Замолаживает даль

«Замолаживает!», – крикнул дюжий ямщик мичману Владимиру Далю по дороге к месту службы на черноморский флот. Незнакомое слово затронуло внимание будущего лексикографа. Узнав его значение, Даль открыл блокнот и записал: «Замолаживает – в Новгородской губернии значит: небо пасмурнеет, заволакивается тучами». Так появилось первое слово будущего Толкового словаря живого великорусского языка.

Владимир Иванович Даль, известный российский писатель и лексикограф, был рожден в Луганске 10 ноября 1801 года. Всего в семье было шестеро детей. Родители – Иван Матвеевич Даль и Мария Фрейтаг были образованными и порядочными людьми. Отец сумел вкоренить детям святые нравственные правила и знания о порядочности, чести и долге. Мария Христофоровна являлась сторонницей просвещения и образования. Она всегда твердила детям о необходимости обучения. «Надо зацеплять всякое знание, которое встретится вам на пути, – говорила мать детям. – Никак нельзя сказать вперёд, что в жизни пригодится». Именно от родителей писатель унаследовал такую ярую любовь ко всему новому: к перемене мест, к познанию окружающего, а также к разным видам деятельности.

Действительно, Владимир Даль имел ряд профессий, которым он посвятил немалую часть своей жизни, совмещая их с началом писательской карьеры. Когда будущему лексикографу было 13 лет, его отцу было пожаловано дворянство, и Иван Матвеевич смог за государственный счёт определить детей в Петербургский морской кадетский корпус. Позже Владимир был переведён в гардемарины. В течение всего обучения Даль вёл свой дневник, куда записывал как собственные мысли и впечатления о службе, так и разные матросские слова и выражения, которые юный писатель находил интересными. Уже в кадетском корпусе, Владимир Даль создал свой первый словарь, состоящий из 34 слов кадетского жаргона, однако это работа была создана ради забавы.

Писательская деятельность кадета развернулась в 1821 году. Причиной тому послужила смерть отца, который всегда был поддержкой и опорой для юного матроса. Желая найти отдушину в литературе, Владимир Даль одну за другой создаёт пьесы. Однако они не пользовались популярностью среди читателей, но сатирическими стихами о похождениях известного адмирала Грейга и его молодой любовницы, написанные Далем после окончания кадетского корпуса, зачитывался весь город. Позже автор был арестован за их создание. Судебное разбирательство длилось целый год, после чего Владимир Даль был оправдан. Однако писатель не смог остаться на флоте и подал в отставку. Решил пойти по стопам отца и заняться медициной.

В 1826 году Владимир Даль поступил в Императорский Дерптский Университет. Будущий писатель находит себя в медицине, он замечает, что и стихи здесь «удаются лучше». Однако обучение пришлось прервать из-за начала русско-турецкой войны. На фронте ординатор Даль падал до изнеможения, но делал все, что было в его силах, чтобы спасти раненого. А в считанные секунды отдыха, Владимир открывал тетрадь и записывал все необычные слова и выражения, которые слышал за день. Его окружали солдаты из нескольких десятков губерний. У каждого был свой говор, свои речевые особенности.

Однако как литератора, Владимира прославили его «Русские сказки казака Луганского». За своё творение Даль, великолепный врач, доктор медицины был приглашён на кафедру словесности Дерптского Университета. «Сказки» были приняты даже в качестве диссертации на соискание учёной степени. К сожалению, успешный старт в литературной карьере испортил Александр Мордвинов, управляющий 3-м отделением, из-за чьего доноса Даля взяли под арест. «Она напечатана самым простым слогом, вполне приспособленным для низших классов, для купцов, для солдат и прислуги. В ней содержатся насмешки над правительством, жалобы на горестное положение солдата», – утверждал Мордвинов. В тюрьме писатель пробыл недолго. Владимира помог освободить из-под стражи Василий Жуковский, приятель писателя, с которым он познакомился в Дерпте. Жуковский являлся наставником сына императора. Поэт представил наследнику сказки Даля, как непринужденное и развлекательное произведение, созданное ради забавы и веселья, а самого Даля характеризовал, как человека скромного и ответственного. После чего сам император приказал отпустить писателя.

Знакомство с Жуковским Даль воспринимал, как подарок свыше. Кроме того, Василий хотел познакомить Даля с величайшим русским поэтом, чье имя уже тогда гремело на всю Россию. Однако не дождавшись обещанного знакомства, Даль взял один из оставшихся экземпляров сказок и сам отправился к Александру Сергеевичу Пушкину. Поэт положительно оценил произведение нового знакомого. Позже Пушкин пришлет Далю рукопись одной из своих сказок, с подписью: «Твоя отъ твоихъ! Сказочнику казаку Луганскому, сказочникъ Александръ Пушкинъ».

Отношения Даля и Пушкина вскоре переросли в настоящую дружбу. Владимир был рядом с поэтом в последние дни его жизни. Именно Далю Пушкин подарит свой изумрудный перстень, которому посвятил свою стихотворение «Храни меня мой талисман». Позже лексикограф писал поэту В. Одоевскому: «Как гляну на этот перстень, хочется приняться за что-либо порядочное».

Именно дружба с Александром Сергеевичем, способствовала появлению на свет главного труда В. Даля – «Толкового словаря живого великорусского языка». Пушкин посоветовал Далю вплотную заняться словарём на благо потомков и общего дела. Владимир Даль 53 года собирал слова по всему государству. Однажды пришло время осесть и окончить труд всей своей жизни.

Владимир Даль всегда относился к языку, как чему-то живому и настоящему. Для него каждое слово имело душу, а в каждом словосочетании скрывался целый мир. Именно поэтому автор подчёркнул в названии словаря его настоящее, живое существо.

Умер великий лексикограф в Москве 22 сентября 1872 года.

«ТОЛКОВЫЙ СЛОВАРЬ». ОТВЛЕЧЕНИЕ ПЕРВОЕ

Читаем у Даля в словаре: «ОТВЛЕКАТЬ, отвлечь…брать какое понятие по себе, отдельно, отрешать его от предмета».

Рассказ о жизни Даля — неизбежно рассказ о том, как создавался «Толковый словарь». Жизнь дарила Далю слова: многие слова, помещенные в словаре, не только выражают некоторое понятие, но открывают для нас целые куски жизни Даля, его «быт, деяния, поступки, похождения и пр.». Толкования слов — это личность Даля, его характер, убеждения, взгляды. Рассказ о Дале — непременно рассказ о словаре.

И все же хочется иной раз отвлечь («что от чего» — вопрос из Далева словаря) — «отрешить» словарь от общего повествования, взять его «по себе», увидеть то многое, что скрыто подчас за словами — в словах, вернее. Хочется иной раз идти не от Даля к словарю, а от словаря к Далю — тут сумеем мы о нашем герое немало узнать, кое-что в нем, глядишь, и разгадать, тут рядом с двумя-тремя страницами повествования, на которых умещаются годы Далевой жизни, встает в подробностях день, час, минута одна, для главного дела Даля особенно важные, те самые день, час, минута, которые годов дороже, потому что не время дорого — пора.

Вот одна такая минута, миг один (а сколько еще впереди — «Близко видать, да далече мигать»), минута не столько важная, сколько дорогая, потому что первая, начальная, а почин всего дороже, мал, да дорог.

По серому насту сани идут легко, словно под парусом. Снег лежит в поле длинными грядами. Поле бескрайнее, как море. Ветер гудит, метет снег низом. Ямщик, укутанный в тяжелый тулуп, понукает лошадей, через плечо поглядывает на седока. Тот жмется от холода, поднял воротник, сунул руки в рукава. Новая, с иголочки мичманская форма греет плохо. Седок совсем молодой. Мичман — первый на флоте офицерский чин.

Ямщик тычет кнутовищем в небо, щурит серый холодный глаз под заледеневшей бровью, басит, утешая:

— Замолаживает…

— То есть как «замолаживает»?

Мичман глядит недоуменно.

— Пасмурнеет, — объясняет ямщик. — К теплу.

Мичман суетится, вытаскивает из глубокого кармана записную книжку, карандашик, долго дует на закоченевшие пальцы, выводит старательно:

«ЗАМОЛАЖИВАТЬ — иначе пасмурнеть — в Новгородской губернии значит заволакиваться тучками, говоря о небе, клониться к ненастью».

Летят сани по снежному полю, метет низовка, а мичману уже не холодно. И не потому, что замолаживает, заволакивает тучами небо — когда еще отпустит мороз! — а потому, что задумался мичман о своем, залетел смелой мыслью далеко за край бескрайнего поля. И про холод позабыл.

Морозный мартовский день 1819 года оказался самым главным в жизни мичмана. На пути из Петербурга в Москву, где-то у Зимогорского Яма, затерянного в новгородских снегах, мичман принял решение, которое повернуло его жизнь. Застывшими пальцами исписал в книжке первую страницу…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Писатель Павел Мельников-Печерский (1818-1883) о том, как Владимир Даль (1801-1872) начал создавать свой знаменитый словарь живого великорусского языка, проезжая по Новгородской губернии. Текст приводится по изданию: Мельников-Печерский П.И. Воспоминания о Владимире Ивановиче Дале // В.И. Даль и Общество любителей российской словесности: Сборник / Отв. ред. В.П. Нерознак. Сост. Р.Н. Клеймёнова. — СПб.: Златоуст, 2002.
«Морозным вечером, в марте 1819 года, по дороге из Петербурга в Москву, тогда ещё не только не железной, но и не каменной, на паре почтовых лошадей, ехал молоденький мичман. Мичманская одежда с иголочки плохо его грела. Молоденький мичман жался в санях. Ямщик из Зимогорского Яма (дело было в Новгородской губернии) поглядел на небо и в утешение продрогшему до костей моряку указал на пасмурневшее небо — верный признак перемены к теплу.
— Замолаживает! — сказал он.
По-русски сказано, а мичману слово ямщика не вразумелось.
— Как замолаживает? — спросил он.
Ямщик объяснил значение незнакомого мичману слова. А тот, несмотря на мороз, выхватывает из кармана записную книжку и окоченевшими от холода руками пишет:
«Замолаживать — иначе пасмурнеть — в Новгородской губернии значит заволакиваться тучками, говоря о небе, клониться к ненастью…» Эти строки, написанные на морозе в 1819 году (они сохранились у Даля), были зародышем того колоссального труда, который учёному миру известен под названием Толкового словаря живого великорусского языка.
С тех пор с каждым днём книжка пополнялась. Записывались областные слова, особенные обороты народной речи, пословицы, поговорки, прибаутки. Лет через десять книжка превратилась в несколько толстых увесистых тетрадей, исписанных мелким, бисерным почерком Даля».
Вы также можете подписаться на мои страницы:
— в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy
— в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
— в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
— в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
— в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
— в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *