лосева следует отметить В.Ф.Эрна, М.А.Новоселова, М.Д.Муретова). При разработке вопросов, связанных с «имяславием», мыслителями этого круга было высказано немало важных мыслей о слове, языке, значении, имени, несомненно представляющих большой интерес. Многие из этих соображений, однако, имеют смысл независимо от «имяславской» доктрины и могут развиваться отдельно от нее. С другой стороны, среди них есть и явно неправославные воззрения, показывающие сильное влияние, с одной стороны, гностицизма и каббалы, а с другой стороны, нехристианской новоевропейской философии.

Высказывания разных лиц о сути спора

Игумен Никон (Воробьёв):

Об имени Иисусовом, может быть, встретимся, поговорим с Вами. Если попадут Вам книги об имяславцах, то там прочтете об этом. Я скажу кратко так: мне кажется, к имени Божиему или Иисусову надо относиться, как к иконе Спасителя или Св. Троицы и подобному. Седьмой Вселенский Собор узаконил почитание святых икон, но постановил чтить не как само Лицо, которое изображено, а лишь как напоминание об изображенном, однако почитать их священными предметами. Если Господь «везде сый и вся исполняяй», то тем более — в имени Своем или в иконе. Всякий, чтущий Бога, чтит и Его имя. Но спасает человека не имя Иисуса Христа, а Сам Христос, и спасает не всех, а кто уверует в Него и крестится, и живет по заповедям Его, а в нарушениях кается. Чем больше угодники Божии любили Господа, тем дороже для них становилось и имя Божие. Отсюда и происходит недоумение. В имени Божием присутствует Господь, но имя Божие не есть Сам Бог, как говорили имяславцы, и спасает не имя, а Господь, присутствующий в имени. Призывая имя Божие, мы призываем Бога и Им, Богом, спасаемся, а не сочетанием звуков имени Его .

Схиигумен Иоанн (Алексеев):

(из указаний духовному чаду) …В книге «На горах Кавказа» пропусти в предисловии с половины одиннадцатой страницы до половины семнадцатой страницы, еще третью и четвертую главу (главы 3-4 «Разъяснение о том, что в имени Божием присутствует Сам Бог») и ответ на рецензию, пункт первый. В указанных местах вкралась ошибка. Враг подзадорил автора, чтобы подорвать доверие в читателях… .

Библиография

  • Киприан Геворкович Шахбазян. Имяславие или имябожничество? Краткий очерк идей, определивший существо афонского спора // Троицкий С. В. Учение св. Григория Нисского об именах Божиих и имябожники. Краснодар, 2002. С. 260-301.

В поддержку «имяславия» В поддержку синодальных решений

  • Архиепископ Никон (Рождественский) Меч обоюдоострый. Спб.: АО «Санкт-Петербургская типография №6», 1995
  • Епископ Василий (Зеленцов). Общая картина отношений русской высшей церковной власти к имябожникам в связи с вероучением об Имени Божием // Богословские труды. №33, 1997.
  • Архиепископ Серафим (Соболев). Новое учение о Софии Премудрости Божией. София, 1997
  • Афонская трагедия: Гордость и сатанинские замыслы / Авт.-сост. Петр (Пиголь), игумен. М., 2005.
  • Святогорский монах Климент. Имябожнический бунт, или плоды учения книги «На горах Кавказа». Краткий исторический очерк афонской смуты. Москва, 2005.
  • Игумен и братия Афонского Пантелеимонова монастыря «Правда о событиях 1913 года в Пантелеимоновом монастыре» // Русскiй инокъ. 1914. № 2
  • Письмо Патриарха Сергия (Страгородского) митрополиту Вениамину (Федченкову)
  • Протоиерей Петр Андриевский. Ересь имябожничества в прошлом и настоящем
  • Киприан Шахбазян. Имяславие или имябожничество? Краткий очерк идей, определивших существо афонского спора

Использованные материалы

Игумен Никон (Воробьёв), Нам оставлено покаяние, Москва, 1997 г.

Тщеславие – это грех. Какое церковное определение вкладывается в это понятие? Какой он – тщеславный человек? За ответами обратимся к Библейским историям!

Тщеславие

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Мы вступили сегодня во вторую подготовительную неделю к Великому посту. На первой неделе образом слепого, нищего Вартимея, исцеленного Христом, нам напоминалось о том, что все мы духовно слепы, что все мы ослеплены видимым и неспособны видеть невидимое, которое является единственной всеконечной реальностью жизни: Бога.

В сегодняшнем Евангелии говорится нам о Закхее-мытаре; о человеке, который сумел победить самое, может быть, трудное и самое постоянное искушение нашей жизни, а именно — тщеславие. И через это, повергши себя на суд Божий и презрев мнение и суд человеческий, он стал способным быть чадом Царства Божия. Гордыня — это утверждение, что мы самодостаточны, что нам не нужен ни Творец, ни Промыслитель, ни Судья, ни Бог, ни человек. Это утверждение, что мы сами себе — закон, начало и конец. Но в тщеславии, как говорит святой Иоанн Лествичник, мы делаемся наглыми перед Богом и трусливыми перед людьми; потому что тщеславный человек, это человек, который ищет одобрения от людей, который предает себя человеческому суду, забывая о том, что над ним — суд Божий, суд вечной правды.

Кто такой тщеславный человек?

Тщеславный человек — это человек, который боится того, что о нем подумают и скажут люди; это человек, который готов купить их одобрение любой ценой: стать недостойным себя самого, стать недостойным Бога, лишь бы его не отвергли, лишь бы его не осудили, не осмеяли, лишь бы его похвалили. И похвалу эту тщеславный человек ищет не в самом великом, что в нем самом есть, но в чем угодно, самом низменном, самом ничтожном, чем он может купить человеческое одобрение или отвести от себя человеческий суд. И что еще хуже, этот суд добрый, это одобрение, эту поддержку он ищет от людей, которых он сам презирает в тайне своей души, от людей, которые часто в его собственных глазах не имеют никакого права произнести над ним или над кем бы то ни было, над чем бы то ни было суд, потому что их мерки слишком низменны, слишком ничтожны. И через тщеславие человек мельчает, унижается, делается недостойным собственного своего уважения; и одновременно он отстраняет Божий суд: потому что Божий суд требует от него величия, требует от него, чтобы он никогда себя не продавал человеческому суду. Этот соблазн тщеславия для каждого из нас, в каждое мгновение, является опасностью; он прилепляется к добру и ко злу. И через то, что хорошее в нас, и через то, что презренно в нас, мы ищем человеческого одобрения, мы ищем купить доброе отношение людей, и поэтому не только зло, но и добро отравляются этим тщеславием.

Читайте также — О главном враге христиан

В жизни св. Макария Великого рассказывается, как после его смерти один из его учеников видел, как душа его возносилась на небо; и на пути его старались остановить бесы, упрекая его в грехах, которые он совершил или не совершил; и он проходил мимо них. И когда он дошел до самых райских дверей, бесы, желая уловить его хоть в последнее мгновение его восхождения к Богу, воскликнули: Макарий! Ты нас победил!.. И в своей духовной мудрости святой Макарий обернулся к ним и уже в дверях райских сказал: Нет еще! — и вошел в Царство Божие. Только презрением к тщеславию, только готовностью быть судимым Богом единым и никем другим, кроме нашей совести, которая есть голос Божий в нас, можем мы вступить на путь реальности, на путь жизни, оторваться от призраков и от лжи. И поэтому в начале Великого Поста, напомнив нам о нашей слепоте духовной, Церковь в первую очередь нам говорит о том, что только оторвавшись от тщеславия, стал Закхей способным принять под кров свой, в дом, в душу, в жизнь Спасителя Господа Иисуса Христа; стал способным покаяться — т.е. отвернуться от всего, что не есть Божия правда, Божии пути — и поэтому о нем сказал Господь, что пришло спасение дому его.

Вдумаемся в наше собственное состояние, станем перед Божиим всемилостивым, но вместе с тем неумолимым по своей правде и чистоте судом. И хотя бы приблизимся к Царству Божию, в которое одним шагом вошел мытарь Закхей. Аминь.

Материал, представленный ниже, является авторской работой священника Максима Каскуна (Московская область), опубликованной в сети Интернет в формате видеолекций. Автор данного проекта «ierei063» с целью более лаконичной подачи информации оптимизировал его лекции таким образом, чтобы без потери основной мысли значительно уменьшить объем материала, предоставляя возможность читателю быстро и точно уловить основную мысль.

Батюшка проделал серьезную, заслуживающую уважения работу, из различных источников, в том числе из трудов Святых отцов, собрал информацию по теме, четко систематизировал и раскрыл её. Разработкой данного материала он занимался весьма долго, и я не претендую на авторство, но с целью экономии собственного времени, видя сей достойный труд, дерзаю разместить «сокращенную версию» у себя на сайте. Желающих обратиться к оригинальному материалу прошу переходить на Интернет-проект иерея Максима Каскуна, который так же нуждается в поддержке своих трудов.

Тщеславие — слава пустая, суетная, временная, непостоянная, земная и греховная.

Современный человек готов на подлость, низость, коварство, преступления — лишь бы прославиться и восхвалиться перед людьми.

Тщеславие – бесовское состояние, изменение естества, наблюдение укоризн, предтеча гордости, исхититель духовного сокровища.

Тщеславие — конь, гордость — всадник

Страсть естественная, то есть Господь изначально человека создавал с огромным желанием божественной небесной славы, но грех исказил в человеке естество, поэтому Святые отцы делают акцент на том, что страсть базирована на естественном, но изменена от грехов.

Страсть относится к смертным грехам, это значит, что она глубока и своей глубиной убивает душу.

Что такое тщеславие в понимании человека: делание трудов на показ, чтобы люди увидели, какие мы молодцы.

Славолюбие — это состав тщеславия. Любовь к прославлению и на показ. Это состав тщеславия.

Честолюбие — любовь к почестям и чествованием (особое отношение к нему). Это состав тщеславия.

Отличие славолюбия от честолюбия — лишь в том, что в славолюбии человек ищет славу — прославление — похвалу от людей, а в честолюбии ищет особого отношения.

Тщеславный человек –эгоист по жизни, (самоугождение так же является составом страсти тщеславия), и, конечно же, присутствуют желание и действия самопрославления.

Страсть тщеславия многогранна.

С одной стороны, человек, встав на борьбу со грехом, может начать работать над конкретной ситуация, например перестать возношаться потому, что он самый лучший работник года, в то же время появится сомовосхваление того, что «какой ты молодец победит это грех».

Вот так тщеславие может искореняться с одной стороны и появляться с другой.

Тщеславию подвержены, прежде всего, те, кто забывает Бога, теряет благоговение,

эгоистичен, самолюбив, любит внимание, хвалится подвигом или трудом, невнимателен, рассеян, суетлив, поспешен.

Другими словами, человек не бдит над собой, ведет расслабленную духовную жизнь, мечтателен, участвует в различных помыслах и мечтах, принимает лесть и похвалу, что усугубляет болезненное состояние души

Форма поощрения

Признаки наличия тщеславия у себя:

  1. Болезненная реакция на бесчестие. Сердце сжимается, настроение портится. Червь внутри заводится, возникает чувство неприязни ненависти к поносителю. Потому как тщеславный человек хочет быть лучшим.

  2. Зависть к превосходящему, азарт превосходства.

  3. Приукрашение своего труда, приписывание заслуг.

  4. Ожидание благодарности от людей.

  5. Ожидание награды от Бога.

  6. Прекословие.

Последствие тщеславия: Тщеславие полностью лишает человека духовных плодов и Божественной награды, зарождает в человеке лицемерие и двойственность: победил страсть – потщеславился и тут же впал вновь, душа наполняется низостью подлостью, потеря великодушия, благородности, ожесточает душу, притупляет ум и чувства, исполняет человека высокоумием, далее – впадение в прелесть и потеря духовности.

Общие признаки тщеславия:

Самовысказывание, самопрославление, пиар, искание похвалы, комплиментов, первенство, превосходство, изворотливость, карьеризм, лидерство, соперничество, ненависть, зависть, страсть к комфорту, престижу, изяществу

Видимая борьба:

  1. Безразличие к мнению окружающих.

  2. Зрение недостатков своих трудов.

  3. Добродетель, жертвенность, бескорыстие.

  4. Прославление Бога.

  5. Внимательность и отсечение причин.

  6. Усердная молитва.

  7. Упражнение смирения.

  8. Сокрытие своих трудов.

  9. Полезно исполнение позорных послушаний (для кого-то это работа дворником, помню, когда в юношестве приходилось работать дворником, для меня это было чувство позорного послушания).

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *