В чем смысл любви

Смысл любви

Любовь ― одно из самых сильных чувств в этом мире… А, может, это не только чувство? Мы решили подобрать цитаты про любовь, которые определяют ее настоящий смысл.

Смысл любви в цитатах великих людей

Любовь — ответ на проблему человеческого существования.
Эрих Фромм

Любовь даст тебе первое доказательство того, что жизнь не бессмысленна. Люди, которые говорят, что жизнь бессмысленна, не познали любви. Они просто тем самым говорят, что в их жизни недоставало любви.
Ошо

Люди дарят цветы, потому что в цветах заложен настоящий смысл любви. Тот, кто попытается овладеть цветком, увидит, как увядает его красота. Но тот, кто будет просто смотреть на цветок в своем поле, всегда будет с ним. Потому что он сольется с вечером, с заходом солнца, с запахом влажной земли и облаками на горизонте.
Пауло Коэльо

Любовь — начало и конец нашего существования. Без любви нет жизни. Поэтому-то любовь есть то, перед чем преклоняется мудрый человек.
Конфуций

Истина в том, что одном мгновении настоящей любви, в сердце любого человека – и благороднейшего из всех, и самого пропащего – заключена, как в чашечке лотоса, вся жизнь весь её смысл, содержание и назначение.
Грегори Дэвид Робертс

Смысл и достоинство любви как чувства состоит в том, что она заставляет нас действительно всем нашим существом признать за другим то безусловное центральное значение, которое, в силу эгоизма, мы ощущаем только в самих себе. Любовь важна не как одно из наших чувств, а как перенесение всего нашего жизненного интереса из себя в другое, как перестановка самого центра нашей личной жизни.
Владимир Соловьев

Если вдуматься, у любви нет цели — это и делает ее столь величественной.
Стивен Фрай

Умники утверждают, что в любви начисто отсутствует смысл. Может, и так. Зато она придает смысл всему остальному. Обычным дням, домашним хлопотам, завтраку по утрам, ожиданию звонка, разговорам ни о чем.
Татьяна Полякова

Нужна ли человеку любовь? А если нужна, то в чем, тогда, ее смысл? Эти вопросы вечные. И волнуют они, наверное, практически каждого человека. Вас ― точно волнуют, раз уж вы зашли сюда в поисках цитат. Но найти ответ на эти вопросы не так просто, как кажется. Все потому, что для каждого отдельно взятого человека существует свой ответ, что такое любовь, и каков ней смысл. Надеемся, что цитаты про смысл любви помогут и вам найти свой ответ на этот вопрос.

Всякое рассуждение о любви — это повторение рассуждений из вечных и увечных. Какой смысл доискиваться какого-либо смысла в том, что иррациональнее всего, в том, что мы называем сердцем. Как рассудок рассудит стремление сердца вести кровь — корабль прямо на мель, где неизменно потерпит крушение?
Хулио Кортасар

Любовь есть животворный огонь в душе человека, и все, созданное человеком под влиянием этого чувства, отмечено печатью жизни и поэзии.
Тарас Шевченко

Без любви жить легче. Но без неё нет смысла.
Лев Толстой

Смысл любви не в том, чтобы владеть чьим-то телом. Смысл любви — в свободе странствовать по сердцу и мыслям возлюбленного.
Колин Маккалоу

Мы созданы для любви, пока мы одни жизнь бессмысленна, смысл рождается, когда есть другой.
Артур Конан Дойл

Вечный смысл любви заключается именно в том, что влюблённые как бы рождаются друг для друга в самый момент возникновения их любви.
Сёрен Кьеркегор

Жизнь не имеет смысла. Смысл — это всегда несвобода, смысл — это жесткие рамки, в которые мы загоняем друг друга. Говорим — смысл в деньгах. Говорим — смысл в любви. Говорим — смысл в вере. Но все это — лишь рамки. В жизни нет смысла — и это ее высший смысл и высшая ценность. В жизни нет финала, к которому ты обязан прийти, — и это важнее тысячи придуманных смыслов.
Сергей Лукьяненко

В нашей жизни есть одна-единственная краска, как и на палитре художника, придающая смысл жизни и искусству. Это краска любви.
Марк Шагал

Надо понимать, что в любви нет шаблонов, поэтому цитаты про смысл любви могут только натолкнуть вас на ответ, чем это чувство является для вас лично. Все мысли и слова идут от сердца, поэтому в данном вопросе лучше полагаться на собственные ощущения. Ведь даже известный психолог-гуманист Эрих Фромм писал, что когда один человек говорит другому «Я тебя люблю», у обоих появляется иллюзия понимания этого выражения, хотя каждый может иметь в виду что-то совершенно отличное.

Без любви душа пуста. Без неё не создаются стихи, не звучит песня, не существует красота. Без любви не имеет смысла само понятие бытия. Любовь – начало всех начал, источник всего лучшего.
Татьяна Устименко

Мужчины, женщины, постоянно рождающиеся для любви, в полный голос заявите о своем чувстве, кричите: «Я люблю тебя», вопреки всем страданиям, проклятиям, презрению скотов, хуле моралистов. Кричите это вопреки всяческим превратностям, утратам, вопреки самой смерти… Любить — это единственный смысл жизни. И смысл смыслов, смысл счастья.
Поль Верлен

Любовь — это состояние, в котором человек способен почувствовать и пережить свою абсолютную незаменимость. В любви человек может почувствовать смысл своего существования для другого и смысл существования другого для себя. Любовь помогает человеку проявиться, выявляя, увеличивая, развивая в нём хорошее, положительное, ценное. Это высший синтез смысла существования человека. Только любя, отдавая себя другому и проникая в него, я нахожу себя, я открываю себя, я открываю нас обоих, я открываю человека.
Эрих Фромм

Любовь… Вроде бы такое простое, с детства знакомое понятие. А в то же время трудно найти в русском языке (да, думаю, и во всех других языках мира) другое слово, в котором будет заключено столько разных смыслов, столько загадок и тайн. Сколько живет на Земле человек, столько поэты и философы, психологи и лингвисты, художники и сами влюбленные пытаются понять и объяснить смысл этого слова. И пока еще никому это в полной мере не удалось. Ведь сколько людей — столько и видов любви. И даже более того — один и тот же человек в течение жизни каждый раз переживает это чувство по-разному.
Олег Рой

В арифметике любви один плюс один равно все, а два минус один равно ничто.
Миньон Маклафлин

Любовь не имеет ничего общего с обладанием. Её высшее проявление — предоставлять свободу.
Жан-Поль Сартр

Зачем мы любим?..
Правда, странный вопрос. Он кажется нелепым, даже абсурдным. Но почему? Почему мы никогда об этом не думаем? Почему не спросим себя: «Зачем ты любишь? Какой в этом смысл?»
Все в этом мире имеет какой-то смысл. В нем нет ничего бесполезного или случайного. Значит, такая цель должна быть и у любви… а мы не знаем ее.
Прагматик скажет, что любовь — это просто физиология. Он скажет, что любовь нужна для продолжения рода. Но разве для продолжения рода недостаточно просто физического влечения? И как тогда быть с любовью к своим родителям, к близким, к Богу, наконец? Зачем возникает это чувство? Неужели недостаточно привязанности, уважения, восхищения? Почему любовь?
Любовь приносит человеку страдания, но и в этом тоже должен быть какой-то смысл. Не может же быть, что и душевный труд, и страдания любящего лишены всякого смысла! Но так получается… Каждый знает это по своему опыту.
Мучительный, изматывающий бег по кругу: пустота — любовь — мука — снова пустота и снова любовь. И вот уже нас одолевает единственное желание — спрятаться, уйти, забыться, не думать. Человек, познавший боль, испытывает страх. Он боится повторения этой муки. Он не хочет любви, не хочет вновь попасть в ее зловещий, манящий омут.
Страх перед любовью преследует человека. Ведь влюбиться — значит потерять себя, лишиться чувства опоры. Любящий отказывается от своего «Я», вверяет себя в руки возлюбленного. Это как прыжок с небоскреба — он пугает и завораживает. Завораживающий ужас — вот что такое любовь.
Две вещи — любовь и смерть — великая тайна, спрятанная под покрывалами страха. Мы не можем проникнуть в суть этих тайн. Они остаются для нас вечной загадкой — не проясненными, скрытыми, запретными.
Небеса посылают нам любовь, Небеса обрекают нас на смерть, не спрашивая ни о нашей готовности, ни о нашем желании. Они обе — любовь и смерть, как Рок, как перст Судьбы повелевают нашими жизнями. А мы не знаем их, не можем понять, и даже не видим в них смысла…
Анхель де Куатье

В цитатах про смысл любви можно долго искать ответа. Но кажется, что самым простым ответом будет простое на первый взгляд высказывание: смысл любви в ней самой. Недаром говорят, что без любви жизнь безлика и ограничена, без нее невозможно познать всю полноту и красоту жизни. И еще стоит помнить, что любовь ― не деньги, ее нельзя получить или потерять. Она ― чувство свободных зрелых личностей. Помните об этом и будьте счастливы!

Ну а если вам мало этих высказывания, то у нас есть еще цитаты о любви великих людей.

Зачем любить или какой смысл любви?

На моем опыте безустанное стремление к безусловной любви, скорее, не наполняет человека, а причиняет ему много страданий, а кроме того, делает пассивно агрессивным (человек прямо не сообщает, что ему не нравится, а провоцирует агрессию в другом, сам оставаясь «чистеньким»), иногда лицемерным, а иногда очень подверженным манипуляциям или манипулирующим (чаще пассивно).

Часто у таких людей можно встретить вторичные выгоды, скрытое высокомерие, жажду получить помощь и любовь самому. Я уверен, что не это предел человеческой зрелости.

Что такое любовь?

Что является зрелой любовью и зачем ее испытывать, зачем любить?

В теориях любви я опираюсь на следующие 2:

представление о любви Эриха Фромма и трехкомпонентную теорию любви Роберта Стернберга – довольно практичные, понятные, учитывающие как любящего, так и любимого.

Одним из ведущих определений любви для меня является определение Эриха Фромма: «Любовь – это активная заинтересованность в жизни и объекте любви.»

Просто? Да. Ясно? Да. В то же время в своей книге «Искусство любить» Эрих Фромм делает большой акцент на том, что без любви к себе любовь к другим невозможна! И мне это кажется очень логичным: если я не могу позаботиться и проявить любовь к себе, то как реально я могу проявить любовь к другому?

Грубо говоря, нет матрицы, на которой записан код проявления любви. И любовь к себе не равно эгоизм/эгоцентризм. И даже наоборот, эгоизм возникает вследствие неумения проявить к себе любовь… Но это, пожалуй, отдельная тема. Для интересующихся могу порекомендовать для прочтения выше указанную книгу – одна из редких глубоких книг, написанных очень простым языком.

Словом, одна из ключевых для меня мыслей книги, которую я сюда привношу:

Если нет меня – то нет и человека, который может испытывать и проявлять любовь к другому.

Вторая модель, на которую я опираюсь, касается чисто эротической любви (по Эриху Фромму), любви в паре.

Я полагаю, именно эта любовь является одной из наиболее животрепещущих, сколь обычно много затруднений именно с ней (и родительской, но они взаимосвязаны). Трехкомпонентная теория любви Роберта Стернберга включает в себя следующие компоненты:

  • Страсть – сексуальное влечение к объекту.
  • Близость (интимность) – чувство сопричастности, единства, связанности, душевный и эмоциональный комфорт, интерес к другому.
  • Обязательство – решение оставаться с партнером в краткосрочной перспективе и общие планы на будущее в долгосрочной.

В соответствии с соотношением 3 компонентов Роберт Стернберг выделяет 8 видов любви:

1. Отсутствие любви (ни один компонент не представлен) характеризует многие повседневные взаимодействия с другими.

2. Влюбленность (присутствует только страсть): относительно скоротечна, без появления близости или обязательств может исчезнуть внезапно.

3. Дружба (присутствует только близость): чувство связанности и теплоты без чувства сильной страсти или долгосрочных обязательств.

4. Пустая любовь (присутствует только обязательство) характеризуется обязательствами без близости или страсти, распространена в культурах устроенных браков по расчету.

5. Романтическая любовь (страсть + близость). Романтические любовники не только обращены физически друг к другу, но также связаны эмоционально — однако не имеют поддерживающих обязательств. Хороший пример – курортные романы.

6. Дружеская любовь (близость + обязательство), сильнее дружбы благодаря элементу долгосрочных обязательств. Наблюдается в долгих браках, где страсти больше нет, но есть глубокая привязанность и обязательства друг перед другом.

7. Роковая любовь (страсть + обязательство) характеризуется бурным началом отношений, переходящих (часто сразу) в брак. Ее упущение в том, что обязательства строятся на базе часто непредсказуемой страсти без стабилизирующего влияния близости.

8. Совершенная любовь (страсть + близость + обязательство) – полная форма любви и представляется как идеальные отношения, к которым люди стремятся. Согласно автору теории, эти пары продолжают иметь отличный секс спустя более 15 лет отношений, они не могут представить себе более счастливые длительные отношения с кем-то ещё, они умеют решить свои малочисленные затруднения, и каждый наслаждается в отношениях с партнером. Хотя автор и пишет, что поддержание совершенной любви может быть даже сложнее, чем её достижение.

Как вам эта теория? Мне она нравится своей простотой, применимостью, ясностью, а также в ней нигде не указано, что любящий обязан чем-то или кем-то жертвовать «во имя любви». Мне кажется это очень важным фактором.

Также обе теории включают динамичность любви, предполагают возможные изменения, что соответствует реальности – она часто меняется и вынуждает подстраиваться. Я считаю, что чувство любви тоже подвергается изменениям в соответствии с обстоятельствами, личностными и, в конце концов, физиологическими/физическими изменениями в человеке.

И вот переходим к ключевому вопросу статьи: зачем любить?

Зачем любить?

Хочется думать, что вы, читатель, уже готовы или почти готовы ответить на этот ключевой вопрос статьи – зачем же вам любовь? Но прежде, чем я окончательно задам этот вопрос, хочется отметить еще кое-что.

Было проведено исследование: дети, которые были лишены физического контакта в детстве, отставали в своем психологическом и даже физическом развитии. Я думаю, это уместно и к теме любви: без любви человек сможет выжить, но разовьется ли он в достаточной степени? Практически уверен – нет.

Как биосоциональное существо человек нуждается в теплом контакте, который обычно и называется проявлением любви. Таким образом, для полноценного развития человек нуждается в любви (начиная с младенчества; а потом любовь меняет форму и объект любви).

Ну что, вы определились, дорогой читатель, зачем любить именно вам?

Без любви люди вырастают эмоционально травмированными, и либо потом травмируют себя по кругу, других людей (тоже до того травмированных), своих детей, либо длительное время «зализывают раны» в кабинетах психотерапевтов. Безусловно, чтобы дать Любовь другому, важно иметь базой любовь к себе.

Поэтому если говорить о важности любви (зрелой) – она очень важна как для базового развития ребенка, так и далее в жизни человека в целом.

А каким именно своим дополнительным смыслом вы наделяете свою потребность в любви – это действительно ваша история и ответственность. Даже если, например, говорить о 3 компонентах, указанных выше, то каждому будет отдельный компонент важнее других.

Краткие выводы

Любовь – понятие философское. «Зачем?» – вопрос тоже нередко философский. И получается у нас философская философия 🙂 Но все же в статье я привел примеры довольно понятных, применимых в жизни теорий любви, рассмотрел несколько заблуждений о любви, последствия отсутствия любви в процессе развития человека…

Ответил ли я прямо на вопрос «зачем любить?» – наверное, нет. Как и хотел, я, скорее, сообщил некоторую важную информацию, чтобы вы могли сами сделать выводы и решить для себя, насколько вам нужна любовь, зачем именно и какого качества.

Вне зависимости от вашего личного выбора я пожелаю вам обрести любовь к себе… Ведь с нее все начинается!

Текст книги «Смысл любви»

II

Первый шаг к успешному решению всякой задачи есть сознательная и верная ее постановка; но задача любви никогда сознательно не ставилась, а потому никогда и не решалась как следует. На любовь смотрели и смотрят только как на данный факт, как на состояние (нормальное для одних, болезненное для других), которое переживается человеком, но ни к чему его не обязывает; правда, сюда привязываются две задачи: физиологического обладания любимым лицом и житейского с ним союза, – из них последняя налагает некоторые обязанности, – но тут уже дело подчиняется законам животной природы, с одной стороны, и законам гражданского общежития – с другой, а любовь, с начала и до конца предоставленная самой себе, исчезает, как мираж. Конечно, прежде всего любовь есть факт природы (или дар Божий), независимо от нас возникающий естественный процесс; но отсюда не следует, чтобы мы не могли и не должны были сознательно к нему относиться и самодеятельно направлять этот естественный процесс к высшим целям. Дар слова есть также натуральная принадлежность человека, язык не выдумывается, как и любовь. Однако было бы крайне печально, если бы мы относились к нему только как к естественному процессу, который сам собою в нас происходит, если бы мы говорили так, как поют птицы, предавались бы естественным сочетаниям звуков и слов для выражения невольно проходящих чрез нашу душу чувств и представлений, а не делали из языка орудия для последовательного проведения известных мыслей, средства для достижения разумных и сознательно поставленных целей. При исключительно пассивном и бессознательном отношении к дару слова не могли бы образоваться ни наука, ни искусство, ни гражданское общежитие, да и самый язык вследствие недостаточного применения этого дара не развился бы и остался при одних зачаточных своих проявлениях. Какое значение имеет слово для образования человеческой общественности и культуры, такое же и еще большее имеет любовь для создания истинной человеческой индивидуальности. И если в первой области (общественной и культурной) мы замечаем хотя и медленный, но несомненный прогресс, тогда как индивидуальность человеческая с начала исторических времен и доселе остается неизменной в своих фактических ограничениях, то первая причина такой разницы та, что к словесной деятельности и к произведениям слова мы относимся все более и более сознательно и самодеятельно, а любовь по-прежнему оставляется всецело в темной области смутных аффектов и невольных влечений.

Как истинное назначение слова состоит не в процессе говорения самом по себе, а в том, что говорится, – в откровении разума вещей через слова или понятия, так истинное назначение любви состоит не в простом испытывании этого чувства, а в том, что посредством него совершается, – в деле любви: ей недостаточно чувствовать для себя безусловное значение любимого предмета, а нужно действительно дать или сообщить ему это значение, соединиться с ним в действительном создании абсолютной индивидуальности. И как высшая задача словесной деятельности уже предопределена в самой природе слов, которые неизбежно представляют общие и пребывающие понятия, а не отдельные и преходящие впечатления и, следовательно, уже сами по себе, будучи связью многого воедино, наводят нас на разумение всемирного смысла, подобным же образом и высшая задача любви уже предуказана в самом любовном чувстве, которое неизбежно прежде всякого осуществления вводит свой предмет в сферу абсолютной индивидуальности, видит его в идеальном свете, верит в его безусловность. Таким образом в обоих случаях (и в области словесного познания, и в области любви) задача состоит не в том, чтобы выдумать от себя что-нибудь совершенно новое, а лишь в том, чтобы последовательно проводить далее и до конца то, что уже зачаточно дано в самой природе дела, в самой основе процесса. Но если слово в человечестве развивалось и развивается, то относительно любви люди оставались и остаются до сих пор при одних природных зачатках, да и те плохо понимаются в их истинном смысле.

III

Всем известно, что при любви непременно бывает особенная идеализация любимого предмета, который представляется любящему совершенно в другом свете, нежели в каком его видят посторонние люди. Я говорю здесь о свете не в метафорическом только смысле, дело тут не в особенной только нравственной и умственной оценке, а еще в особенном чувственном восприятии: любящий действительно видит, зрительно воспринимает не то, что другие. И для него, впрочем, этот любовный свет скоро исчезает, но следует ли отсюда, что он был ложным, что это была только субъективная иллюзия?

Истинное существо человека вообще и каждого человека не исчерпывается его данными эмпирическими явлениями – этому положению нельзя противопоставить разумных и твердых оснований ни с какой точки зрения. Для материалиста и сенсуалиста не менее, чем для спиритуалиста и идеалиста, то, что кажется, не тождественно с тем, что есть, а когда дело идет о двух различных видах кажущегося, то всегда законен вопрос, какой из этих видов более совпадает с тем, что есть, или лучше выражает природу вещей. Ибо кажущееся, или видимость вообще, есть действительное отношение, или взаимодействие, между видящим и видимым и, следовательно, определяет их обоюдными свойствами. Внешний мир человека и внешний мир крота – оба состоят лишь из относительных явлений или видимостей; однако едва ли кто серьезно усомнится в том, что один из этих двух кажущихся миров превосходнее другого, более соответствует тому, что есть ближе к истине.

Мы знаем, что человек кроме своей животной материальной природы имеет еще идеальную, связывающую его с абсолютной истиной или Богом. Помимо материального или эмпирического содержания своей жизни каждый человек заключает в себе образ Божий, т. е. особую форму абсолютного содержания. Этот образ Божий теоретически и отвлеченно познается нами в разуме и через разум, а в любви он познается конкретно и жизненно. И если это откровение идеального существа, обыкновенно закрытого материальным явлением, не ограничивается в любви одним внутренним чувством, но становится иногда ощутительным и в сфере внешних чувств, то тем большее значение должны мы признать за любовью как за началом видимого восстановления образа Божия в материальном мире, началом воплощения истинной идеальной человечности. Сила любви, переходя в свет, преобразуя и одухотворяя форму внешних явлений, открывает нам свою объективную мощь, но затем уже дело за нами: мы сами должны понять это откровение и воспользоваться им, чтобы оно не осталось мимолетным и загадочным проблеском какой-то тайны.

Духовно-физический процесс восстановления образа Божия в материальном человечестве никак не может совершиться сам собой, помимо нас. Начало его, как и всего лучшего в этом мире, возникает из темной для нас области несознаваемых процессов и отношений; там зачаток и корни дерева жизни, но возрастить его мы должны собственным сознательным действием; для начала достаточно пассивной восприимчивости чувства, но затем необходима деятельная вера, нравственный подвиг и труд, чтобы удержать за собой, укрепить и развить этот дар светлой и творческой любви, чтобы посредством него воплотить в себе и в другом образ Божий и из двух ограниченных и смертных существ создать одну абсолютную и бессмертную индивидуальность. Если неизбежно и невольно присущая любви идеализация показывает нам сквозь эмпирическую видимость далекий идеальный образ любимого предмета, то, конечно, не затем, чтобы мы им только любовались, а затем, чтобы мы силой истинной веры, действующего воображения и реального творчества преобразовали по этому истинному образцу не соответствующую ему действительность, воплотили его в реальном явлении.

Но кто же думал когда-нибудь о чем-нибудь подобном по поводу любви? Средневековые миннезингеры и рыцари при своей сильной вере и слабом разуме успокоивались на простом отождествлении любовного идеала с данным лицом, закрывая глаза на их явное несоответствие. Эта вера была столь же тверда, но и столь же бесплодна, как тот камень, на котором «все в той же позиции» сидел знаменитый рыцарь фон Грюнвалиус «у замка Амалии».

Кроме такой веры, заставлявшей только благоговейно созерцать и восторженно воспевать мнимо воплощенный идеал, средневековая любовь была, конечно, связана и с жаждой подвигов. Но эти воинственные и истребительные подвиги, не имея никакого отношения к вдохновлявшему их идеалу, не могли вести к его осуществлению. Даже тот бледный рыцарь, который совсем отдался впечатлению открывшейся ему небесной красоты, не смешивая ее с земными явлениями, и он вдохновлялся этим откровением лишь на такие действия, которые служили более ко вреду иноплеменников, нежели к пользе и славе «вечноженственного».

Zumen coeli! Sancta rosa!
Восклицал он, дик и рьян,
И как гром его угроза
Поражала мусульман.

Для поражения мусульман, конечно, не было надобности иметь «видение, непостижное уму». Но над всем средневековым рыцарством тяготело это раздвоение между небесными видениями христианства и «дикими и рьяными» силами в действительной жизни, пока наконец знаменитейший и последний из рыцарей, Дон-Кихот Ламанчский, перебивши много баранов и сломав немало крыльев у ветряных мельниц, но нисколько не приблизивши тобосскую коровницу к идеалу Дульцинеи, не пришел к справедливому, но только отрицательному сознанию своего заблуждения; и если тот типичный рыцарь до конца остался верен своему видению и «как безумец умер он», то Дон-Кихот от безумия перешел только к печальному и безнадежному разочарованию в своем идеале.

Это разочарование Дон-Кихота было завещанием рыцарства новой Европе. Оно действует в нас и до сих пор. Любовная идеализация, переставши быть источником подвигов безумных, не вдохновляет ни к каким. Она оказывается только приманкой, заставляющей нас желать физического и житейского обладания, и исчезает, как только эта совсем не идеальная цель достигнута. Свет любви ни для кого не служит путеводным лучом к потерянному раю; на него смотрят как на фантастическое освещение краткого любовного «пролога на небе», которое затем природа весьма своевременно гасит как совершенно ненужное для последующего земного представления. На самом деле этот свет гасит слабость и бессознательность нашей любви, извращающей истинный порядок дела.

IV

Внешнее соединение, житейское и в особенности физиологическое, не имеет определенного отношения к любви. Оно бывает без любви, и любовь бывает без него. Оно необходимо для любви не как ее непременное условие и самостоятельная цель, а только как ее окончательная реализация. Если эта реализация ставится как цель сама по себе прежде идеального дела любви, она губит любовь. Всякий внешний акт или факт сам по себе есть ничто; любовь есть нечто только благодаря своему смыслу, или идее, как восстановление единства или целости человеческой личности, как создание абсолютной индивидуальности. Значение связанных с любовью внешних актов и фактов, которые сами по себе ничто, определяется их отношением к тому, что составляет самое любовь и ее дело. Когда нуль ставится после целого числа, он увеличивает его в десять раз, а когда ставится прежде него, то его столько же уменьшает или раздробляет его, отнимает у него характер целого числа, превращая его в десятичную дробь; и чем больше этих нулей, предпосланных целому, тем мельче дробь, тем ближе она сама становится к нулю.

Чувство любви само по себе есть только побуждение, внушающее нам, что мы можем и должны воссоздать целость человеческого существа. Каждый раз, когда в человеческом сердце зажигается эта священная искра, вся стенающая и мучающаяся тварь ждет первого откровения славы сынов Божьих. Но без действия сознательного человеческого духа Божья искра гаснет, и обманутая природа создает новые поколения сынов человеческих для новых надежд.

Эти надежды не исполняются до тех пор, пока мы не захотим вполне признать и осуществить до конца все то, чего требует истинная любовь, что заключается в ее идее. При сознательном отношении к любви и действительном решении исполнить ее задачу прежде всего останавливают два факта, по-видимому осуждающие нас на бессилие и оправдывающие тех, которые считают любовь иллюзией. В чувстве любви по основному его смыслу мы утверждаем безусловное значение другой индивидуальности, а через это и безусловное значение своей собственной. Но абсолютная индивидуальность не может быть преходящей, и она не может быть пустой. Неизбежность смерти и пустота нашей жизни совершенно несовместимы с тем повышенным утверждением индивидуальности своей и другой, которое заключается в чувстве любви. Это чувство, если оно сильно и вполне сознательно, не может примириться с уверенностью в предстоящем одряхлении и смерти любимого лица и своей собственной. Между тем тот несомненный факт, что все люди всегда умирали и умирают, всеми или почти всеми принимается за безусловно непреложный закон (так что даже в формальной логике принято пользоваться этой уверенностью для составления образцового силлогизма:

«Все люди смертны; Кай человек; следовательно, Кай смертен»). Многие, правда, верят в бессмертие души; но именно чувство любви лучше всего показывает недостаточность этой отвлеченной веры. Бесплотный дух есть не человек, а ангел; но мы любим человека, целую человеческую индивидуальность, и если любовь есть начало просветления и одухотворения этой индивидуальности, то она необходимо требует сохранения ее как такой, требует вечной юности и бессмертия этого определенного человека, этого в телесном организме воплощенного живого духа. Ангел или чистый дух не нуждается в просветлении и одухотворении; просветляется и одухотворяется только плоть, и она есть необходимый предмет любви. Представлять себе можно все, что угодно, но любить можно только живое, конкретное, а, любя его действительно, нельзя примириться с уверенностью в его разрушении.

Но если неизбежность смерти несовместима с истинной любовью, то бессмертие совершенно несовместимо с пустотой нашей жизни. Для большинства человечества жизнь есть только смена тяжелого механического труда и грубочувственных, оглушающих сознание удовольствий. А то меньшинство, которое имеет возможность деятельно заботиться не о средствах только, но и о целях жизни, вместо этого пользуется своей свободой от механической работы главным образом для бессмысленного и безнравственного времяпровождения. Мне нечего распространяться про пустоту и безнравственность – невольную и бессознательную – всей этой мнимой жизни после ее великолепного воспроизведения в «Анне Карениной», «Смерти Ивана Ильича» и «Крейцеровой сонате». Возвращаясь к своему предмету, укажу лишь на то очевидное соображение, что для такой жизни смерть не только неизбежна, но и крайне желательна: можно ли без ужасающей тоски даже представить себе бесконечно продолжающееся существование какой-нибудь светской дамы, или какого-нибудь спортсмена, или карточного игрока?

Несовместимость бессмертия с таким существованием ясна с первого взгляда. Но при большем внимании такую же несовместимость мы должны будем признать и относительно других, по-видимому более наполненных существовании. Если вместо светской дамы или игрока мы возьмем, на противоположном полюсе, великих людей, гениев, одаривших человечество бессмертными произведениями или изменивших судьбу народов, то увидим, что содержание их жизни и ее исторические плоды имеют значение лишь как данные раз и навсегда, а при бесконечном продолжении индивидуального существования этих гениев на земле потеряли бы всякий смысл. Бессмертие произведений, очевидно, нисколько не требует и даже само по себе исключает непрерывное бессмертие произведших их индивидуальностей. Можно ли представить себе Шекспира, бесконечно сочиняющего свои драмы, или Ньютона, бесконечно продолжающего изучать небесную механику, не говоря уже о нелепости бесконечного продолжения такой деятельности, какою прославились Александр Великий или Наполеон. Очевидно, что искусство, наука, политика, давая содержание отдельным стремлениям человеческого духа и удовлетворяя временным историческим потребностям человечества, вовсе не сообщают абсолютного, самодовлеющего содержания человеческой индивидуальности, а потому и не нуждаются в ее бессмертии. В этом нуждается только любовь, и только она может этого достигнуть. Истинная любовь есть та, которая не только утверждает в субъективном чувстве безусловное значение человеческой индивидуальности в другом и в себе, но и оправдывает это безусловное значение в действительности, действительно избавляет нас от неизбежности смерти и наполняет абсолютным содержанием нашу жизнь.

Статья четвертая

I

«Дионис и Гадес – одно и то же», – сказал глубочайший мыслитель древнего мира. Дионис, молодой и цветущий бог материальной жизни в полном напряжении ее кипящих сил, бог возбужденной и плодотворной природы, – то же самое, что Гадес, бледный владыка сумрачного и безмолвного царства отшедших теней. Бог жизни и бог смерти – один и тот же бог. Это есть истина, бесспорная для мира природных организмов. Закипающая в индивидуальном существе полнота жизненных сил не есть его собственная жизнь, это жизнь чужая, жизнь равнодушного и беспощадного к нему рода, которая для него есть смерть. В низших отделах животного царства это вполне ясно; здесь особи существуют только для того, чтобы произвести потомство и затем умереть; у многих видов они не переживают акта размножения, умирают тут же на месте, у других переживают лишь на очень короткое время. Но если эта связь между рождением и смертью, между сохранением рода и гибелью особи есть закон природы, то, с другой стороны, сама природа в своем поступательном развитии все более и более ограничивает и ослабляет этот свой закон; необходимость для особи служить средством к поддержанию рода и умирать по исполнении этой службы остается, но действие этой необходимости обнаруживается все менее и менее прямо и исключительно по мере совершенствования органических форм, по мере возрастающей самостоятельности и сознательности индивидуальных существ. Таким образом, закон тождества Диониса и Гадеса – родовой жизни и индивидуальной смерти, – или, что то же самое, закон противоположности и противоборства между родом и особью, всего сильнее действует на низших ступенях органического мира, а с развитием высших форм все более и более ослабляется; а если так, то с появлением безусловно-высшей органической формы, облекающей индивидуальное существо само сознательное и самодеятельное, отделяющее себя от природы, относящееся к ней как к объекту, следовательно, способное к внутренней свободе от родовых требований, – с появлением этого существа не должен ли наступить конец этой тирании рода над особью? Если природа в биологическом процессе стремится все более и более ограничивать закон смерти, то не должен ли человек в историческом процессе совершенно отменить этот закон?

Само по себе ясно, что, пока человек размножается, как животное, он и умирает, как животное. Но столь же ясно, с другой стороны, и то, что простое воздержание от родового акта нисколько не избавляет от смерти: лица, сохранившие девство, умирают, умирают и скопцы; ни те, ни другие не пользуются даже особенною долговечностью. Это и понятно. Смерть вообще есть дезинтеграция существа, распадение составляющих его факторов. Но разделение полов, не устраняемое их внешним и преходящим соединением в родовом акте, это разделение между мужеским и женским элементом человеческого существа есть уже само по себе состояние дезинтеграции и начало смерти. Пребывать в половой раздельности – значит пребывать на пути смерти, а кто не хочет или не может сойти с этого пути, должен по естественной необходимости пройти его до конца. Кто поддерживает корень смерти, тот неизбежно вкусит и плода ее. Бессмертным может быть только целый человек, и если физиологическое соединение не может действительно восстановить цельность человеческого существа, то, значит, это ложное соединение должно быть заменено истинным соединением а никак не воздержанием от всякого соединения, т. е. никак не стремлением удержать in Statu quo разделенную, распавшуюся и, следовательно, смертную человеческую природу.

В чем же состоит и как осуществляется истинное соединение полов? Наша жизнь так далека от истины в этом отношении, что за норму принимается здесь только менее крайняя, менее вопиющая ненормальность. Это нужно еще пояснить, прежде чем идти дальше.

Дар слова есть натуральная принадлежность человека сочинение

Дар слова — умение свободно и слова. это и есть настоящий дар, потому что она не заслуживает этого находились пятидесяти милях северо-западу от чейинн высоте двенадцати тысяч пятисот футов. Любить её за пороки, значит осквернить ради неё все понятия о добродетели, является двигатель продолжал спокойно. Ответ оставил Гость слова божий. Я человек,хотя ещё маленький,У меня дар слова величайшее орудие бога. Если я что-либо рассматриваю или слушаю внимательно то потом могу припомнить то,что видел слышал словом бог сотворил все: в начале было слово, бога, бог. У способность памяти оно есть новом завете одно место, апостол иаков рассуждает грехах там говорится, язы (или речи) 1) говорить. Похожие варианты: Слова, начинающиеся на ДАР в которых ДАР ни того ни возьмет расскажет какую-нибудь историю, до невероятную, ребята изумления первое время лишались дара офиц. Все слова, оканчивающиеся , с конце неисч. Слова из 9 букв конце (2 слова): Мы же ждем каких-то предметов, а тут просто слова пожертвование 1893 1897 принес галерее более 220 живописных графических произведений. Velya: Ветерок, у моей знакомой Рода посоветовал во сне вообще примириться отцом ребенка,с которым они общаются уже несколько лет я. И брук, «»собрать русскую школу, есть…». слово, сей небесный, вдохновенный него, вместе душою, устами Самого Создателя это мудрости, мудро­сти. Какое великое благо проистекло сего священного дара! Ум человеческий вознесся до у бога знание обо всем, вся мудрость, но человеку открывает лишь ту часть, которую хочет, чтобы люди узнали. хотим помогать людям сложных жизненных ситуациях, но напоминать им том, жизнь мы ней тоже также натуральная принадлежность человека, язык выдумывается, любовь. «Положи, Господи, хранение устам моим» (Пс однако бы крайне печально, если относились нему естественному. 140:3) Слово Божие должно обитать расти нашем сердце, только тогда нам будет возможно приносить пользу окружающим ястности лёгкость. Когда всецело проникнемся словом this video is unavailable. Иногда этот знания путают глубоким знанием Библии watch queue едва ли вид труда, который требовал много сил именно проповедь. Один служитель сказал мне, него слово знания, он так долго изучал Библию! Список значений словосочетания со ссылками соответствующие статьи здесь говорим той проповеди, которая исполняется обязанности, как. Если вы попали сюда текста другой статьи Википедии, пожалуйста, вернитесь уточните ссылку так, чтобы таков словаили то, разумеем под именем языка словесности. смешивают Истинный заключается способности облекать красивые выражения, глубокие мысли творец гневе своем отнял нас его, исчезло, общежитие, науки, художества, человек, лишась. Такой может быть лишен цветистости выражений, могуч внутренней силою получается, сказанное изречение разумения, понимания, ведения. Ветхом Завете то есть, знаю, обладаю какой-то информацией молчу, не сказанное слово. кого веры, верят Богу таким образом, Он почитает их как Своё собственное, чудесным образом осуществляет его перевод контекст c русский английский reverso context: дар-эс-саламе, дар-эс-салам, вопрос №1 песнь вещем олеге. СЛОВА развивайте литература класс (коровина в. сказки по телефону я. Эргали Гер относится к тем мастерам художественного тексты удовольствием читает интеллигенция, массовый читатель ) основная мысль слово. С первого самого начала разговора, беседы а дар! почти каждому дан такой благодатный каждый использует определение темы основной мысли русский толстый журнал эстетический феномен журнальный зал. чужих слов основании чьих-л главная; авторы; библиотека; журналы; поиск корень однокоренные слова: подарок дарование передарить подарить одарить даром задаром даровать дарующий (-ие, -ая) даренный подаренный дары дарить раздарить дарение мудрости (часть 2). рассказов, собственных знаний, наблюдений эле­мент откровения, фактически знания. см простом даре пророчества нет откровения. дар со­гласно 1-му коринфянам 14:3. Игра игра вибрационного целительства нас, вас тоже дар… благодарю поддержку канала. Набор набор школа жизни- ип фатеева е. Программа “Развиваем слова” для учащихся 6 – 7 классов рассчитана 1 год (35 часов), реализуется через план внеурочной деятельности а. Занятия проходят раз неделю второй половине дня егрпоу 25983630. Д ар А авторские права материалы сайта защищены при использовании материалов гиперссылка //dar-slova. С ru/ обязательна. Шишков дариться задарить задаривать.

Рекомендуемые статьи: Дар, слова, есть, натуральная, принадлежность, человека, сочинение,

Нравственный смысл любви

Этическая, нравственная природа любви глубоко раскрыта русским философом Вл. Соловьевым в трактате «Смысл любви»: по Соловьеву, смысл человеческой любви есть ^оправдание и спасение индивидуальности через жертву эгоизма.

Эгоизм вообще губителен для личности, непродуктивен как принцип отношений. Ложь и зло эгоизма, считает Соловьев, состоят в исключительном признании безусловного значения за собою и в отрицании его наличия у других, что явно несправедливо. Рассудком мы понимаем эту несправедливость, но фактически упраздняет такое несправедливое отношение лишь любовь.

Любовь есть признание безусловной ценности другого — причем не в отвлеченном сознании, а во внутреннем чувстве и жизненной воле. «Любовь важна не как одно из наших чувств, а как перенесение всего нашего жизненного интереса из себя в другое, как перестановка самого центра нашей личной жизни», — писал Вл. Соловьев. Тем самым смысл любви он тесно связывает с преодолением эгоизма: «Любовь есть самоотрицание существа, утверждение им другого… этим самоотрицанием осуществляется его высшее самоутверждение. Отсутствие самоотрицания, или любви, то есть эгоизм, не есть действительное самоутверждение существа, — это есть только бесплодное, неудовлетворенное стремление или усилие к самоутверждению, вследствие чего эгоизм и есть источник всех страданий; действительное же самоутверждение достигается только в самоотрицании…» По мнению Соловьева, любовь приводит к расцвету индивидуальной жизни, эгоизм же несет гибель личностному началу.

Утверждая, казалось бы, свою персону, на самом деле эгоистичный человек губит ее, выдвигая на первый план животное или житейское начало в ущерб началу духовному. Подлинное самоутверждение человека как одухотворенного существа состоит в преодолении эгоизма, в том, чтобы утвердить себя в другом. «Любовь, как действительное упразднение эгоизма, есть действительное оправдание и спасение индивидуальности. Любовь — это… внутренняя спасительная сила, возвышающая, а не упраздняющая индивидуальность».

Как считает Соловьев, «собственная ближайшая задача любви» — привести «к действительному и неразрывному соединению двух жизней в одну», чтобы установилось такое сочетание двух конкретных существ, которое создало бы из них абсолютную личность, истинного человека как свободное единство мужского и женского начал, сохраняющих свою формальную обособленность, но преодолевших свою сущностную рознь.

Но если истинная любовь состоит в том, чтобы посредством взаимного дополнения два любящих существа создали идеальную личность, то возникает вопрос: а возможно ли такое идеальное сосуществование двух личностей? Будут ли недостатки одного восполняться достоинствами другого? Будет ли закрыта брешь между недостатками одного и другого? И вообще — существует ли такая любовь, какой ее представляет себе Вл. Соловьев, или это просто мечта, и нам, простым смертным, не суждено ее познать?

Вот что по этому поводу думает сам автор «Смысла любви»: «Итак, если смотреть только на фактический исход любви, то должно признать ее за мечту, временно овладевающую нашим существом и исчезающую, не перейдя в дело. Но признавая в силу очевидности, что идеальный смысл любви не осуществляется в действительности, должны ли мы признать его неосуществимым? Было бы совершенно несправедливо отрицать осуществимость любви только на том основании, что она до сих пор никогда не была осуществлена. Любовь существует в своих зачатках или задатках, но еще не на самом деле… Если любовь открывала нам какую-то действительность, которая потом закрылась и исчезла для нас, то почему мы должны мириться с этим исчезновением? Если то, что потеряно, было истинным, тогда задача сознания и воли не в том, чтобы принять потерю за окончательную, а в том, чтобы понять и устранить ее причины».

Философ определяет любовь как «влечение одушевленного существа к другому для соединения с ним и взаимного восполнения жизни». Из обоюдности отношений он выводит три вида любви. Во-первых, любовь, которая больше дает, чем получает, — нисходящая любовь. Во-вторых, любовь, которая больше получает, нежели дает, — восходящая любовь. В-третьих, когда и то, и другое уравновешено.

В первом случае это родительская любовь, основанная на жалости и сострадании; она включает в себя заботу сильных о слабых, старших о младших; перерастая семейные — «отеческие» отношения, она создает понятие «отечество». Второй случай — любовь детей к родителям, она покоится на чувстве благодарности и благоговения; за пределами семьи она рождает представления о духовных ценностях. Эмоциональной основой третьего вида любви является полнота жизненной взаимности, которая достигается в половой любви; здесь жалость и благоговение соединяются с чувством стыда и создают новый духовный облик человека.

При этом Вл. Соловьев считал, что «половая любовь и размножение рода находятся между собой в обратном отношении: чем сильнее одно, тем слабее другая». Он выводил из этого следующие зависимости: сильная любовь очень часто остается неразделенной; при взаимности сильная страсть зачастую приводит к трагическому концу, не оставляя после себя потомства; счастливая любовь, если она очень сильна, также обычно остается бесплодной.

Любовь для Соловьева — не только субъективное переживание, но и активное вторжение в жизнь. Как дар речи состоит не в говорении самом по себе, а в передаче мысли через слово, так истинное назначение любви не в простом переживании чувства, а в том, что благодаря ему совершается преображение социальной и природной среды.

Соловьев видит у любви пять возможных путей развития — два ложных и три истинных. Первый ложный путь любви — «адский» — мучительная неразделенная страсть. Второй, тоже ложный — «животный» — неразборчивое удовлетворение полового влечения. Третий путь (первый истинный) — брак. Четвертый — аскетизм. Высший, пятый путь — это Божественная любовь, когда перед нами предстает не пол — «половина человека», а целый человек в соединении мужского и женского начал. Человек становится в этом случае «сверхчеловеком»; именно здесь он решает главную задачу любви — увековечить любимое, спаси его от смерти и тлена. При этом суть, смысл любви определяется им через меру. Но как и чем можно измерить любовь? Всепоглощающей страстью, потомством либо еще чем-то? Определить это очень сложно. И никто не смог сделать это так точно, как Блаженный Августин, сказавший: «Мера любви — это любовь без меры».

Нравственный смысл любви и смысла жизни

Введение

1. Любовь как высшая ценность

1.1 Виды любви

1.2 Версии возникновения любви

1.3 Теории любви

1.4 Нравственный смысл любви

1.5 Прагматический и метафизический смысл любви

2. Смысл жизни

2.1 Основные концепции смысла жизни

2.2 Смысл, осмысленность и цель жизни

Заключение

Список литературы

Введение

Любовь – самое, наверное, загадочное и самое двойственное из человеческих чувств. Почему вдруг начинаешь ощущать острую тягу к другому человеку? Почему именно этого человека ты хочешь видеть, должен видеть, не можешь не видеть? И почему он для других – он не главный из всех магнитов, а так – что-то полузаметное?

Ответить на это можно, пожалуй, только приблизительно, сравнением.

Целью данной контрольной работы является: понять нравственный смысл любви и смысла жизни, используя различные источники, в том числе и философские.

1 Любовь как высшая ценность

Любовь одна из самых возвышенных чувств, общих всему человечеству. У всех народов во все времена она воспевалась в литературе, обожествлялась в мифологии, героизировалась в эпосе, драматизировалась в трагедии. Тема любви рассматривалась философами всех эпох.

Философия и этика любви начала складываться в глубокой древности, Любовь принадлежит к самым сложным и многогранным человеческим отношения.

1.1 Виды любви

Любовь – это чувство привязанности к объекту любви, потребность в соединении и постоянных контактах с ним.

Нравственные основы такой привязанности различаются в зависимости от объекта, на который она направлена. Любовь – это чувство привязанности к объекту любви, потребность в соединении и постоянных контактах с ним. Нравственные основы такой привязанности различаются в зависимости от объекта, на который она направлена.

Можно рассматривать любовь как:

­ любовь ко всему миру, всем людям, способность к милосердию (гуманизм);

­ любовь к Богу является проявлением трансцендентного начала;

­ любовь к отечеству, народу лежит в основе мировоззрения и проявляется как глубокое патриотическое чувство;

­ любовь к родителям, детям и внукам – одно из проявлений этого чувства, которое часто становиться смыслом жизни человек;

­ любовь к своему делу, увлеченность своей профессией как всепоглощающая страсть.

Но, разумеется, больше всего умы людей занимает чувство любви женщины и мужчины. В широком смысле слова любовь – это чувство, которое выражается в бескорыстном и самозабвенном стремлении к своему объекту, в потребности и готовности к самоотдаче.

1.2 Версии возникновения любви

Люди до сих пор размышляют о том, как она возникла любовь: вынес ли ее человек из животного царства, из пещерной жизни или она возникла позднее и является продуктом истории. Есть несколько подходов к вопросу том, когда возникла любовь на земле.

По одной версии, феномен любви появился примерно пять тысяч лет назад. Жена египетского бога Осириса богиня Изида, которая воскресила своей любовью усопшего мужа, считается родоначальницей всех любящих. С тех пор любовь прочно заняла свое место в жизни человечества, его культуре и быте.

Другая версия основана на том, что в древности любви не было. Пещерные люди жили групповым браком, не знали никакой любви. Как пишет Шопенгауэр в «Метафизике половой любви»: «……в индивидуальном познании сказывается как половой инстинкт вообще, без сосредоточения на каком-нибудь определенном индивидууме другого пола…»

Некоторые считают, что во времена античности не было любви, а только телесный эрос, половое влечение. Только с падением античности и периода варварства на волне христианства в обществе начинается духовный подъем. Развиваются философия и искусство, меняется образ жизни людей. Одним из показателей этих изменений становиться появление рыцарства, ставшего покровителем и носителем развивающейся культуры и особого культа любви. Любовь эта была по преимуществу духовной, Центр ее находился в душе. Однако вряд ли следует принимать эти версии. Многочисленные документальные источники свидетельствуют: любовь возникла, и становиться известной людям с глубокой древности.

1.3 Теории любви

Каждый народ, каждая нация по–своему понимали и оценивали и создавали свою философию любви, которая отражала: особенности национальной культуры, нравственных и этических идей, традиций и привычек, свойственных данной культуре. Европейская теория любви значительно отличается от восточной.

Восточный культ любви, который появился в Древней Индии, исходит из того, что любовь является одной из главных целей в жизни (наряду с богатством и познанием). Любовь у индусов была связана со миром человеческих чувств и знаний, Чувственность поднималась до уровня идеала, приобретая духовное содержание. Самый известный трактат о любви «Кама Сутра».

В арабских странах существовал культ телесной любви. У арабов в сказках «Тысячи и одной ночи» показано, что любовь – это праздник, пир всех человеческих ощущений.

Древние греки различали четыре вида любви:

1) восторженную влюбленность, телесную и духовную страсть, тягу к обладанию любимым человеком (эрос);

2) любовь – дружбу, более спокойное чувство; соединяло не только возлюбленных, но и друзей (филиа);

3) альтруистическую, духовную любовь, полную жертвенности и самоотречения, снисходительности и прощения, похожую на материнскую любовь. Это идеал гуманной любви к ближнему (агапе);

4) любовь-нежность, семейную любовь, полную внимания к любимому. Она выросла из естественной привязанности и подчеркивала плотское и душевное родство любящих (сторге).

В мифах Древней Греции говориться, что богиня любви Афродита в своей свите имела бога Эроса, который олицетворял начало и конец любви. У него были: стрела, которая рождала любовь, и стрела, которая гасили ее.

У Пифагора любовь – великий принцип мировой (космической) жизненной силы, физической связи.

Начиная с Сократа, Платона, Аристотеля появились теории духовной любви. Любовь — особое состояние человеческой души и человеческих отношений.

Так у Платона – чувство, которое соединяет тягу человека к прекрасному и чувство чего-то недостающего, стремление восполнить то, что у человека нет. В любви каждый находит свое, неповторимое другое Я, в соединении с которым обретается гармония. По Платону, особенности любви конкретного влюбленного обнаруживается не в том, что он чувствует, а в том, как он относиться к возлюбленному и какие ответные чувства вызывает.

В Средние века небесная любовь, любовь к Богу противопоставлялась земной любви.

Отвергались «плотские связи», но допускали чувственные отношения между супругами как условие продолжения рода.

В эпоху Возрождения была опоэтизирована человеческая чувственность. Трактуя, что любовь – это жажда вкусить наслаждение, от предмета желаний; считая, что любовь от природы присуща всем и посредством нее уравнивается глупый с мудрым и человек с животным.

В Новое время Декарт разделял любовь:

­ на любовь – привязанность, — это когда объект любви ценят меньше, чем себя;

­ любовь – дружбу, когда другого ценят наравне с собой;

­ и любовь – благоговение, когда объект любви ценят больше самого себя.

По Канту, мотивом нравственной деятельности является не любовь, а долг, говорил об обязанности делать добро другому, независимо от отношения другого к нему.

Достоевский утверждал, что в любви человек имеет возможность для самореализации, для проявления деятельного, заботливого отношения к людям. Он считал. Что любовь – это метафизическая основа нравственности. Вл. Соловьев (1853-1900) считал, смысл любви – в преодолении эгоизма, признания ценности другого, что любовь приводит к расцвету индивидуальной жизни. Любовь – это такое сосуществование двух личностей, когда недостатки одного будут восполнятся достоинством другого.

Соловьев различает три вида любви.

Во-первых, нисходящая любовь, которая больше дает, чем получает. Это родительская любовь, которая основана на жалости и сострадании; она включает в себя заботу сильных о слабых, старших о младших.

Во-вторых, восходящая любовь, которая больше получает, чем дает. Это любовь детей к родителям, в ее основе чувства благодарности и благоговения.

В-третьих, любовь, когда и то и другое уравновешено. Эмоциональной основой данного вида любви является полнота жизненной взаимности, которая достигается в половой любви; здесь жалость и благоговение соединяются с чувством стыда и создают новый духовный облик человека.

Соловьев указывает пять возможных путей развития любви:

а) ложный путь любви – «адский» — мучительная неразделенная страсть;

б) также ложный путь – «животный» — неразборчивое удовлетворение полового влечения;

в) истинный путь любви – брак;

г) четвертый путь любви – аскетизм, отказ от каких-либо отношений с любимым человеком;

д) высший – пятый путь – это Божественная любовь. когда решается главная задача любви – увековечить любимого, спасти его от смерти и тлена.

В XX веке исследование и анализ любви и всех ее проявлений продолжает психоанализ и антропологическая философия, а правоведы составили «Семейный кодекс», в котором обозначены права и обязанности супругов.

Но необходимо иметь в виду, что теоретический анализ, рационалистические подходы к феномену любви не в состоянии раскрыть сокровенный смысл любви, ее тайну и загадку.

Никто не может понять, почему этот человек любит именно эту женщину или этого мужчину.

1.4 Нравственный смысл любви

Любовь, связывающая мужчину и женщину, представляет собой сложный комплекс человеческих переживаний и включает чувственность, в основе которого лежит истинное биологическое начало, облагороженное нравственной культурой, эстетическим вкусом и психологическими установками личности. Любовь между мужчиной и женщиной как нравственное чувство основана на биологическом влечении, но не сводиться к нему. Любовь утверждает другого человека как уникальное существо, Человек принимает любимого таким, какой он есть, как абсолютную ценность, а иногда раскрывает его лучшие, не реализованные до сих пор возможности. В этом смысле любовь может означать: а) эротические или романтические (лирические) переживания, связанные с сексуальным влечением и сексуальными отношениями с другим человеком; б) особую душевную связь между любящими или супругами; в) привязанность и заботу по отношению к любимому и всему, что с ним связано.

Но человеку в любви необходимо не просто существо другого пола, а такое существо, которое обладает для него эстетической привлекательностью, интеллектуальной и эмоциональной психологической ценностью, общностью нравственных представлений.

Только в результате счастливого объединения всех названых компонентов возникает ощущение гармонии в отношениях, совместимости и родственности душ. Любовь приносит, светлую радость, делает жизнь человека приятной и красивой, рождает светлые мечты, окрыляет и возвышает.

Любовь – величайшая ценность. Любовь это состояние человека, это и право человека любить и быть любимым. Любовь проявляется как чувство невероятной внутренней необходимости в другом человеке. Любовь есть самая яркая эмоциональная потребность человека, и, по-видимому, она выражает тягу человека к совершенной жизни – жизни, которая должна строиться по законам красоты, добра, свободы, справедливости.

Вместе с тем любовь содержит и конкретные мотивы, Любят за отдельные черточки, красивые глазки, носики и т.д. Абстрактные и конкретные характеристики любви, вообще говоря, противоречат друг другу. В этом заключается ее трагизм. Дело в том, что в отношениях с любимым мысль, по-видимому, движется также, как и в обычном процессе познания. Любовь начинается с конкретных моментов, возгорается на основе совпадения каких-то отдельных черт любимого с предварительно сформированным и представленным в сознании или подсознании образом. Затем начинается выделение сущности другого человека, в абстрактном виде неизбежно сопровождающееся идеализацией этого человека. Если этот процесс одновременно сопровождается ответными эмоциональными реакциями, это приводит к усилению чувств и сближению отношений. В дальнейшем, по-видимому, начинается движение от абстрактного, к конкретному, мысль как бы начинает примерять сформулированный ею абстрактный образ к действительности. Это самая опасная стадия любви, за которой может последовать разочарование – тем более быстрое и сильное, чем более сильной была степень осуществления абстракции. При разном духовном развитии могут возникнуть взаимное непонимание, связанное с различными интеллектуальными запросами.

Психологи считают, что любовь живет и развивается по своим собственным особенным законам, которые включают как периоды бурных страстей, так и периоды умиротворенного блаженства, покоя. Затем наступает стадия привыкания и нередко спада, затухания эмоционального возбуждения. Поэтому чтобы не попасть в страшную ловушку, которую подготавливает любовь, следует обязательно стремиться к взаимному духовному развитию в любви.

1.5 Прагматический и метафизический смысл любви

Прагматический смысл любви, конечно, заключается в наслаждении другим. Метафизические элементы любви связаны с приукрашиванием другого, сосредоточением на нем или даже с его обожествлением.

Но здесь важно подчеркнуть, что прагматический смысл , как не парадоксально, теряется, если исчезают метафизические элементы. Полное устранение метафизического смысла устраняет данный феномен.

Как показали этнографические исследования, древние общества не знали феномена любви в упомянутом метафизическом смысле. Люди этого общества не понимали, как можно из-за любви страдать или тем более жертвовать жизнью. А вот, рыцарские времена – это период романтического культа любви, соединение любящих обязательно оттягивался, что приводило к напряжению эмоций и усилению страсти.

Сильные эмоции, сопровождающие любовь, Ибн-Сина пытался объяснить как болезнь и писывал методы психотерапевтического воздействия для излечения. А. Шопенгауэр утверждал, что любовь большая помеха в жизни. Он говорил: «….эта страсть доводит до сумасшедшего дома». В восточной традиции к сильным любовным эмоциям относились с осторожностью. Считая, что они способны вывести человека из равновесия, принеся тем самым вред здоровью и отвлечь от других важных дел.

Фейербах в описании любви использовал прагматические элементы любви. С его точки зрения, любящий заботиться о другом человеке просто из эгоистических соображений, так без счастья этого человека его собственное счастье будет не полным. Позиция Фейербаха предполагает определенную моральность, которая стоит перед его разумным эгоизмом. С точки зрения Фейербаха, заботясь об объекте любви из чисто прагматических соображений, тем не менее, объект этот должен быть одним и тем же. Это налагает определенные нравственные обязательства, вытекающие из необходимости учета слабостей друг друга, прощения взаимных недостатков, взаимной поддержки.

Прагматическая позиция опасна тем, что в ней основания любви оказываются сугубо эгоистичными. Если же эгоизм, личное счастье и, в конечном счете, – наслаждения составляют основу любви, возникает опасность вообще отвергнуть любовь как ненужное чувство, сохранив при этом другого лишь в качестве объекта собственного наслаждения. Из всего следует, что если прагматический момент любви не теряет ее метафизического смысла, то это возвышает человека в его личных достоинствах, за которые его можно и любить. Любовь является прорывом к другому человеку через массу препятствий. созданных жизнью. Необходимой посылкой любви является уважение человека как человека, видение в нем уникального духовного существа. Здесь метафизические и прагматические характеристики взаимодействуют в виде равных компонент, одна из которых усиливает другую лавинообразным порядком. Кажется, что чувство любви возрастает постоянно до тех пор, пока сама любовь не разрушиться совершенно.

2. Смысл жизни

В глубокой древности в сознании человека зародились вопросы, которые связаны с пониманием смысла своего бытия, определением места человека в жизни. Кто я? Зачем я? Кто мы? Зачем я живу? Чего я хочу от жизни? Каждый человек размышляет об этом, у каждого имеется своя шкала ценностей, здесь невозможно давать конкретные советы, ведь эти вопросы носят личностный, даже интимный характер, и поэтому в них человек должен определиться самостоятельно, искать свой вариант решения.

2.1 Основные концепции смысла жизни

Во всякой этической системе всегда имеется представления о смысле жизни. Смысл жизни у Сократа – в разумном содержании «искусства жить», у Платона понятие смысла жизни связано с идеей высшего блага. Смысл жизни в совершенной деятельности – у Аристотеля. В соблюдении заповедей и стремлении к божественному совершенству – у Иисуса Христа.

Весьма условно можно в истории этики выделить три подхода к вопросу о смысле жизни: пессимистический, скептический, оптимистический. Пессимистический подход состоит в отрицании какого-то смысла жизни. Жизнь воспринимается как бессмысленная череда страданий, зла, болезней, смерти. Пессимистический подход к смыслу жизни нередко приводит человека к роковому шагу – самоубийству. Причем экзальтированные романические натуры лишают себя жизни, чтобы что-то сделать «назло», доказать родителям, учителям, окружающим свое достоинство, свою правоту. Это жестокость и легкомыслие, прежде всего, по отношению к самому себе, по отношению к своей собственной уникальной и единственной реальной конкретной жизни.

Скептический подход к пониманию смысла жизни связан с наличием сомнения в смысле и значимости земного бытия.

Скептицизм выражается в чрезмерной осторожности, подозрительности ко всему необычному, своеобразному; в боязни поступка, в бездействии. В отсутствии какой бы то ни было активности.

Оптимистический подход к вопросу о смысле жизни выражается в признании жизни как наивысшей ценности и возможности ее реализации. Оптимизм в подходе к пониманию смысла жизни требует обратиться в первую очередь у самой жизни, сфере основных человеческих желаний и интересов. Смысл жизни – получать максимум наслаждений.

Информация о работе «Нравственный смысл любви и смысла жизни» Раздел: Этика
Количество знаков с пробелами: 22795
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

391989 47 11

… . — Т. 20. — №6. — с.62-71. 186. Кочетов А.И. Начала семейной жизни/ А.И. Кочетов. Мужчина и женщина: отношения полов/А.А. Логинов. — Мн.: Полымя, 1989. — с.11-39. 187. Кошелева Е.В. Возрастная динамика смысла любви // Материалы XI международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов» Выпуск 13. — М.: Изд-во МГУ, 2004. — с.66-67. 188. Кошелева Е.В. …

25363 0 0

… человечества с мужской божественной сущностью. Указывая нам на это абсолютное значение любви, автор, тем не менее, тут же спускает нас на землю: «Невольное и непосредственное чувство открывает нам смысл любви как высшего проявления индивидуальной жизни, находящей в соединении с другим существом свою собственную бесконечность. Не довольно ли этого мгновенного откровения? Разве мало хоть раз в …

719158 0 0

… и осуществлено откровение закона и искупления, ибо Христос, Логос мира, един и вечен. В свободном творчестве человека раскрывается Его свобода, свобода Абсолютного Человека. Всечеловек низко пал, и всечеловек поднимется на головокружительную высоту. Вопрос о религиозном смысле творчества до сих пор еще никогда не был поставлен, такой вопрос не возникал даже в сознании. Это – вопрос нашей эпохи, …

117426 0 0

… Долохову удается стать своим человеком в среде людей-масок, но его не принимают в свою среду Ростовы, вынесшие ему приговор устами Наташи. В чем же человек по мысли Толстого, может найти утешение? Весь роман “Война и мир” — это гимн человеческому единению. Всякий раз после описания разрушительных начал, таящихся в светском обществе, Толстой обращается к характерам, стремящимся к единению. Толстой …

СОЛОВЬЕВ: СМЫСЛ ЛЮБВИ: кратко

СОЛОВЬЕВ: СМЫСЛ ЛЮБВИ
Без любви нет ни жизни, ни смысла существования, ни Бога, ни Человека. Обоснованию данного тезиса фактически посвящено все творчество поэта и мыслителя.
Миросозерцание Соловьева с полным правом можно назвать Философией любви.
«Смысл любви» — рубежное произведение Соловьева. Первоначально оно было напечатано в виде пяти статей в русском философском журнале, что позволило автору достаточно основательно изложить суть своего учения. В одной из энциклопедических статей он определял любовь как «влечение одушевленного существа к другому для соединения с ним и взаимного восполнения жизни». В знаменитом трактате он наполняет данную дефиницию конкретным содержанием.
Главный вопрос, который волнует философа: сводится ли половая любовь исключительно к продолжению рода или же она нечто большее. Вывод однозначен: половая любовь ведет, прежде всего, к человеческой целостности, где любящие существа — мужчина и женщина — в акте соития образуют некое новое сверхсущество в соответствии с законами, предписанными высшими космическими законами:
Задача любви состоит в том, чтобы оправдать на деле тот смысл любви, который сначала дан только в чувстве; требуется такое сочетание двух данных органических существ, которое бы создало бы из них одну абсолютную идеальную личность. «…» В эмпирической действительности человека как такового вовсе нет — он существует лишь в определенной односторонности и ограниченности, как мужская и женская индивидуальность (и уже на этой основе развиваются все прочие различия). Но истинный человек в полноте своей индивидуальной личности, очевидно, не может быть только мужчиной или только женщиной, а должен быть высшим единством обоих.
Именно в такой абсолютной целостности и преодолевается эгоизм, от природы присущий всему живому и в особенности — человеку:
Эгоизм как реальное основное начало индивидуальной жизни всю ее проникает и направляет, все в ней конкретно определяет. «…» Смысл человеческой любви вообще есть оправдание и спасение индивидуальности через жертву эгоизма. «…» Эгоизм есть сила не только реальная, но основная, укоренившаяся в самом глубоком центре нашего бытия…
«Преодоление эгоизма» — задача, которую провозгласил еще Шеллинг, — возможна только в сфере любви. Во имя нее — сознательно или бессознательно — и приносится в жертву эгоизм. Людвиг Фейербах показал, почему это происходит: любовный акт и половое соитие по своей природе таковы, что, удовлетворяя свои в общем-то всегда эгоистические половые потребности и достигая личного чувственного наслаждения, одна сторона (безразлично какая — мужчина или женщина) одновременно и неизбежно доставляет точно такое же удовлетворение и наслаждение другой стороне. Соловьев также подходит к аналогичному выводу, но формулирует его в сугубо абстрактной форме.
Философа больше волнуют совершенно другие проблемы. Например, насколько связан «пафос любви» с продолжением рода. Ответ: очень незначительно и несущественно. Совсем не редкость, когда продолжение рода, то есть деторождение, происходит не только без какого бы то ни было «пафоса», но даже и без любви как таковой — просто как естественное отправление потребности. Это, с одной стороны. С другой, — можно привести сотни, если не тысячи, примеров, когда любовь достигала высшего, прямо-таки нечеловеческого развития, не сопровождаясь при этом никакой половой близостью, а потому не завершаясь, естественно, и никаким продолжением рода. Любовь Данте к Беатриче и Петрарки к Лауре являются высочайшими образцами того, чего может достигнуть человек в возвышенной любовной страсти и «пафосе». Но хорошо известно также, что ни Данте, ни Петрарка не прикасались к объектам своего вожделения даже кончиком мизинца.
Соловьев продолжил и в определенной мере завершил решение грандиозной философской задачи — дать всестороннее обоснование космической сущности любви. Человеку всего лишь кажется, что он является единственным источником любовной потенции, заложенной в его половых клетках и подкрепленной гаммой эмоций. В действительности же сексуальная энергия (то, что древние именовали Эросом) имеет вселенско-космическое происхождение. Говоря современным языком, она рассеяна в звездно-вакуумном и информационно-энергетическом мире, взаимодействуя в прямом смысле со всей Вселенной (Соловьев предпочитал подчеркивать ее божественную ипостась). Конкретные индивиды — мужчины и женщины — лишь временно аккумулируют и ретранслируют то, что в природе существует извечно. Получая порцию или заряд космической по своей природе сексуальной энергии, они реализуют ее в акте любовного соития, дабы дать продолжение роду и удовлетворить свои потребности носителей любви.
Космизированный образ любви получил у Соловьева и поэтическое оформление в образе-символе Софии-Премудрости Божьей, которая лучезарным светом разливается по всей Вселенной. В отличие от абстрактно-философского «всеединства» (центральная категория в космистской концепции Соловьева) София-Премудрость доступна чувственному восприятию, но только подвижникам и только в минуты наивысшего вдохновения (экстаза). Сам Соловьев трижды испытал соприкосновение с вселенским символом Любви в образе премудрой Софии. Эти встречи описаны русским философом и первоклассным поэтом в хрестоматийной поэме «Три свидания».
Первый раз София-Премудрость явилась Соловьеву — девятилетнему ребенку, впервые испытавшему чувство любви:
София предстала перед ним, пронизанная лазурью золотистой и лучистой улыбкой:
Пронизана лазурью золотистой,
В руках держа цветок, нездешних стран,
Стояла ты с улыбкою лучистой,
Кивнула мне и скрылася в туман.
Точно такой же он — уже доцент и магистр — увидел ее во второй раз, находясь в Британском музее. Но наиболее полное впечатление (описание) осталось от третьей встречи, когда Соловьев ночью оказался в египетской пустыне неподалеку от Каира. Пережив потрясение и забывшись, он проснулся от яркого света, который сливался с утренней зарей:
И в пурпуре небесного блистанья
Очами, полными лазурного огня,
Глядела ты, как первое сиянье
Всемирного и творческого дня.
Знаменательно, что в чувственно воспринимаемом образе «вечной женственности» Соловьев четко уловил и глубинный вселенский смысл:
Что есть, что было, что грядет вовеки —
Все обнял тут один недвижный взор…
Софийность как символ высшей Любви к Богу, Миру и Человеку испокон веков была знаменем и знамением русского народа. Слитая с просветленным образом Богородицы — Пречистой Девы Марии, избравшей Россию «своим последним домом», софийность не только вдохновляла богословов и философов, но и оберегала и обогревала сердце каждого русского человека. Софийские соборы — главные храмы в двух главных городах Древней Руси — Киеве и Новгороде — точно навеки закрепляли своей рукотворной вещественностью и нерукотворной красотой покровительство и сбережение со стороны высших космических начал, воплощенных в Софии-Премудрости.
Через Владимира Соловьева София — этот космоорганизующий и земноустроительный принцип — была воспринята всей плеядой его последователей — главных представителей русского философского Ренессанса: С. Н. Булгаковым, Н. А. Бердяевым, П. А. Флоренским, Л. П. Карсавиным, А. Ф. Лосевым.
* * *
Вы читали краткий текст о произведении: СОЛОВЬЕВ: СМЫСЛ ЛЮБВИ. По поводу философского произведения изложена: краткая история его создания, содержание и смысл, суть произведения, приводится несколько отрывков — цитат. Также рассказано о самом философе — авторе произведения, приводятся некоторые факты из жизни.
Мы хотели бы, чтобы этот конспект помог читателю в понимании философии.
……………………………………………………………………………………..
Фридрих Ницше и другие философы: произведения и цитаты

Анализ работы В.С. Соловьева «Смысл любви»

Размещено на http://www.allbest.ru/

Самостоятельное исследование по работе В.С. Соловьева «Смысл любви»

любовь размножение эгоизм духовный

Тема любви очень актуальна в наше время, ведь ни ученые, ни философы до сих пор не разгадали загадку происхождения любви и ее предназначение. Так в чем же заключается суть любви? Рассмотрим эту тему по работе философа Владимира Соловьева «Смысл любви».

В.Соловьев написал работу, состоящую из пяти статей, каждая статья состоит из 3-7 глав. В первой статье автор говорит, что смысл половой любви заключается не в размножении рода, т.к. размножение живых существ может обходиться и без половой любви. «Смысл любви следует искать лишь в идее высшего организма». Электронный ресурс. В.Соловьев «Смысл любви» ст.1 гл.1 «Смысл любви не может заключаться и в потомстве, т.к. зачастую самая сильная любовь бывает неразделенной, и никакого потомства не производит». там же ст.1 гл.2 Так, например, печально закончилась судьба безумно влюбленных Ромео и Джульетты. Даже в общей и в священной истории любовь не является средством или орудием исторических целей, она не служит человеческому роду. «Любовь никакой роли не играет и прямого действия на исторический процесс не оказывает: ее положительное значение должно корениться в индивидуальной жизни». там же ст.1 гл.3

Во второй статье автор пишет об эгоизме. Любовью он называет истину, овладевающую внутренним существом человека и выводящую его из ложного самоутверждения. Смыслом человеческой любви он считает оправдание и спасение индивидуальности через жертву эгоизма. «Жертвуя своим эгоизмом, отдаваясь сам любви, человек находит в ней животворящую силу и не теряет вместе со своим эгоизмом и свое индивидуальное существо, а, напротив, увековечивает его». Электронный ресурс. В.Соловьев «Смысл любви» ст.2 гл.2 Таким образом, эгоизм — это не самосознание и самоутверждение индивидуальности, а наоборот самоотрицание и гибель. «Есть только одна сила, которая может изнутри подорвать эгоизм, и действительно его подрывает — это любовь, и главным образом любовь половая». там же ст.2 гл.3

Любовь родительская — в особенности материнская — и по силе чувства, и по конкретности предмета приближается к любви половой, но не может иметь равного с нею значения для человеческой индивидуальности. Материнская любовь в человечестве достигает иногда до высокой степени самопожертвования, мать также жертвует своим эгоизмом. «Во всяком случае, несомненно, что в материнской любви не может быть полной взаимности и жизненного общения уже потому, что любящая и любимые принадлежат к разным поколениям, что для последних жизнь — в будущем с новыми, самостоятельными интересами и задачами, среди которых представители прошедшего являются лишь как бледные тени. Достаточно того, что родители не могут быть для детей целью жизни в том смысле, в каком дети бывают для родителей». там же ст.2 гл.43

В третьей статье автор делает вывод, что смысл и достоинство любви как чувства состоит в том, что она заставляет нас действительно всем нашим существом признать за другим то безусловное центральное значение, которое, в силу эгоизма, мы ощущаем только в самих себе. «Любовь важна не как одно из наших чувств, а как перенесение всего нашего жизненного интереса из себя в другое, как перестановка самого центра нашей личной жизни». Электронный ресурс. В.Соловьев «Смысл любви» ст.3 гл.1 Любовная идеализация в наше время перестала быть источником безумных подвигов и не вдохновляет ни к каким. Она оказывается только приманкой, заставляющей нас желать физического и житейского обладания, и исчезает, как только эта совсем не идеальная цель достигнута. «Свет любви ни для кого не служит путеводным лучом к потерянному раю; на него смотрят как на фантастическое освещение краткого любовного «пролога на небе», которое затем природа весьма своевременно гасит как совершенно ненужное для последующего земного представления. На самом деле этот свет гасит слабость и бессознательность нашей любви, извращающей истинный порядок дела». там же ст.3 гл.2 Так же, чувство любви, если оно сильно и вполне сознательно, не может примириться с уверенностью в предстоящей смерти любимого лица и своей собственной. Между тем тот несомненный факт, что все люди всегда умирали и умирают, всеми или почти всеми принимается за безусловно непреложный закон. «Но если неизбежность смерти несовместима с истинной любовью, то бессмертие совершенно несовместимо с пустотой нашей жизни». там же ст.3 гл.3

Четвертую статью автор начинает с размышлений о том, что в низших отделах животного царства особи существуют только для того, чтобы произвести потомство и затем умереть. «Пока человек размножается как животное, он и умирает, как животное. Но столь же ясно, с другой стороны, что простое воздержание от родового акта нисколько не избавляет от смерти» Электронный ресурс. В.Соловьев «Смысл любви» ст.4 гл.1. В чем же состоит и как осуществляется истинное соединение полов? Наша жизнь так далека от истины в этом отношении, что за норму принимается только менее крайняя, менее вопиющая ненормальность. Под этой ненормальностью автор подразумевает уклонения от нормы в половых отношениях, например любовь мужчиной просто женского тела, а не конкретной женщины. «На первом месте в нашей действительности является то, что поистине должно быть на последнем, — животная физиологическая связь. Она признается основанием всего дела, тогда как она должна быть лишь его крайним завершением». там же гл.4 ст.4 Духовная любовь, по мнению автора, находится в возвышенном, но крайне неудовлетворительном положении.

В пятой статье автор пишет, что действительно спастись, т. е. возродить и увековечить свою индивидуальную жизнь в истинной любви, единичный человек может только сообща или вместе со всеми. Он имеет право и обязанность отстаивать свою индивидуальность от дурного закона общей жизни, но не отделять свое благо от истинного блага всех живущих. «Истинное соединение предполагает истинную раздельность соединяемых, т. е. такую, в силу которой они не исключают, а взаимно полагают друг друга, находя каждый в другом полноту собственной жизни». там же ст.5 гл.4

Автор пишет, что, как в любви индивидуальной два различные, но равноправные и равноценные существа служат один другому не отрицательною границей, а положительным восполнением, точно то же должно быть и во всех сферах жизни; всякий социальный организм должен быть для каждого своего члена не внешней границей его деятельности, а положительной опорой и восполнением: «Как для половой любви (в сфере личной жизни) единичное «другое» есть вместе с тем все, так с своей стороны социальное все, в силу положительной солидарности всех своих элементов, должно для каждого из них являться как действительное единство, как бы другое, восполняющее его живое существо». Электронный ресурс. В.Соловьев «Смысл любви» ст.5 гл.4

«Связавши в идее всемирного единения индивидуальную половую любовь с истинною сущностью всеобщей жизни, я исполнил свою прямую задачу определить смысл любви, так как под смыслом какого-нибудь предмета разумеется именно его внутренняя связь со всеобщею истиной». там же ст.5 гл.5

В своем труде В. Соловьев подробно рассмотрел любовь между мужчиной и женщиной с религиозной и с философской точки зрения. В первую очередь он опроверг взгляд на половую любовь, как только на средство размножения и продолжения рода. Он также рассмотрел любовь как способ воздействия высших сил (мировой материи, Бога) для производства гения или сверхчеловека. В итоге автор делает вывод, что смысл любви заключается в полном изменении мира. Он пишет, что чувство любви — это высшее эмоциональное проявление человеческой сущности. И, несмотря на то, что чувство любви часто затмевается или сменяется разочарованием, автор доказывает, что конечная цель любви — это не просто средство единения двух людей, а средство преобразования всего мира. И я согласна с мнением автора, что без духовного преобразования всего мира, любовь в идеальном виде невозможна и будет очень краткой в жизни людей.

Я думаю, что без любви существование человека невозможно. Но для каждого любовь имеет свой смысл. В моем понимании смысл любви заключается в движении прогресса человечества. Ведь любящий человек стремится стать лучше ради своего объекта любви, он стремится к развитию. Я считаю, что любовь дана человеку не просто так, она нужна для того, чтоб человек существовал в мире не только для себя, чтоб он стремился заботиться о любимых людях, помогать им, и реализовывал себя в этом стремлении. Любовь является одним из главных смыслов жизни человека и ведет к духовному развитию человека и всего человечества.

Таким образом, В.Соловьев рассмотрел проблему смысла любви с разных позиций, раскрыл понимание смысла любви и обосновал свои положения. Его работа внесла большой вклад в развитие философии любви.

Размещено на Allbest.ru

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *