Западная традиция

Византия, как государство, существовала в период 4-15 столетий, и за это время искусство Византии, в том числе иконописи, распространилось по всему миру. Византийские иконы — вид живописи средневековья, в изображениях которых иллюстрировались библейские персонажи.

История написания

В период появления первых изображений из библейской жизни в Византии, в стране хозяйствовала чума, голод, войны, человеческая жизнь постоянно висела на волоске. Помощь и спасение приходили после молитвенных воззваний к Богу, святые образа даровали исцеляющую силу, благополучие и радость жизни.

Доиконоборческий период

Картины святых, нарисованные на полотнах или досках, стали называть иконами. В это время появляется новая техника написания изображений, названная впоследствии энкаустикой, в основе которой лежит искусство смешивания краски и воск. Благодаря уникальной формуле красок изображения сохраняло свой первоначальный вид долгое время.

Доиконоборческий период в византийской живописи характеризуется поверхностными изображениями главных черт лиц, без написания точных деталей. Византийские изображения этого периода узнаваемы по размытым, грубым чертам лица.

Икона Христос Пантократор

Примером написания византийской иконы доиконоборческого периода является святой образ Иисуса «Христос Пантократор», черты Святого лика Спасителя выглядят естественно и передают всю глубину Его любви и страданий.

В иконоборческое время написание святых образов было приостановлено, когда противники поклонения иконам не только запрещали молиться около них, но и уничтожали святые лики повсеместно. В этот период иконописцы писали свои произведения под страхом смерти, вместо людей изображались живые существа, как символы веры.

Об иконах в православии:

  • Иконопочитание в православии
  • Что означают мироточащие иконы
  • Чудотворные иконы Афона

Многие мастера кисти переехали в Италию, византийская икона приобрела другую символику, в ней стало больше религиозного и священного восприятия.

На заметку! Святые образа иконоборческого периода узнаваемы по ликам и золотому нимбу, сияющему вокруг их голов.

При написании святых образов существовало несколько категорий:

  • Иисус;
  • Богородица;
  • мученики;
  • бессребреники;
  • апостолы;
  • благоверные и другие.

В середине девятого века начинается македонский период написания картин в Византии, изображающих лики святых.

Древняя икона Николая Чудотворца

Основной характеристикой икон этого времени являются мелкие детали и отсутствие лишних украшений, полное сосредоточение на лице святого. Замерший пристальный взгляд огромных глаз, смотрящего с изображения лика, на лице которого отсутствовали эмоции и чувства, завораживал.

Комниновский период

С приходом 11 столетия произошла настоящая революция в иконописи, аскетизм сменяет гармония, наступает комниновский период священной картины. Святые лики приобретают одухотворенность и поэтичность. В это время была написана чудотворная икона «Владимирская», перевезенная в Русь в начале 12 века.

Древняя Владимирская икона Богоматери

Прекрасный образ Богоматери и Младенца передает любовь Богородицы к Сыну. Ее глаза наполнены грустью, узкое лицо, немного вытянутый нос — характерные черты библейских картин Византии этого периода.

Афинский Византийский музей хранит изображение 12 века «Воскрешение Лазаря», на нем нет позолоты, дорогостоящее золото заменили красным фоном, что положило начало традициям написания на Руси краснофонных изображений святых.

Появление житийских образов

В начале 13 столетия появились житийские картины, на них изображались картины из жизни святых, которые располагали часто вокруг святого лика. Примером житийского образа может служить святой лик Катерины.

Икона святой великомученицы Екатерины

В середине 13 столетия в Византии появляются иконы, выполненные на рельефных досках. Особенно часто иконописцы любили создавать в рельефном изображении Георгия Победоносца.

Святой Георгий изображен в молитвенном состоянии, он стоит перед Спасителем, чей образ мы видим справа вверху. По периметру иконы располагаются сцены жизнеописания святого. В этом изображении можно найти элементы событий от прошлого до будущего.

Святой Георгий с житием. Византийская икона

Палеологовский период

Святые изображения палеологовского периода, приходящегося на середину 13 столетия, кардинальным образом отличаются от картин, написанных в раннем периоде христианства. Святые образа скорее напоминают искусно выполненные портреты.

Представительницей 15 века является прекрасная икона Божьей Матери «Кардиотисса». Уникальность этого святого образа не только в прекрасном написании, сумевшем наполнить святой образ искренними эмоциями, а еще в том, что известно имя ее автора.

Внизу изображения можно прочитать подпись — рука Ангела, принадлежавшая знаменитому византийскому художнику 15 века Ангелосу Акотантосу. Название «Кардиотисса» взято от слова «кардиология» — сердечность. В этом образе передано множество эмоций и сюжетных линий.

Икона Богоматери Кардиотисса (XV век)

Младенец смотрит в Небеса. Он играет, мы проводим параллель с образом Богоматери «Взыграние Младенца», в откинутой назад спинке — знак снятия с креста.

Важно! Византийская иконопись положила начало соединения в одном образе трагедии и торжества, когда в величайшем горе можно увидеть замечательную победу.

Именно в 15 столетии византийцы поставили изготовление образов на поток, когда в течение 1,5 месяц были изготовлены 700 святых ликов Божьей Матери.

Связь древнерусской иконописи с византийской

Древнерусская иконография начала свое развитие на примерах византийских картинах, в основном написанными римскими иконописцами. В 14-15 веке на Руси творили свои шедевры византийские и греческие художники, учителем русского иконописца Андрея Рублева был Феофан Грек из Византии, которым написана икона Богоматери «Донская».

Святые изображения, написанные до 14 столетия в Руси, трудно отличить от шедевров византийской иконописи.

Комниновский период византийской иконописи

Аннотация

Статья посвящена вопросу классификации жанров устной литературы народов манден. Первое, что, на наш взгляд, важно при изучении культурных и психологических особенностей народа и его фольклора, — необходимость встать на позицию этого народа и понять, что его представители подразумевают под тем или иным институтом или инструментом, что вкладывают в то или иное определение. Основной задачей является рассмотрение определения жанров устной традиции манден самими носителями, выявления того, что лежит в основе деления текстов на жанры. В нашем исследовании мы опирались как на устные, так и на письменные источники, были рассмотрены жанры очень близких народов, населяющих Мали, Гвинею и Кот-д’Ивуар, — бамана, манинка и дьюла. Деление на жанры, принятое в современной науке, слишком универсально и, так же как общепринятые классификации сказок, не подходит культурам Африки. Сами носители фольклора манден подразделяют жанры согласно степени их важности, значимости для традиции, что связано с функциональностью и обрядовостью жанра. Одновременно эти тексты несут большое количество магической энергии ньяма. У бамана и манинка существует институт гриотов, поэтому к наиболее значимым текстам относятся те, которые могут исполнять только гриоты (эпос, фаса). Кроме гриота-исполнителя показателем значимости является ограничение по возрасту и статусу. Наиболее важные тексты — те, которые повествуют о происхождении рода, деревни, человека, объекта, и те, в которых есть слова, содержащие большое количество магической энергии ньяма. Соответственно, исполнять такие тексты могут только гриоты, вожди либо мужчины старшего поколения. Рассмотрены слова, характеризующие жанры фольклора, на языках бамана, манинка, дьюла, и специфика их употребления. Для лучшего понимания терминов манден также представлены названия фольклорных жанров у догонов на языке тенгу и бамана.

Проект «100 символов Карелии» продолжает большой материал об иконах, сохранившихся в Карелии. Самые ценные из нескольких тысяч дошедших до нас икон — древние экземпляры XIV-XV веков. В них — живописные традиции древнего Новгорода и самобытные северные черты, поэтому искусствоведы называют наши иконы «северными письмами». От специалистов они требуют особого режима хранения. От зрителя — умения читать иконографические символы, знания основ православной культуры и истории.

Традиции древних мастеров в Карелии продолжают современные иконописцы. Дмитрий Юдов, приступая к работе, всегда старается объяснить заказчику, что традиционные древние иконы — самые красивые и правильные. По мнению мастера, именно они больше всего напоминают первообраз изображенного на них святого человека. Дмитрий считает, что современные иконописцы должны продолжать традиции древних — в их сдержанности, профессионализме и трепетном отношении к образцам.

Дмитрий Юдов. Фото: «Республика» / Любовь Козлова

«Людям, конечно, понятнее более поздняя иконопись, периода упадка — когда начиная с XVI века под влиянием западной живописи стала «портиться» традиционная икона. В иконописи появилось больше живописности, манерности. Но, на мой взгляд, иконы в таком стиле — это уже и не совсем иконы, скорее картины на библейскую тему. Настоящие иконы — как раз те, древние, что сохранились в музеях, в том числе и здесь, на севере — наши «северные письма». А еще произведения современных иконописцев, которые стараются следовать традиции и писать иконы в древнерусском стиле. Такая иконопись, с одной стороны, простая и минималистичная, но с другой стороны, в ней нет ничего лишнего. Древние мастера творили с молитвой, следуя канону. Например, Андрей Рублев и его сподвижник Даниил Черный, или чуть позже Дионисий. Так же работали мастера Обонежья — в духе Рублева, — говорит Дмитрий Юдов. — Когда декоративные элементы начали выпячиваться, выходить на передний план: жемчуга, камешки, узорчики — лики на иконах стали уже не такие одухотворенные, не такие красивые, на мой взгляд. А ведь в лике — вся суть.

В иконе главное — духовная составляющая, влияние на душу человека, который молится. Мой первый учитель говорил: все святые, которых я рисую, если я все правильно делаю, с благоговением,- то они мои предстатели на небе, мои молитвенники. В день Страшного суда эти святые будут моими заступниками».

Икона Святой великомученицы Екатерины. Автор — Дмитрий Юдов. Фото: «Республика» / Любовь КозловаЭскиз росписи храма в Спасской Губе. Фото: «Республика» / Любовь КозловаЭскиз росписи храма в Спасской Губе. Фото: «Республика» / Любовь Козлова

Родиной товарно-денежных отношений, капиталистического способа производства, буржуазных ценностей хозяйствования является Западная Европа. Уже в XVI в. в западных странах наступила эпоха первоначального накопления капитала, значительно опережая эти процесс в России.

Цель данной статьи ‒ рассмотреть ценности буржуазного западного мира в сравнении российскими ценностными ориентациями, оценить возможность и необходимость заимствования западных подходов российскими предпринимателями.

  1. Влияние религии

Протестантизм внес важный вклад в развитие западного общества. Он оказался мощным стимулом, который пробудил к жизни своеобразный этический стиль, без которых современный мир, был бы совершенно другим . М. Вебер перечисляет примеры, когда протестантизм влиял на общественную жизнь. В западном обществе бытует мнение, что если человек исповедует какую-либо религию, то на него можно положиться.

Исследования, проведенные учеными, подтверждают, что и сегодня предприниматель на Западе может быть неверующим, но неукоснительно следовать протестантским ценностям умеренности, экономии, планирования своей жизни. «Бережливость по отношению к вещам, деньгам, времени, отношение к труду, как святой обязанности, ‒ одна из существенных характеристик протестантской ментальности» .

М.И. Лапицкий подтверждает, что это характерно и для российского рынка: «религия выступает гарантом порядочности, надежности, трудолюбия .

  1. Индивидуализм.

На Западе буржуазная европейская цивилизация возникла из «обломках» распада общин. Поэтому у них так популярен образ человека, «сделавшего самого себя» и, как следствие, индивидуализм. В России же община не распалась с развитием государства, а стала его основанием. Общинную землю из-за бедности и слабости ее владельцев было легче превратить в государственную, введя трудовую повинность на ее обработку . Поэтому в России сохранились и укрепились идеи коллективности и соборности.

Итак, по западной традиции в хозяйственной сфере преобладает принцип индивидуализма. В связи с этим вопросы нравственности, ответственности и свободы возводятся в особый ранг. В западном мире бытует уверенность, что безнравственная деятельность будет менее эффективна, чем нравственная. «В Америке существует целый пакет законов, обязывающих бизнесменов честно вести свои дела. Быть честным всегда, во всем призывается библейская заповедь: не лги» .

А.С. Хомяков утверждает, что протестантизм, пропагандируя индивидуальную свободу, лишает людей взаимной ответственности. Поддерживает это мнение и А.И. Герцен. По его мнению, на Западе «ответственность носит чисто утилитарный характер, впадает в сферу непосредственного материального интереса» (по принципу «ты ‒ мне; я ‒ тебе») . Уменьшение доли взаимной ответственности влечет увеличение личной ответственности. На западе человеку свобода нужна, чтобы, следуя своей совести в вопросах нравственности, влиять на общественные интересы. Ф. Хаейка утверждал: «человек должен иметь свободу полностью использовать свои знания и мастерство, ему надо позволить пользоваться своим интересом к определенным вещам, которые он знает и которые ему небезразличны, дабы он настолько содействовал достижению общих целей общества, насколько это в его силах» .

  1. Трудолюбие.

В западной культуре отношение к труду преимущественно определяется идеей профессионального призвания. Согласно ей богатство морально оправдывается, а желание быть бедным ‒ осуждается, приравниваясь к желанию быть больным. «Протестантизм способствовал распространению духа предпринимательства, рационализма, прагматизма, способствовал более качественному труду. Неудивительно, что протестантов в некоторых странах называли «пионерами квалифицированного труда». Протестанты начинают рассматривать успех своего дела как свидетельство избранности» . В американском обществе бытует осознание, что «если ты хочешь жить хорошо, ты должен работать, и если ты будешь хорошо работать, ты будешь хорошо жить» .

С православной точки зрения труд был нужен только для поддержания минимальных потребностей. Это не стимулировало интерес к совершенствованию мастерства и стремления к профессионализму. Если на западе мастерство ‒ естественный и уважаемый способ получения социальной значимости, то в России ценился в первую очередь универсализм . В.Г. Макеева утверждает: «в России узкопрофессиональное мастерство, совершенство в каком-либо одном деле, в отличие от западного понимания профессионализма, не почиталось добродетелью. Напротив, всегда ценился «мастер на все руки», универсал, воплощающий представление об общеобязательности и универсальности труда как аскетической добродетели» . Солидарность автору в вопросах профессионализма проявляют Е.Н.Васильева, М.Б. Полтавская и В.И. Кирьянов. Они считают, что ценности в предпринимательской среде достаточно разнородны (по-разному проявляются в определенных ситуациях, разная расстановка приоритетов и т.п.) поскольку предпринимательство представлено разными социальными группами. В западной же деловой культуре, по их мнению, существует точных набор ценностей для всех предпринимателей ‒ созидательность, независимость, взаимополезность .

А.О. Бороноев и П.И. Смирнов придерживаются несколько иной позиции. Они считают, что наш национальный характер складывается на более узком наборе ценностей (по сравнению с западноевропейским характером), так как»в русской сельской общине не были реально доступны на законных и нравственно признанных основаниях такие ценности, как Мастерство, Дело, Богатство. Не усвоили русские по-настоящему и рыночный способ приобретения социального призвания. В условиях российской действительности гипертрофированное значение приобретают Власть и Слава как способы обретения социальной значимости» .

  1. Отношение к богатству

Протестантизм, пропагандируя индивидуализм, поднял авторитет разума, здравого смысла, рационального хозяйствования. Следствием чего, создал «социально-психологические условия, способствующие конкуренции, соперничеству, состязательности в обогащении, содействовал развитию буржуазных отношений» .

Негативное отношение к богатству, полуголодное существование основной массы крестьянства так и не поспособствовали укоренению в российской среде привычки рационального отношения к труду и богатству, добытому тяжким трудом. Это «в корне отличало этос православного человека от этоса представителя западных ветвей христианства. Последнему были чужды показная роскошь и расточительство, упоение властью, нарочитая демонстрация того уважения, которым он пользуется в обществе. Его образу жизни свойственна определенная аскетическая направленность, а в характере преобладают сдержанность и скромность» . Для русского же человека показная роскошь (особенно в пореформенное время), как уже отмечалось, является неотъемлемой составляющей его характера. Такая разница в восприятии богатства отражается в следующей картине: концентрация богатых по Москве в 7 раз больше, чем по России в целом, но богатых по западным стандартам ‒ не более 0,01% .

  1. Отношение к собственности

На Западе ценность человека определялась не тем, что есть сам человек, а тем, что есть у человека . Русское же отношение к собственности также связано с отношением к человеку, но при этом человек становится выше собственности. Освящение собственности у русского человека так не произошло . Для западного буржуазного мира характерно сильное развитое чувство собственности, несвойственное православному человеку.

  1. Отношение к власти

На Западе всегда существовало различие между государственным и частным секторами. «Правительственные чиновники являются слугами народа, которые обязаны действовать в интересах общего блага. Прямая экономическая заинтересованность в коммерческой деятельности, успех которой находится в их руках, осуждается всем обществом как незаконная и неэтичная. В России этого различия не существует» . Еще во времена становления российского предпринимательства (XVI – XVIII вв.) иностранные наблюдатели главное отличие российской и западной традиций видели в исторически сложившихся взаимоотношениях предпринимателей и государства. Государство, считали они, бессовестно наживалось на купечестве, обложив их высокими налогами, различными податями и обязанностями, а также бессовестно отбирая то, что считает нужным .

И сегодня государственные структуры являются коммерческими партнерами в созданных для получения прибыли совместных предприятиях. Ученые выражают надежду, что «одновременно с движением России по направлению к рыночной экономике различие между государственным и частным будет постепенно увеличиваться» . Этическая сторона этого вопроса вполне может стать темой отдельного исследования.

Вывод

А.О. Бороноев и П.И. Смирнов перечисляют три возможных варианта вывода страны из тупика поиска истины и ее дальнейшего развития: обращение к опыту других народов, сохранение своей самобытности в рамках собственной истории, надежда на социальную силу прогрессивного класса. Авторы уверены, что абсолютизация любого из этик направлений не поможет найти правильный выход . Такая позиция кажется наиболее правильной.

Сложно не согласиться с П.И. Смирновым, который относит Россию к служебно-домашнему типу цивилизации, а западного ‒ к рыночному. Главными ценностями нашей цивилизации является «общество» и служение обществу. Эти ценности выше западных ценностей – «личности» и индивидуальной выгоды . Для России в приоритете всегда был принцип коллективизма как единственная возможность существования народа. У русского человека в крови заложена потребность быть принятым в обществе и быть ему полезным. Труд являлся одним из самых распространенных средств получения социального признания (социальной значимости), к которому стремится каждый человек. Отношение к жизни и отношение к труду для русского человека неотделимы, они являли собой прежде всего служение Богу и Отечеству. Понятие личного успеха было чуждо на Руси. Долг – вот что определяло русское бытие. Тем не менее, в современном мире рыночных отношений предпринимателям не выжить без рационального и прагматичного западного подхода. М.И. Лапицкий говорит о том, что надо возродить наши лучшие и утерянные в последние десятилетия традиции. «Чтобы работать лучше, нужно изучать как свой собственный опыт, так и достижения других народов. Деловой стиль, сноровка, эффективная организация труда – все то положительное, что создано на американской земле, может и должно найти применение на новой основе в условиях нашей страны» .

Огромное влияние на ценностно-нравственную составляющую трудовой деятельности сыграло православие. Г.А. Гейер пишет о том, что «российское мировоззрение своими корнями уходит в православие. Борьба двух начал – одного, представленного «стяжателями», и другого – «нестяжателями», развернувшаяся в XV в., была прямым отражением религиозного духовного наследия, и именно на этой почве истинным российским ценностям суждено будет вновь возродиться» . Христианство не рассматривает богатство в качестве критерия жизненного успеха, а отдает приоритет духовному началу в человеке. Христианство учит справедливости, состраданиию, самоотречению, аскетичности, терпимости.

Протестантизм оказал влияние становление западного предпринимательства. Он возвеличил богатство и прибыль. Ориентировал на рациональный и прагматичный подходы к хозяйствованию. То есть, религиозности как на Западе, так и в России, придается большое значение.

Может быть, именно на этой почве найдется взаимопонимание России и Запада. Основа, конечно зыбкая, так как каждая конфессия проповедует свое отношение к богатству собственности, власти и труду. Тем не менее, значимость и влияние религии как фактор единения российской и западной традиций имеет право на существование.

В.А. Кокорев , анализируя экономические неудачи России, доказывает, что они являются, как правило, результатом слепого копирования зарубежного опыта. Некоторые ученые полагают, что предпринимательство не приживется в России, так как собственнический менталитет Запада россиянам не свойственен. Так как христианский подход не позволяет никакой социальной системе стоять над моралью, некоторые зарубежные авторы высказываются в защиту российской традиции хозяйствования. К примеру, М.Т. Маккибен надеется, что «русская экономическая система научит Запад, как сделать капитализм добродетельным» .

Р. Штейнер был уверен в особом пути России. По его мнению, ее особенность выражалась в детскости русского народа, а именно в восприимчивости, открытости и отсутствии национального эгоизма .

Итак, российская традиция хозяйствования достаточно богата и специфична. Но не стоит приуменьшать значение западной традиции для современного мира. К примеру, А.И. Уткин не отрицает возможность возвращение России на путь «изоляции на антизападной основе, но он убежден, что новое поколение нашей страны ориентировано на Запад. Это поколение прагматиков, равнодушных к социальному и государственному престижу, но трепетно относящихся к индивидуальной свободе, к возможности достичь богатства и войти в высший общественный строй. Этот слой общества невелик, но наиболее экономически активен . С этим невозможно не согласиться, учитывая статистические даны о предпочтениях предпринимателей в ведении бизнеса. В.Г. Макеева упоминает в своем труде, что предприниматели предпочитают западную модель ведения бизнеса .

Ю.М. Беспалова также выражает положительную оценку заимствования современными российскими предпринимателями профессионально-нравственные нормы мирового рынка. Но при этом автор замечает, что этот процесс всегда должен соответствовать духу и характеру народа, его культурной индивидуальности. Иначе бездумное подражание приведет к бесперспективности действий и зацикливание народа на собственной неполноценности . А.И. Уткин разделяет мнение Ю.М. Беспаловой о трудности процесса единения западной и российской традиций. От России потребуется немало внутренних изменений. В частности предприниматели должны объединить присуще западу эффективность рынка с российским гуманизмом и коллективизмом .

Дж. Майкольсон также придерживается мнения о том, что нужно приложить все вилы, что не произошло полное заимствование одной культуры другой, их смешивания в «одну бесформенную массу». Надо делиться знаниями, учиться друг у друга на равных, «соединять наши лучшие силы для достижения благородных общечеловеческих целей» . Но при этом, каждый народ должен оставаться собой, сохранять верность собственной национальной идее.

Бездумное присвоение западного может повлечь за собой уменьшение роли собственной культуры. Поэтому А.О. Бороноев и П.И. Смирнов предупреждают, что в переходный период «крайне важно обеспечить возможность активного, творческого усвоения классической русской культуры, формирования исторической памяти, пока не сложится модифицированный этнос на базе нового общественного подсознания» .

Литература:

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *