Женщина в православии

Дорогие братья и сестры! Периодически на сайте «завязываются» нешуточные разборки по вопросу природы и месту в обществе и семье мужчины и женщины. Хорошо, конечно, что есть возможность высказать свое мнение. Но раз уж мы так любим это сообщество «Изречения Святых Отцев, высказывания …» позвольте представить вашему вниманию изречения Святых Отцов «О женщине, для женщины…».
Реакция будет очень разной, но прошу Вас – перед тем как негодовать посмотрите кому оно принадлежит… Если, например, свт. Иоанн Златоусту или свт. Василию Великому напомню – именно ими составлены Божественные Литургии, совершаемые в наших храмах…
И если нам нравятся изречения Святых Отцов: о молитве, о покаянии, о борьбе со страстями и проч. не глупо ли будет пренебречь и этим наследием…

* * *
    …Ходить, влача за собою одежду, походку иметь не естественную, но свободно приученную к неблагопристойным движениям, есть признак женщины надменной и сладострастной (свт. Василий Великий).

* * *
   Женщины должны в церкви молчать, дома же заниматься беседами о благоугождении Богу (свт. Василий Великий).

* * *
    Как от бурь и непогод тонут непрочные корабли, так от худых наклонностей жен гибнут немощные души их <мужей> (свт. Василий Великий).

* * *
   На удовлетворение женских пожеланий не станет никакого богатства, хотя бы оно текло реками… (свт. Василий Великий).

* * *
   О, какое всякого зла злейшее зло — лукавая жена! Если только лукава она, то богата уже злобой; а ежели есть у нее и богатство в содействие ее лукавству, то она — сугубое зло, нестерпимое животное, неисцелимая болезнь, неукротимый зверь (прп. Ефрем Сирин).

* * *
   …Кто имеет у себя лукавую жену, тот пусть знает, что в ней получил он воздаяние за свои беззакония (прп. Ефрем Сирин).

* * *
   Хорошо жене — почитать Христа в лице мужа; хорошо и мужу — не бесчестить церковь в лице жены (свт. Григорий Богослов).

* * *
    Неприлично женщинам выказывать в себе мужеский нрав; всякое другое правило, кроме стыдливости, чуждо благонравной женщине (свт. Григорий Богослов).

* * *
   Не стройте, женщины, на головах у себя башен из накладных волос, не выставляйте напоказ нежной шеи; не покрывайте Божия лика гнусными красками, и вместо лица не носите личины. Женщине неприлично показывать мужчинам открытую голову, хотя бы золото вплетено было в кудри, или несвязанные волосы… Ей неприлично носить наверху гребень, наподобие шлема, или видную издали мужчинам и блестящую башню. Неприлично и то, чтобы сквозь тонкий лен просвечивали твои волосы, вместе покрытые и открытые, и сияя как золото, где сбежало покрывало, выказывали мастерство твоей трудившейся руки, когда, поставив перед собою слепого наставника — бездушное изображение своего лица, с его помощью писала ты свою красоту.
   Если природа дала вам красоту, не закрывайте ее притираниями, но чистую храните для одних своих супругов, и не обращайте на постороннего жадных очей, потому что вслед за очами неблагочинно ходит и сердце. А если при рождении не получили вы в дар красоты, то избегайте второго безобразия, т. е. не заимствуйте красоты у рук — красоты, которую доставляет земля, которую распутные женщины покупают… красоты, которая стирается и стекает на землю, не может удержаться на тебе во время смеха, когда веселие приводит в трепет ланиту, — красоты, которую изобличают в подлоге ручьи слез, увлажняющий ланиты страх, и уничтожает капля росы (свт. Григорий Богослов).

* * *
    Один цвет любезен в женщинах — это добрый румянец стыдливости. Его живописует наш Живописец. Если хочешь, уступлю тебе и другой цвет; придай своей красоте бледность, изнуряя себя подвигами для Христа, молитвами, воздыханиями, бдениями днем и ночью. Вот притирания, годные и незамужним и замужним! А красильные вещества побережем для стен и для таких женщин, в которых производит бешенство и помет молодых людей. Они пусть и скачут, и смеются бесстыдно; а нам не позволено даже и смотреть на распутных женщин.
   Лучшая драгоценность для женщин — добрые нравы, т. е. сидеть больше дома, беседовать о Божием слове, заниматься тканием и пряжей… на устах, на глазах и на ланитах носить узы, не часто переступать за порог своего дома, искать себе увеселений только в обществе целомудренных женщин и в одном своем муже, для которого ты, с Божия благословения, разрешила девственный пояс. Да и вольностям мужа полагай меру, чтобы тем самым уверить его, как далеко ты держишь себя от чужих мужчин (свт. Григорий Богослов).

* * *
    Во-первых, почитай Бога, а потом супруга — глаз твоей жизни, руководителя твоих намерений. Его одного люби, ему одному весели сердце, и тем больше, чем нежнейшую к тебе питает любовь; под узами единодушия сохраняй неразрывную привязанность. Дозволяй себе не такую вольность, на какую вызывает тебя любовь мужа, но какая прилична; потому что во всем возможно пресыщение. Но хотя и во всем бывает пресыщение, однако же лучше такая любовь, которая не знает оного.
   Родившись женщиной, не присвояй себе важности, свойственной мужчине; и не величайся родом, не надмевайся ни одеждами, ни мудростью. Твоя мудрость — покоряться законам супружества, потому что узел брака все делает общим у жены с мужем.
    Когда муж раздражен, уступи ему, а когда утомлен, помоги нежными словами и добрыми советами. И укротитель львов не силою усмиряет разъяренного зверя, у которого в бешенстве прерывается дыхание, но укрощает его, гладя рукою и приговаривая ласковые слова (свт. Григорий Богослов).

* * *
   Радости и все скорби мужа и для себя почитай общими. Пусть и заботы будут у вас общие; потому что чрез это возрастает дом (свт. Григорий Богослов).

* * *
   Будь высокомудренна, но не высокоумна (свт. Григорий Богослов).

* * *
    На щеках твоих не должно быть ни похотливых движений, ни гневливых трепетаний. Это постыдно для всякого человека, особенно же для женщины, и делает лицо безобразным. Уши свои укрась не жемчугом, но привычкой внимать добрым речам, а для худых речей замыкать их ключом ума. И отверстые, и замкнутые уши твои да будут целомудренными слушателями (свт. Григорий Богослов).

* * *
    На щеках твоих не должно быть ни похотливых движений, ни гневливых трепетаний. Это постыдно для всякого человека, особенно же для женщины, и делает лицо безобразным. Уши свои укрась не жемчугом, но привычкой внимать добрым речам, а для худых речей замыкать их ключом ума. И отверстые, и замкнутые уши твои да будут целомудренными слушателями (свт. Григорий Богослов).

* * *
    …Жену делает любезною не благообразие тела, но добродетель души, не притирания и подкрашивания, не золото и драгоценные одежды, но целомудрие, кротость и постоянный страх Божий (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
   Как звероловы, раскинув сети, стараются заманить диких животных, чтобы заколоть их, так и эти <развратные> женщины, раскинув всюду сети любострастия, и глазами, и телодвижениями, и словами завлекают и опутывают своих любовников, и отстают не прежде, как выпив и самую кровь их, а после сами же нападают на них, смеются над их глупостью и много издеваются над ними (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
    Не столько природа делает лицо красивым, сколько расположение взирающего на него; а расположение обыкновенно ничем так не приобретается, как целомудрием и скромностью (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
   …Украшай лицо целомудрием, скромностью, милостынею, человеколюбием, любовью, приветливостью к мужу, кротостью, смирением, терпеливостью; вот краски добродетели; ими ты привлечешь любовь не людей только, но и Ангелов; за них восхвалит тебя Сам Бог; когда же Бог будет благоволить к тебе, то, конечно, Он привяжет к тебе и мужа (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
    Если благоразумному мужу позволено лишь только тихо улыбаться, то мудрой женщине едва советуется даже и это (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
   …Развратная, невоздержная, сварливая <жена>, хотя бы нашла в доме бесчисленные сокровища, расточит их скорее всякого ветра и ввергнет мужа вместе с бедностью в бесчисленные несчастья (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
    Это существо (женщина), в самом деле, настойчиво и решительно: если уклонится ко злу, то совершает великие злодеяния; а если примется за добродетель, так скорее отдаст жизнь свою, нежели отстанет от своего намерения (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
    Какая тебе, жена, польза от золота? Чтобы казаться красивою и благообразною? Но это нисколько не придает красоты душе твоей. Будь красива душою, — тогда будешь приятна и по телу (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
   Не говори мне о красоте тела, но смотри на достоинства души. Что представляет из себя красивая женщина? Гроб разукрашенный, если она не украсила себя целомудрием (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
   Все женщины, преданные целомудрию, достойны названия мужественных (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
    Это зло <гордость и высокомерие> везде несносно, но особенно в женском поле. Жена, исполненная высокомерия, будучи более легкомысленною и неразумною, легко развращается, утопает, терпит кораблекрушение от всякого бурного дуновения, так как гордость и высокомерие потопляет ее (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
   …Покрытие <женской головы> есть знак покорности и подчинения; оно побуждает смотреть вниз, смиряться и соблюдать добродетель; добродетель же и честь подчиненного состоят именно в том, чтобы пребывать в послушании. Мужу не предписывается это делать, так как он — образ Самого Владыки… (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
    Тебя, <женщина>, создал Бог благообразною для того, чтобы и чрез это возбудить в нас удивление к Себе, а не для того, чтобы Ему мы наносили оскорбление. Не такими воздавай Ему за это дарами, но целомудрием и скромностью. Бог создал тебя благообразною для того, чтобы чрез это умножить для тебя подвиги скромности. Не в одинаковой ведь степени (трудно) сохранять целомудрие той, которая во всех возбуждает любовь к себе, и той, к которой никто не чувствует расположения (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
   …Не станем украшать себя, — потому что это лишняя и бесполезная забота; не будем приучать своих мужей к тому, чтобы они любили одну только наружность. Если ты будешь так украшать себя, то он, привыкши к этому, (взирал) на твое лицо, легко может быть прельщен распутством. Напротив, если ты научишь его любить благонравие и скромность, то он не скоро впадет в прелюбодеяние, потому что у блудницы он не найдет этого, но найдет противное тому. Итак, не приучай его прельщаться смехом, ни свободными телодвижениями, чтобы ты чрез это не приготовила яда для самой себя. Учи его находить удовольствие в скромности; а это ты можешь сделать тогда, когда ты скромно будешь держать себя. В самом деле, если ты сама легкомысленна и сладострастна, то как можешь завести с ним благопристойную речь? (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
    …И жене досталась немаловажная часть всего вообще управления делами, именно — домашняя; а без нее и гражданские дела никогда не могли бы состояться. Если бы домашние дела находились в расстройстве и беспорядке, то каждый из граждан должен был бы сидеть дома, и дела гражданские находились бы в худом положении. Таким образом и в этих делах она участвует не менее (мужа), и в духовных (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
   …Вы теперь тело украшаете, а души оскверняете. Но что за приятность в том, что сосуд золотой, если содержащийся в нем напиток смертоносен? Не таковы ли блудницы? Лица их цветут красками, а души погибают. Разве, нарумянивая свое лицо пурпуровой краской, не устраивают они своими перстами подобие того огня, который им угрожает, — тогда как следовало бы им самые сердца свои окропить кровью Иисуса и убелить Его Духом свои души, чтобы цвет души заблистал, как роза в соединении с лилией? (свт. Иоанн Златоуст).

* * *
    Одни из женщин, не имея терпения скрывать женские болезни, если они благообразны и богаты, гордятся блеском обделанных в золото драгоценных камней, а если безобразны и бедны, мастями и подкрашиванием глаз ухищряются придать себе красоту. А те, которым желательно, чтобы почитали их честными, хотя довольствуются природною красотою, однако же не отказываются придавать ей лучший вид. Истинно же целомудренные, прилагая все старание о том, чтобы попещись о душе, не отказываются и телу, как орудию души, услужить в меру, но почитают делом недостойным и низким для себя украшать тело и величаться им, чтобы оно, по природе будучи рабом, не возгордилось пред душою, которой вверено право владычества; напротив того, приобучают тело знать свойственный ему чин и не выставляют его в виде приманки служить поджогою и поводом к непотребству, но по возможности отъемлют у него все, что обратилось бы в пищу этому огню. И вот от одного правдолюбивого мужа слышал я достойный внимания и памяти рассказ…
   Однажды юноша, похотливый и женский прислужник, увидел прекрасную девицу, сильно ею пленился, и употреблял все ухищрения удовлетворить своему пожеланию, но девица с самого начала сделала ему отказ; потому что была благородна, целомудренна, дала обет и душу и тело соблюсти Христу неприкосновенными. Но когда услышала, что юноша ведет себя, как неистовый и бешеный, изобрела способ, которым бы и свою соблюсти невинность и в нем угасить огонь. Остригши, лучше сказать, обривши все благолепие волос и пеплом, смешанным с водою, помазав лицо, она велела юноше войти к ней. Потом сказав вошедшему: «Ужели любишь ты это безобразие?» И юноша, как бы пришедши в себя из своего неистовства, не только угасил в себе огонь вожделения, но даже сделался пламенным любителем целомудрия (прп. Исидор Пелусиот).

* * *
   …<Женская> ласка, по моему мнению, могущественнее страха… обольщающая убранством и слагающая с себя хитон сластолюбия, женщина — этот вития сильный в очаровании невнимательных, это давнее оружие диавола, которым он низложил многих мужественных (прп. Исидор Пелусиот).

* * *
    Взор женщины — ядовитая стрела, ранит душу и вливает в нее яд; и чем более застаревает сия язва, тем большее производит повреждение (прп. Нил Синайский).

* * *
    Благий Господь и в том являет великое о нас промышление, что бесстыдство женского пола удерживает стыдом, как бы некою уздою, ибо если бы женщины сами прибегали к мужчинам, то не спаслась бы никакая плоть (прп. Иоанн Лествичник).

* * *
    Та… которая не для покрытия и согревания тела употребляет одежду, а для показности и щеголяния изяществом и цветностию их, не только бесплодие души обнаруживает пред смотрящими на нее, но покрывается и бесстыдством блудническим (свт. Григорий Палама).

* * *
    В женщине преобладает кровь; в ней с особенной силой и утонченностью действуют все душевные страсти, преимущественно же тщеславие, сладострастие и лукавство. Последней прикрываются две первые (свт. Игнатий Брянчанинов).

7 сентября 2009
Герневиль, Калифорния

Вопрос о роли женщины в Церкви поднимался многократно на протяжении всей истории христианства, начиная с самых первых десятилетий существования Церкви. Поэтому когда в двадцать первом веке ставится вопрос о роли женшины в Церкви, то чаще всего имеется в виду собственно не роль—об этом проповедовал Сам Христос, и писал ещё Апостол Павел—но продолжающаяся проблема взаимоотношения полов в семье, в обществе и в Церкви. В церковном сознании эта проблема обычно выражена в том, что бородатые мужчины в чёрном обладают административной властью, которую женщине не дают, даже если она приклеит себе бороду и наденет чёрный халат.1 С точки зрения современной Западной светской культуры, к которой принадлежат не только жители Соединённых Штатов, но в довольно значительной степени и жители европейской части России,—налицо дискриминация Церкви против женщины, только за то, что она родилась женщиной. Поэтому кажется немного странным, что указывать женщинам на их место в Церкви пригласили меня—бородатого мужчину в чёрном, наделённого некоторой административной властью в своём приходе, то есть в малой части Церкви.

Что-ж, поделюсь с вами своим мнением: место женщины в церкви—с левой стороны, то есть с той стороны, с которой на иконостасе помещена икона Божией Матери. Впрочем, нужно заметить, что такое положение делает большую честь женщинам, чем мужчинам. Дело в том, что когда предстоятель возносит молитву Богу как один из нас, то есть лицом на восток, то по его правую руку оказываются мужчины. Когда же из царских врат в благословении или через Святые Дары к нам исходит Сам Христос, то по Его правую сторону стоят именно женщины. Таким образом, если мы представим себе Христа, стоящего в царских вратах и отделяющего овец от козлищ (Мф. 25:32), то именно женщины стоят одесную, а мужчины—ошуюю (33).
Конечно, всё это сказано в полушутку, и вопрос о взаимоотношении полов в Церкви очень сложный, то есть сложенный из многих частей. Постараемся рассмотреть некоторые из них.

Введение: Несколько замечаний о Церкви и обществе

Не секрет, что общество—его философия, идеология, культура—оказывает огромное влияние на христианскую мысль. Проповедуя христианство в эллинистическом мире, Церковь пользовалась терминологией и методикой понятной эллинистическому обществу; существуя в рамках Римской Империи, Церковь богословствовала образами политическими и юридическими; столкнувшись с советским богоборчеством, Церковь искала пути противостояния; а живя в условиях современного материализма, Церковь полемизирует с ним, изоблечая его духовную нищету.

С другой стороны, Церковь—это не только наши небесные покровители, но и мы—вполне земные человеки, подверженные влиянию идеологии, пропаганды, духа времени, воспитания, различных заблуждений и модных философий. Мы не только выносим что-то из Церкви, но и вносим в неё, в её житие и в её мировоззрение. Это не всегда плохо. Представьте, что вам в трёхлетнем возрасте сказали бы, что ваш жизненный опыт исчерпан, что учиться теперь нужно только на примерах из жизни предыдущих поколений, и что к своим мыслям, переживаниям и личному опыту нужно относиться либо с недоверием, либо начисто их отвергать. Как это было бы абсурдно по отношению к отдельному христианину, также абсурдно было бы консервировать Церковь четвёртым или пятым веком, как банку солёных огурцов.

Однако, нужно помнить, что наши личные переживания не всегда могут быть мерилом всех вещей, и что велосипед стоит изобретать только после того, как мы познакомимся с уже существующими моделями, но не раньше того. Кажется, у диакона (ныне протодиакона) Андрея Кураева где-то есть очень поучительный пример. Он пишет, что мы никогда бы не подумали указывать нейрохирургу как именно оперировать на головном мозгу или пилоту современного реактивного самолёта какие именно кнопки ему нажимать. Но почему-то многие обыватели считают себя авторитетами в деле управления церковным кораблём и подвергают сомнению тот путь святости, которым вот уже два тысячелетия его ведут те люди, которых Господь поставил кормчими.

Нетрудно понять, что некоторые из современных претензий к Православной Церкви исходят из непонимания той задачи, которую Христос поставил перед Своей Невестой. Например, в задачи Церкви не входит установление всеобщего равенства полов, наций или сословий в рамках земной истории. Это вовсе не означает, что Церковь не может занять ту или иную позицию в отношении дискриминации, бесправия или рабства. Однако искоренение рабства земного не входит в прямые задачи Церкви, провозглашающей Христову победу над рабством греха, к которой одинаково может приобщиться и мужеский пол, и женский, и раб, и свободь (Гал. 3:28), и белокожий, и чернокожий христианин.

Церковь всегда совершенно и неукоснительно провозглашала благую весть, услышанную от Самого Господа—»исцелять сокрушенных сердцем, проповедывать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу» (Лк. 4:18). Но это не значит, что каждый член Церкви, даже из высокопоставленных, всегда был верен духу и букве Евангелия. Наша привязанность к земле слишком часто даёт о себе знать в нашем отношении к вещам небесным. Желая себе земных благ, мы и Христа представляем себе земным царём, забывая, что царство Его есть не от мира сего (Ин. 18:36). Добиваясь земного авторитета, мы и из Христа делаем какого-то тирана, забывая, что Он пришёл послужить, а не для того, чтобы Ему служили (Мк. 10:45). Наконец, стараясь подченить себе жену, «воздвигшую глас» (Лк. 11:27), мы слишком часто цитируем слова «жена да боится своего мужа» (Еф. 5:33) и слишком редко «мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее» (25). В таком извращённом «богословии» вовсе не вина Церкви, но вина нашей падшей природы. Хотя и есть такие произведения некиих священнослужителей, как «Домострой», но они не отражают собственно христианского понимания проблемы полов, а лишь указывают на современное автору положение вещей в обществе, причём автор «Домостроя» сознательно старался смягчить существуюшие нравы, указывая варварам на принципы евангельской любви. То есть, такие творения, как

О роли женщины в Церкви

«Домострой», представляют скорее социально-исторический интерес, нежели являются эталонами взаимоотношений между христианскими супругами.

Но самое поразительное, пожалуй, не в том, что отпечаток нашей греховности лежит на околоцерковной литературе, а в том, что даже Священное Писание вынуждено принимать во внимание наше жестокосердие. Удивительный пример этому находим в диалоге Христа с законниками: «…как же Моисей заповедал..?—…Моисей по жестокосердию вашему позволил вам.., а сначала не было так… но Я говорю вам…» (Мф. 19:7-9). То есть, мы должны быть предельно осторожными, когда цитируем Писание, чтобы смотреть на Божественное откровение не через призму нашего эгоизма и жестокосердия, а глазами Самого человеколюбивого Источника этого откровения.

Женщина в Церкви

В православном вероучении проблемы полов просто нет, как не стоит в православии и вопрос о роли женщины в Церкви. Такого рода проблемы и вопросы привносятся в Церковь из общества и семьи людьми, живущими в обществе и семье. Повздорив с женой, например, мужчина может бросить в неё цитатой из послания Апостола Павла, что несомненно отразится на церковном самосознании как мужа, так и жены. А услышав по телевизору феминистические предупреждения о дискриминации против женщин, человек сознательно или бессознательно несёт их в Церковь, и начинает сравнивать Церковную жизнь—по крайней мере, такую, какую он видит—с гуманистическими, в том числе и с феминистическими, принципами. Кроме того, проблема часто усугубляется самими служителями алтаря, которые—кто в шутку, а кто и всерьёз—цитируют из Святых Отцов что-то вроде «Держись подальше от женщин и архиереев», забывая при этом упомянуть, что совет был дан вполне конкретным старцем-монахом вполне конкретному молодому послушнику и не является каким-то обобщающим принципом православного сознания.

Конечно, можно долго спорить о том, существует ли «отвлечённое» или «абстрактное» православие. Скорее всего, мы будем вынуждены сказать, что такового не существует, как не может обладать бытием невоипостазированный, отвлечённо-абстрактный человек. Как однажды сказал наш до-боли известный соотечественник Владимир Ильич Ленин: «Абстрактной истины нет, истина всегда конкретна».2 Однако, это вовсе не означает, что мы не можем рассматривать основополагающие вероучительные принципы православной веры, которые верны всегда, везде и для всех. И вот в православном вероучении мы не находим полемики полов. В отличие от некоторых других вероучений—таких, например, как индуизм3 или некоторые секты в исламе4—православие учит об абсолютном равенстве людей в их отношении к Богу, спасению и вечной жизни независимо от их пола, национальности, социального положения и т.п.

«Нет уже иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе» (Гал. 3:28). Это, конечно не означает, что Павел себя самого уже не считал ни иудеем, ни свободным, ни мужчиной—каким-то транснациональным, бесполым, неопределённым существом. Совсем наоборот—Апостол понимал и принимал реалии земногобытия. Но бытие христианина, как и бытие Самого Христа, есть соединение несоединимого: земного и небесного, временного и вечного, праха и дыхания жизни (Быт. 2:7)—именно соединение, а не отвержение одного в пользу другого. Цель христианской жизни в православии есть обожение, то есть обожение всего нашего существа: «Содетелю мой; паче же пройди во уды моя, во вся составы, во утробу, в сердце… Душу очисти, освяти помышления. Составы утверди с костьми вкупе» (из Благодарственных молитв по Святом Причащении; молитва 3-я). Христос пришёл всего человека исцелить (см. Ин. 7:23), а не убить тело, чтобы освободить душу, как-бы из клетки. И воскресение есть не воскресение душ только, но воскресение телес. Наконец, именно наше земное бытие задаёт нам уходящую в вечность траекторию, как именно земная жизнь Христа—с Его воплощением, служением, распятием и воскресением—принесла спасение миру.

Именно поэтому в церковном отношении к каждому человеку мы находим два элемента—земной и небесный. Небесный, равноангельный элемент выражается в том, что все в храме равно предстоят Богу, все равно участвуют в совершении Божественной Литургии, молитвенные правила для всех равны,5 все равно причащаются Телу и Крови Спасителя, посты для всех одни и вообще в вопросах спасения и обожения православие не знает различий между мужчинами и женщинами.

Однако, и земной элемент в Церкви тоже присутствует. Церковь, например, венчает браки только между мужчиной и женщиной, то есть признавая это существенное различие между людьми. Заметим, что венчание на брак—это не дань нашей падшей природе, некое насильственное внедрение социально-биологического элемента в жизнь Церкви, а совсем наоборот—освящение и восстановление Церковью того института, который был создан Творцом ещё до грехопадения первых людей (Быт. 1:27-28; 2:22).
Таким образом, утверждая равенство людей, Церковь одновременно утверждает их уникальность. Помня, что каждый человек есть воипостазированная природа, единство природы и уникальность ипостасей можно показать на примере Святой Троицы. Каждое Лицо Святой Троицы обладает единой Божественной природой, но различно и уникально в Своей ипостаси: Отец рождает, Сын рождается, Дух исходит; Отец не есть Сын или Дух, Сын не есть Отец или Дух, Дух не есть Отец или Сын. Причём установление иерархии внутри Троицы осуществляется через отношения Лиц внутри Самой Троицы, то есть через любовь, а не через некое превосходство природы или ипостаси Отца над природой или ипостасью Сына или Духа. Взгляните, например, на икону св. Андрея Рублёва «Троица»: хотя Отец и изображён во главе стола,6 в предвечном совете принимают участие все три Лица Святой Троицы, а решение принимает Сын.

Также и в отношении Церкви к мужчинам и женщинам иногда можно наблюдать некоторое «первенство чести» мужчин при абсолютном равенстве мужских и женских ипостасей и абсолютном единстве природы. Однако, честнейшая не только всех мужчин, но и херувимов, всё же женщина—Пресвятая Богородица, которую православие, в отличие от католицизма, почитает вполне и во всём подобной нам, кроме личного греха. С первенством чести мужчин иногда связывают невозможность в православии женского священства. Однако, считать, что священником в Церкви может быть только мужчина, было бы глубоко неверно.

Дело в том, что священство, согласно Апостолу Петру, принадлежит всем без исключения христианам: «Но вы—род избранный, царственное священство (ιερατευμα), народ святой, люди, взятые в удел…» (1 Пет. 2:9) То есть, иерей, стоящий у Святого Престола, не обладает и не может обладать тем, чем уже не обладает вся Церковь. Вне Церкви нет и не может быть священства, потому что священство—это неотъемлемое качество именно народа Божия. Это качество, вернее сказать, благодать, направляется и как-бы фокусируется на личности архиерея, а через него и на личности священника, но она не есть какое-то уникальное качество именно этой личности, она—уникальное качество Христа и Его Тела-Церкви.

Священство присуще Церкви, как Телу Архиерея-Христа. В определённом смысле можно сказать, что священство есть отношение Христа и Церкви. Вспомним что делает священник—он приносит и принимат жертву: «Пожри, владыко!—Жрется Агнец Божий, вземляй грех мира…»7 Но жертва Христа принесена за всех нас, и все христиане принимают эту жертву, и самих себя отдают Христу, т.е. приносят себя в жертву своему Богу. Апостол Павел пишет: «Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:19-20). Таким образом, священство не есть что-то недоступное для женщин, но их неотъемлемое христианское призвание. Вспомним, что Литургия (гр.—»общее дело») совершается именно Церковью, а не одним священником, который в одиночку даже не может служить Литургии.8 В отличие, например, от синагоги, где для общественного служения нужен кворум именно из мужчин,9 в христианстве это двое или трое, собранные во имя Христа—независино от половой принадлежности молящихся.

Что же касается собственно епитрахили, то мы не знаем почему Христос воплотился в мужском теле,10 но было именно так, и все апостолы были мужчинами, и с первых дней христианства послушание священства даётся именно мужчинам, и при том, не всем. Это случилось вовсе не по каким-то социально-историческим причинам—христиане сломали довольное количество социальных норм древнего мира, и не потому, что в древнем мире не было женщин-жриц—их тоже было достаточно. Видимо, так изволися Святому Духу и апостолам, что они установили в Церкви институт именно мужского священства. Должен признаться, что кроме того, что уже было сказано, у меня нет более точного ответа на вопрос «почему?» Но существуют некоторые богословские домыслы, которые могут показаться интересными.

Так как глубокое богословское осмысление тайны творения не входит в цели данного доклада, ограничимся лишь самыми общими чертами. Может быть для кого-то это будет новостью, но первый богоустановленный порядок взаимоотношений между мужчиной и женщиной можно назвать матриархатом. «…*О+ставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей» (Быт. 2:24). Помня, что у человека ещё небыло матери и отца, а только сотворивший его Бог, можно понять, что эти слова Творца суть родовое установление для будущих поколений. То есть, если Вася Петров и Маша Иванова решили стать одной плотью (ibid.), то Вася должен оставить свой род (отца и мать) и прилепиться к жене, к её роду, т.е. стать Васей Ивановым. Но всё же, динамика отношений между мужчиной и женщиной не должна была включать в себя элементы господства или какого-то превосходства.

На деле же получилось иначе. Ева не только нарушила Божию заповедь, не только без обоюдного согласия с Адамом решила вознестись над ним и стать «как боги» (Быт. 3:5), но и «причастила»11 после себя мужа, утвердив тем самым своё превосходство над ним.

Размышляя о наказании, последовавшем за грехопадением, нужно помнить, что Бог—не мстительный и злопамятный мучитель, но любвеобильный Врач, Который Сам взошёл на крест для нашего исцеление и спасения. Поэтому и наказание нужно понимать не как заслуженное мучение, а как лекарство. Каково лекарство—такова и болезнь. «Жене *Бог+ сказал: … к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою» (Быт. 3:16). То есть, в самом грехе Евы, видимо, был какой-то элемент, который исцеляется послушанием мужу; и может быть поэтому Церковь традиционно возлагает бремя пастырства и священства не на женщину, а на мужчину. Впрочем, возможны и другие толкования этих мест из Священного Писания.

Однако, ещё раз повторимся: никакое толкование книги Бытия не меняет того факта, что роль женщины в Церкви—та же, что и роль мужчины—обожение. Почему же в алтарь пускают только мужчин? Это не совсем так. В алтарь вообще положено входить только священнослужителям. 69-е правило Шестого Вселенского Собора запрещает всем мирянам—мужчинам и женщинам—входить в алтарь. То, что сейчас на приходах к служению в алтаре привлекают нерукоположенных мальчиков, говорит не о привилегированном положении мужчин, а о нехватке священнослужителей. Точно также к службе в алтаре привлекают и девочек до двенадцатилетнего возраста, то есть до начала их полового созревания и связанных с этим месячный кровоистечений. Женщины старшего возраста тоже могут получить благословение входить в алтарь. Хотя такая практика и редка на приходах, но она существует.

Наконец, ещё одной темой, которую хотелось бы затронуть, является роль женщины в семье. Апостол Павел говорит о таинстве брака, как о таинстве Христа и Церкви. Поэтому, исследование православного понимания брака может нам помочь глубже понять роль женщины в Церкви.

Женщина в семье

Самое распространённое мнение о взаимоотношениях мужчины и женщины базируется—и не без основания—на текстах из Священного Писания, читаемых во всеуслышание во время Таинства Венчания. Как уже отмечалось выше, упрощённое понимание того, что жёны должны повиноваться своим мужьям (Еф. 5:22), часто вызывает аплодисменты со стороны мужчин, но попробуем разобраться о чём именно пишет Апостол. Не окажется ли, что Апостол Павел духовнее нас, и что в своём понимании великой тайны Христа и Церкви мы ничем не искуснее древних иудеев, которые кивали головами своими, не понимая великой тайны нашего спасения (Мф. 27:39-43).

Говоря о повиновении женщин мужьям, Апостол Павел основывает этот принцип на том, что муж есть глава жены, как Христос есть глава Церкви (Еф. 5:23). Но какое это главенство? Такое ли, такое мы видим у некоторых «ревнителей» благочестия? Давайте рассмотрим соответствующие места из Священного Писания:
«…младенец родился нам—Сын дан нам; владычество на раменах Его…» (Иса. 9:6) Что такое «владычество на раменах Его»?—В переводе с церковнославянского это означает «на плечах», но не нужно думать, что это погоны или эпполеты—привычные нам знаки начальства. Вспомним что было на плечах Христа?—Он «нес крест Свой» (Ин.19:17), «Он понес на Себе грех многих» (Иса. 53:12). Это ли вид генералиссимуса в погонах?—»…нет в Нем ни вида, ни величия… Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его…» (Иса. 53:2-3).
Мирской начальник действует по принципу: «Придите ко мне все, кому я ещё ничего не приказал, и я дам вам обязанности». Христос же говорит: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф. 11:28).

Кто больший в царстве мирском?—Тот, у кого погоны поблестящее, шапка повыше и свита помногочисленнее. Но, когда спросили Христа: «Кто больше в Царстве Небесном? Иисус, призвав дитя, поставил его посреди них…» (Мф. 18:1-2)

«И, сев, призвал двенадцать и сказал им: кто хочет быть первым, будь из всех последним и всем слугою» (Мк. 9:35).

«Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу» (Ин. 13:14).
Подобных цитат—множество; и все они указывают на очень существенное качество Христова главенства—оно вовсе не такое, к какому привыкли мирские начальники и вельможи. Поэтому и главенство мужа в семье может быть двоякое: главенство земное и главенство небесное. Эти два главенства вовсе не исключают друг друга и могут сосуществовать в одном и том же браке. Но необходимо помнить, что без Христова кенозиса, без истощания себя не может быть христианского брака—Таинства Христа и Его Церкви, а остаются лишь социально-финансовые отношения.

Конечно же, крестоношеное не относится к одним лишь мужчинам, как оно и не относится к одному лишь Христу. Путь Церкви, как и путь каждого из супругов, тоже лежит через отвержение себя: «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мф. 16:24). Посмотрим, как Апостол Павел намекает на то, кто главнее в супружеских отношениях: «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию» (1 Кор. 7:5). То есть, не по «хотению мужа» (Ин. 1:13), не по желанию «жены сварливой и сердитой» (Притчи 21:19), но по обоюдному согласию (συμφωνου).

Хотя мы и называем себя рабами Христовыми, но Он называет нас друзьями (Ин. 15:15) и полагает душу Свою за нас (13). Это означает, что рабство наше не есть рабство пленника, которого закабалил насильник, но рабство любящего сердца, которое Христос уловил Своей любовью. То есть, послушание жены, по-библейски говорящей своему мужу «господин» должно быть добровольным послушанием любви. Конечно, всё это может показаться недосягаемыми идеалами, но не нам ли сказано: «…будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48)?

Заключение

Итак, роль женщины в Церкви есть та же, что и роль каждого христианина, независимо от пола, нацональности, социального положения, состояния здоровья и т.д.—соработничество Христу в деле нашего спасения. В силу своих индивидуальных дарований женщина может выбрать административное служение в Церкви, быть богословом, иконописцем или начальником хора, стяжать равноангельное житие в монашеском звании или святость в высоком звании матери—но всё это лишь внешние выражения некоторых аспектов жизни христианина. Главное же—это «сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом» (1 Петра 3:4). Потому что Тело Христово состоит не из администраторов, богословов или иконописцев, даже не из священнослужителей, но из христиан. И роль каждого христианина—мужчины или женщины—по слову преп. Серафима Саровского, «стяжание Духа Святаго Божия».

1 См., напр., Hopko, Thomas. Women in the Priesthood. Crestwood: Saint Vladimir’s Seminary Press, 1999.
2 Из работы «Что делать?» (1902). Перефраза цитаты из Георга Вильгельма Фридриха Гегеля «Лекции по истории философии» («Введение», 1816): «Если истина — абстрактна, то она — не истина». Ср. Н. Г. Чернышевский, «Очерки гоголевского периода русской литературы» (гл. VI): «Отвлеченной истины нет; истина конкретна».
3 В индуизме женщины стоят ниже на лестнице воплощений, чем мужчины.
4 Необходимо отметить, что, несмотря на очевидную дискриминацию против женщин в исламском мире, Коран всё-же утверждает равное предстояние мужчин и женщин перед Аллахом, и закон шариата предписывает равные наказания за преступления мужчинам и женщинам.
5 Хотя и существуют особые околоцерковные сборники молитв «Молитвослов воина», «Молитвослов женщины», но они ни как не выражают какого-то церковного выделения воинов или женщин из общей среды верующих. Церковные молитвенные правила и те пути, которые Церковь предписывает нам для нашей духовной пользы,—одни.
6 Не путать с центром композиции.
7 Из диалога диакона и священника во время проскомидии или чина Божественной Литургии св. Иоанна Златоустого.
8 Кроме отдельных случаев, когда в силу особых обстоятельств архиерей благословляет служить священнику одному.
9 Миньян: в традиционном иудаизме—кворум из десяти мужчин, необходимый для совершения общественного богослужения.
10 Хотя на эту тему существует множество богословских (и не очень) мнений.
11 Конечно, мы должны иметь ввиду таинственно-религиозный аспект грехопадения, а вовсе не то, что Ева подала Адаму на обед ворованные яблоки.

Каждый православный христианин, наверно, хоть раз в жизни слышал имя киевской затворницы Досифеи, подвизавшейся много лет под мужским именем в Китаевской пустыне. Ее память Церковь чтит 8 октября. В этот же день совершается поминовение еще одной святой – Евфросинии Александрийской (V век), которая тоже спасалась в уединении подобным образом. В первые восемь веков христианства таких женщин было немало. Почему же они выбирали для себя такой необычный способ подвижничества?

Подобные случаи изменения своего внешнего облика и женского имени на мужское появились среди подвижниц благочестия вскоре после начала распространения христианства. Очевидно, что это было обусловлено определенными жизненными обстоятельствами. Большинство святых женщин, подвизавшихся под видом мужчин, желали посвятить себя всецело служению истинному Богу, но, не найдя понимания и поддержки у близких, были вынуждены убегать из дома и скрываться от преследований родных, которые почти всегда предпринимали попытки к розыску беглянок и возвращению их обратно. Если учесть, что среди таких беглянок находились девицы и даже замужние женщины очень знатного происхождения, которым скрыться было сложно, то проживание под мужским именем и в мужской обители становилось единственной возможностью навсегда порвать связь со своим прошлым. Например, преподобномученица Евгения Римская, пострадавшая в 262 году и принявшая смерть чрез усечение мечом, была дочерью наместника Египта, а святая Аполлинария (пред. в 470 г.) – дочерью Анфемия, правителя Греческой империи в период малолетства Феодосия Младшего.

Прп. матерь Анастасия, которая прожила в затворе 28 лет во времена императора Юстиниана Великого, имела титул вдовствующей первой патрицианки при дворе в Константинополе. Эта благородная женщина сначала спасалась в женском монастыре, но после того как ее упорно начали разыскивать царские посланники, удалилась в скит и обитала в пещере под мужским именем Анастасия евнуха.

Преподобномученицы Архелая, Фекла и Сосанна, приговоренные к смерти во времена гонения Диоклетиана в 293 году, тоже некоторое время подвизались под видом мужчин в глухом месте. Связано это было с тем, что молодым девам посланники гонителя угрожали поруганием. Однако существовали и другие причины, побуждавшие некоторых из праведниц принимать на себя облик представителей противоположного пола.

В житии прп. Марии Вифинской, именовавшейся Марином, и отца ее Евгения (VI век) сказано, что после того как Евгений овдовел, он решил уйти в монастырь. Но дочь не захотела расстаться с отцом, а из любви к родителю пожелала разделить с ним трудный иноческий подвиг. Святая, понимая, какие дополнительные искушения ожидают ее среди мужского окружения, все же приняла на себя вид юноши и вступила вместе с отцом в обитель, находившуюся недалеко от Александрии. Там она проживала под именем инока Марина, преуспевая в добродетелях и ухаживая за отцом, который вскоре почил. Самым большим искушением для прп. Марии оказалось выдвинутое против нее обвинение в растлении дочери одного христианина, которая якобы вследствие этого забеременела. Смиренная Мария (Марин) не стала ничего отрицать, взяв на себя чужую вину, чтобы спасти честь девицы и ее ребенка, за что много впоследствии пострадала. Ее невиновность и правда обнаружились только по преставлении, когда перед погребением при переодевании все увидели, что брат Марин женского пола.

Святая Феодора Александрийская Младшая (V век) ушла из семьи после измены супругу, посчитав себя более недостойной быть женой благородного мужчины. Она решила поселиться в монастыре, чтобы до конца дней оплакивать свой грех. Понимая, что супруг может ее искать, выбрала мужскую обитель, остригла волосы, изменила внешний образ и, назвавшись Феодором, начала подвизаться. Ее самоотверженность, ночные бдения, терпение и смирение удивляли даже опытных монахов. О том, что в обители среди иноков спасалась женщина, Господь открыл игумену в видении накануне ее смерти. Весть о святой подвижнице дошла и до бывшего мужа преподобной, который впоследствии тоже принял постриг в этой же обители.

Несомненно, что такой способ подвижничества налагал дополнительные трудности на человека. Он требовал определенной перестройки сознания от тех, кто становился на такой путь. Необходимо было находиться в состоянии беспрерывного трезвения, преодолевая не только естественное телесное влечение, но и постоянно следить за желаниями и помыслами. Со временем от усиленных аскетических трудов внешний вид таких женщин менялся настолько, что часто даже родные их не узнавали. В житии упоминаемой Феодоры Александрийской рассказывается, что однажды ее послали в городской монастырь за маслом. Там она встретила своего супруга. Опасаясь быть узнанной, Феодора все же поприветствовала его. Но опасения ее были напрасны – муж, который упорно ее повсюду разыскивал, не догадался, что пред ним его жена. Подобный случай упоминается и в житии прп. Евфросинии Александрийской. Эта Божья угодница, не желая выходить замуж, приняла дома тайно от одного старца иноческий постриг, а затем отправилась спасаться в мужской монастырь под именем евнуха Измарагда, где подвизалась в уединенной келье, проводя время в строжайшем посте, молитве и бдении. Святая жизнь Евфросинии приводила в изумление всю братию монастыря. Однажды ее отчаявшийся и опечаленный отец Пафнутий, который везде разыскивал свою пропавшую дочь, обратился к игумену этой обители с просьбой о молитвах и утешением. Игумен отослал скорбящего родителя к иноку Измарагду на беседу. Пафнутий не смог признать в отшельнике Измарагде свое родное дитя, так сильно она изменилась – от постоянного воздержания и всенощных молитв цвет лица ее, как сказано в житии, увял, тело исхудало. Преподобная Евфросиния сама открылась своему отцу.

Однако известны случаи и другого порядка. Так, прп. Досифея (Тяпкина) Китаевская, одна из последних известных затворниц, прославленная в лике святых Православной Церковью в 1993 году, невзирая на произошедшие с ее обликом изменения, все же была узнана своей родной сестрой уже после смерти по портрету. Святая Досифея (в миру – Дарья) родилась в 1721 году в семье знатных рязанских дворян. Она получила хорошее образование. Любовь к подвижнической жизни ей привила родная бабушка Порфирия – монахиня Вознесенского монастыря. В пятнадцатилетнем возрасте Дарья, переодевшись в мужскую одежду, ушла из дома. Сначала была послушником в Троице-Сергиевом мужском монастыре, затем добралась до Киева и стала жить отшельницей в пещере близ Китаевской пустыни, проводя дни и ночи в непрестанной молитве и подвиге, питаясь только одним хлебом и водой. Она обладала даром пророчества и прозорливости. Именно Досифея предсказала уготованную Богом судьбу будущему святому – преподобному Серафиму Саровскому и благословила его на подвиг. Еще при жизни она приобрела известность. В 1776 году отошла ко Господу. Ее нашли упокоенной на коленях перед иконой. В руках была записка: «Тело мое приготовлено к напутствованию вечной жизни; молю вас, братия, не касаясь, предать его обычному погребению». Таким образом святая унесла в могилу свою тайну. Мощи преподобной Досифеи пребывают под спудом с северной стороны Свято-Троицкой церкви Китаевского монастыря. Жизнь этой подвижницы до сих пор остается загадкой.

Все святые женщины, совершавшие дело своего спасения в облике мужчин, были прославлены Церковью в лике преподобных. Потому что они, восприняв буквально слова апостола Павла о том, что во Христе нет «уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно…» (Гал. 3:28) – презрели свое слабое естество и, беря на себя такие подвиги, которые по силам было совершать только мужчинам, уже при жизни уподоблялись бесполым Ангелам и достигали богоподобия.

Валентина Новикова. Информационно-просветительский центр «Надежда»

Березниковская основная школа-филиал Муниципального бюджетного образовательного учреждения Юрьевской средней школы

Эссе

Предмет: «Основы религиозной культуры и светской этики»

ЖЕНЩИНА В ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ

Исполнитель

Фролова Ольга Львовна

С. Березники – 2018

ВВЕДЕНИЕ

Вопрос о роли женщины в Православной Церкви многократно поднимался на протяжении всей истории христианства, начиная с первых десятилетий существования Церкви. Поэтому когда в двадцать первом веке задается этот вопрос, то чаще всего имеется в виду собственно не роль — об этом проповедовал Сам Христос, и писал еще апостол Павел, а актуальная проблема взаимоотношений мужчин и женщин в семье, в обществе и в Церкви.

Назначение женщины в мире за последние 2 тыс. лет нисколько не изменилось. Все, чему учат Священное Писание, Церковь, как и ранее жизненно и актуально, и незыблемым остается место женщины в мире, которое было определено ей Богом, который сказал: «сотворим ему (мужу) помощника по нему» (Быт. 2 , 18).

Другое дело, что сейчас, в современном цивилизованном мире, наполненном гордостью за свои мнимые ценности и оторванном от духовных корней, женщина все больше и больше забывает свое исконное место в жизни … и все более и более чувствует себя несчастной. Ведь ни владения высокими постами, ни успешная карьера — ничего из этого никогда не сможет заменить ей тихого семейного счастья, счастья любить и иметь опору в лице мужа, счастья материнства и воспитания детей.

Большую часть церковной истории отсутствие женщин на церковных соборах обуславливалась словам апостола Павла: «Ваши женщины в церквах да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении, как и Закон говорит. Если же хотят чему научиться, пусть спрашивают о том дома у мужей своих; ибо неприлично жене говорить в церкви»(1 Кор, 14, 34-35).

Тема настоящего эссе остается особенно актуальной в наше время и ставит перед современным поколением много вопросов и задач, связанных с участием женщины в жизни Православной Церкви.

РОЛЬ ЖЕНЩИНЫ В ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ

Женщина и религия — одно из самых противоречивых явлений в истории развития человечества. В духовных аспектах всех религий женское начало играет важную, а в некоторых случаях определяющую роль. Именно сочетание мужского и женского начала порождает в обществе все сущее.

Однако почти все мировые религии игнорируют женщину как существо второстепенное, делают невозможным роль женщины как служителя культа, но ей отводится определенное место в храме, где она выполняет определенные для нее функции1.

В православии женщина принадлежит своей семье, детям, мужу, и в последнюю очередь самой себе, если у нее на это хватает времени и сил.

Православной Церковью судьба женщины предопределена — рождение детей в муках и добросовестное послушание мужу. Такая догматическая точка зрения свойственна и современному православию. Таким образом, православие в своих взглядах придерживается четкой патриархальной линии, возлагая исключительно на мужчину ответственность за женщину в семье и обществе.

Такой подход православия и Церкви характеризуется аскетичностью и суровой догматичностью, традиционно рассматривая женщину как мать, жену и помощницу мужу, основной задачей которой должна стать забота о благосостоянии семьи. То есть, Православная Церковь значительно сужает сферу деятельности женщины — подобная тенденция наблюдается и сейчас2.

Чтобы определить, каким является положение женщины в христианстве, необходимо детально изучать этот вопрос в историческом экскурсе. Для этого нужно обратиться к первоисточникам по данной тематике, сравнить положение женщины, которое характеризует теоретические материалы и на основе высказываний церковнослужителей определить связь религиозных взглядов с тенденциями современного мира, процессами глобализации, определить роль СМИ в формировании стереотипов относительно женской роли в обществе3.

Об актуальности данной темы свидетельствует интерес к ней в научной литературе, а также большое количество публикаций по данной тематике. Можно говорить о научной дискуссии по вопросу положения женщины в Православной Церкви и отношение самой церкви к женщине, ее социальных функции. Отстаивается точка зрения о том, что женщина на современном этапе имеет уважительное положение в церкви, которая поощряет ее общественную инициативу, одобряет сознательную гражданскую позицию, но призывает к почтению догматов церкви и уважению к мужу4.

Другая группа исследователей говорит об открытом дискриминационном отношении к женщине в православии, о несоблюдении ею прав и свобод, о сужении ее социальных ролей. Надо сказать, что обе группы исследователей открыто избегают полемики по данному вопросу, освещая лишь одну сторону проблемы и используя сравнение с другими религиями, не принимая во внимание тенденции современного развития мира5.

По традиции, восходящей с раннехристианских времен, мужчины и женщины стоят в церкви отдельно. Такое разделение отвечало древним представлениям о благочестии. Условное деление храма на мужскую и женскую половины до сих пор сохраняется, например, у коптов.

В дни празднования Светлого Воскресения Христова все верующие удостаиваются щедрых милостей Божиих и переживают чрезвычайную радость торжества Пасхи Христовой. Но особой пасхальной благодати на Пасхальные праздники удостаиваются верующие женщины, так же как этого удостоились жены-мироносицы, которые не только первыми услышали от Ангелов весть о Воскресшем Спасителе, но и первыми сподобились увидеть Воскресшего Господа. Поэтому Православная Церковь в первое воскресенье после Антипасхи установила чтить память жен-мироносиц.

Почему же жены-мироносицы имели такую ​​большую честь Господа? На этот вопрос нам отвечает Евангелие, в котором говорится о пламенной любви жен-мироносиц в своего Господа и Спасителя. Они не только старательно служили Иисусу Христу в Его спасительной смерти, но и в порыве своей глубокой любви к Нему, на рассвете третьего дня пребывания Христа во гробе, пошли помазать Его тело ароматами, и имели честь первыми увидеть чудо Воскресения Христова, стать первыми свидетелями Воскресения Господня.

Так и православные жены, стремясь всегда к прославлению Господа, особенно тщательно и с глубокой любовью готовятся сами и украшают церковь и свои дома на праздник Пасхи Христовой. Жертвуя празднику свои труды и любовь, верующие жены соответственно и получают самые благодатные дары и милости от Воскресшего Христа. Поэтому в праздник жен-мироносиц Православная Церковь чтит труды и подвиги, любовь и преданность Церкви Христовой своих верующих православных женщин6.

Пасхальный праздник жен-мироносиц еще больше укрепляет благодатную силу православных женщин, чем значительно облегчает им служения семье, Церкви и обществу. Воскресенье жен-мироносиц становится для них праздником духовного торжества любви и подвигов и благодатного пасхального вдохновение в жизни и трудах.

Высоко оценивая общественную роль женщины, Церковь одновременно противостоит современным тенденциям к умалению роли женщины как жены и матери. Равноправие между мужчиной и женщиной не отменяет их естественной различия и не означает тождества их призваний, как в семье, так и в обществе. У каждого свое предназначение, заложенное в природе Самим Творцом, и противоречить этому — значит противостоять всему Божьему промыслу о человеке.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Вне Церкви нет спасения, говорят св. отцы. Только в Церкви, в ее Таинствах и обрядах, мы получаем благодать Божию, которая укрепляет нас на пути возвращения добродетелей, дает силы очиститься от греха. Добродетель вообще благодатный дар. Где же еще, как не в Церкви, может черпать силы для изменения себя современная женщина?

Только в христианстве — женщина становится равной мужчине, подчиняет высшим началам свой темперамент, приобретает благоразумия, терпения, способности рассуждать, мудрости.

Как бы ни провозглашали Отцы церкви, женщина в христианстве уже давно не находится на задворках, хотя лидирующее место она занимать не может. Нельзя обвинить христианство в том, что оно смотрит на женщину как на низшее существо: это единственная религия, провозгласившая высоким и самым совершенным представителем человеческого рода именно женщину – «Честную Херувим и славнейшую без сравнения Серафим» Пресвятую Деву Марию. Но и Она повиновалась своему Обручнику Иосифу. Это объясняют тем, что более совершенное создание вполне может подчиняться менее совершенному, так как отношение подчинения в христианстве определяется не качеством, а функцией.

Православная религия представляет собой самостоятельную и конечную ценность, а все нерелигиозные потребности отходят на второй план. Среди людей этого типа преобладают женщины. Религия и Церковь спасает их от тревог и страхов, дает ощущение радости и свободы и, в конечном счете, помогает реализовать свой высший духовный потенциал. Именно в религии многие женщины находят самые главные ценностные ориентации, а Бог для них тем необходимым собеседником, к которому они могут обращаться во внутреннем диалоге. Каждая отдельно взятая женщина сейчас может выбирать, какую социальную роль ей выполнять, роль лидера или матери, возможно, сочетание этих двух ипостасей, что вполне естественно.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

2Свешников Сергий, священник О роли женщины в Церкви . – Режим доступа: (дата обращения – 10 марта 2018 года)

6 Евдокимов П. Н. Женщина и спасение мира / П.Н. Евдокимов. — Минск: Лучи Софии, 1999. — С. 263-267.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *