Зачем прощать?

Содержание

Что есть прощение в христианском понимании этого слова? Прощение – это не просто акт проявления добродетели милосердия, это, прежде всего, великое свойство Самого Господа Бога, которое он дарует верному Ему роду человеческому. Бог не только прощает нам грехи наши, он и в расплату за них был распят на кресте.

Все люди созданы по образу Божьему, а значит, каждый из нас должен учиться прощению у Него. Мы все по воле Бога должны уметь прощать друг друга, как Он простил во Христе всех грешных.

Любая обида несет собой не только силу разрушительную для души человеческой, но и является серьезной преградой на пути к воссоединению с Создателем нашим. Ибо не будет прощения Божьего человеку, не способному прощать другим людям их согрешения.

Что поистине является прощением?

Человек, живущий в современном мире, не всегда понимает истинное значение слова «прощение» и часто пребывает в заблуждении о том, как и чем оно выражается.

Нет истинного прощения:

— в равнодушии и безбрачии к тому, кто умышленно или же случайно нанес обиду;

— в выжидании или же в желании забыть об обиде к тому, кто ее содеял;

— в безмолвии;

— в неосознанном произнесении слов «я прощаю тебя»;

— в попытке оправдать человека и его поступки обидные.

Прощение не может выражаться чувствами, оно выступает их оборотной стороной. Прощение позволяет принять и освободиться от тех чувств, которые сопровождают обиду.

Истинное прощение:

— вверение сложившихся обстоятельств Спасителю нашему;

— отречение от своих прав и греховных амбиций во имя Спасителя;

— оставление «долга»;

— нежелание судить и осуждать деяния того, кто обидел;

— проявление милосердия к тому, кто нанес обиду;

— отсутствие обидных чувств.

Истинное прощение должно быть осознанным решением, а не ответной реакцией на извинения обидевшей стороны. Прощать необходимо всех людей и при любых обстоятельствах, независимо от того, пожелает ли обидевший попросить прощения или нет. Ибо в первую очередь в прощении нуждается не сам обидчик, а тот, кому была нанесена обида. При этом важно прощать не сам поступок, а обидчика, его совершившего, так как не зло нуждается в прощении, а человек.

Как получить Божье прощение?

Бог вопреки любви к грешному, ненавидит сам грех и наказывает его по всей строгости. И поэтому, прощение есть дар Божий. Так как грех карается великим наказанием, то и плата за него должна быть немалой. В Священном Писании есть строки о том, что лишь кровь способна покрыть безмерную цену греха. Так и безгрешный Христос стал расплатой за грех наш, ибо был подвергнут распятью во имя прощения нашего. Через смерть на кресте Он понес наказание за грех всего мира. Христос взял на Себя все грехи наши, и ответил за них вместо нас. Но при этом смерть Его не причисляет каждого из нас к ряду прощенных, она дает нам лишь возможность искупить свои согрешения.

Чтобы получить прощение грехов своих, мы должны по воле Божией:

— Исповедаться в грехах своих. Примирение с Создателем нашим возможно только тогда, когда человек признает свою греховность и исповедает Богу все грехи свои. Ибо, неисповеданный грех есть стена, разделяющая с Богом.

— Покаяться. Каждому верующему нужно не только осознать свои грехи, но и принять непоколебимое решение отвернуться от них. Преодолеть себя и обратиться от греха – путь непростой, но если выбран он с чистым сердцем и желанием неистовым, то будут силы дарованы Самим Господом для преодоления всех его тягот и сложностей. Искреннее покаяние привнесет в душу человека серьезные изменения, проявление которых найдет отражение в его поступках, помыслах и деяниях.

После покаяния верующий, по собственной воле и желанию своему и в качестве мер нравственно-исправительных, может также исполнить Епитимью – наказ духовника о деянии благочестивых поступков с целью искоренения навыка греховного. В качестве дел благочестия может быть назначено: соблюдение строжайшего поста, духовное чтение, ежедневная и продолжительная молитва о прощении грехов (в том числе и молитва Иисусова), милостыня, паломничество и прочее.

— Простить окружающих. В Священном Писании сказано: «Возлюби ближнего своего, как самого себя». Библия также гласит и о том, что все люди должны быть сострадательны и добры друг к другу, уметь прощать друг друга, как Творец во Христе простил каждого. А значит, не будет Божьего прощения тому, кто не будет любить и прощать других.

Прощать нельзя частично, неполно и не до конца, ибо истинное прощение, что любовь Христа к человеку, не определяется границами и избирательностью.

Как понять, что Бог простил?

Нельзя сомневаться в прощении Божьем, мы должны быть тверды в вере своей как в Самого Творца, так и в Его прощение. Если человек искренне покаялся в своих согрешениях и попросил Господа о прощении, Он простит, ибо Слово Его обладает наивысшей силой. Поэтому доверять нужно не чувствам своим обманчивым и сомнениям внутренним, а Библии.

Прощение

..как Христос простил вас, так и вы. Кол. 3,13

Ибо, если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный; а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших. Мф. 6,14–15

Прости ближнему твоему обиду, и тогда по молитве твоей отпустятся грехи твои. Сир.28,2

Он прощает все беззакония твои, исцеляет все недуги твои. Пс.102,3

Отче! прости им, ибо не знают, что делают. Лк.23,34

Если же не прощаете, то и Отец ваш Небесный не простит вам согрешений ваших. Мк.11,26

..прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас. Еф.4,32

И когда стоите на молитве, прощайте, если что имеете на кого, дабы и Отец ваш Небесный простил вам согрешения ваши; если же не прощаете, то и Отец ваш Небесный не простит вам согрешений ваших. Мк. 11,25–26

..будут прощены сынам человеческим все грехи и хуления, какими бы ни хулили. Мк.3,28

..примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся. Ин.20,22–23

Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец Небесный даст Духа Святаго просящим у Него. Лк.11,13

Наблюдайте за собою. Если же согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему. Лк.17,3

В седьмой год делай прощение. Втор.15,1

Итак, да будет известно вам, мужи братия, что ради Него возвещается вам прощение грехов. Деян.13,38

А где прощение грехов, там не нужно приношение за них. Евр.10,18

Но у Тебя прощение, да благоговеют пред Тобою. Пс.129,4

..и если семь раз в день согрешит против тебя и семь раз в день обратится, и скажет: каюсь, – прости ему. Лк.17,4

Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи, но до седмижды семидесяти раз. Мф.18,21–22

А у Господа Бога нашего милосердие и прощение, ибо мы возмутились против Него. Дан.9,9

Прощаются грехи её многие за то, что она возлюбила много; а кому мало прощается, тот мало любит. Ей же сказал: прощаются тебе грехи. Лк.7,47–48

В Котором мы имеем искупление Кровию Его, прощение грехов, по богатству благодати Его. Еф. 1,7

Почему Бог прощает грехи людей (3 настоящие причины)

Опубликовано 07.11.2017

  • Почему Бог прощает грехи людей? Вопрос прощения грехов очень часто связан со справедливостью и милостью. Иногда справедливость говорит, что прощения грехов быть не должно, а иногда милость говорит, что надо простить грех и дать еще один шанс. Как мыслит Бог? Давайте попробуем найти ответ на этот вопрос и посмотрим на три причины, по которым Бог прощает людей.

    Бог прощает грехи, т.к. дает еще один шанс измениться

    В Библии есть история, которая дает нам понять, почему Бог прощает людей. Посмотрим ее.

    Законники и фарисеи привели к Нему женщину, уличённую в прелюбодеянии, поставили её перед народом и сказали Ему: «Учитель, эту женщину застали, когда она совершала прелюбодеяние. Закон Моисея велит нам побивать таких женщин камнями. А что Ты скажешь?» Они спросили, чтобы испытать Его и обратить Его ответ против Него же. Но Иисус опустился на колени и стал пальцем чертить по земле. Они продолжали спрашивать Его. Тогда Он поднялся и сказал им: «Тот из вас, кто без греха, пусть первым бросит в неё камень», (От Иоанна 8:3-7)

    Почему Иисус Христос простил грехи этой женщины? Еще немного и ее забили бы камнями, тем более, что того требовал действующий в то время закон Ветхого Завета. Но что сделал Иисус? Он показал, что все, кто хотел бросить в нее камень, оказывается заслуживает подобного наказания. Он показал, что хочет дать еще один шанс этой женщине. Бог ненавидит грех больше нас с вами. Грех — это единственное, что отделяет человека от Бога. Грех — это орудие сатаны. Но Бог прощает эту женщину. Бог дал ей еще один шанс измениться. И похоже, что женщина это понимала.

    Если Бог не наказывает нас за наши грехи, будьте уверены — Он все видит. Бог просто дает еще один шанс измениться.

    Бог прощает из-за неведения людей

    И когда пришли на место, называемое Лобным, то там и распяли Его и преступников, одного справа от Него, а другого слева. Иисус же говорил: «Отец, прости им, ибо они не ведают, что творят», а они бросали жребий, деля между собой Его одежду. Народ стоял и смотрел, а их предводители глумились над Иисусом, говоря: «Он спасал других; пусть спасёт и Себя, если Он Христос, Божий Избранник!» (От Луки 23:33-35)

    Незнание закона не освобождает от ответственности. Но даже в уголовном праве есть снисхождение к тем, кто совершил преступления в первый раз или в состоянии аффекта. Грех подобным образом обманывает людей и вводит их в неведение. Человек как бы находится в состоянии аффекта из-за своих греховных эмоций или поступков. Это очень опасное состояние, если с ним не иметь дело. Ведь если грех укоренится, то он породит смерть.

    Бог прощает, потому что мы часто не ведаем, что творим. Иисус сказал это даже в отношении тех людей, которые распинали Его. Иисус не отвечал ни на одно оскорбление, позволив свершится несправедливому суду.

    Бог видит, что многие вещи в этой жизни мы совершили из-за незнания. Но сейчас мы знаем. Он хочет простить нас. Но теперь нам надо сделать шаг к Нему — открыть Его Слово — Библию и начать жить так, как учил Иисус Христос.

    Причина третья и самая главная. Бог прощает, потому что любит.

    Ибо Бог так возлюбил этот мир, что пожертвовал Своим единственным Сыном ради того, чтобы каждый, кто уверует в Него, не погиб, а обрёл вечную жизнь. (От Иоанна 3:16)

    Бог любит. Бог не просто любит — Он и есть любовь. Бог есть истинная любовь. А любви свойственно прощать. Ни один брак не продержится без прощения. Ни одна семья не устоит без прощения детей родителями и наоборот. Прощение — это то, что дает возможность начать все с самого начала.

    Бог любит людей. Это трудно иногда бывает понять, как Бог может любить нас, но это так. Мы осуждаем себя, но Бог хочет простить. Бог прощает, потому что Он дает второй шанс. Бог прощает, потому что понимает, что мы не ведаем, что творим. И Бог прощает, потому что любит нас.

    Если вы хотели бы найти ответы на другие вопросы и хотели бы глубже узнать Библию, то напишите нам через раздел контакты.

    Игорь Петров

    Нашли ошибку в статье? Выделите текст с ошибкой, а затем нажмите клавиши «ctrl» + «enter».

    • Подписаться на новости
    • Подпишитесь, если хотите получать новости на почту. Мы не рассылаем спам и не передаем вашу почту третьей стороне. Вы всегда сможете отписаться от нашей рассылки.

    • Христианские тесты онлайн
    • Мы предлагаем вам проверить ваши знания, связанные с христианской верой. Тесты на знание Священного Писания и христианства.
      Пройти тест

    • Задать вопрос
    • Если у вас есть вопрос или предложение, напишите нам, мы постараемся ответить вам в ближайшее время.

    Христианские видео и ролики
    » Назад 1 / 48 Как укрепить веру в Бога. Христианский семинар. Введение. 3 золотых совета для чтения или изучения Библии Распятие Иисуса Христа — фильм «Крест» на реальных событиях » Назад 1 / 48

    Почему Бог, повелевая нам прощать врагов, Сам не прощает грешников?

    Ответ священника:

    Проблема заключается здесь, дорогая Анна, не в Боге, а в человеке. Бог, через Своё Откровение ясно возвестил Свою волю о каждом из нас: «Скажи им: живу Я, говорит Господь Бог: не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был. Обратитесь, обратитесь от злых путей ваших; для чего умирать вам, дом Израилев?» (Иез. 33:11). И не только возвестил, но и создал все условия для нашего спасения: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него» (Ин.3: 16 – 17). Вы пишете о детях, выросших в семьях атеистов, о множестве людей, придерживающихся ложных религиозных представлений: как они могут познать своего Создателя и приобщиться к вечной жизни? – Бог, для этого даровал внешним, по отношению к Православной Церкви людям, два пути. Путь первый — окружающий нас мир, который является живой иконой своего Творца: он свидетельствует о Его бытии, Всемогуществе, Премудрости и Благости. Внимательно читая книгу природы, люди должны бы задуматься о Причине, её произведшей, приложить усилия для поиска и познания Бога. Но что мы видим в реальности? – Люди, глядя на окружающий мир, либо безразлично относятся к вопросу о бытии Божием, либо, как это делают воинствующие атеисты, изо всех сил стараются не замечать Творца в творении и опровергать существование Бога. Путь второй – Бог вложил в сердце каждого человека универсальный нравственный закон, выражающийся в голосе совести. Даже людям, выросшим в семьях атеистов, алкоголиков, или в джунглях Амазонки, ничто не препятствует прислушиваться к её голосу и исполнять её требования, соответствуя, таким образом, воле Божией. Но, опять, что мы видим в отношении к совести? – То, что весьма многие, не только не задумываются: а откуда в нас совесть, а о чём она меня предупреждает? Но и попирают её голос: к примеру, в России ежегодно убивается по пять миллионов нерожденных детей. Как граждане страны, столь цинично попирающие в себе нравственный закон, могут рассчитывать на счастливую жизнь на земле и в Вечности? И как они получат от Бога прощение своих грехов, если аборты и за грех то не считают?

    Что касается людей, не православных, и не христианских убеждений, не принадлежащих к Церкви, то и для них не закрыт путь к Истине. В священном Писании сказано: «Бог нелицеприятен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему» (Деян. 10:34 – 35). И если иноверец всем сердцем взыщет Бога, устремится к познанию Истины, Бог не оставит его в неведении. В качестве доказательства, предлагаю Вам посмотреть цикл интересных передач, размещённых на Ютубе, под названием: «Мой путь к Богу». На эти передачи приглашались люди, бывшие в прошлом атеистами, мусульманами, сектантами, родноверами, экстрасенсами, наркоманами. И они свидетельствовали, как из своих заблуждений, пришли в Православие.

    Кроме того, в понимании Отцов Церкви, рай и ад – это ни что иное, как Сам Бог, действие Его Любви, которая будет различным образом усваиваться людьми, в зависимости от их нравственного состояния. Вот как, например, об этом учит преподобный Исаак Сирин: «Рай есть любовь Божия, в которой наслаждение всеми блаженствами». Но рассуждая об аде, он говорит почти то же самое: ад – это бич божественной любви. Он пишет: «Говорю же, что мучимые в геенне поражаются бичом любви. И как горько и жестоко это мучение любви!» Блаженный Феофилакт Болгарский следующим образом объясняет, почему Любовь Божия одних людей (праведных) будет радовать, а для других станет бичом, вечно поражающим их: солнце одинаково освящает все предметы на земле, но каждый из них, в силу своего устройства, по-разному этот свет усваивает: воск – делается мягким и тает, глина, напротив, становится твёрдой. Поэтому, причина блаженства праведных будет заключаться в том, что, через христианскую жизнь, победу над грехом, они раскрылись для усвоения Божественной Любви. Напротив, причина страданий грешников в аду кроется в том, что они грехами сделались неспособны эту Любовь Божию усвоить, они, в течении земной жизни отвергали и попирали её, и эта Любовь станет для них огнём и будет жечь их.

    Почему, когда у верующих просишь прощения, они часто отвечают «Бог простит». Это значит, что они сами прощать не намерены?

    Ана†олий Серый 7680 год назад Мining

    беда некоторых религиозных общин заключается в том, что они придумывают и создают себе свой собственный язык, который сторонние люди не понимают. В православии это положение усугублено еще и тем, что иногда и сами православные говорят то, чего не понимают сами — просто так научены : «не умствуй, а просто верь и делай как мы тебе говорим и как Церковь постановила на архирейских сборах ( соборах) «

    Русское религиозное сознание исторически было лишено процесса умственного постижения Бога — интеллектуализации религиозного сознания, через которые проходили и проходят многие другие конфессии. Ключевский по этому поводу как то заметил:

    Целые века греческие, а за ними и русские пастыри и книги приучали нас веровать, во все веровать и всему веровать. Это было очень хорошо, потому что в том возрасте, какой мы переживали в те века, вера — единственная сила, которая могла создать сносное нравственное общежитие. Но не хорошо было то, что при этом нам запрещали размышлять, — и это было нехорошо больше всего потому, что мы тогда и без того не имели охоты к этому занятию. Нам указывали на соблазны мысли прежде, чей она стала соблазнять нас, предостерегали от злоупотребления ею, когда мы еще не знали, как следует употреблять ее… Нам твердили: веруй, но не умствуй. Мы стали бояться мысли, как греха, пытливого разума, как соблазнителя, раньше чем умели мыслить, чем пробудилась у нас пытливость.

    Крещение человека на Руси в бессознательном младенческом возрасте — очень хороший символ его дальнейшего пути — он так и продолжает исполнять прочие обряды и требы не включая своего сознания. Тоже самое можно отнести и к такому «слогану», который обычно принято говорить православным друг другу в прощенное воскресенье как #Бог простит. Его не понимают внешние люди, но что более странно — его не понимают и многие говорящие этот слоган — чувствуют что то, а обьяснить не могут и всё по тому что тут просто такая традиция, которую придумали иерархи давным давно — а нам просто нужно повторяти и не высокоумствовати в дерзости своя. )

    Не удачный слоган. Не понятный, не точный, не разрешающий ситуации, а только больше запутывающий их. Давно говорю о том, что православие давным давно нуждается в реформации — я иногда даже думаю, что революция была как сублимация тех сил и противоречий, которые не решались веками в Роиссии и потому вышли через бок, если не сказать жёстче. Нувыпоняли.

Ответ священника:

Просил, или не просил обидчик у нас прощения, это – не столь важно. Важно то, что нося в себе враждебные чувства к нему, мы тем самым, разрушаем самих себя, себе наносим душевный вред. Если обидчик не хочет примиряться с нами, не осознаёт своих грехов, то Бог не простит его. Но и за наш грех вражды Бог не простит и нас. Поэтому, просил он прощения, или нет, а мы должны победить в себе чувства неприязни к нему. По поводу высказываний о. Даниила Сысоева судить не берусь, но могу привести высказывания святых Отцов о необходимости прощения обид:

«Если человек искренне просит у тебя прощения, когда согрешит перед тобой, прощай ему с добротой всякий раз его согрешения и люби его вблизи. А лукавого человека, якобы просящего у тебя прощения, чтобы благодаря этому делать, что ему нужно и постоянно впутывать тебя в свои дела, которые приносят душевный вред другим людям, прости семьдесят семь раз и после этого люби его издалека и молись». (Преподобный Паисий Святогорец)

«Если ты, человек, не прощаешь всякого согрешившего против тебя, то не утруждай себя постом и молитвою. Если брату своему, на которого за что-нибудь прогневан, не оставляешь долга его, то совершенно напрасно постишься и молишься: Бог не приимет тебя» (преп. Ефрем Сирин, 33, 111-112).

«…Прощение нередко ведет ко спасению, обуздывая обидчика стыдом, из состояния страха приводя его в чувство любви и самое твердое благорасположение» (свт. Григорий Богослов, 13, 125).

«…Чем более кто согрешил против нас, тем более должны мы спешить к примирению с ним, потому что он становится причиной прощения нам большего числа грехов» (свт. Иоанн Златоуст, 45, 233).

«…Если мы искренно хотим примириться, то не отступим (от врага), пока не победим его своими усиленными просьбами, пока не привлечем к себе и не заставим прекратить вражду против нас. Разве ему через это мы оказываем какую-либо милость? Нет, на нас самих переходят плоды доброго дела: мы этим привлекаем на себя благоволение Божие, приобретаем себе прощение грехов, получаем великое дерзновение пред Господом» (свт. Иоанн Златоуст, 47, 283).

«Терпя обиды, неприятности, несправедливости, не дерзай по гордости винить в них своего ближнего. Поверь, вина лежит не на нем, а на тебе: Господь желает очистить грехи твои, вот и посылает тебе как бы незаслуженную скорбь и обиду, но опять напоминаю тебе: она заслужена тобою, твоими грехами разными, прежними; прими скорбь с радостью, как лекарство очистительное от Самого Господа, а обидчика считай небесным другом, целителем твоей души; тогда никакая обида не потревожит тебя, а только будет звать тебя к покаянию, будет увеличивать здравие твоей души и делать тебя любезным Богу» (Схиигумен Савва).

Как научить своих детей искренне просить прощения? И как научиться этому самим? Почему сегодня мы теряем эти навыки? Почему важно не скрывать свои обиды, а выговаривать их? И как при этом не превратить свою семью в «концлагерь доброты и открытости»? Об этом и многом другом мы поговорили с настоятелем Пятницкого подворья Троице-Сергиевой лавры в Сергиевом Посаде протоиереем Павлом Великановым.

Простить — значит начать с чистого листа

— Отец Павел, скажите честно, а Вы человек обидчивый?

— Скорее да, чем нет. Но я быстро отхожу.

— А что помогает не копить в себе обиды, а быстро отходить от них?

— В моей жизни была одна ситуация, которая мне очень помогла. Однажды определенная группа людей, к которым я был достаточно близок и всегда испытывал симпатию, меня осудила. Причем массово. В один прекрасный день я пришел к этим людям и вдруг почувствовал, что между нами каменная стена. Поначалу не мог понять, в чем причина, и пытался эту стену как-то пробить. И встретился с жестким неприятием и полным отторжением. А потом выяснил, что на самом-то деле меня просто оклеветали. Кто-то приписал мне то, чего на самом деле не было, и все остальные в это поверили. Я, конечно, очень сильно обиделся и расстроился. Очень сильно. Для меня это был очень болезненный удар.

Но по прошествии недолгого времени меня посетила мысль, которая помогла мне со всем этим справиться. Я сказал сам себе: «Хорошо, конкретно этого ты не совершал. Но неужели в твоей жизни нет ничего такого, за что тебе по сей день стыдно? Ты же не безгрешен! И если бы эти люди узнали — они отреагировали бы точно так же?» И эта мысль меня очень обрадовала. C тех пор я к подобным ситуациям отношусь очень просто: вместо того чтобы утверждать свою правду и доказывать, что я не верблюд, я вспоминаю тот случай, улыбаюсь и говорю себе: «Ладно, хорошо, пусть так и будет».

Любая обида — это всегда претензия. Претензия на то, что с тобой поступили неправильно, не увидели, не оценили, не поняли и так далее. И, пожалуй, самое обидное — когда тебя предает близкий человек, когда он отказывается от той первой любви, которую к тебе имел, и обращается против тебя. Как на это реагировать? Мне кажется, если мы станем адекватно относиться к самим себе, то все основания требовать к себе уважения и любви у нас просто исчезнут.

Самые правильные отношения между людьми — отношения асимметричные. Когда ты даешь окружающим больше, чем они тебе, и не ждешь от них ответной реакции. А когда ты ждешь симметрии: «вот я простил, а он меня не прощает», «вот я сделала для него, а он что для меня сделал?» — это уже изначально искаженное понимание отношений.

— То есть всегда нужно первыми делать шаг навстречу и не ждать другого? Прощать даже тех, кто у нас прощения не просит?

— Конечно. Потому что в таких симметричных отношениях можно только утонуть, больше ничего. Если только не приложить усилие и не начать искать путей примирения. А примирение начинается с преодоления той обиды, которая в нас сидит. Когда мы прощаем человека еще до того, как он просит у нас прощения, мы даем ему шанс изменить отношения с нами, мы первыми делаем шаг навстречу. А если мы ждем, пока он сделает этот шаг, то получается — мы становимся его заложниками, мы играем по тем правилам, которые он нам определил. А это, конечно, неправильно. Тем более для христианина.

Простить — значит полностью убрать какие бы то ни было ожидания и претензии по отношению к другому человеку. Начать все с начала, без предыстории. Дать человеку еще один шанс и, как заповедует нам Спаситель, давать этот шанс бесконечно.

— А мы, как правило, этих шансов человеку не оставляем.

— Ну, или, по крайней мере, большинство из нас. Это очень тяжело — дать человеку шанс, особенно если этот шанс уже неоднократно давался и был использован против тебя. Чаще всего мы в подобной ситуации даем условное прощение: «Я готов тебя простить, если ты…» — и дальше начинается список наших пожеланий и предложений. Но настоящее христианское прощение — это прощение безусловное. Когда ты прощаешь не просто потому, что от тебя этого ждут, а потому, что сам хочешь избавиться от своей обиды и не хочешь жить с ней дальше и смотреть на людей через призму собственных претензий.

Так же, как Бог смотрит на нас и видит в нас то лучшее, что можно развить, а через худшее переступает в надежде на то, что мы сами вырвемся из этой шкурки, оболочки греха — так же и мы призваны видеть в других только лучшее. Не судить — и тогда сами не будем судимы.

Сказать другому: «Ты меня обидел» — это нормально

— А как перевести это безусловное прощение в область практики? Разве правильно делает жена, которая постоянно прощает своего гулящего или пьющего мужа, который уже тысячу раз обещал исправиться и каждый раз снова и снова предает ее и семью? Ведь уже многие священники, психологи сегодня говорят, что от таких людей лучше бежать…

— Если переводить все это в практичес­кую плоскость, то здесь все очень и очень непросто. Да, конечно, если муж — хронический алкоголик, если он мастер в плане лицедейства, если он умелый манипулятор, а вся семья — это его заложники, то, скорее всего, в этом случае надо развестись. Но ведь прощение — это про другое. Супруги могут развестись, но при этом «обиженная сторона» может простить обидчика. Перебороть эту боль, не иметь претензий, простить. Но просто из категории самых близких, самых дорогих перевести этого человека в категорию «других».

— Давайте немного остановимся на состоянии обиженности. Психологи, психотерапевты говорят, что обиды в себе копить нельзя, что, если тебя обидели, надо, во-первых, признаться в этом самому себе, а во-вторых, сказать об этом обидчику. А это вообще по-христиански?

— Сказать человеку: «Ты меня обидел» — это нормально. Потому что «я обиделся» — это не значит «я перестал к тебе хорошо относиться». Вовсе ведь не обязательно после этой фразы кричать: «Пошел вон отсюда, чтобы я тебя больше не видел!»

Поэтому я всегда говорю своим детям, да и своим прихожанам: если кто-то чем-то недоволен, не нужно стесняться выражать свое недовольство. Нет такой добродетели — стеснительность, есть добродетели смирения, кротости и скромности. Но любая стеснительность говорит о наличии в человеке серьезного внутреннего конфликта. Внутри его одно — а снаружи другое. Поэтому откровенность в любом деле, открытость и честность, особенно если это касается семейных отношений — это, я думаю, принципиально важная установка. Потому что ненормально, когда члены семьи находятся друг с другом в состоянии предельной отчужденности, и каждый за пазухой носит целый мешок обид и претензий — при этом все могут мило улыбаться друг другу, думая, что тем самым сохраняют в семье мир.

Но в попытке быть откровенными друг с другом важно не уйти в другую крайность и не превратить семью в концлагерь доброты и открытости.

Это когда каждый только и делает, что копошится в чужой душе, в уме, в сердце, и как только кому-то что-то не понравилось, начинает выяснять: «А что это ты обиделся? Наверное, мы тебя чем-то задели? Давай сядем, поговорим. Надо все ситуации проговаривать внимательным образом, чтобы ничего не накапливалось!» Естественно, в такой обстановке нормальному человеку захочется послать всех куда подальше. И чтобы избежать этой крайности, прежде всего нужна внутренняя установка на уважение человека, на понимание того, что он имеет право быть не таким, как мы хотим его видеть, иметь собственное внутреннее пространство.

Однажды мужчина пришел на исповедь к преподобному отцу Порфирию Кавсокаливиту с целью проверить, прозорливый этот батюшка или нет. Он во всем исповедался и не рассказал только самого главного — что у него была любовница. Старец выслушал его исповедь, что-то ему сказал, прочитал разрешительную молитву. И только когда они стали прощаться, старец назвал гостиницу, в которой этот мужчина встречался со своей любовницей, и попросил его там больше с ней не встречаться — потому что там теперь работает его дочь, и если она это увидит, это станет для нее большой травмой. Тот, конечно, был ошарашен. Я здесь вижу два очень важных момента. Во-первых, старец мог сказать: как ты, негодяй, мерзавец, смеешь приходить на исповедь и попирать Священное Таинство ложью! Ничего подобного он не сказал. А во-вторых, он сказал это лишь для того, чтобы предотвратить еще большую беду в жизни этого мужчины, чем та, в которую он загонял себя своим образом жизни. И здесь мне видится огромное уважение к человеку — именно Христово уважение и безусловная, безграничная любовь.

Соприкоснувшись с такой любовью, человек изменится — не сразу, но зато это будет настоящее, спасительное, а не лицемерное, покаяние — что и произошло в случае с этим мужчиной через какое-то время.

В коллаже использовано фото Y’amal, CC BY 2.0

Просить прощения должно быть трудно

— С темой прощения мы сталкиваемся в раннем детстве, когда родители учат (или заставляют) нас просить прощения. И часто бывает так, что в одной и той же семье один ребенок просит с легкостью, а другой — ни в какую. Как Вам кажется, можно ли научить ребенка просить прощения искренне?

— Когда человеку трудно попросить прощения, легче всего сказать, что он горд и надменен. Но мне кажется, что все может быть куда сложнее. Может быть, человек просто еще не дозрел до покаяния. Он кого-то обидел. Он знает, что это неправильно, но он это сделал. И он не хочет к этой теме возвращаться, она ему неприятна, она ему не нравится. О «прости» в таком состоянии не может быть и речи. Ведь сказать «прости» — значит взять на себя ответственность: ты выстраиваешь отношения с тем, кого обидел, на каком-то другом уровне.

Если вернуться в детство, чтó такое «прости» со стороны ребенка, который сделал что-нибудь недолжное? Любой ребенок может сказать маме: «Я больше так не буду». Попросил он при этом прощения или нет? Мне кажется, нет. Он понимает, что нарушил мамины требования — но при этом не чувствует вины, не переживает, что его поступок прежде всего приносит маме боль. А вот если он это поймет, он обязательно попросит прощения. И даже если он не скажет «я больше так не буду», он не повторит свой поступок только потому, что не захочет снова причинять маме боль.

Поэтому я никогда не требую, чтобы мои дети механически говорили мне «прости». Может, я поступаю неверно, может, это манипуляция, но я считаю, что это правильно. Обычно я говорю детям: «Мне очень не нравится, как вы поступили. Меня очень расстраивает, что вы ругаетесь и друг друга обижаете». То есть я даю им понять, что они не просто нарушили какой-то закон, а совершили поступок, обращенный против меня.

— В православном кругу часто можно услышать слово «прости», но далеко не всегда за ним стоит искреннее раскаяние. Как Вы думаете, почему так?

— Мне кажется, потому, что мы не всегда понимаем, сколько на самом деле весит слово «прости». В православном кругу это слово, действительно, часто замыливается. А оно должно говориться с душевной болью, с покаянием. Ведь если слово «прости» не прожигает человека, как настоящее покаяние, если у него не подкашиваются ноги, если он произносит его с легкостью, может быть, лучше его и не произносить?..

Я думаю, что маркер настоящего «прости» — это его «трудность». Если ты причинил кому-то боль, ты должен потрудиться, должен подумать, каким образом ты можешь эту боль уменьшить, даже если это боль давняя. И тогда твое «прости» будет не пустым сотрясением воздуха, оно будет подкреплено плодами твоего покаяния. Попросить прощения — значит не только признать свою вину, но и каким-то образом засвидетельствовать, что в тебе что-то изменилось. А если это слово как собака лает, что толку от твоего «прости»?

И, конечно, настоящее «прости» невозможно без смирения, без того, что ты снова открываешь свою непотребность, греховность и через это «прости» пытаешься сквозь них прорваться.

— Вы сейчас упомянули давние обиды. Наш читатель задается вопросом: как быть, если чувствуешь, что должен попросить прощения за то, что совершил когда-то давно, но боишься причинить боль, толкнуть кого-то к обиде на себя, разрушить чью-то жизнь?

— Универсального ответа здесь быть не может. Ситуации бывают очень разные. Иногда кажется, что какие-то давние раны уже затянулись, что не надо ворошить прошлое, а на самом деле оказывается, что эти душевные травмы определяют нынешнее положение дел. В другом случае человек, принеся свои извинения, может стать источником соблазна и разрушить внутренний мир другого. Хотя даже тут понять, что в действительности произойдет, созидание или разрушение, может только опытный священник с достаточной погруженностью в жизнь человека, который мучается этим вопросом. А этим вопросом можно мучиться очень и очень сильно, годами и десятилетиями: ведь бывают же случаи, когда люди не могут умереть до тех пор, пока не попросят у кого-то прощения. Видимо, их Господь любит настолько сильно, что не дает им уйти в вечность с грузом вины. И это очень показательные случаи: значит, наши прощения и правда имеют большое значение.

Поэтому я думаю, что вопросы о давних обидах должны решаться с участием не только самого человека, но и его духовника. Главным критерием, на мой взгляд, здесь должно быть понятие пользы: полезно ли человеку это услышать, или это только разрушит его внутренний мир.

— Как Вам кажется, сегодня, в связи со спецификой нашего времени, просить прощения, прощать — сложнее? Или это всегда было сложно?

— Скорее всего, эта тема всегда была сложной и актуальной, потому что человек и сто, и пятьсот, и три тысячи лет назад один и тот же. И страсти, которые бушевали в древних людях, бушуют и в нас, они никуда не исчезают. Но предположу, что особенность нашего времени в том, что отношения между людьми становятся поверхностными, безответственными, недолговременными, без соблюдения многих принципов, которые раньше соблюдались по умолчанию.

Простой пример: еще пятьдесят лет назад считалось нормой, когда девушка вступает в брак девицей, а сейчас это стремительно исчезает. Эта поверхностность, на мой взгляд, выхолащивает саму значимость отношений. И там, где отношения поверхностные, мне кажется, тема прощения звучит уже совершенно по-другому.

И, конечно, представления наших современников во многом определяются тем фоном, который создают средства массовой информации, бесконечные сериалы и прочее, где сплошной поток всяких обид, прощений, новых связей, романов и так далее. Этот фон создает ощущение того, что все в жизни течет, меняется, все непостоянно — и что это-то и прекрасно: тут не получилось, там попробую. И так до бесконечности. О каких попытках по-настоящему просить прощения или искренне прощать тут может идти речь?..

А ведь в реальности круг людей, с которыми мы общаемся в течение всей нашей жизни, не так уж и велик. Гораздо меньше, чем кажется пятнадцатилетнему подростку. И выходит так, что из этого круга сознательно выбрасываются те, с кем человек мог бы выстроить долгосрочные отношения, созидающие его и полезные ему.

Чтобы прощать, нужно безгранично уважать человека

— Отец Павел, какие истории из Вашего пастырского служения, связанные с прощением или, наоборот, непрощением, Вам особенно запомнились?

— Была одна очень страшная ситуация: у двоих супругов, моих прихожан, по вине одной женщины погиб ребенок. И они смогли ее по-настоящему простить. На словах они ее простили сразу же, ведь и для нее это было страшной личной трагедией. Но боль и отчуждение еще очень долго продолжали жить в их сердцах. Но со временем стало видно, что они через эту боль переступили и действительно простили эту женщину.

Но чаще всего я сталкиваюсь с ситуацией, когда человек никак не может простить за что-то… самого себя. И это большая проблема. Перекос в переживании греха как прежде всего твоей страшной и непростительной вины — а не твоей личной беды, не твоей кровоточащей раны — легко может привести к болезненному зацикливанию на вине и тем самым — отказу от настоящего покаяния как решительного шага вперед, прорыва к Богу — и к себе самому — настоящему. Никогда нельзя забывать о том, что Христос — Спаситель и Исцелитель, а не Мститель, подкарауливающий грешника в темном месте!

Когда мы говорим: я такой плохой и нет мне прощения, мы тем самым не разрешаем Богу войти в нашу жизнь, мы пытаемся Им манипулировать, мы дерзаем не разрешать Спасителю нас спасать. «Вот я себя не прощаю, и Ты, Господи, не посмеешь меня простить, потому что я-то себя не прощаю!» Я в этом вижу очень тонкую гордыню — и лукавый отказ от труда по преодолению своей греховности. В евангельской притче о званых и избранных есть один загадочный персонаж — некто, оказавшийся на пиру не в брачных одеждах и поэтому выброшенный вон. Мне кажется, это хорошая иллюстрация к непрощению себя: человек по тонкой гордыне отказывается прикрыть свое недостоинство праздничными одеждами, которые даются всякому, кто переступает порог царского дворца. Богатые одежды для царского пира — это, конечно же, образ Божественной милости, «облекшись» в которую, человек только и может войти в Царство Небесное.

Мне кажется, что пока мы не научимся прощать себя, мы не сможем прощать других. Понимая свою слабость, мы начинаем понимать и других людей. У святых отцов есть такой образ, что все грехи мира, собранные воедино — это не более чем маленькая песчинка, которая тонет в бездне океана Божественной любви. Даже если эта песчинка будет размером с булыжник в несколько тонн — все равно по сравнению с океаном это будет ничто. Когда понимаешь это, тебе легче принимать себя и других людей, какие бы грехи они ни совершили.

— Есть ли в Вашей жизни люди, которые стали для Вас примером в способности прощать?

— Есть. Один из таких людей, не буду называть его имя, является администратором. И для меня очень важно, что если вдруг его подчиненный полностью проваливает какое-то ответственное задание, то этот человек отстраняет его от работы по этому направлению, но при этом никоим образом не меняет своего отношения к этому подчиненному как к человеку, он не отождествляет человека и функцию, которая на него была возложена. И для меня это очень сильный пример того, что не надо путать значимость личности и способность человека участвовать в том или ином процессе какого-то учреждения или организации.

И, конечно, большим примером для меня стал архимандрит Кирилл (Павлов), который на протяжении многих лет был духовником Троице-Сергиевой лавры. За все то время, когда он был здесь, при огромном количестве людей, которые проходили через него со своими житейскими историями, проблемами, я никогда не видел его на кого-то обиженным. Даже если люди поступали бесчестно по отношению к нему, он никогда от них не дистанцировался, он предоставлял им полное право пользоваться своей свободой и поступать так, как они считают нужным, притом что эти поступки, с его точки зрения, были совершенно неправильными и недопустимыми. Он не пытался своими силами, своим авторитетом повлиять на ситуацию, переломить чужую волю своей. И я знаю, что именно это нередко становилось причиной изменения людей и их раскаяния. А если бы он начал требовать, наказывать, принимать активное участие, играть по тем правилам, которые своим нечестивым поступком задал этот человек, я думаю, такого результата бы не было. И это снова о безграничном уважении к чужой свободе и к праву другого поступать не так, как тебе хочется.

Еще мне вспоминается история из «Нового Афонского патерика». Как-то раз в одном скиту выяснилось, что кто-то по ночам ворует дыни. Скит маленький, все друг друга знают. Кто мог это сделать? И вот один монах решил устроить ночью засаду и выяснить, кто ворует и ест эти дыни. Утром радостный монах прибегает к старцу и говорит ему: «Я знаю, кто тут у нас вор!» На что старец ему отвечает: «Если ты соберешься пойти в следующий раз искать вора, я тебя очень прошу, спрячься так, чтобы он тебя не заметил — чтобы ты не смутил его совесть».

Понимаете? Он заботится об этом воре точно так же, как и о том, кто пытается его поймать. Он ждет, пока укравший сам не придет к покаянию. И для меня это вершина педагогической мудрости и силы духа, абсолютное желание целиком и полностью вручать судьбу человека и свою собственную судьбу в руки Божии, со стопроцентной уверенностью, что Он выправит ситуацию гораздо лучше нас. У греков есть на эту тему прекрасная поговорка: «Любит Бог вора — любит и хозяина».

— Вы могли бы посоветовать какие-то книги о прощении?

— Прежде всего, я бы посоветовал одну книгу, самую любимую — Евангелие, где Сам Христос на протяжении всей Своей жизни прекрасно показывает, что значит прощать. Когда Иуда приходит предать Христа, Он, казалось бы, мог сказать: «Какой же ты мерзавец! Ты столько лет с нами ходил, за одним столом с нами ел, а теперь на Меня пяту свою поднимаешь, дрянь такая!» Но Он так не сказал. Он с болью и скорбью говорит: Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого? (Лк 22:48). Или на Тайной Вечери, когда Христос говорит своим ученикам: Один из вас предаст Меня (Мф 26:21), Он ведь не показывает на Иуду пальцем и не говорит: «Вот, представляете, Иуда, сейчас собирается идти Меня предавать!» Спаситель ничего не говорит, Он не обличает Иуду, хотя Иуда понимает, что Христос обо всем знает. И мне кажется, это снова потрясающее свидетельство того, что Бог никому ничего не навязывает. Он всегда создает условия, но в этих условиях Он оставляет за самим человеком полное право выбирать, как себя вести и что делать. Хотя иногда Он очень жестко обличает фарисеев и саддукеев. Бывают в жизни случаи, когда поступить иначе, то есть смолчать, было бы просто неправильно. Например, супруги десятилетиями живут в браке и при этом не могут прямо сказать друг другу о каких-то принципиально важных вещах просто потому, что боятся друг друга обидеть. Муж может нахваливать ненавистную ему кашу из самых лучших побуждений — чтобы не расстраивать жену, и тем самым превратит совместную жизнь в муку. Почему? Потому что нет откровенности, есть только страх обидеть другого, сказав ему то, что ты думаешь на самом деле.

И тут мы выходим на интересную тему. Когда человек умеет любить и прощать, он гораздо свободнее общается с другими людьми. Он не становится заложником такой хитросплетенной схемы, в которой я не могу сказать вам, что я обижен, потому что если я скажу, то вы на меня обидитесь и еще поймете, что и я на вас тоже обижен. А вот когда человек любит другого, он всегда может сказать ему в лицо правду, даже горькую, даже хлесткую, но сказать ее таким образом, что другой человек не обидится. Но для этого каждое слово должно быть пропитано огромной любовью — Христовой любовью.

***

Эта статья ответ на вопрос читателя. На сайте журнала «Фома» уже долгое время существует постоянная рубрика «Вопрос священнику». Каждый читатель может задать свой вопрос, чтобы получить личный ответ священника. Но на некоторые из вопросов нельзя ответить одним письмом — они требуют обстоятельной беседы. Какое-то время назад к нам пришел один из таких вопросов — (читать письмо полностью). Мы попросили ответить на вопрос психотерапевта Константина Ольхового — Обида, чувство вины, прощение: что нужно знать каждому?, подобрали примеры Как и кого прощали святые.

В жизни каждого из нас присутствуют моменты, когда обижаем мы или обижают нас. В первом случае мы находимся в худшем положении! Да, да! Помните фразу Льва Толстого о том, что мы любим людей за то, что дарим им радость. И в то же время наша ненависть больше всего направлена на людей из-за того, что мы принесли им боль. Так что, обижая других, мы находимся в позиции человека, которому нужно получить прощение. Но сейчас мы поговорим о том, что такое умение прощать и что дает прощение тем, кто нас обидел.

Каждый день мы сталкиваемся со стрессами, депрессией, апатией. И, конечно, мы ощущаем жуткий внутренний дискомфорт, и состояние буквально накаляется. В такой ситуации невозможно обойтись без грубых слов, поступков, обид и т.д. По возвращению домой, от усталости, с накопленным негативом, мы накидываемся на близких. То же самое делают и они. И порой, не желая того, люди оскорбляют, унижают, обманывают друг друга. И это все жизнь, изменить её течение никак невозможно. Но все же в наших силах есть главное – уметь прощать и просить прощения.

Кто-то возразит, что ничего страшного – «мне нагрубили, я нагрубил! Какой смысл просить прощения?!». На самом деле это не просто слова, поступок, действие. А таинство, меняющее жизнь человека кардинально.

В чем заключается сила прощения

Мы строим жизнь по своему усмотрению, окружаем себя теми, кто нам нравится, не портит нам нервы, доставляет приятные и полезные эмоции. Но мы забываем о том, что идеальных людей на свете попросту не существует. И по любому поводу обижаемся, преумножая тем самым свою значимость. А насколько воспитаны, мудры мы сами? Неужели у нас нет недостатков? Как часто мы и сами можем такое «брякнуть», что у собеседника может попросту отказать дар речи от обиды.

Мы можем в ответ на чью-то неосторожную фразу обидеться, затем после слов о прощении бросить сухое «Да, ладно Все забыто». И совершенно не думаем о том, кто несет в себе угрызения совести и не может найти себе места из-за того, что причинил вам боль. Да, мы можем сделать больше – простить человека и продолжить с ним общение, тесные контакты. Но каждый раз, когда мы вновь с ним сталкиваемся, обнимаемся, внутри нас поднимается невероятный объем негатива, вызванного воспоминаниями о действиях своего визави.

Существует очень интересная и поучительная притча о прощении:

«Два закадычных друга, шедшие по пустыне поспорили о чем-то и в пылу своего гнева, один из них дал пощечину другому. Удар был настолько сильным, что мужчина ощутил сильную боль. Он ничего не сказал в ответ, отошел в сторону и написал на песке большими буквами: «Мой друг сегодня дал мне пощечину».

Они пошли дальше, как ни в чем не бывало, дошли до зеленого местечка, где текла вода и росли растения. Парни решили окунуться в прохладную речку. И в один момент один из них, кто получил пощечину, чуть не утонул. Его спас тот же, кто ударил по лицу. И опять он написал, но только на камне: «Мой друг сегодня спас мне жизнь».

И его приятель задал вопрос: «Когда я тебя ударил, ты об этом написал на песке, а когда спас, на камне. Почему ты выбрал два разных предмета?» Тот ответил ему: «Когда кто-то нас обижает, мы должны об этом написать на песке, дабы буйные ветра стерли надпись с лица Земли, и все было забыто. Но если нам делают добро, спасают, мы должны выбить, отчеканить об этом на камне, чтобы ничто не могло удалить, стереть этой надписи и все об этом помнили».

О чем говорит история? Да, о том чтобы мы забывали обиды, но всегда помнили о том добре, которое нам дарят наши друзья, близкие, а то и посторонние. Ни одна обида не может быть сравнима с моментами, когда нам дарят радость, любовь, жизнь. Но для того, чтобы научиться прощать обиды, давайте для сначала узнаем – что же это такое обида.

Откуда растут корни обиды? Все начинается с детских лет, когда формируется наша психика. В эти годы нанести ей вред может все что угодно: неблагополучная семья, плохое отношение или чрезмерное обожание взрослыми.

В первом случае, ребенка то и дело обижают, но при этом не дают проявить свои эмоции. Так, он накапливает в себе боль, негодование, агрессию и уже, будучи взрослым, ощутив, что после обиды у него просят прощение, он не может полностью простить, так как обид в его душе еще очень много еще с тех, детских лет.

У вторых, кого слишком сильно любили родители, проблема совершенно иная. Им прощалось все и если даже и не делали ничего плохого, то все равно просили прощения. Не купили очередную куклу, потом очередную дорогостоящую безделушку, затем квартиру, купили не тот автомобиль и т.д. С годами все это переходит в привычку, и конечно, если кто-то и сделает что-то не так и попросит прощения, то ему придется слишком долго ждать. Но есть и третья причина того, что не все из нас могут сразу простить другого человека. Почему же это так сложно?

Как быть, если тебя обидели

В первую очередь не нужно лелеять и холить свою обиду. Напротив, необходимо абстрагироваться от нее и перестать её постоянно прокручивать. Некоторые так увлекаются своим обиженным положением, что готовы рассказывать о ней всем встречным. Такое ощущение, что они заполучили в руки флаг, который гордо несут впереди себя и всем дают понять «Меня обидели!».

Важно начинать со своего подсознания, если у вас не получится простить человека, то обида будет разъедать изнутри как ржавчина и нанесет ущерб психике. Еще хуже, она вырвется наружу, и вы не сможете сдерживать свои эмоции.

В первую очередь, данное чувство является частью нашего эгоизма. Это негативный тип эмоций, не несущий в себе для человека ничего полезного. Скорее наоборот – из-за обиды мы разрываем связи, не говорим правду, возникает эффект недосказанности, недоверия. Обида способна погрузить человека в депрессию, страдания, она в буквальном смысле отнимает у нас здоровье, силы, энергию и не дает общаться с теми, кто нам дорог. Виной всему – эгоцентристское поведение, во главе угла которого царственно возвышается наша гордыня – один из самых страшных грехов человечества, из-за которого возникают все другие грехи.

Специалисты по человеческой психологии уверены, что обидчивость – это заболевание, которое необходимо лечить. Если запустить процесс, то возникнут серьезные проблемы с психикой. Обидчивый человек ничто по сравнению с тем, кто полагает, что все так и ждут, как бы сделать ему больно, желают оскорбить, унизить. То есть это состояние можно сравнить паранойей, к которой он идет верными шагами. А на самом деле, человек страдает из-за несуществующего явления, которое он придумал в своей фантазии.

В каждом отдельном случае необходимо разбираться детально. Требуется полный анализ того, что и за чем происходило. Нужно понимать, что не всегда слова или поступки совершаются для того чтобы нанести боль. Порой это бывает и вполне справедливое, ценное замечание.

История из жизни:

Марина и Катя были закадычными подругами еще с 6 класса. Первая была свободной, раскованной, вторая более скромная, застенчивая. Но обе были симпатичными, умными девицами. Так получилось, что после окончания школы их пути на некоторое время разошлись. Катя вышла замуж и уехала в другой город. Там родился ребенок, но семейная жизнь долго не складывалась и вот, спустя 7 лет, устав от тирании мужа-наркомана, Екатерина вернулась в родной город.

А Марина так и была одна. Она окончила медицинский институт, начала работать в местной клинике. По возвращению, Кате конечно же хотелось встретиться с подружкой и провести с ней время. Родители без слов отпустили дочку развлечься – все же имеет право хоть немножко отдохнуть. Оставив любимого сыночка с бабушкой и дедушкой, она отправилась в близлежащий бар с подружкой. К ним присоединилась еще одна, звали её Маша. Она была на пару лет моложе их и сдружилась с Мариной, пока Катюша жила в другом городе.

Итак, разгар вечера, девочки сидели и мило общались. И как обычно бывает, к их столику подошел мужчина и предложил свою компанию. Катя тут же отрезала, и дала понять, что он что-то напутал. Ему нужно подсаживаться к другим, кто не против развития событий (сами понимаете). Остальные две подружки просто молчали.

Дальше стало происходить более странное. Маша и Марина отправились танцевать, они были слегка выпившими. Катюша контролировала себя, все-таки дома ребенок, и просто наблюдала за своими подружками. К ним стали подходить то один, то другой мужчина. И каждая из них была совершенно не против того, что с каждым из выпивших постояльцев кафе погрузиться чуть ли не в интимный танец.

Катя решила, что Марина попросту пьяна, поэтому ведет себя таким образом. По поводу Маши не сомневалась – та всегда отличалась распущенным нравом. Она несколько раз подходила к своей любимой подруге и просила отойти в сторону. Так ей хотелось остановить Марину, но та никак не унималась. Вечер закончился тем, что девочки разругались. Причем Катя совершенно не поняла, за что Марина грубо погнала её домой и попросила оставить её и Машу в покое.

Только наутро, когда родители проснулись и рассказали о жизни Марины, она поняла – та стала вести слишком «свободный» образ жизни. Конечно, ей не хотелось больше видится с той, за которой скучала все эти годы. Прошло примерно 5 месяцев, и они вновь оказались в одной компании, но уже приличной. Там разговорились, помирились. Катя простила Марину, хотя это было бесполезно. Почему? Судите далее.

Марина так и не остановилась и стала все чаще всплывать в разговорах между мужчинами. Каждый рассказывал о том, как он «приятно» провел с ней время. Эти разговоры Катюше передал её брат, мол, о твоей подруге очень плохо говорят. Катя тут же отправилась к ней и все рассказала и попросила, чтобы та была более осмотрительной. Она не верила, что эти люди говорят правду и заступалась за свою подругу. В результате, Марина озлобилась именно на Катю и обвинила в сплетнях почему-то её. Здесь, конечно, разрыв был окончательным. Катя больше никогда не общалась с любвеобильной девицей, хотя понимала, что это её личное дело. Просто она не смогла простить ей обиду.

Как видим, не всегда есть смысл прощать человека. Хотя нет, прощать нужно, но нет смысла вновь вступать в одну и ту же реку. Если человек однажды сделал тебе намеренно больно, он это повторит. Характер изменить невозможно, а тем более привычки, повадки, физиологические особенности организма.

Как простить – алгоритм

Признайте свою обиду. Иногда так бывает, что человек не знает, что его тревожит. Вроде обида и была, а вроде и нет. Поэтому необходимо внимательно проанализировать, что же на самом деле произошло. И если была неприятность – признайте её.

Выпустите из себя гнев. Вас обидели, вы разозлены, желаете, чтобы справедливость восторжествовала – не держите это все в себе, выпустите «пар», поругайтесь, покричите, освободитесь от бремени.

Отличный способ – кинуть камень, заранее мысленно вселив в него образ своего обидчика. Перед этим, отойдя в сторону от людей, выскажите камню все, что вы о нем думаете.

Ничто ни вечно – все проходит, пройдет и это… Важно понимать, что в этом мире ничто не вечно. Проходят не только радости, но и обиды. Поверьте, ваша неприятная ситуация в первую очередь вредит вам, съедает изнутри, нарушает ритм жизни.

Ищите ценности. Какой бы ни была ситуация, в ней есть ценные моменты, то есть дающие мудрость. И если произошло что-то неприятное, вынесите из нее пользу. Ведь есть мнение о том, что наши обидчики – это наши Учителя. Видимо они и есть те самые души, благодаря которым мы учимся прощать.

Не вините себя. Нелицеприятные ситуации, при которых боль наносят вам, часто становятся причиной самобичевания. Если вы мучаетесь тем, что допустили проблему, конфликт, довели до того, что вас обидели. Здесь действительно серьезное положение, потому других легче простить, чем себя. Категорически нельзя этого допускать. Ну натворили вы делов, вызвали скандал, напросились на оскорбления – ну и фиг с ним! Забудьте! С кем не бывает.

Напишите себе письмо. Чтобы отпустить обиду в моменты, когда нахлынули эмоции, просто составьте письмо в свой адрес. Начинайте с таких фраз, как: «Мне очень жаль, что так получилось…», «Простите (прости) меня за то…», «Я благодарна вам (тебе) за…». Здесь мы рискуем нарваться на неприятие этих строк читателями.

Кто-то скажет: «Позвольте, с какой стати нужно начинать строки с этих слов, если обидели меня?» Все просто, прощая других, вы, в том числе прощаете и себя, ведь не бывает в таких ситуациях одного виновника. Как минимум виноваты двое – Вы и…

Поговорите с тем, кто вас обидел. Но сделайте это тогда, когда ваши эмоции утихнут. Не нужно выяснять отношения в разгар конфликта, так будет только хуже – наговорите опять кучу глупостей, после чего думать о перемирии будет вообще сложно. Во время беседы будьте честны и скажите, как ранил поступок, слова этого человека вашу душу. Не нужно делать вид, что вам безразлично его отношения. Скорее всего, вы услышите в ответ то, что он и не думал нанести вам боль, все получилось случайно, по глупости.

Некоторые долгими годами копят в себе обиды, стараются сдерживать, контролировать свои эмоции и конечно, они давно потеряли доверие к тому, кто сделал им больно. В таких случаях самостоятельно простить человека довольно сложно. Поэтому есть смысл обратиться к психологу, который поможет разобраться во всех неприятностях, в себе.

Не ищите справедливость

Не ждите от ситуации справедливости, это вообще понятие индивидуальное. У кого-то она одна, у кого-то другая. Еще один аспект справедливости – прощая, вы надеетесь, пусть даже на подсознательном уровне на то, что обидчик будет наказан. Простите, но если касаться духовной стороны вопроса – вы натуральный грешник. Отталкивайте от себя эту мысль, гоните прочь. И каждый раз, когда она приходит в голову твердите: «Я прощаю искренне, безусловно и готов любить этого человека».

Будьте практичны

Теперь поговорим о меркантильной стороне вопроса. Бывает так, что мы обижаемся по пустякам. Кстати, это самый частый повод. Итак, нас обидели, попросили прощения, а мы в «позу»! Проходит время и нам крайне нужна помощь, поддержка этого человека. Что же делать, ведь он искренне признал свою вину, а мы вели себя как «железный чурбан». Как же теперь быть, как навести с ним мосты, восстановить отношения. Если бы вы были благоразумны, то сразу же разрешили конфликт. А так придется то-то придумывать.

Итак, мы с вами изучили – в чем сила Прощения, насколько полезно отпускать обиды и обидчика. Поверьте, впереди ждет большая и интересная жизнь. Негативные виды эмоций – обида, злость, агрессия, гнев, зависть, жадность и другие – это лишний груз, балласт, не позволяющий свободно лететь к своим желаниям и воплощать в жизнь свои мечты. Поэтому перестаньте жить прошлым, ведь обида произошла когда-то. В этой жизни ошибаются все, и вы не являетесь исключением. Возможно, и вы когда-нибудь нечаянно кого-то обидите, и будете просить прощения. Простите и прощены будете!

Свет… какой яркий свет. Щурясь от внезапно ослепившего его солнца, темноволосый парень приподнялся на кровати, прикрывая глаза свои рукой. Да уж, ставить кровать там, где его каждое утро будет будить восход, было не сказать, чтобы уж такой и хорошей идеей… с другой стороны, разве это не прекрасно — вставать тогда, когда восходит солнце, и наслаждаться истинным светом, наполняющим тебя до самых краев и чуть ли не выплескивающимся из тебя? Собрав все свои силы, чтобы в очередной раз встать с утра пораньше, парень слез с кровати и направился в ванную. Место, где его ждало ежедневное разочарование. Какое, спросите вы? Банальное… зеркало. Отражающее подтеки слез под его глазами. «Маи…» С тех пор, как он стал свидетелем судьбоносной битвы бывших своих друзей, Коты Казурабы и Кумона Кайто, прошел уже год. Довольно-таки длинный срок… для того, кто помнил о происходящем. Кто помнил, как бывшие друзья сходились в кровопролитной битве, как гибли соратники и близкие, как весь этот мир неумолимо приближался к своему апокалипсису, и казалось, что спасение искать негде… Мицузанэ Курешима помнил все это очень отчетливо. Помнил, как предал своих друзей. Помнил, как спас их и весь мир. Наскоро умывшись ледяной водой, Миччи еще раз посмотрел на себя в зеркало. Да, будь он девушкой, его круги под глазами, вечно красными от ночных рыданий, пришлось бы неким образом маскировать, но… в этом плане он мог пользоваться всеми плюсами представителей сильного пола. Хотя по сути он был способен на всё… ведь золотой запретный плод, мечта многих его друзей — уже не помнивших ничего об этом и живущих обыденной своей жизнью — теперь принадлежал ему. Запретный плод, тот символический знак предательства Адамом и Евой рая… он и правда мог наделить невообразимой силой. Именно эта сила заставила всех жителей города Завамэ попросту… забыть о существовании бывшего Камен Райдера Рюгена, таинственного воина-дракона. Именно таким было его желание. Вернуть всё на круги своя, но не позволять истории повториться вновь. А каким, думаете, мог быть самый лучший для этого способ? Правильно, подвергнуть всех, кто когда-либо его знал, забвению. Даже родного брата, думающего, что его младший братик погиб еще в младенчестве. Запретный плод мог многое. И лишь одного он не мог… вернуть ему Маи. Вернуть ему девушку из начала. Его девушку. Ту, кого он полюбил практически с самого момента, как они познакомились. Ее танец, который Кумон Кайто называл средоточием ее силы, ее улыбка… все это когда-то согревало его и словно погружало в сказку. Но больше этого не будет. «Миччи… какой же ты дурачок. И знаешь… мне было приятно проводить с тобой время…» Наступал очередной день в жизни отшельника по имени Мицузанэ Курешима. «Миччи…» Вздрогнув, парень вскинул голову. В зеркале отразилось его лицо — растерянное и выражающее робкую надежду, через секунду сменившее свое выражение на усталую потерянность и разочарование. Снова. Снова ему чудится ее голос, столько раз повторявший его имя до инцидента с Хелхеймом — на дружеских посиделках, во время праздников, в порывах чувств своей хозяйки, — во время тех событий годовой давности, а сейчас зовущий его во снах или же мерещащийся наяву. Снова… Хотел бы он, чтобы это уже прекратилось — и чтобы не прекращалось никогда. «Миччи…» — Маи? — все же робко воскликнул он, оборачиваясь в тоскливом, отчаянном желании увидеть позади себя девушку в белом платье и с черными длинными волосами, или же, наоборот, с короткими золотистыми. Конечно, это невозможно, но все же… все же… Но нет. Чуда не произошло. Оно просто не могло произойти. — Маи?.. — прошептал Миччи, уже не ожидая ответа. Ну, почти. Наполовину верно. А может, и совсем не верно. Тишина. «Конечно. Так и должно быть. Какой же я дурак…» В данный момент Миччи ненавидел себя за все. И за то, что натворил в прошлом, и за то, что превратился в непонятное аморфное существо в настоящем, живущее только воспоминаниями о Маи, за то, что по-прежнему наивно верит в то, что она жива и может вернуться, и, наконец, за то, что опять начал плакать. *** Еще Миччи ненавидел себя за слабоволие. Часто ему хотелось оборвать свою жизнь. Нож в сердце, нож поперек горла, высокое здание, колеса машины, банальное вскрытие вен. Ему казалось, что это очень сильное желание, и он с легкостью исполнит его. Он спокойно брал нож, забирался на крышу здания, шел к дороге или набирал ванну. Уверенность не покидала его вплоть до того момента, когда Миччи направлял нож в свое сердце или готовился перерезать им горло, подступал к самому краю крыши или дороги, приближал лезвие к руке. После чего она испарялась бесследно, и ее заменял страх. Нож или лезвие дрожали в руках, а проезжающие машины или вид далекой улицы заставляли ноги подкашиваться и словно самим делать шаг назад. Миччи не мог убить себя. Каждый раз страх оказывался сильнее. Другие могут назвать его инстинктом самосохранения, но юноша точно знал: это ни что иное, как страх и слабоволие. Он ненавидел себя за это. Ненавидел за слабость и то, что все равно готов продолжать жизнь после всего, что было и того, что он натворил. Поэтому Миччи выбирал нечто другое. В порыве ненависти к себе он заставлял себя представлять самые мерзкие моменты своей жизни. Предательство друзей. Убийство собственного брата — пусть сейчас он и жив благодаря силе золотого плода. Убийство Маи — ведь это он привел ее к Рошуо, не предвидев, что он отдаст ей плод познания, и тем самым подписав ей смертный приговор. А желая причинить себе еще большую боль, он представлял Маи: ее танцы, ее лицо, улыбку, голос, движения. И повторял себе: «Теперь ее нет из-за тебя». Затем Миччи обычно засыпал. Во снах к нему снова приходила Маи, и, просыпаясь, он в какой-то мере даже ощущал удовлетворение от того, что смог причинить себе такую острую и сильную боль, несравнимую ни с какой телесной. Наверное, это даже лучше смерти. Наверное, ему лучше жить и мучиться. Это достаточная расплата за все плохое, что он совершил. Последняя мысль вертелась в голове Миччи, пока он сам шел по улице Токио. Он перебрался сюда вскоре после окончания всей истории с Хелхеймом. В Завамэ было слишком много тех, кто напоминал ему о том, что происходило в нем на протяжении целого года. Миччи не хотел встречаться с ними, даже случайно. А в отдаленном от него городе, да еще и с населением в тринадцать миллионов человек, вероятность встретить кого-то знакомого равна нулю. Миччи шел по оживленным улицам города и внимательно смотрел по сторонам. Нет, его не интересовали яркие витрины магазинов, небоскребы с огромными экранами на них, постеры звезд и прочая мишура. Он искал парочки, парней и девушек, держущихся за руки и смотрящих друг на друга счастливыми, влюбленными взглядами. Искал, чтобы снова намеренно причинить себе боль. Так ему и надо. Пусть осознание того, что и у него могло быть такое, но уже не наступит, не исчезнет никогда. «Оно не исчезнет, мой маленький трус…» Голос неопределенного пола, вкрадчивый и хитрый, с еле уловимыми женственными нотками, прозвучал в ушах Мицузанэ так же явственно, как до этого ему послышался голос его любимой. С одним только различием. Этот голос он не пожелал бы услышать даже в самых страшных своих кошмарах, а уж тем более — узреть обладательницу оного вживую. «Неужели моя сломанная игрушка все еще что-то чувствует ко мне?.. Ой, прости, понимаю… страх, не так ли, трус?..» Миччи дернулся, рукой задев проходящего мимо человека и мимолетно извинившись. Глаза его вновь застлала неведомая пелена. Подобное было, когда перед ним возникал призрак, видение, галлюцинация, — как не назови его, смысл оставался одним и тем же — носящая облик честного и справедливого Такаторы Курешимы, его старшего брата. — Нет… Не видя, куда он идет, парень свернул в какой-то проулок между двумя стоящими рядом домами. Кажется, это был какой-то ресторан… оттуда так пахло едой, которую он не употреблял уже очень давно… сколько же призраков прошлого в один миг решили порезвиться в его голове, даже не верится… «Миччи…» Снова голос Маи — тихий, грустный, звучащий совсем рядом. Черт побери, уходи. Не мучай. Не… — Не уходи, — умоляюще прошептал Миччи в пространство. Если уж выбирать между двумя галлюцинациями — Маи и Редью, — он однозначно выбирает вторую. Молчание в ответ. Ну а что еще он мог ожидать. Из ресторана доносилась красивая классическая музыка. Легко представлялось, как под эту музыку ели красивые молодые люди в официальных нарядах, а по залу бесшумно скользили официанты, неся заказанные блюда на подносе. Почему-то эта картина в воображении успокаивала Миччи. Она была умиротворенной, светлой, а звучащая музыка вносила еще больший покой в душу юноши, уже давно покоя не знавшего. Миччи закрыл глаза и представил, как под эту музыку танцует Маи, медленно, кружась, двигается по какому-то светлому пространству. Впервые за долгое ее образ не причинил ему боль. Нет, теперь она казалась Миччи его ангелом-хранителем, спустившимся с небес, чтобы потанцевать для него, успокоить, умиротворить. «Не вини себя, Миччи. Не вини…» Виски вдруг заныли, и парень, вскрикнув, прижал к ним ладони. От его легкого, хрупкого спокойствия не осталось и следа. «Твой ангел-хранитель? А ты оптимист, если думаешь, что она станет твоим ангелом-хранителем после того, как ты отвел ее на смерть». — Заткнись! — резко ответил Миччи, открывая глаза. Худенькая девушка с длинными темными волосами, темно-красными глазами и в длинном зеленом платье насмешливо и неприятно улыбнулась, надменно глядя на него. — Но ведь это так, — произнесла она очень и очень знакомым голосом, не принадлежащему, казалось, ни мужчине, ни женщине. — Малыш, ты ведь и сам знаешь, насколько ты низко пал. Неужели ты думаешь, что она придет к такому, как ты, и простит тебя? Какая наивность… — Заткнись! — рявкнул Миччи и замахнулся сжатым кулаком. Его рука прошила воздух, галлюцинация исчезла. Этот чужемирный образ его самого, словно пропущенный через увеличительное стекло и ярко показывающий, каким бы мог стать Миччи в будущем, начал являться к нему тогда же, когда он начал слышать голос Маи. Он не знал, почему ему мерещилась Редью. Не знал, почему его больному сознанию она представлялась человеческой девушкой, а не тем монстром, которым она была в момент их встречи. Лишь голос оставался неизменным — близким к мужскому, вкрадчивым, деланно-сочувствующим и звучащим так, словно его обладательница считала Миччи глупым, неразумным детенышем. Возможно, она и права. Он и в самом деле глупый и наивный мальчишка, который посмел поверить в то, что Маи может простить его. «Но я ведь…» Разум Мицузанэ не хотел мириться со своей, возможно и реальной, наивностью. Нет. Ни за что. Не теперь. «Но я ведь… я ведь старался ради нее… и сейчас я покинул их всех, я бросил Завамэ… ради них. Ради того, чтобы они жили спокойно. Ради того, чтобы не причинять им боль вновь…» — Неужели? Снова все та же девушка в зеленом платье. Все тот же надменный и издевающийся голос. Хватит… хватит… уже нет сил бороться с подобными галлюцинациями. Да и, как показал опыт с его братом, это довольно-таки бесполезная затея. Они… словно часть его. И так просто от них не избавиться. Если бы она еще не улыбалась так… издевательски. Словно пытаясь повторить улыбку Маи, но извратив ее настолько, насколько вообще можно извратить свет, заменив его серостью, смешав с тьмой… сделав все, что угодно, чтобы не дать ему воссиять. Такой была улыбка зеленой Владыки. Издевательской и выводящей его из себя. А потом случилось это. — Миччи… Она шагнула из воздуха, из ниоткуда. Она стояла перед Миччи и смотрела на него внимательным, грустным и одновременно светлым взглядом. Короткие светлые волосы, белое платье, один глаз карий, другой красный. Девушка из начала. — Маи? — вдруг охрипшим голосом прошептал Миччи. Галлюцинация? Да, наверняка это галлюцинация, но черт, пусть она не исчезает никогда. — Не вини себя, Миччи, — тихо проговорила Маи, продолжая внимательно и грустно смотреть на юношу. Галлюцинация Редью исчезла, словно испугавшись девушки из начала. — То, что ты делал, было не самым хорошим выбором, но я знаю, ты делал это потому, что верил, что это правильно и ты сможешь так спасти всех. — Я не хотел спасти всех, — ответил ей Миччи. Его голос дрожал, ноги стали ватными, и сейчас ему хотелось одновременно двух вещей: броситься к Маи и заключить ее в объятия и стоять, не шелохнувшись, чтобы не спугнуть внезапное чудесное видение. — Я не хотел спасти никого, кроме тебя. Я ужасен, Маи. Я… Девушка подняла руку, жестом приказывая ему замолчать. — Прости себя, Миччи, — ответила она. — Прости себя, и тогда я смогу вернуться к тебе. Только прости себя… Ее голос превратился в шепот и вскоре замолк, фигура же Маи осветилась золотистым и стала прозрачной. Секунда — и девушка растворилась в воздухе, оставив после себя лишь эхо своего голоса. «Прости себя…» *** Он снова был у себя дома. Он лежал в кровати и смотрел невидящим взглядом в потолок, размышляя о том, что произошло в городе. «Прости себя, и тогда я смогу вернуться к тебе…» Неужели Маи жива? Или это всего лишь плод его больного воображения, жаждущего в отчаянной тоске по любимой того, чтобы она была рядом? Второе вероятнее. Но, впрочем, год назад ему казалось, что вероятнее всего он спасет Маи, отведя ее к Рошуо. «Прости себя…» Простить. Простить после всего того, что он сделал… наверное, легче было умереть. Он не мог так просто взять и скинуть с плеч своих тот груз, что лежал на них уже целый год. Это было попросту невозможно. Даже запретный плод, наделявший бесконечной силой, не мог лишить его чувства вины перед близкими ему людьми. Даже то, что он в конечном итоге спас весь этот мир, не могло искупить греха, что он совершил. Попросту не могло. Или… — И все же ты остаешься наивным. Она снова была здесь. Гипертрофированное, искаженное подобие его самого сидела рядом с ним на кровати а насмешливо смотрела на него. Миччи дернул ногой, целясь в Редью. При соприкосновении с его ступней галлюцинация рассеялась, но тут же появилась на другом конце комнаты. — Ты знаешь, что я права, Мицузанэ, — продолжила она, впервые назвав юношу по имени. Ее вкрадчивый голос словно бы осторожно заползал в уши Миччи, у парня возникло четкое ощущение того, что этот голос словно обматывает его паутиной. — Вспомни. Вспомни, как много боли ты причинил своим друзьям. Вспомни своих друзей, своего лучшего друга, своего брата. Все они страдали из-за тебя. А тебе было все равно, ты так же, как и я, хотел лишь власти… — Это не так! — сознание захлестнула жгучая волна ярости, и Миччи, рывком сев на кровати, со злостью впился взглядом в лицо Редью. — Я не такой, как ты! — Да неужели? — снова издевательские нотки в голосе, на лице девушки появилась такая же издевательская усмешка. — Неужели ты забыл, как хотел править этим миром? Как выведывал у меня мои планы на него, изо всех сил стараясь скрыть свои? Мечтал о новом мире, где будут только ты и милостиво избранные тобой люди — конечно же, те, которые разделяют твои взгляды и согласны с тобой. Кроме, разве что, той девушки, чей путь ты так же небрежно и с размахом истинного вершителя судеб выбрал, решив держать ее подле себя. Это ли не жажда власти и желание контролировать все? Может быть, и ее ты хотел сделать своей безвольной игрушкой?.. — Замолчи! — обуреваемый яростью, Миччи метнул в Редью подушку. Та, пролетев сквозь галлюцинацию, ударилась о стену и упала. Не так! Это не так! Он не хотел как-то подавлять Маи, сама мысль об этом ему казалась отвратительной, ему просто хотелось ее спасти, защитить, пусть даже после этого она думала бы о нем как о негодяе, шантажировавшего ее и заставившего идти с ним. Получить золотой плод, построить новый мир и стать повелителем оного… по сути, он стремился к этому лишь для того, чтобы спасти Маи. — Но тебе нравилось это, верно? — снова этот чертов голос Редью. — Нравилось ощущать власть, чувствовать себя значимым, важным… избранным? Нравилось чувствовать себя более хитрым и умным, чем остальные, чувствовать себя взрослым… не подозревая, что на самом деле ты глупый ребенок. Миччи зажал уши ладони и скорчился на кровати. Не слышать… не слышать этот издевательский голос, эти унижающие слова… несущие в себе правду. Ведь это действительно так. Он действительно лишь идиот, возомнивший себя умнее всех и в своей гордыни причинивший боль стольким людям. Он не может простить даже сам себя. Маи ошиблась. Он не заслуживает прощения. — Ты даже не можешь спасти свою девушку, — Редью вздохнула, словно сетуя на то, с каким дураком она сейчас разговаривает. — Она доверилась тебе, рассказала, как ее можно вернуть в мир живых, но бесполезно. Хоть это и логично. Ты не заслуживаешь прощения, Мицузанэ. Ты не заслуживаешь даже такой жалкой жизни, которую ведешь сейчас. Она растаяла в воздухе, словно испугавшись, что в нее снова прилетит что-нибудь, на этот раз поувесистей подушки. Но даже если галлюцинация была способна думать и думала именно это, она ошиблась. Миччи не собирался ни кидать в нее что-либо, ни кричать. Он просто встал с кровати и подошел к ящику стола. Недрогнувшей рукой выдвинул его и достал оттуда узкий, блестящий нож. Его душа неожиданно преисполнилась уверенности. Зачем отмахиваться от подсознания, принявшего облик Редью и нашептывающего правду ее голосом? Не проще ли принять правду? Не проще ли, наконец, умереть, очистив этот мир от своего присутствия? Он не заслуживает прощения. *** Рука с зажатым в ней ножом не дрожала, как множество раз до этого. От стали отсвечивал лучик солнца, немного слепя глаза. Лезвие выглядело абсолютно не пугающим, наоборот — Миччи неожиданно увидел в нем свое спасение, искупление, можно сказать. «Прости, Маи. Я не смогу тебя спасти. Не смогу себя простить». Он поднял руку на уровень груди. Отвел ее немного назад, готовясь нанести удар в сердце… И неожиданно четко ощутил присутствие Маи. Она снова стояла перед ним. Стояла и, положив ладонь на его кулак с зажатым в нем ножом, словно не давала руке парня сделать быстрое движение и покончить уже с жизнью своего владельца. Другая ее ладонь потянулась к щеке Миччи и осторожно коснулась ее. Юноша ощутил слабое тепло и легкое покалывание. Эта рука явно не была материальна, но все же… — Дурак, — произнесла Маи, с грустной нежностью смотря на него. — Ты заслуживаешь прощения. То, что ты совершил тогда, в Завамэ, осталось в прошлом. Ты уже не тот Миччи, ты изменился. Ты осознал свои ошибки и больше никогда не повторишь их. Так почему же? Почему ты думаешь, что не заслуживаешь прощения? Почему считаешь, что тебе больше нет места в этом мире? — Как ты не понимаешь, — тихо ответил Миччи, чувствуя легкое, приятное покалывание на щеке, которое словно разносило по его телу тепло. — Я причинил боль стольким близким людям. Я пытался убить собственного брата, пытался сделать то же самое со своим другом, я шантажировал тебя и отвел на верную смерть, наивно думая, что спасаю тебя. Прости, Маи. Я не могу простить себя. Вряд ли даже ты простила меня. — Но я простила тебя, Миччи, — Маи улыбнулась, светло и открыто. — Я никогда и не злилась на тебя. Я знаю, что ты хороший человек. Знаю, что, совершив ошибку, рано или поздно ты осознаешь ее и исправишь. Кто из нас, в конце концов, не совершает ошибок? И поэтому… ты заслуживаешь прощения, Миччи. Все уже давно простили тебя, пусть и не помнят уже об этом. Так прости и ты себя. Начни все заново. Забудь о том, что было раньше. Перед тобой открыто столько дорог, столько возможностей, и смерть — далеко не лучшая из них. А я… я буду рядом с тобой, что бы ты ни выбрал. Невозможно. Это просто не может быть правдой. Простила? Никогда не злилась? Возможно отбросить прошлое и начать все сначала? Немыслимо, невероятно. Или же?.. Он не хотел верить в этот путь. Он был слишком неправдоподобным, слишком… прекрасным для него. Забыть прошлое, начать жить заново — без вечного чувства вины, осознания глубины своего падения, просто снова жить так, как жил до инцидента с Хелхэймом? Это было бы… чудесно. Это было бы самым замечательным моментом в его жизни. Но возможно ли это осуществить? Возможно ли снова стать тем, кем он был раньше? Маи стояла рядом, держа одной своей рукой его руку и касаясь другой его щеки. Стояла и смотрела ему в глаза — тепло, нежно, с немой просьбой. Давай же, Миччи. Поверь в этот путь. Возможно ли?.. А за спиной стояла Редью. Ее присутствие было ощутимо так же, как и присутствие Маи. Стояла, и ее неслышимый шепот вкрадывался в уши Миччи: — Невозможно. Ты хочешь верить, что это не так, но поверь: этот путь невероятен для тебя. Думаешь, люди меняются? Думаешь, ты больше никогда не повторишь своих ошибок? А что, если ты ошибаешься? Что, если в тебе все еще дремлет тот Мицузанэ, что олицетворял меня в этом мире? Допустим, ты простишь себя, вернешь ее в мир живых, вы начнете все заново. Как долго будут спать в тебе твои амбиции? Как скоро в тебе взыграет честолюбие и ты захочешь больше и больше власти? И сколько еще ошибок ты наделаешь, возможно, даже снова причинив боль ей? А ведь это вероятно, намного вероятнее, чем то, что вы будете жить долго и счастливо. Так что не будет ли лучше не причинять этой девушке боль, не обрекать ее на сосуществование с таким, как ты, и очистить этот мир от себя? Будь реалистом, Мицузанэ. Ты не заслуживаешь прощения. Это было похоже на бытие меж двух огней. Два выбора, два варианта развития будущего, две чаши весов, застывшие в равном положении. На одной — отбрасывание прошлого, жизнь с чистого листа, жизнь с Маи, счастливая и беззаботная… которая может привести к такой же катастрофе, к какой его решения привели в тот злосчастный год, ведь кто знает, исчез ли тот, высокомерный и жаждущий власти Миччи или же просто затаился, выжидая удобного момента. На другой — смерть и идущее за ней забвение, небытие и абсолютное одиночество, избавляющее, однако, мир и Маи от него. Что же ему выбрать? Маи смотрела на него, а его кожа чувствовала призрачное тепло ее рук. Редью, его больное подсознание, стояла за спиной и — он точно знал — так же выжидательно глядела. Обе они ждали его выбора. Одна из чаш весов качнулась и медленно опустилась вниз.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *