Забрать ребенка

В дверь постучали сотрудники опеки. Родители в панике, им кажется, что детей вот-вот отберут. Как действовать в подобной ситуации, мы расспросили экспертов.

Почему она приходит

Сотрудники органов опеки могут прийти с проверкой в дом, где проживают несовершеннолетние, если они получили сообщение об угрозе для жизни и здоровья детей. Например, соседи рассказали, что из квартиры несколько часов подряд доносились истошные крики. Или воспитательница детского сада обнаружила подозрительные синяки на теле ребенка. Или врачу в больнице показалось, что малыш слишком тощий.

Опека обязана реагировать на все сигналы. Цель проверяющих – защитить детей, или убедиться, что их жизни и здоровью ничто не угрожает.

Если они не заберут ребенка, а он потом пострадает, их обвинят в недосмотре. А если они заберут ребенка без достаточных оснований, их обвинят в превышении полномочий.

Угрозой для жизни и здоровья ребенка считается, в частности, отсутствие ухода, соответствующего его возрасту и состоянию здоровья. Например, если родители не кормят младшеклассника или оставляют младенца одного в квартире.

Органы опеки и попечительства работают только в будни. В выходные и по ночам на сигналы о детях, находящихся в опасности, реагирует полиция. Она может изъять детей как «безнадзорных».

Безнадзорными считаются дети, родители которых не выполняют обязанности по их содержанию, обучению и воспитанию. (Недавно МВД предложило внести поправки в СК РФ, разрешающие полиции временно перемещать детей в безопасное место, а не отбирать окончательно с обязательным иском о лишении родительских прав).

Можно ли не впустить представителей опеки в дом, и что за это будет?

Гражданин вправе не впустить в свой дом сотрудников органа опеки и попечительства. Но такой подход может иметь двоякие последствия.

С одной стороны, не открывать дверь посторонним – это не преступление. Сотрудники опеки напишут в акте проверки жилищно-бытовых условий, что им не обеспечили доступ в жилое помещение. Зато они не смогут раскритиковать санитарное состояние квартиры и зафиксировать отсутствие готовой еды.

Наконец, они не смогут забрать ребенка в приют, где его будут опрашивать чужие люди. Ведь неизвестно, как истолкуют детские рассказы посторонние лица, даже опытные и компетентные, и как эта информация будет использована потом, на суде о лишении родительских прав.

С другой стороны, получившие сигнал об угрожающей ребенку опасности сотрудники органа опеки могут вызвать полицию. А полиция, если сочтет угрозу реальной, взломает дверь. После чего ребенка все равно могут забрать.

Причем, если окажется, что родителей в этот момент нет дома, даже если другие взрослые (например, бабушка) в доме есть, ребенка могут счесть безнадзорным.

Как вариант, можно попытаться через дверь назначить другой день для визита, чтобы получше подготовиться, или договориться о встрече на территории органа опеки.

Что будут делать в квартире сотрудники органов опеки?

В состав группы чиновников, пришедших проверить условия проживания семьи, помимо представителей органа опеки и попечительства могут входить сотрудники комиссии по делам несовершеннолетних, социальных служб, поликлиники и полиции.

Каждый из них должен представиться. Но особое внимание следует уделять именно представителю органа опеки и попечительства, потому что он обладает наибольшими полномочиями.

Проверяющие оценят состояние квартиры: не нуждается ли она в косметическом или капитальном ремонте. Посмотрят, чисто ли в доме, есть ли у несовершеннолетнего место для занятий и отдыха, висит ли в шкафу сезонная одежда, имеются ли в холодильнике продукты питания, «соответствующие возрасту ребенка».

Конечно, их мнение будет субъективным: любой человек может заявить, что пол вымыт плоховато, места для игры маловато, а макароны с тушенкой не подходят для питания дошкольника. Но подготовиться к визиту сотрудников органа опеки родители все-таки могут — прибраться, например.

Помимо чистоты и порядка в доме комиссию будут интересовать следующие пункты:

– доход семьи (по закону, тяжелое материальное положение родителей не может быть единственным основанием для отобрания детей)

— алкогольная или наркотическая зависимость родителей;

– наличие или отсутствие судимости;

– воспитываются ли другие дети из этой семьи в сиротских учреждениях;

– привлекались ли родители к административной ответственности;

– психиатрический статус родителей (люди, состоящие на учете в психоневрологическом диспансере, могут воспитывать детей, если не лишены дееспособности);

Уточнив ситуацию по всем этим пунктам, сотрудник опеки задаст вопросы, связанные с воспитанием, содержанием, лечением и обучением детей, которые сочтет нужным.

Кто имеет право на диалог с представителями опеки?

Допустим, сотрудники опеки пришли в дом, а там с ребенком находится бабушка, дедушка, тетя или старшая сестра, а не родители.

Открыть дверь и отвечать на вопросы могут любые дееспособные люди, постоянно проживающие в квартире, потому что это проверка жилищно-бытовых условий, а не матери или отца ребенка.

Повлияет или нет отсутствие родителей на выводы сотрудников опеки, зависит от возраста ребенка. Если и мать, и отец на работе, а ребенку один месяц, это может быть расценено как халатное отношение к воспитанию. А если ребенку 17 лет, то он может жить без взрослых несколько дней.

Юристы советуют оформлять у нотариуса доверенность, подтверждающую полномочия человека, который заботится о ребенке.

Там нужно прописать, какие именно действия может совершать доверенное лицо. В частности, в документе важно упомянуть право давать согласие на проведение медицинских манипуляций.

На самом деле согласие на медицинское вмешательство могут подписывать только законные представители, и делегировать это право никому нельзя. Но, если ребенок вдруг заболел, ему требуется экстренная операция, а родители подписать согласие не могут, единственный вариант для медиков – обратиться к тем лицам, у которых есть доверенность на принятие таких решений.

Родители, уехавшие в командировку и не позаботившиеся об оформлении доверенности, будут выглядеть в глазах опеки не выполняющими свои обязанности.

С няней, присматривающей за ребенком, родители должны заключить договор об оказании услуг. Но если они уедут в командировку, то надо понимать, что для органов опеки двухлетний ребенок, оставленный на неделю с няней, находится в критической ситуации.

Если родители уезжают надолго, допустим, на год, они должны позаботиться об установлении временной опеки над ребенком на период своего отсутствия.

Если мама грудничка, которого и на минуту нельзя оставить без присмотра, на месяц попадает в больницу – это тоже ситуация, когда нужно устанавливать временную опеку. Опекуном может быть кровный родственник ребенка, например, бабушка.

Кого звать на помощь, и можно ли вести запись беседы?

Дома присутствовать при разговоре с сотрудниками органа опеки могут любые лица, которых законные представители ребенка сочтут нужным пригласить. Потому что это их дом. На территорию органа опеки провести большую «группу поддержки» не удастся.

Полезнее всего пригласить на встречу юриста, специализирующегося на вопросах семейного или имущественного права.

Если претензии органа опеки связаны с вопросами медицинского характера, можно попросить о поддержке лечащего врача ребенка.

Врач нужен еще и в тех случаях, когда состояние здоровья несовершеннолетнего может ухудшиться в момент общения с представителями органа опеки. Например, если у ребенка паллиативный статус.

Официальное общение родителей с сотрудниками органа опеки может быть запротоколировано.

Вести аудио или видеозапись разговора может любое присутствующее при этом лицо.

Информация, полученная в результате аудио или видеорегистрации, может быть использована в суде, даже если участников беседы не предупреждали о записи заранее.

Есть ли какие-то особые правила коммуникации с представителями органа опеки?

Стиль общения с сотрудниками органа опеки должен зависеть от характера визита. Бывают плановые проверки, например, в приемных семьях. О них родителей предупреждают заблаговременно, и тогда общение может проходить даже в дружеском ключе.

В ситуации, когда представитель органа опеки проверяет сигнал об угрозе для жизни и здоровья ребенка, отвечать рекомендуется сухо, по существу, подкрепляя каждое утверждение доказательствами и документами.

Опережать вопросы комиссии не надо. Заявление родителя, что он не алкоголик, не судим и вовремя записал ребенка в школу, вызовет лишние подозрения. Лучше сообщить об этом тогда, когда сотрудник опеки спросит.

А вот об индивидуальных особенностях ребенка надо проинформировать комиссию заранее.

Допустим, пятилетний малыш может описаться, или начать кричать, биться головой о стену, падать плашмя на пол, и все это обусловлено не жестоким обращением, а состоянием его здоровья.

Члены комиссии должны понимать причины происходящего и знать, что родители занимаются лечением или реабилитацией ребенка.

Не следует вести себя эмоционально, занимать слишком активную оборонительную позицию или, наоборот, нападать на представителей опеки.

В каждой семье есть свой уклад, свои правила и привычки, и это нормально. Сотрудникам опеки нужно все спокойно объяснить: в квартире испачкан пол, потому что идет ремонт, но он скоро закончится; матери нет дома, потому что она на работе, но за ребенком присматривает бабушка.

Самый конструктивный вариант – это письменное общение.

Если родители действительно допустили ошибки, они могут навредить себе, пытаясь поспешно объяснить ситуацию или оправдаться перед сотрудниками органа опеки. Ведь неизвестно, как будут интерпретированы их слова в акте, составленном чиновником. А переписка с госучреждением позволяет обсуждать с адвокатом и требования органа опеки, и свои ответы.

Самое страшное, что может случиться

Если опека решила, что ребенок в опасности, его могут отобрать. После отобрания, согласно семейному кодексу РФ, в суд обязательно подается иск о лишении родительских прав.

Основаниями для лишения родительских прав являются хронический алкоголизм или наркомания, жестокое обращение с детьми, злоупотребление родительскими правами и «отсутствие заботы» о здоровье и обучении детей, а также об их «физическом, психическом, духовном и нравственном развитии».

Как именно можно «не заботиться» о духовном развитии детей, в законе, естественно, не прописано. А злоупотребление родительскими правами – это когда ребенка не отдают в школу, склоняют к попрошайничеству или воровству, предлагают ему спиртные напитки и т.п.

Для усыновителей вместо лишения родительских прав предусмотрена отмена усыновления, а для приемных родителей и опекунов — отстранение от выполнения обязанностей.

Источник: Милосердие.RU

При подготовке материала православный портал «Милосердие.RU» обращался за консультацией к Александре Маровой, директору Благотворительного фонда профилактики социального сиротства и Павлу Денисову, юристу БФ «Волонтеры в помощь детям-сиротам».

«Эта ситуация тебя не убьет»

Законопроект, ограничивающий внесудебный порядок изъятия детей из семьи, внесен в Госдуму. Он призван изменить процесс изъятия детей из неблагополучных семей так, чтобы он соответствовал новым поправкам в Конституцию о защите семьи и создании достойных условий для воспитания детей.

Реклама

Если нововведение вступит в силу, то органы опеки или правоохранители, получившие информацию об угрозе жизни ребенку, больше не смогут сразу отобрать ребенка у родителей — им придется подавать заявление об изъятии ребенка из семьи в районный суд по месту его проживания.

В проекте предусматриваются и «исключительные случаи»: если сотрудники опеки и полиции, прибывшие к недобросовестным родителям, видят, что «в течение нескольких часов может наступить смерть ребенка», то они вправе забрать его сразу, составив акт с объяснением причин.

Этот пункт законопроекта удивил общественников, которые давно пытаются поменять механизм изъятия детей в России. Президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская отметила в разговоре с «Газетой.Ru», что спрогнозировать гибель ребенка невозможно.

«Я даже не понимаю, о чем идет речь. То есть приходят опека, полиция, и им нужно прямо сейчас понять, что ребенок может умереть через два часа, если они его не заберут.

А если ребенок жалуется на сексуальное насилие? Изнасилование — это же не угроза жизни. Что мы скажем ребенку? «Ну дружок, оставайся здесь, раз ты выживешь и эта ситуация тебя не убьет. Пусть понасилуют еще какое-то время»,

— возмутилась глава фонда.

Председатель Совета приемных семей при Минпросвещения РФ Наталья Городиская также считает, что сами органы опеки будут вынуждены трактовать по-разному понятие «исключительные случаи».

«А что такое опасность, представляющая угрозу жизни: пустой холодильник или отец, который насилует своих детей? Как можно обнаружить, что смерть наступит в течение нескольких часов? Например, опека среагирует на жалобу, придет и увидит, что с детьми просто сидит пьяная мать — значит, можно в суд. А через три часа вернется отец и начнет махать ножом. Надо уточнять, что подразумевается под угрозой жизни», — подчеркнула эксперт в разговоре с «Газетой.Ru».

Автор законопроекта и полномочный представитель Совета Федерации в Конституционном суде Андрей Клишас пояснил «Газете.Ru», что чиновникам еще предстоит установить критерии, согласно которым на практике органы опеки и правоохранители будут определять, что случай является «исключительным».

«Закрепление четких критериев позволит ограничить свободу усмотрения органов опеки и попечительства при установлении оснований для отобрания ребенка», — заявил сенатор.

«А если бьет до полусмерти»

Авторы пообещали в тексте законопроекта, что заявления об изъятия ребенка из семьи будут рассматриваться судом в течение 24 часов с момента поступления.

Само заседание будет проходить в закрытом режиме — на нем, согласно документу, обязательно должны присутствовать органы опеки и попечительства, прокурор и родители (или один из них). В необходимых случаях могут быть и другие заинтересованные лица, а также сам несовершеннолетний, которого хотят изъять, если его участие возможно.

По мнению главы Совета приемных семей Натальи Городиской, судебный процесс, который обещают провести в течение 24 часов, в итоге может затянуться, что ставит под угрозу жизни детей.

«Если затягивать будут этот суд или оформление документов, а ребенок в этот момент находится в серьезной опасности, то есть риски. А что если ребенок оставлен без еды или есть в семье человек, который бьет до полусмерти, но его органы опеки не застали, когда приходили?» — сказала собеседница «Газеты.Ru».

Тем не менее второй автор законопроекта, председатель комитета по государственному строительству и законодательству Госдумы РФ Павел Крашенинников, назвал срок в 24 часа «максимально коротким», передавал ТАСС.

Президент фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» также удивилась, что российский суд способен решить такое дело за 24 часа — как пояснила Альшанская, ранее она тоже выступала с идеей о судебном изъятии, но предлагала рассматривать такие заявления за 48 часов.

«Если суд справится с этим за 24 часа, то я только за. Правильно, что на заседании будут присутствовать родители. Хотя в законопроекте ничего не написано про адвокатов — они должны помочь родителям высказать свою позицию», — подчеркнула специалист.

Сенатор Клишас уточнил в разговоре с «Газетой.Ru», что на заседании может присутствовать адвокат, но не пояснил, указан ли он в законопроекте как «заинтересованное лицо» или просто не упомянут. «Да, адвокаты могут участвовать в рассмотрении данных дел в общем порядке», — сообщил он.

«Изъятия маскируются»

Неизменным в данном процессе осталось то, что после заседания, на котором изъятие несовершеннолетнего было одобрено, органы опеки должны в течение семи дней с момента изъятия обратиться в суд с иском об ограничении или лишении родительских прав, либо с иском об отмене усыновления.

Эксперты уверены: оставив этот пункт, чиновники никак не решили проблему безосновательного отбирания детей органами опеки. Именно из-за него число произвольных изъятий не изменится — органы опеки и полиция лишь станут их маскировать.

«Невозможно собрать за семь дней такие документы, потому что нельзя за это время глубоко изучить ситуацию в семье. В итоге проблема, которая имеется в текущем законодательстве, остается. Это приводит к тому, что большая часть отобраний маскируется — их нет в статистике.

Они маскируются под добровольные заявления родителей — органы отбирают, а родителей заставляют подписать соответствующие бумаги. Либо это делается под видом акта о выявлении безнадзорного ребенка, хотя ребенок находился дома с родителями. И та, и другая практика существует именно из-за того, что для опеки сложно собрать документы за семь дней»,

— подчеркнула Альшанская.

Кроме того, по словам общественницы, в процессе изъятия вообще не нужен пункт о моментальной подаче заявления на лишение или ограничение прав: в некоторых случаях органы опеки могут обеспечить временное устройство ребенку, а родителю — дать время на исправление.

«У нас однонаправленная история: если мы отобрали ребенка, то все — лишаем вас прав. Решение должно быть индивидуально в каждом случае. Если родитель, например, находился в состоянии наркотического опьянения — во-первых, это может быть разовая ситуация, и из-за угрозы изъятия ребенка человек перестанет так поступать. Во-вторых, с этим родителем можно работать на реабилитацию», — отметила президент фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам».

Председатель Совета приемных семей при Минпросвещения также назвала лишение родительский прав крайней мерой. «С семьей нужно работать на восстановление. Государство должно оказать любую помощь, которая поспособствовала бы воссоединению семьи. Нет ничего хуже, чем дети, оставленные родителями. Нужны меры профилактики, центры помощи, кризисные центры», — сообщила Городиская «Газете.Ru».

«Произвол со стороны сотрудников опеки»

Тем не менее автор законопроекта Андрей Клишас выразил уверенность, что нововведение позволит обеспечить «защиту прав ребенка и интересов семьи».

«Суд сможет принять взвешенное решение, обеспечив соблюдения прав детей и интересов семьи. Предлагается исходить, прежде всего, из интересов семьи, родительского воспитания при соблюдении прав детей. Вносимые законопроектом изменения направлены на создание условий для максимально эффективной охраны прав и интересов ребенка, на защиту его права воспитываться в своей семье», — заявил сенатор.

Депутат Крашенинников также считает, что вступление в силу предложенного проекта сократит количество «произвольных вмешательств органов опеки в дела семьи».

«В качестве оснований изъятия детей зачастую называют нехватку игрушек у ребенка, громкий плач малыша, ненадлежащее состояние или отсутствие отдельной комнаты у ребенка, отсутствие нужных или наличие просроченных продуктов питания, наличие синяков на теле ребенка, оставление малолетнего с бабушкой и дедушкой»,

— напомнил он, уточнив, что все это не имеет под собой реальной угрозы жизни ребенку, передавал ТАСС.

Несмотря на все недочеты законопроекта эксперты согласны, что судебное изъятие — это шаг к тому, чтобы обеспечить безопасность детей и семьи в целом.

«Мы знаем про случаи, когда детей отбирают, и это действительно произвол со стороны сотрудников опеки. Я положительно отношусь к тому, что к данному решению предлагается привлекать суд, потому что тогда отобрание будет ответственностью не только органов опеки. Они же у нас во всем всегда виноваты: не изъял — ребенок пострадает, изъял — плохо», — отметила глава Совета приемных семей.

В фонде «Волонтеры в помощь детям-сиротам» выразили надежду, что чиновники разрешат экспертам внести свои коррективы в проект, чтобы он решал абсолютно все проблемы изъятия ребенка. «Конечно, отрадно, что это наконец было сдвинуто с места. Надеюсь, что будет какое-то обсуждение, чтобы мы смогли снять все зоны риска и чтобы законодательство поменялось не формально: не семь дней на подачу заявления, а персональная оценка ситуации, работа с семьей», — заключила Альшанская.

По словам их представителей, вероломные чиновники разрушили интеллигентную, любящую домашних животных семью. Однако после проверки уполномоченный по правам ребенка Павел Астахов показал другую сторону этой истории и посоветовал матери: «Бороться за детей необходимо, но начинать борьбу надо с себя».

Как выяснил представитель детского омбудсмена, сотрудники социальных служб московского района Чертаново-Южного пришли в квартиру по жалобам соседей. Мама детей и бабушка держали в квартире 20 кошек. «Стоял зловонный запах, на полу имелись многочисленные кошачьи экскременты, грязь, обои оборваны, ванна и туалет не работали» — из этих условий забрали детей. Они были больны, мать к врачам не обращалась, поэтому для уточнения диагноза мальчиков госпитализировали.

Кроме этого чиновники составили список рекомендаций для Елены Коробовой. Ей нужно было передать кошек в приют, избавиться от мусора и рухляди, вывести клопов и тараканов, вызвать мастера и починить сантехнику. Женщине также предложили обратиться в соцорганы за материальной помощью.

Соцработники продолжали регулярно проверять семью. Детей тем временем перевели из больницы в социальный центр. Но мать не сделала ничего из предложенного. В результате в июне по решению суда она была ограничена в родительских правах.

Однако Павел Астахов уверен, что у матери есть шанс вернуть детей. Он отметил, что соцслужбы работают ради восстановления этой семьи. Но мама должна сама помочь свои детям и навести в доме порядок. «Это все элементарно и не требует денег. Это не от бедности, а от лени и распущенности», — сказал детский обмудсмен.

Тем не менее представители общественных организаций все еще сомневаются в правомочности отобрания детей. Так, руководитель Ассоциации родительских комитетов и сообществ России, юрист Ольга Леткова сообщила корреспонденту «РГ», что ознакомившись с документами по этой ситуации, она не нашла в них обоснований, в чем состояла непосредственная угроза жизни или здоровью детей и была ли она. А ведь в соответствии с Семейным кодексом именно на таком основании ребенок может быть изъят из семьи. «Если угроза была, органы опеки должны были в течение семи дней оформить иск о лишении или ограничении родительских прав. Дети были отобраны 24 февраля, а иск в суд предъявлен только 17 апреля, то есть почти через два месяца. Спрашивается: на каком основании дети находились в приюте все это время?» — возмущается правозащитник.

Ольга Леткова считает, что чиновники могут применять непозволительные методы, чтобы забрать из семьи ребенка и отправить на реабилитацию в социальный центр или заключить договор о социальном сопровождении или патронате. «Родителям говорят: мы лишим вас прав, вы никогда не увидите своих детей — начинается шантаж и давление, под этим давлением родители подписывают все, что угодно», — объясняет она.

О том, как это происходит на деле, рассказывает адвокат Мария Кривошеева, несколько лет проработавшая главным специалистом органов опеки: «Если родители явно не справляются с воспитанием детей — дети больные, голодные, страдают педикулезом, в доме отсутствует элементарная еда (молоко, хлеб, суп) — в таких случаях опека предлагает родителям поместить ребенка в учреждение временного пребывания. Основанием для этого служит личное заявление родителей».

Адвокат согласна, что есть недобросовестные специалисты, которые могут надавить на родителя, но категорически против того, что обратного пути нет. «Родитель пишет заявление,а потом говорит, что опека меня заставила, принудила. Но если ты считаешь, что тебе это не нужно и ты своих детей любишь, и им ничто не угрожает, как тебя заставила опека? Привязывала, пытала? Заявление добровольное, захотел — отозвал или написал следующее — отдайте моего ребенка. Опека отказалась брать заявление — хорошо, отправили заказным письмом с уведомлением о вручении. Если в месячный срок опека не дала ответ, либо дала ненадлежащий ответ — с иском в суд об оспаривании бездействия либо незаконного действия органов профилактики. Я посмотрю на опеку, как она «полетит» после проверки прокуратуры», — сказала она корреспонденту «РГ».

Как правило, родители в таких ситуациях знают, как поднимать шум — обращаются и в аппарат уполномоченного, и к общественникам, и к депутатам. Им не только находят юристов, но и помогают решить бытовые проблемы. Так, по последней информации, общественные помощники совета по защите семьи и семейных ценностей при омбудсмене делают в ремонт квартире, откуда были изъяты дети. Однако, как передает Интерфакс, от предложения представителя одной из общественных организаций пристроить в приют кошек Елена Коробова отказалась. «Она говорит: я кошек не отдам, для меня кошки — как дети», — прицитировал ее слова помощник уполномоченного при президенте РФ по правам ребенка Павла Астахова Ренат Абдеев.

В России много историй о том, как органы опеки забирают детей. Иногда причины кажутся сомнительными: неубранная квартира или отсутствие документов у ребёнка, вышедшего на прогулку с бабушкой, вряд ли должны быть поводом немедленно изымать его из семьи. Разбираемся, в каких случаях к вам может прийти опека и что с этим делать.

Почему у меня могут забрать ребёнка?

Если есть «непосредственная угроза» его жизни и здоровью. Определение «непосредственной угрозы» при этом остаётся на усмотрение органов опеки.

Основанием в таком случае будет статья 77 Семейного кодекса — она позволяет изъять ребёнка из семьи немедленно (например, из школы или с детской площадки — такие случаи были). Сообщить о нарушении прав ребёнка может любой человек (в том числе и сам ребёнок), а дошкольные и общеобразовательные заведения имеют право подать иск об ограничении родительских прав.

Для этого у органов опеки обязательно должен быть акт от имени исполнительной власти или главы муниципалитета.

Юлия Савиновских из Екатеринбурга сделала операцию по удалению груди — по её словам, после кормления грудь увеличилась и доставляла ей неудобства. Органы опеки заподозрили, что она хочет сменить пол — и забрали из её семьи двоих приёмных детей на основании 77 статьи Семейного кодекса. Опека вменила ей беспорядок в квартире, но не предоставила акт для изъятия, хотя это прямое нарушение норм закона. Савиновских с родными детьми уехала из России и пожаловалась в ЕСПЧ.

Если угрозы жизни нет, опека не вправе забрать ребёнка без акта — в таком случае она может только зайти, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке: оценить жилищные условия, посмотреть фото или собрать свидетельства соседей.

Куда заберут ребёнка?

В детдом или школу-интернат.

Органы опеки должны обеспечить временное устройство ребёнка, а затем незамедлительно уведомить прокурора и обратиться в суд с иском о лишении или ограничении родительских прав.

Меня лишат родительских прав?

Это решит суд.

Лишить родительских прав могут если родители:

— не выполняют свои обязанности (не заботятся о здоровье, развитии и обучении ребенка);

— злостно уклоняются от уплаты алиментов;

— отказываются забрать ребёнка из роддома или другого места, где он находится временно;

— злоупотребляют своими правами (препятствуют обучению, склоняют ребёнка к попрошайничеству, проституции, употреблению спиртных напитков);

— жестоко обращаются с ребёнком;

— больны хроническим алкоголизмом или наркоманией;

— совершили умышленное преступление против жизни или здоровья своих детей или другого члена семьи.

Доказательствами для суда могут служить фото, видео, письма, свидетельские показания, а также — заявление об отказе забрать ребёнка из роддома, справка о неуплате алиментов или медицинское заключение, если родитель, например, болен хроническим алкоголизмом.

Лишение родительских прав — крайняя мера для тех случаев, когда защитить интересы ребёнка другими способами невозможно. Если в семье возникли обстоятельства, не зависящие от родителей, но опасные для ребёнка (например, психическое расстройство или тяжёлое заболевание), то суд может не лишить прав, а ограничить в них.

У Олеси Уткиной из Петербурга забрали детей после того, как она не открыла дверь врачу, приехавшему по вызову. Уткина — мать-одиночка с инвалидностью — у неё нарушение слуха. Когда у неё заболел ребёнок, она вызвала педиатра, но из-за сломанного слухового аппарата не услышала звонок в дверь, а врач пожаловалась в опеку. Обоих детей забрали на основании статьи 77. На суде Уткиной вынесли предупреждение, но не лишили родительских прав. Её дети временно будут жить с бабушкой.

Каждый год в России довольно много детей лишаются родителей по суду: по данным Росстата, в 2015 году их было 40 025, в 2016 — 41 302, в 2017 — 37 966.

После суда ребёнка передадут либо второму родителю (если прав лишён только один), либо опекуну, либо его устройством займутся сами органы опеки. Ребёнка, переданного в детдом, могут усыновить — но не раньше чем через шесть месяцев со дня лишения прав его биологических родителей.

Как вернуть родительские права?

Обратиться в суд — он установит, изменилось ли поведение родителей, их образ жизни или отношение к воспитанию ребёнка.

Для того, чтобы вернуть родительские права, нужно:

— Собрать доказательства (например, справки, если родитель вылечился от алкоголизма).

— Представить положительные характеристики с мест работы, учёбы, жительства.

— Привести свидетелей, которые подтвердят, что образ жизни родителя изменился.

Восстановление в родительских правах в отношении ребёнка, достигшего 10 лет, возможно только с его согласия — в этом случае суд обязан учитывать его мнение.

Родительские права невозможно будет восстановить, если ребёнок усыновлён и усыновление не отменено.

Что делать, если ко мне пришла опека?

Проверьте документы — можно позвонить в опеку и убедиться, что эти сотрудники там работают. Вы имеете право вообще не открывать дверь, но в крайнем случае вместе с опекой может прийти полиция.

Уточните, от кого поступила жалоба на вас — если она не анонимная, органы опеки обязаны это сообщить).

Не подписывайте никакие заявления о временном размещении ребёнка в приюте или детском доме даже если на вас давят или угрожают лишением прав.

Фиксируйте визит опеки на аудио и видео.

Если сотрудники опеки ведут себя подозрительно, сразу обращайтесь за юридической поддержкой: вернуть ребёнка будет намного сложнее, чем предотвратить действия опеки.

Текст: Татьяна Торочешникова, юрист: Анастасия Бочерёнок

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *